ВОЕННО-ТЕХНИЧЕСКОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО
ТЕХНИКА И ВООРУЖЕНИЕ № 03/2005 стр. 2-6
ВОЕННО-ТЕХНИЧЕСКОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО
СО СТРАНАМИ БЛИЖНЕГО ВОСТОКА И СЕВЕРНОЙ АФРИКИ
М. Усов
Об авторе.
Усов Михаил Михайлович, полковник запаса. В системе ПУ работал с 1971 по 1987 г. на должностях старшего офицера, начальника отдела ПУ, был уполномоченным ГТУ в Судане.
ИРАН
Давние контакты СССР с Ираном поддерживались, в том числе и в области военно-технического сотрудничества. В Иран Советский Союз поставлял главным образом технику для сухопутных, инженерных войск и артиллерии, включая такие машины, как БМП-1, БТР-60, БТР-50ПК, ЗСУ-57, ЗСУ-23-4В и В1 «Шилка», автомобили МАЗ, танковые мостоукладчики, а также ПЗРК «Стрела-1М», колейные минные тралы и т.д. Это, естественно, сопровождалось строительством и оборудованием специализированных предприятий по ремонту и обслуживанию техники, подготовкой личного состава иранских вооруженных сил. Так, например, в Исфахане находился завод по ремонту «Шилок», в Ширазе - учебный центр, где иранцев обучали обслуживанию БМП-1.
По линии Главного технического управления (ГТУ ГКЭС) в 1970-е гг. в соответствии с советско-иранским межправительственным соглашением в окрестностях Тегерана был построен при техническом содействии Советского Союза огромный заводской комплекс «Бабак» для капитального и среднего ремонта артиллерийского вооружения, бронетанковой и автомобильной техники, поставленных через ГИУ.
В эту номенклатуру входили средние танки Т-55, плавающие легкие танки ПТ-76, зенитные самоходные установки ЗСУ-57-2, боевые машины пехоты БМП-1, бронетранспортеры БТР-152, БТР-50ПБ, подвижные средства технического обслуживания и ремонта, автомобили многоцелевого назначения ГАЗ-69, УАЗ-469, ГАЗ-66, ЗИЛ-131, Урал-375 и КрАЗ-255Б и другие образцы ВВТ сухопутных войск, включая радиостанции, переговорные устройства и прочую спецтехнику, устанавливаемую на автобронетанковой технике. Одновременно на заводе был организован ремонт советских автомобилей, поставленных МВТ.
Завод был оборудован всем необходимым, чтобы по методике, принятой в Советском Союзе, не только ремонтировать ВВТ, но и восстанавливать ее детали, узлы и агрегаты.
Завод имел участки гальваники, сварочных работ и напыления металлов, изготовления РТИ и пластмасс и др. Как и на других заводах, построенных по линии ГТУ, здесь трудились и гражданские специалисты из СССР (а они весьма ценились всеми нашими партнерами).
Генеральным поставщиком было Министерство обороны СССР, проектные работы выполнял центральный военпроект (ЦВП) МО. К работе были привлечены проектно-технологические бюро ГБТУ, ГРАУ и ЦАВТУ, а также Гипроавтотранс в части гражданских автомобилей. Я как старший офицер оперативного управления был назначен ведущим инженером по этому заводу.
Основной объем строительно-монтажных и пусконаладочных работ выполнялся большим коллективом советских специалистов (приблизительно 150 человек), возглавляемых с 1973 г. полковником В.И. Поздняковым, моим однокашником по Бронетанковой академии, окончившим ее с золотой медалью, блестящим инженером, работавшим до командировки главным инженером Харьковского танкоремонтного завода.
Курировал строительство этого комплекса в Иране уполномоченный ГИУ полковник Г.Г. Жуков (дело в том, что иранская сторона не хотела привлекать дополнительных представителей, в данном случае сотрудников ГТУ).
Ремонт на заводе был организован как поточным, так и «тупиковым» методом, когда оборудовались отдельные рабочие места и практически весь ремонт проводился на одном месте. Заводские цеха располагали грузоподъемными подвижными средствами (до 40 т) и другими средствами механизации, подачей в цеха сжатого воздуха, горячей воды и пара для технических нужд и т.д. Все инженерные сети завода и вся инфраструктура были спроектированы и построены с большим запасом ресурсов, что в дальнейшем позволило ремонтировать не только советские образцы, но и технику, выполненную по «натовским» стандартам.
Как вспоминает генерал-майор авиации в отставке Г. Г. Жуков (уполномоченный ГИУ ГКЭС в Иране в 1973-1978 гг.): «Советская сторона удовлетворила почти все запросы иранского шаха Реза Пехлеви в вооружении для его сухопутных войск. Шах, будучи сам военным, традиционно уделял большое внимание обеспечению своей армии современным вооружением. При этом он проводил политику диверсификации, сохраняя разумный баланс между странами различной политической ориентации». Так, «сегмент рынка» сухопутных войск был в основном представлен вооружением из СССР и других соцстран. «Правда, до начала советских поставок США и Англия уже успели продать в Иран значительное количество танков и артиллерии, но в основном устаревших образцов. Наиболее современными среди них были только английские танки «Чифтен» с лучшей по тем временам броней.
Авиация же и флот полностью обеспечивались США, с которыми у шаха, бесспорно, существовали более теплые отношения.
Заводской комплекс «Бабак» - это прекрасное сооружение из бетона и стекла, с современными цехами и лабораториями, полигоном для испытаний гусеничной и колесной техники и отстрела артиллерии. Такого ремзавода, пожалуй, не было и у нас, и он сыграл впоследствии большую роль во время войны с Ираком (1980-1988 гг.)
Какое значение персы придавали этому объекту, к примеру, говорит тот факт, что на его открытие прибыл сам шах Ирана. Реза Пехлеви прилетел на вертолете в сопровождении командующих всеми видами вооруженных сил и других важных чинов.
Шах, верный своей политике, не хотел придавать этому событию политическую окраску, подчеркивая, что это лишь внутреннее дело военных. Я был единственным официальным представителем СССР (естественно, кроме наших специалистов на заводе). Реза Пехлеви со своей свитой подошел к нам и поблагодарил за проделанную работу. Вместе с ним в этот момент был корпусной генерал Чингиз Вошмгир.
Генерал Вошмгир, являясь заместителем командующего сухопутными войсками по материально-техническому обеспечению, был основным заказчиком советского военного имущества, и этот ремонтный завод был, по сути, его детищем. Только благодаря его энергии и настойчивости этот объект сдали вовремя. У нас сложилось впечатление, что он симпатизировал Советскому Союзу и благодаря своему влиянию помогал порой решать заходившие в тупик вопросы (задержки в подписании контрактов, выдаче виз советским специалистам, проблемы с платежами и др.). Как мы узнали потом, он был арестован сторонниками Хомейни. В тюрьме, в ожидании революционного суда, он покончил жизнь самоубийством».
В начале 1976 г. я участвовал в составе делегации Минобороны СССР в предварительной (технической)сдаче завода в эксплуатацию. Советскую делегацию возглавлял начальник отдела ГБТУ инженер-полковник Н.В. Миронов, иранскую - корпусной генерал Чингиз Вошмгир. Были согласованы все основные вопросы, связанные с передачей проектной и технологической документации, поставками оборудования, запасных частей и эксплуатационных материалов.
Остались несогласованными некоторые вопросы поставки запасных частей к снятой с производства в СССР военной технике, а также некоторых расходных материалов (краски, химикаты и т.д.).
Вопрос этот решился неожиданным образом: когда мы вернулись в Москву, то через некоторое время пришла информация от Г.Г. Жукова о том, что завод после нас посетила американская военная делегация, дала ему высокую оценку и пообещала иранцам поставить им недостающие запасные части и материалы. Как это они собирались сделать с учетом особенностей технологий, я могу только догадываться: возможно, закупить через посредников в третьих странах.
Вначале у нас был шок. Без нашего согласия закрытый завод посетили третьи лица, что не было предусмотрено контрактом. Но потом все молча согласились, что это нормальное решение проблемы.
Завод начал эксплуатироваться в полном объеме с 1978 г., он стал основной ремонтной базой сухопутных войск Ирана и остается ею уже более двадцати лет. Завод работал и при шахе Ирана, и при аятолле Хомейни и успешно функционирует сейчас при нынешних исламских руководителях Ирана, и даже практически без участия наших специалистов. Само по себе это свидетельство того, с какой полнотой выполнялись советской стороной обязательства по ВТС.
ИРАК - ИСКАНДЕРИЯ
Ирак справедливо считался одним из наиболее выгодных зарубежных заказчиков и партнеров. И к вопросам ВТС это относилось в полной мере («политические» или «идеологические» спекуляции на эту тему выглядят совершенно ненужными). За вооружение и военную технику, а также за право их производства Ирак расплачивался с СССР чистой валютой на миллиарды долларов.
Всего за время сотрудничества Москва передала Багдаду более 60 лицензий на производство различных систем вооружений и военной техники. Примерно по половине из них началось производство (в том числе по сборке танков Т-72М1 в городе Таджи, автоматов и пулеметов системы Калашникова на заводе «Кадемия»). Хотя СССР и другие социалистические страны (Румыния, Югославия, например) отнюдь не были «исключительными» партнерами Ирака по ВТС, инфраструктура иракской армии оказалась полностью совместима с советскими, а сейчас и с российскими системами ВВТ. И нынешняя ситуация в Ираке этого не отменила.
Кроме того, при участии советских предприятий и специалистов в Ираке были построены крупнейшие на Ближнем Востоке завод сельхозмашин в Искандерии, электротехнический завод, фармацевтический завод в Самарре, созданы нефтепромыслы Северная Румейла, Лукейс, Нахр-Умр, в Западной Курне, канал оз. Тартар - р. Евфрат, трансиракский газопровод и главный дренажный канал Тигр - Евфрат (всего около 100 различных экономических объектов).
Самым крупным военно-промышленным объектом, который создавался при техническом содействии Советского Союза в Ираке по линии ГТУ в 1970-е гг., был заводской комплекс по производству всех элементов артиллерийских выстрелов в Искандерии под Багдадом.
Заводы комплекса «Искандерия» проектировались для производства по лицензии Советского Союза более 20 типов артвыстрелов. В ходе завершения строительства номенклатура его была значительно расширена (более 30 типов артвыстрелов номенклатуры Минмаша калибра от 20 до 152 мм, т.е. для всех типов артиллерийских систем и танков, поставленных из СССР).
Завод «Хаттин» рассчитан на производство боеприпасов для полевой, зенитной и танковой артиллерии, а также реактивных систем залпового огня, завод «Алькакаа» - пироксилиновых порохов и твердого ракетного топлива. В Искандерии строился и завод по производству авиационных боеприпасов.
Генеральным поставщиком и генеральным проектировщиком был Минмаш. Строительные работы выполнялись крупнейшей египетской фирмой, которая принимала участие в строительстве Асуана (Египет). В обеспечении строительства завода были задействованы тысячи советских специалистов, как в Советском Союзе, так и командированных в Ирак.
Инозаказчиком заводов выступало Министерство промышленности Ирака.
Строительство контролировало с советской стороны правительство и ЦК КПСС и лично министр машиностроения, член ЦК КПСС В.В. Бахирев, с иракской стороны - военно-политическое руководство страны во главе с первым заместителем председателя правительства (т.е. Саддама Хусейна) Тахо Ясином Рамоданом и министром промышленности генералом Джавадом. Непосредственное техническое руководство осуществляли на первом этапе доктор Амер Аль-Саади, умнейший и образованный специалист, а также инженеры Тарик Касем, будущий первый директор завода, который учился в СССР, и Ясс-Аббас, будущий главный инженер завода.
В 1978 г. я был назначен в ГТУ ведущим инженером по заводу (до этого оперативно-производственной работой в ГТУ по нему занимались офицеры А.И. Ситник, А.П. Храпов и Д.К. Непли). Мне пришлось участвовать в процессе завершения поставок нестандартизированного оборудования, инструмента, расходных материалов, передачей оставшейся части технологической документации, командированием специалистов и т.д.
Во второй половине 1970-х гг. регулярно в Москве и Багдаде собиралась советско-иракская межправительственная комиссия для рассмотрения и оперативного решения вопросов строительства завода.
В 1978 г. я находился в составе советской правительственной делегации (возглавляемой министром машиностроения СССР В.В. Бахиревым), которая рассматривала с иракской стороной ряд вопросов, связанных с завершением строительства завода, пуска его в эксплуатацию и перспективы его дальнейшего расширения и модернизации. Завод был сдан в эксплуатацию в 1980 г., т.е. «успел» как раз к началу многолетнего конфликта с Ираном (1980-1988 гг.).
Гигантский заводской комплекс «Искандерия» - крупнейший даже по масштабам Советского Союза - был сооружен по новейшей строительной технологии, включал современные цеха с уникальнейшим технологическим оборудованием, лаборатории, полигон для испытания всех элементов артвыстрелов, а также жилой комплекс для советских специалистов. Достаточно сказать, что технологическое оборудование из СССР поставлялось заводами, находящимися на всей территории Советского Союза с востока (Комсомольск-на-Амуре) до запада (Чадыр-Лунга, Молдавия) и с севера (Архангельск) до юга (Избербаш, Азербайджан).
Вопрос решался масштабно и действительно комплексно. В это же время в Ираке были построены химический завод для изготовления по лицензии СССР порохов и взрывчатых веществ (ВВ), учебный центр, который готовил специалистов для работы на заводах оборонной отрасли, в том числе для «Искандерии». Решался вопрос о создании в Ираке собственной металлургической базы.
В 1988 г. комплекс «Искандерия» работал; на полную мощность (в три смены) и обеспечивал иракской стороне боевые действия в 1980-е - начале 1990-х гг. Этот объект являлся базой военно-промышленного комплекса Ирака, а участие СССР в его создании принесло нашей стране сотни миллионов долларов США прибыли. Аналогичный завод, заметим, был построен и в Сирии.
ЛИВИЯ
В 1980-е гг. в соответствии с советско-ливийским межправительственным соглашением по линии ГТУ ГКЭС на условиях генерального подряда («под ключ») был построен ряд объектов военного назначения, а именно:
- производственная база советской строительной организации (СовСМО) в Мисурате;
- жилые городки в Мисурате, Бен Валиде и Джуфре;
- военно-воздушная база в Джуфре;
- колледж ПВО в Мисурате;
- завод по производству по лицензии Советского Союза стрелкового оружия (7,62-мм автоматов Калашникова АКМ и АКМС, 7,62-мм пулеметов Калашникова РПК и ПК, 9-мм пистолета Макарова ПМ) в районе Бен Валида (с его характерным «лунным» ландшафтом) с суммарной годовой программой более 100 тыс. ед.;
- завод по производству по лицензии Советского Союза патронов к стрелковому оружию в районе Вади Каам (Элитен) с суммарной годовой программой выпуска патронов (автоматных, винтовочных и пулеметных калибра 7,62 мм и пистолетных калибра 9 мм) более 100 млн. ед.;
- профтехцентр в районе Бен Валида, где по двухгодичной программе предусматривалось обучать 800 ливийцев для работы на вышеназванных заводах.
Все объекты отличались развитой инфраструктурой, современными инженерными сетями. При создании этих объектов использовались последние достижения в области строительных материалов и технологий.
Производство стрелкового оружия и патронов к нему было организовано по самой передовой в мире технологии, которая в это время осваивалась и в Советском Союзе:
- изготовление стволов на горизонтальных ударно-ковочных станках (по австрийской технологии);
- выпуск патронов на роторных линиях, разработанных под руководством академика Л.Н. Кошкина (который, собственно, первым в мире и создал роторные и роторно-конвейерные линии).
Заводы были оборудованы современными лабораториями, стрелковыми тирами, имели свое инструментальное производство и другие необходимые службы. Даже на фоне наших заводов оборонной промышленности они выделялись в лучшую сторону.
Профтехцентр имел собственное учебное производство стрелкового оружия и патронов к нему - это был мини-завод. Классы оснастили учебным оборудованием по самым передовым по тому времени мировым стандартам (кадоскопы, телевизионная аппаратура, лазерные указки и т.п.), а предлагаемые нами отечественные «меловые» доски, кинескопы и узкопленочные аппараты, которыми пользовались в то время в СССР, ливийцы просто выкинули.
Заложенные резервы производственных мощностей и технология производства позволяли, при необходимости, в будущем перейти с небольшими переделками на производство стрелкового оружия и патронов к нему других калибров, включая 5,45 и 5,56 мм (как это было сделано в СССР), а также изготавливать гильзы и оболочки пуль не только из биметалла, но и из стали, как это было сделано в Советском Союзе и в настоящее время делается в России.
Общий объем выполненных работ составлял несколько млрд. долларов США.
Генеральным поставщиком и генеральным проектировщиком по военно-воздушной базе и колледжу ПВО было Министерство обороны СССР, генеральным поставщиком и генеральным проектировщиком по заводам по производству стрелкового оружия и патронов к нему - Министерство оборонной промышленности, а по профтехцентру - Госпрофобр СССР.
Генеральный подрядчик - Минпромстрой СССР. С согласия Политбюро ЦК КПСС с целью сокращения сроков создания объектов, на чем настаивала ливийская сторона, к проектно-изыскательским и строительным работам по заводам, жилым городкам и профтехцентру была привлечена на условиях субподряда финская фирма «Перусюхтюмя» и ее дочерняя фирма «Макротало».
По линии Миноборонпрома поставки технологического оборудования, оснастки, комплектующих изделий и материалов выполнялись «Промзагранпоставкой» (О. Свербилов, В. Филимонов, Г. Петров), командирование специалистов - УВС (С. Аленичев), проектно-изыскательские работы - головной проектной организацией «Союзмашпроект» (А. Луганский). Главным инженером проекта (ГИП) стал В. Блинов. Технологическая часть проекта завода по стрелковому оружию разрабатывалась в п/о «Ижмаш» (г. Ижевск), а завода патронного производства - в г. Климовске. В создании этих заводов принимали непосредственное участие крупнейшие действующие конструкторы и производственники современного стрелкового оружия и патронов (Н.А. Безбородов, Г.Н. Никонов, О.Н. Собин, Р.С. Звонарев, Ю.К. Колосков, А.Г. Лихачев, Б.А. Кутырев, Е.Н. Фролович и многие другие).
Создание заводов основного производства велось под руководством первых лиц Миноборонпрома (министра П. Финогенова, его заместителей О. Ларченко, Ю. Маслюкова, Л. Мочалина).
Непосредственно организовывали и руководили технологической частью работ по производству стрелкового оружия А.Г. Лихачев (п/о «Ижмаш»), патронного производства - Е.Н. Фролович (г. Климовск).
Строительные работы выполнялись под руководством первых лиц Минпромстроя СССР (заместители министра Курдюков и Пятибрат; начальник «Главзарубежпромстроя» Чекашев, его заместитель Ткачук, начальник «Зарубежпромстроя» Опухлый).
В созданной в Ливии советской строительной организации (СовСМО) работали более 5000 рабочих и инженерно-технических работников, сотни специалистов - в ее генеральной дирекции, представительствах генпоставщиков и субподрядчиков. Возглавлял гендирекцию СовСМО в период самых напряженных работ опытнейший строитель А.К. Таболов.
В ГТУ ГКЭС обеспечение выполнения всех работ было возложено на 3-е управление (начальник - контр-адмирал Ю.П. Ивашутин). Я как начальник отдела отвечал за строительство заводов и профтехцентра.
В 1987 г., после моего увольнения в запас ВС СССР, отдел возглавил полковник В.А. Самаркин, который до этого был начальником центральной службы генподряда в Ливии и который завершал все работы по пуску заводов в эксплуатацию.
Выполнение всех работ в Ливии и их контроль обеспечивал заместитель советника по экономическим вопросам посольства СССР - уполномоченный ГТУ ГКЭС (полковник В.М. Вистяк и сменивший его А.П. Лазарев) и его аппарат, который включал центральную службу по подрядному строительству и институт инспекторов приема объемов и качества выполненных работ.
Коммерческий директор СовСМО и его службы (портовая паспортно-визовая и коммерческая) непосредственно подчинялись начальнику 3-го управления ГТУ.
Инозаказчиком заводов основного производства и профтехцентра было Главное управление оборонной промышленности Ливии во главе с полковником Дахилем, умнейшим и дальновиднейшим политиком из окружения М. Каддафи, который лично очень много сделал, чтобы заводы вовремя были сданы в эксплуатацию. Дахиль помогал нам решать многие сложнейшие вопросы, которые часто возникали в процессе работы.
Завод по производству стрелкового оружия был сдан в гарантийную эксплуатацию с установленной годовой программой производства (100 тыс. ед.) в 1987 г. Открытие завода было проведено в торжественной обстановке в присутствии «лидера ливийской революции» М. Каддафи. Все было обставлено как общенациональный праздник (речи, салют, банкет и т.п.). На торжества были приглашены президенты и лидеры некоторых арабских стран. От советской стороны присутствовали адмирал Ю.П. Гришин, контр-адмирал Ю.П. Ивашутин и уполномоченный ГТУ полковник А.П. Лазарев.
Все пояснения давал руководитель советских специалистов на заводе А.Г. Лихачев. Позже он рассказывал мне: «Когда М. Каддафи зашел в стрелковый тир в сопровождении охраны (а это были в основном женщины) и решил самолично пострелять из автомата Калашникова, то его личная охрана мгновенно каждому из нас, кто находился в тире, направила в живот автомат со взведенным затвором. Давать в такой ситуации необходимые пояснения было непросто».
