ОДНИМ БОЙ, ДРУГИМ - БОЕВЫЕ ДЕНЬГИ
«НЕЗАВИСИМОЕ ВОЕННОЕ ОБОЗРЕНИЕ» №43. 2005 г.
ОДНИМ БОЙ, ДРУГИМ - БОЕВЫЕ ДЕНЬГИ
Идет откровенное и систематическое ограбление участников контртеррористических операций
Александр Бабакин
Весьма значительные бюджетные средства, направляемые на содержание Объединенной группировки войск на Северном Кавказе, не остались без внимания разного рода проходимцев - как в погонах, так и без оных, - которые выстраивают хитроумные схемы быстрого обогащения за счет казны. Объектом жульнических махинаций стали, в частности, так называемые "боевые деньги", предназначенные для материального вознаграждения непосредственных участников контртеррористических операций. Выплаты "боевых", начиная с 2001 года и по настоящее время, систематически задерживаются, суммы урезаются. То есть налицо - банальное обворовывание солдат и офицеров.
УДАР ПО КОНТРАКТНОЙ АРМИИ
По данным Главной военной прокуратуры, с 1999 по 2004 год удалось выявить несколько десятков преступных эпизодов, связанных с мошенничеством, хищениями, в результате которых были украдены 40,6 млн. рублей "боевых денег". Возбуждено 29 уголовных дел. Вот уж действительно, кому война, а кому мать родная!
Между тем заместитель главнокомандующего ВВС по воспитательной работе полковник Сергей Шевченко, выступая на недавнем заседании Консультационного совета по проблемам социальной защиты военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы и членов их семей при председателе Совета Федерации, обратил внимание на постоянные сетования Минобороны РФ на то, что будто бы нет целенаправленного бюджетного финансирования выплат участникам боевых действий. И это весьма прискорбно. Ведь, скажем, на долю авиации в самый напряженный период боев в 1999-2001 годах приходилось до 60% огневых ударов по бандитским формированиям. Однако...
Оказывается, после приезда аудиторов Счетной палаты РФ, по словам Сергея Шевченко, средства находятся. "Неужели нельзя нормально их выплачивать в наших воздушных армиях?" - резонно спросил полковник. Действительно, почему Минфин, ГУБиФ Минобороны не могут этого сделать?
Вопрос отнюдь не праздный. Речь в данном случае скорее идет об обращении всех, кто под пулями выполнял и выполняет свой воинский и служебный долг на Северном Кавказе, к высшим военным и гражданским чиновникам России. Ибо пока они остаются глухими к обоснованным жалобам побывавших под огнем и оставшимся нищими людей, которые уже нередко уповают лишь на президента РФ - Верховного главнокомандующего Вооруженными силами России, ищут справедливости в Кремле как в последней инстанции.
Для понимания значимости данной финансовой проблемы стоит заметить, что в период нападения отрядов экстремистов во главе с Басаевым и Хаттабом на Дагестан в 1999 году и начала антиреррористической операции на Северном Кавказе в российском обществе на волне патриотического подъема в лучшую сторону изменилось отношение к армии и воинской службе. Для солдат и офицеров, которые участвовали в войне с бандитскими формированиями, были установлены весомые льготы, повышенное денежное содержание, вышеупомянутые "боевые". Но уже с 2001 года общественность стали будоражить скандалы вокруг денежных выплат военнослужащим. Тысячи как уволившихся в запас, так и остающихся на действительной военной службе рядовых бойцов и командиров подали в суды исковые заявления на Минобороны, в которых указали, что их обокрали и обманули. В итоге в народе и среди самих защитников Отечества оказалось подорванным доверие к ранее принятым в нашем государстве решениям по социальной защите участников боевых действий, которые рисковали и ныне рискуют на Северном Кавказе своими жизнями и здоровьем для благополучия всех россиян.
Правда, нельзя сказать, что правительство РФ, Минобороны, МВД, ФСБ сидят сложа руки. Например, было разработано и принято в феврале 2004 года постановление # 65, которое объединило всю действующую в государстве нормативно-правовую базу по социальной защите участников боевых действий. Однако опять чиновники многое упустили, не учли. Об этом свидетельствует исследование, которое провел в апреле-мае 2005 года в Объединенной группировке войск на Северном Кавказе Социологический центр Вооруженных сил РФ. Как рассказал первый заместитель начальника Главного управления воспитательной работы ВС РФ генерал-лейтенант Виктор Бусловский, материальным положением и льготами за участие в боевых действиях полностью не удовлетворены 26% военнослужащих, а частично - 57%.
Цифры весьма красноречивые. Они говорят о недовольстве людей в погонах существующей государственной заботой, о социальной напряженности в воинских коллективах ОГВ, где большинство контрактников. Очевидно, что все это в период создания в государстве укомплектованной в основном профессионалами армии не будет способствовать притоку на военную службу добровольцев.
НА ПЕРВОМ ПЛАНЕ - МАТЕРИАЛЬНЫЙ ИНТЕРЕС
В ходе заседания КС довелось услышать о том, что за последние шесть лет с 1999 года принят ряд нормативно-правовых актов, которые ввели дополнительные финансовые гарантии и компенсации для военнослужащих - участников боевых действий. В итоге размеры ежемесячного денежного довольствия в той же Чечне в три раза больше, чем в остальных регионах страны. И эти меры вполне оправданны, так как там люди в погонах выполняют с риском для жизни и здоровья задачи по обеспечению безопасности нашего государства и его граждан. Социологические исследования в ОГВ в 2005 году показали: 54% офицеров, прапорщиков, сержантов и солдат добровольно отправляются в Северо-Кавказский регион как раз из-за финансовых льгот и дополнительных денежных выплат, и только 25% видят в службе в ОГВ прежде всего выполнение воинского долга перед Родиной.
Что ж, таковы суровые рыночные реалии наших дней. Да и в любой профессиональной армии меркантильные интересы преобладают над идеологическими догмами. Причем в этом, в общем-то, нет ничего плохого. Тяжелый и весьма опасный воинский труд должен весомо материально стимулироваться, как в стопроцентно профессиональных вооруженных силах США, в ВС других развитых стран мира.
Однако в России желаемое нередко не соответствует действительности. В Объединенной группировке войск на Северном Кавказе, где личный состав ежеминутно может попасть под минометно-пулеметный обстрел, боевая техника подорваться на фугасах в городах и на дорогах, где свободное от службы время в целях безопасности приходится зачастую проводить почти исключительно в укрепленных и обнесенных колючей проволокой городках, лишь 9% военнослужащих, указывают социологи МО, довольны своим материальным положением и льготами за участие в боевых действиях. Остальные высказали различные претензии по поводу своего финансового обеспечения.
Тот же генерал-лейтенант Виктор Бусловский отметил: "Весьма актуальной в настоящее время остается проблема выплаты денег гражданам, участвующим в контртеррористической операции, в повышенном размере окладов по воинским званиям и должности военнослужащим в ОГВ, полевых суточных". В различные суды военнослужащие подают исковые заявления, в которых выдвигаются требования вернуть долги по "боевым". В большинстве случаев юстиция встает на сторону истцов. В 2001-2004 годах в воинские части СКВО поступило для исполнения почти 14 тыс. исполнительных листов на 1,9 млрд. рублей. По 13,5 тыс. - выплачено 1,8 млрд. рублей. Дополнительные средства были изысканы в федеральном бюджете. Хотя при этом немало и явно не обоснованных претензий к командованию. По словам зам. начальника ГУВР, дополнительные денежные выплаты положены только за непосредственное участие в боях с бандитами, а за пребывание и гарнизонную службу в ОГВ - повышенное денежное содержание.
ВОЕВАТЬ ПО РЕКОМЕНДАЦИЯМ... МИНФИНА
Со своей стороны, аудитор Счетной палаты РФ Александр Пискунов отметил, что "масса жалоб военнослужащих в суды происходит из-за правового и организационного несовершенства порядка выплат денег за фактическое участие в боевых действиях. Федеральные органы власти, командование ОГВ, командиры частей, суды и непосредственно сами военнослужащие неоднозначно подходят к понятию "участник боевых действий". Кроме того, еще и Минфин РФ вносит сюда негативную лепту, когда устанавливает жесткие лимиты количественного участия военнослужащих в террористических операциях. Просто парадоксально, что финансисты диктуют российским военачальникам и командирам, сколько человек необходимо привлекать для боев с бандитами в Чечне. Но это, к сожалению, происходит".
Подтвердил вывод аудитора СП и генерал-лейтенант Виктор Бусловский. По его словам, "установлен лимит численности военнослужащих, привлекаемых к фактическому участию в операциях, которым может быть выплачено денежное вознаграждение. Остальным же, которых назначают командиры не по своей прихоти, а, например, для обеспечения огневой поддержки или других видов деятельности, боевые не положены". По мнению генерала, это дискредитирует саму идею единого статуса участников боевых действий, явно способствует различным конфликтам в воинских коллективах, когда за риск одни получают деньги, а другие нет. В итоге вся государственная система материального обеспечения военнослужащих в контртеррористической операции на Северном Кавказе явно не соответствует интенсивности труда людей в погонах и требует, по мнению Виктора Бусловского, коренного изменения.
Вместе с тем аудитор СП Александр Пискунов убежден, что недофинансирование расходов на выплату средств за участие в контртеррористических операциях - прямое следствие волюнтаристского подхода в определении "масштабов привлекаемых для этого военнослужащих". Эта проблема настолько серьезна, что Госдума РФ в 2004 году даже направила соответствующие документы в правительство РФ для принятия срочных мер. Однако существенных изменений в организации выплат "боевых", к сожалению, так и не произошло.
Кроме того, в этом деле в Минобороны и его финансовых структурах царит просто элементарный бардак. Иначе не назвать факты и примеры, которые привел Александр Пискунов. Так, в феврале 2005 года СП в ходе проверки в Северо-Кавказском военном округе установила, что Министерство обороны недоплатило своим военнослужащим, которые были посланы в горячий регион, без малого 300 млн. рублей. После чего военные чиновники сравнительно быстро где-то нашли немалую сумму и рассчитались по долгам. Тут имеет место либо просчет Главного управления бюджета и финансирования МО РФ, либо какой-то скрытый умысел. Ведь только задолженность по выплатам все тех же "боевых" личному составу ОГВ в IV квартале 2004 года и январе 2005 года достигла 120 млн. рублей.
Конечно, здесь проявляет себя несовершенство механизма поступления из бюджета денег финансовым органам ОГВ, которые приходят только через полтора-два месяца после подписания командованием соответствующего приказа. Но ведь эта ситуация продолжается не месяц или полгода, а уже несколько лет. Видно, кому-то выгодно где-то задерживать огромные средства и получать за это свои проценты.
Ежегодно из Объединенной группировки увольняются и переводятся в другие места сотни и тысячи военнослужащих. Им вместо реальных денег в специальные вкладные книжки записываются цифры с нулями. Кажется, нет причин для беспокойства. По идее по этому финансовому документу можно получить свои кровные в любом российском отделении Госбанка. Однако сами вкладные книжки тоже не выдавались на руки военнослужащим. Только ревизоры из Москвы смогли заставить командиров воинских частей и финансистов СКВО и ОГВ отдать 1,8 тыс. этих самых вкладных книжек с общей суммой 44 млн. рублей. Иначе как попыткой присвоения "боевых" подобное "упущение" назвать нельзя.
Участники заседания Консультационного совета пришли к однозначному выводу о том, что "отдельные денежные выплаты компенсационного характера военнослужащим - участникам боевых действий, членам семей погибших военнослужащих не обеспечены необходимыми финансовыми ресурсами в бюджете Российской Федерации". Правительству РФ рекомендовано повысить эффективность использования бюджетных средств для социального обеспечения людей, прошедших через горячие точки. Теперь остается надеяться, что при поддержке и контроле председателя верхней палаты российского парламента острейшая проблема больше не будет будоражить Вооруженные силы и все российское общество.
