Об устойчивости российского нефтяного бума
ВИНИТИ № 12/2009
«Экономический и научно-технический потенциал»
ВИНИТИ № 12/2009
«Экономический и научно-технический потенциал»
Научный консультант-д.э.н. В.И. Волков
Главный редактор - к. г. н. Ю.Н. Щуко
Редакционная коллегия:
Л. В. Грачева (зам. главного редактора), М. А. Куршев, к.г.н. Е.С. Киселева, к.и.н. Л. Р. Попко, Е. В. Похвалина, Н. И. Субчев, О. В. Ященко
ОБЩИЕ ВОПРОСЫ
Об устойчивости российского нефтяного бума
В издании Europe-Asia Studies помещена статья P.Rutland, в которой анализируется развитие российской экономики за семнадцать лет после распада Советского Союза и оцениваются неблагоприятные последствия сырьевой зависимости России. Ниже изложено основное содержание опубликованной статьи.
Западные обозреватели, указывается публикации, расходятся в своей оценке экономических достижений периода президентства В.Путина. Некоторые ставят ему в заслугу быстрый переход российской экономики в разряд богатых. Другие обвиняют в том, что он упустил возможность и не завершил трансформацию к конкурентной рыночной экономике, на полпути прекратив начатый в 90-е годы процесс.
Впрочем, экономические показатели впечатляют. За восемь лет пребывания В.Путина на посту президента жизненный уровень населения повысился в два раза, ВВП возрос на 70%, выплачены почти все зарубежные суверенные долги, по состоянию на март 2008 г. аккумулированы валютные резервы в размере 402 млрд. долл. В текущих долларовых ценах ВВП увеличился с 200 млрд. в 1999 г. до 1,26 трлн. долл. в 2007 г. По масштабу экономики Россия перешла с 20-ого на седьмое место в мире. По оценкам Всемирного банка (ВБ), среднедушевой валовой национальный доход (ВНД) в 2006 г. составлял 5780 долл., при этом объем совокупного ВНД в том же году равнялся 823 млрд. долл.
Скептики утверждают, что экономический бум в России не может быть устойчивым, а достигнутый успех объясняется ее положением второго по величине производителя нефти и крупнейшего производителя природного газа в мире, а также пятикратно увеличившимися за период между 2002 г. и 2008 г. мировыми ценами на нефть. Глобальный сырьевой бум не может продолжаться неограниченное время и за ним неизбежно последует резкий экономический спад. Как полагают критики, мало что свидетельствует о готовности российских политических и экономических институтов к такому развитию. Резкий рост доходов от нефти привел к всплеску потребительских расходов, удовлетворяемых в значительной степени за счет импорта, но не стимулировал подъем промышленности или сельского хозяйства. Львиная доля богатства досталась новому, хищническому классу олигархов, которые инвестировали его за рубежом. Вторым главным бенефициаром нефтяного бума было российское государство, которое вдвое увеличило численность бюрократического аппарата и в три раза -военные расходы.
В период второго срока президентства В.Путина государство восстановило свой контроль над ключевыми промышленными корпорациями, особенно в нефтяном секторе, что привело к появлению новой гибридной формы государственно-олигархического капитализма.
При номинальном признании принципа господства права, серьезные усилия, направленные на вытеснение коррумпированных элит, правящих Россией, не предпринимались, за исключением отдельных случаев, когда некоторые олигархи ссорились с Кремлем. И несмотря на амбициозные планы, предусматривающие диверсификацию экономики и наращивание технологического и человеческого капитала, мало признаков того, что Россия способна конкурировать в передовых промышленных секторах. Снижение цен на нефть обнажит шаткие основы российской модели развития. Даже без резкого снижения цен основной массе российского общества достается лишь небольшая часть нефтяных доходов. Число бедных и бесправных будет продолжать расти, создавая политические проблемы, к решению которых российский авторитарный режим плохо подготовлен.
Как критики, так и защитники В.Путина могут найти убедительные свидетельства в поддержку своей позиции. Экономические результаты, достигнутые при президенте В.Путине, безусловно, выглядят замечательно по сравнению с хаосом и обнищанием 90-х годов. Но главные аргументы, разделяющие два эти лагеря, касаются будущего развития российской экономики и, прежде всего, того, сможет ли сохраниться рост в условиях прекращения повышения или снижения глобальных цен на нефть.
Трансформированная экономика. В 90-е годы Россия испытала резкий спад экономики, в результате которого ВВП сократился на 40%. Он начал увеличиваться в
1997 г. и в конечном итоге в 2002 г. достиг уровня 1990 г. Начиная с 2000 г. рост ВВП в среднем составлял чуть менее 7,0% в год, в то время как рост реальной заработной платы происходил в два раза более высокими темпами, а объемы инвестиций ежегодно увеличивались на 12%. Реальные среднедушевые доходы увеличились с 5964 долл. в
1998 г. до 9650 долл. в 2005 г. (в постоянном долларовом эквиваленте паритета покупательной способности по 2000 г.). Правительство поддерживало существенный профицит, безработица упала до уровня ниже 7,0%. В период между 1995 г. и 2005 г. производительность труда возросла на 49% (от 23% в розничной торговле до 73% в строительстве). Совокупная производительность факторов производства увеличивалась на 5,8% в год и, по оценкам ВБ, только одна треть этого роста определялась повышенной загрузкой имеющихся мощностей. Половина роста была обусловлена сменяемостью компаний (уходом неэффективных и приходом новых). Капитализация фондового рынка в 2005 г. повысилась до 44% ВВП, значение индекса РТС - с 300 в 2001 г. до 2360 в 2997 г. В сентябре 2006 г. рыночная капитализация 200 крупнейших компаний составляла 833 млрд. долл. (одна треть приходилась на ОАО «Газпром»). Доля бедного населения снизилась с 38% в 1998 г. до 9,5% в 2004 г., затраты домохозяйств на продукты питания упали с 73% в 1992 г. до 54% в 2004 г. Единственным вызывавшим обеспокоенность макроэкономическим индикатором была инфляция, которая уменьшилась с 20% в 2000 г. до 9,0% в 2006 г. и вновь возросла до 11,9% в 2007 г.
В течение «потерянного десятилетия» 90-х годов Россия сумела стать рыночной экономикой, хотя и со своими особенностями. Теперь 70% экономической деятельности происходит в независимых с правовой точки зрения корпорациях, аналогичная доля экономических транзакций осуществляется через равновесные рыночные цены. Централизованная командная экономика была разрушена, хотя элементы такой модели все еще существуют на локальном уровне в таких регионах как Татарстан и Калмыкия.
В 90-е годы Россия все активнее интегрировалась в глобальную экономику. Доля внешней торговли в ВВП возросла с 17% в 1990 г. до 48% в 2004 г. Большая ее часть приходилась на Европу, а не на бывшие советские республики. К 2005 г. доля стран СНГ составляла лишь 15% в российском экспорте и 23% в импорте. Эта внешняя открытость была наиболее динамичным и успешным аспектом российских рыночных преобразований. Выход России на глобальный рынок возглавлялся энергетическим сектором. Ясно, что сравнительное преимущество России в современной глобальной экономике определяется энергетическими и энергоемкими отраслями, такими как металлургия и химическая промышленность. В 2005 г. на долю нефти и природного газа приходился 61% экспортных доходов, при этом стоимость экспорта выросла в три раза -с 76 млрд. долл. в 1999 г. до 241 млрд. долл. в 2005 г. Доля обрабатывающей промышленности составляла в общем объеме российского экспорта только 8,0%, а доля товаров средней и высокой технологической категории - лишь 3,0%.
После своего вступления на пост президента в 2000 г. В.Путин высказался за необходимость продолжения рыночных реформ. Наиболее радикальной мерой, проведенной министром экономики Г.Грефом, была реформа налоговой системы, в соответствии с которой прогрессивный подоходный налог со ставкой от 12% до 30% в 2001 г. был заменен единым 13%-ным налогом. Налог на фонд заработной платы был снижен с 40% до 26%, налог на прибыль предприятий был увеличен до 35%, но позднее уменьшен до 24%. В следующем году последовал 25%-ный рост налоговых поступлений, но это произошло, вероятно, за счет показа ранее скрываемых доходов, а не в результате стимулирующего эффекта новых ставок.
Еще одним значимым шагом был новый закон о лицензировании, уменьшивший сроки ожидания и сокративший перечень коммерческих видов деятельности, которые требуют лицензирования, с 250 до 103. Несмотря на эти меры, ситуация для развития малого бизнеса остается сложной, на малых предприятиях работают лишь 17% занятых по сравнению с 60% в США. В 2007 г. по индексу восприятия коррупции Россия осталась на том же месте, что и в 1997 г. (на уровне 2,3 по десятибалльной шкале Transparency International).
Становление олигархического капитализма и потеря им политического могущества. Потрясения в российской политической экономике начались с 1983 г. Нерешительные экономические реформы М.Горбачева привели к краху системы. Радикальная либерализация, начатая президентом Б.Ельциным в 1992 г., вела к созданию не конкурентной рыночной экономики, а олигархического капитализма. Эта система, в свою очередь, взорвалась после финансового кризиса августа 1998 г. В декабре 1999 г., после 18 месяцев патового политического положения, к власти пришел В.Путин и продолжил строительство новой модели государственного корпоративизма.
Ельцинская программа приватизации имела целью создание рыночной экономики через распределение собственности между всеми членами общества, но в результате в новом частном секторе произошел значительный уровень концентрации собственности. Согласно исследованию ВБ, к 2001 г. на долю 23 крупнейших компаний приходилось 30% ВВП России, а эти компании фактически контролировались лишь 37 лицами. Исследование, проведенное в России в 2005-2006 гг. (Гурьев и др., 2007), аналогичным образом показало, что 35% из проанализированных 1000 компаний имеют одного основного акционера. По международным стандартам это свидетельствует о чрезмерной концентрации богатства и промышленной мощи в такой большой стране. Это еще более удивительно, учитывая, что на протяжении десятилетий частная собственность здесь была вне закона и вся нынешняя экономическая элита не существовала как класс всего лишь 15 лет назад. Некоторые экономисты утверждали, что концентрация собственности является жестким и доступным решением проблемы обеспечения прав собственности в условиях несоблюдения принципа господства права.
Вначале западные обозреватели негативно относились к появлению олигархов, поскольку оно совпало с волной беззакония, заказных убийств и уродливой демонстрацией богатства. Вскоре некоторые западные экономисты стали утверждать, что олигархи играют необходимую роль в создании российской рыночной экономики. Олигархи вытеснили бюрократов и менеджеров советского периода и, преследуя собственную выгоду, установили на советских предприятиях новые приоритеты -получение прибыли. Либеральные реформаторы, как тогдашний председатель правительства Е.Гайдар, были убеждены, что олигархический капитализм, который они помогали строить в России, устранил альтернативу, характеризуемую ими как возврат к централизованному планированию.
Но для того чтобы функционировать, как это прописано в учебниках, свободные рынки требуют наличия многочисленных производителей и свободного входа новых компаний, а также набора институтов, ранее отсутствовавших в России (включая главенство закона, свободную прессу, банковскую систему, регулирующие органы). Однако реформаторы полагали, что олигархический капитализм является переходным этапом, который после полного развития экономической системы уступит место либеральному капитализму.
Коллапс олигархического капитализма был неизбежен из-за глубоких противоречий в самой модели, а не из-за таких факторов, как некомпетентность Б.Ельцина или потрясения, вызванные финансовым кризисом 1997 г. в Восточной Азии (включая резкое падение мировых цен на нефть). Возникли три проблемы. Во-первых, олигархи были паразитическим классом по отношению к российскому государству. Они лишили государство активов и доходов, получили выгоды от ГКО, выпущенных для покрытия огромного бюджетного дефицита. Именно спиральная пирамида государственных краткосрочных облигаций была главной движущей силой кризиса 1998 г. Во-вторых, у олигархов отсутствовала политическая стратегия своей легитимизации в глазах российского общества. В-третьих, олигархи были глубоко разобщены, они не доверяли ДРУг другу, ожесточенно боролись за новые объекты приватизации, не имели институциональной процедуры для разрешения своих внутренних споров. Единственным «механизмом» влияния олигархов было обращение к Б.Ельцину, который большую часть времени был физически немощен, и им приходилось бороться за благосклонность членов его «семьи» в Кремле, контролировавших доступ к президенту. Второй, последний срок президентства Б.Ельцина заканчивался в марте 2000 г. и олигархическая система не имела процедуры, которая позволяла бы выбрать преемника.
Таким образом, в конце ельцинского периода эволюция России к тому, что на Западе считается «нормальной» рыночной экономикой, остановилась на середине пути. Влиятельные лидеры имели личную заинтересованность в сохранении статус-кво, а значимой коалиции групп, заинтересованных в дальнейшем реформировании, не существовало. Экономика была достаточно либерализована для того, чтобы олигархи могли обогатиться, но не настолько, чтобы они подверглись эффективной конкуренции (со стороны, например, иностранных компаний). Россия пошла по неожиданному третьему пути - к возвращению государственного контроля.
После избрания на пост президента в мае 2000 г. В.Путин стал быстро укреплять свою политическую власть; его первым решительным шагом был вывод СМИ из-под контроля олигархов. В то же время он гарантировал руководителям корпораций невмешательство в их бизнес, пока они остаются вне политики. В.Путин сохранял этот «равноудаленный» подход до того момента, когда многие лидеры бизнеса начали активно готовиться к выборам в Госдуму, которые были назначены на декабрь 2003 г. По оценкам, 20% кандидатов в депутаты были непосредственно связаны с бизнес-корпорациями, даже представители КПРФ. Наибольшую политическую активность проявляла НК «Юкос», крупнейшая российская нефтяная компания, которую возглавлял М.Ходорковский. Компания намеревалась разрушить монополию государственной трубопроводной компании «Транснефть», планируя построить трубопроводы, идущие в Мурманск и Китай. НК «Юкос», по-видимому, готовилась к продаже западному покупателю (которым как полагают, могла быть компания Chevron). В июле 2003 г. несколько руководителей компании были арестованы по обвинению в мошенничестве, а в октябре М.Ходорковский (самый богатый человек в России, обладатель 16 млрд. долл.) был осужден на восемь лет тюремного заключения за уклонение от уплаты налогов. После обанкрочивания НК «Юкос» его высокоценные активы через сфальсифицированный аукцион были проданы госкомпании «Транснефть». Трудно найти более наглядную иллюстрацию ограничения принципа независимости бизнеса в России. Тот факт, что бизнес эволюционировал в узкую олигархию, упростило государству возвращение командных высот в экономике. Однако даже в конце 2003 г. большинство западных обозревателей предсказывали сохранение системы олигархического капитализма в России и лишь немногие предвидели ее разгром, совершенный В.Путиным.
Несмотря на то что В.Путин отразил политические вызовы приобретших влияние капиталистов, олигархи как класс не исчезли, наоборот, при его правлении их число увеличилось, а богатство преумножилось. Олигархи получили выгоду от бурного роста российской экономики, растущих индексов фондовой биржи и успешной продажи акций отечественным и иностранным инвесторам. В 2006 г. журнал «Forbes» сообщал, что в России насчитывалось 33 человека с состоянием более 1,0 млрд. долл., таким образом, она занимала третье место в мире по количеству миллиардеров. К 2008 г. их число увеличилось до 87, и Россия переместилась на второе место после США. По оценка журнала «Forbes», общий размер состояния российских миллиардеров увеличился с 90 млрд. долл. в 2005 г. до 172 млрд. долл. в 2006 г. и к 2008 г. возрос еще более чем в два раза - до 455 млрд. долл.
Сдвиг и государственному корпоративизму. Одной из вызывающих беспокойство тенденций в последние годы было все большее слияние государственной и олигархической власти. Особенно заметно это было в важном во всех отношениях нефтяном секторе. После разрушения НК «Юкос» доля нефти, произведенной компаниями с большой долей государственного участия, увеличилась с 10% в 2000 г. до 42% в 2008 г. Общая доля участия государства в экономике возросла с 30% до 35%. Главное производственное подразделение компании «Юкос», ОАО «Юганскнефтегаз», было продано государственной компании «Роснефть» в декабре 2004 г. за 9,35 млрд. долл. Две ее другие ключевые дочерние компании, «Самаранефтегаз» и «Томскнефть», в мае 2007 г. на аукционе были проданы «Роснефти» за 13,2 млрд. долл. План, предусматривающий поглощение «Газпромом» компании «Роснефть», был сорван после длительных закулисных переговоров, но правительство вышло с комплексным планом закупки 10,7 акций «Газпрома» с тем, чтобы увеличить государственный пакет до 51%, используя заем, который будет выплачен за счет публичного предложения акций «Роснефти» стоимостью 7,5 млрд. долл. Неудачу «Газпрома» с поглощением «Роснефти» компенсировали одобрением покупки в сентябре 2005 г. независимой газодобывающей компании «Нортгаз» и ОАО «Сибнефть» (Р.Абрамовича), пятой из крупнейших нефтяных компаний. «Газпром» заплатил 13 млрд. долл. за 73% акций «Сибнефти», что близко к рыночной цене.
Этот растущий контролируемый государством сектор приобретен и управляется в некотором роде неортодоксальными методами. Государство, как и олигархи, использовало компании-«пустышки», оффшорные банки и другие бесчестные приемы для сокрытия своей экономической деятельности от посторонних наблюдателей. Эта традиция, начало которой было положено еще в 90-е годы, включает широкий спектр правительственных и полугосударственных органов, от Русской православной церкви до Центрального банка. Однако при В.Путине она еще более укрепилась. Например, первоначальная продажа активов НК «Юкос» была «отмыта» через подставную посредническую компанию «Байкал Финанс Групп». Одна треть российской нефти продается через швейцарскую посредническую компанию Gunvor. Продажа российского газа Украине производится через цепочку посредников (сначала через компанию «Итера», затем «РосУкрЭнерго»), которые зарегистрированы через международную теневую сеть, и их бенефициары-собственники неизвестны. Общая стоимость государственного портфеля акций в 2007 г. оценивалась в 469 млрд. долл., что равнозначно 40% капитализации российского фондового рынка.
Правительственный контроль над компаниями обеспечивается путем введения в советы директоров представителей исполнительной власти, в некоторых случаях в качестве председателей, и зачастую из окружения В.Путина. Например, в июле 2004 г. заместитель руководителя Администрации президента И.Сечин сменил министра торговли и экономического развития Г.Грефа на посту председателя совета директоров НК «Роснефть». Помощник президента В.Иванов был председателем совета директоров Аэрофлота и корпорации «Алмаз-Антей», другой помощник президента И.Шувалов -«Совкомфлота», первый заместитель председателя правительства С.Иванов возглавлял «Объединенную авиастроительную корпорацию». Согласно одному исследованию (Гурьев и др., 2007), в советах директоров 29% рассмотренных компаний имелись представители правительства. Один анонимный банкир сказал журналисту, что «в советах «директоров всех крупных компаний должны находиться люди из служб безопасности» (Mereu, 2008). Даже А.Дворкович, начальник Экспертного управления президента РФ, сетовал на то, что к новым государственным корпорациям не применяются основные требования аудиторской проверки. В.Путин заверил руководство Торгово-промышленной палаты в отсутствии планов создания государственного капитализма, однако его действия противоречат этому заявлению.
Россия как глобальный игрок. В период президентства В.Путина произошел кардинальный разворот: из одного из проблемных государств в глобальной экономике Россия превратилась в страну, привлекательную для иностранных инвесторов. В 1998-2004 г. одна лишь Россия обеспечила рост глобальных поставок нефти на 48%. В то самое время, когда В.Путин строил свою новую модель государственно-олигархического капитализма, он оставался приверженцем интеграции с западными экономическими институтами. И это было не только риторическое обязательство. Имеется, по крайней мере, четыре причины этого взаимодействия. Во-первых, В.Путин был уверен в том, что Россия зависит от своих потребителей энергии в Европе. Во-вторых, он осознавал, что Россия нуждается в западном управленческом и технологическом опыте, но предпочитал пользоваться ими без уступок в отношении собственности или контроля над российской экономикой. В-третьих, В.Путин думал о политическом прикрытии, которое, как он полагал, можно получить при участии западных корпораций. Наиболее ярким примером было назначение в 2005 г. бывшего канцлера Германии Г.Шредера руководителем проекта сооружения североевропейского газопровода «Северный поток», предусматривающего прокладку газопровода по дну моря в Германии в обход Польши. В том же году бывший министр торговли США D.Evans был приглашен председательствовать в совете директоров компании «Роснефть». Наконец, Москва уверена, что новые государственные корпорации, такие как «Газпром» и «Роснефть», наряду с частными компаниями, как «Лукойл», будут становиться все более сильными игроками на международной энергетической сцене благодаря приобретению все большего числа активов за рубежом.
Поэтому западным корпорациям разрешается участвовать в качестве партнеров в энергетических проектах, но на миноритарной основе. В 2004 г. компания ConocoPhilips приобрела 8,0% акций НК «Лукойл», а затем увеличила пакет до 17%. Представитель Conoco K.Meyers был избран в совет директоров НК «Лукойл». В декабре 2006 г. компания Royal Dutch Shell была вынуждена продать «Газпрому» мажоритарную долю в проекте «Сахалин-2» за 7,45 млрд., а ТНК-ВР в июне 2007 г. была вынуждена продать «Газпрому» аналогичную долю акций в своем сибирском Ковыктинском газовом месторождении. Новый закон, регулирующий 33 «стратегических» сектора экономики, был принят с тем, чтобы иностранные компании не могли иметь в собственности более 50% любого нефтяного месторождения с запасами свыше 70 млн. т, причем одобрение правительства необходимо даже для доли в 10%. В июле 2007 г. «Газпром» объявил о выборе французской компании Total в качестве партнера в разработке своего гигантского морского Штокмановского месторождения в Арктике. Компания Total получила 25% акций, а в октябре 2007 г. другие 24% акций были предоставлены норвежской компании StatiolHydro. Ожидается, что эти компании позволят «Газпрому» приобрести доли своих зарубежных активов. В последние годы наблюдался резкий рост трансграничных приобретений в обоих направлениях. В 2007 г. иностранцы приобрели в России активы на сумму 26,6 млрд. долл., а российские компании потратили на зарубежные приобретения 23,3 млрд. долл.
Примечательно, что западные банкиры играли активную роль в финансировании путинской программы денационализации. В 2005-2006 гг. «Роснефть» получила иностранный заем в размере 8,0 млрд. долл., «Газпром» - 13 млрд., «Роснефтегаз» -7,5 млрд. долл. Банки охотно участвовали в этом бизнесе, поскольку ожидали, что он позволит им получить хорошее вознаграждение в связи с предстоящим предложением акций. В декабре 2005 г. В.Путин подписал закон, снимавший ограничение на иностранное участие в «Газпроме» 20% акций. В июле 2006 г. «Роснефть» продала 15% своих акций в порядке первичного предложения (IPO) на Лондонской фондовой бирже, получив 11 млрд. долл. В июле 2006 г. Россия ввела полную конвертируемость рубля. Поразительным был и резкий рост заимствований со стороны российских государственных и частных корпораций. За первые девять месяцев 2007 г. небанковские корпорации взяли кредитов в иностранной валюте на сумму 72 млрд. долл., что было примерно эквивалентно объему вывезенного капитала. Это странное циркулирование капитала свидетельствует о неспособности российских финансовых институтов играть посредническую роль. Однако причиной могут быть и другие факторы, начиная от уклонения от уплаты налогов и кончая преднамеренной стратегией содействия интеграции России с Западом.
Сможет ли Россия избежать «ресурсного проклятия»? Нефть и газ играли важную роль в советской экономике, а обвал цен на нефть в 80-е годы считается одной из основных причин краха Советского Союза в 1991 г. Восьмикратное повышение цен на нефть в 70-е годы обеспечило ускоренный рост советской экономики и помогло советской системе продержаться еще десять лет. Однако в середине 80-х годов цены резко упали и образовавшийся бюджетный дефицит в размере 7,0 млрд. долл. заставил М.Горбачева взять на Западе кредит для финансирования давно назревших экономических реформ. Сторонники «ресурсного проклятия» утверждают, что либерализация экономики в 90-е годы была лишь временным феноменом, а российская демократия будет обречена на провал, как только цены на нефть начнут снова расти.
Мировой опыт убедительно доказывает, что нефть оказывает негативное воздействие на демократию и устойчивый экономический рост. Некоторые эксперты утверждают, что нет примеров успешного перехода к демократии в стране, в которой нефть обеспечивает более трети экспортных доходов. Это звучит как смертельный приговор российской демократии.
Однако Россия отличается от других стран, богатых природными ресурсами, как структурой своей политической экономики, так и способами, которыми она достигла нынешнего положения дел. В 2006 г. Россия больше зависела от экспорта ресурсов, чем Советский Союз в 1985 г., но она в какой-то степени и более демократична, даже по меркам Freedom House. Имеется, по крайней мере, четыре пути, по которым российская политическая экономика отойдет от ресурсной модели.
Во-первых, в отличие от других ресурсно-зависимых экономик, российская постсоветская приватизация привела к плюралистической структуре собственности в нефтяной индустрии. Министерство нефти было расчленено на десяток независимых корпораций, исходя из региональных нефтяных месторождений или пакетов акций нефтеперерабатывающих предприятий. В дополнение к этим производственным компаниям имелись сотни независимых малых фирм, созданных в качестве посредников для нефтяных компаний, обычно в целях сокрытия доходов от налоговых органов и кредиторов. Такой плюрализм собственности весьма необычен для международного опыта. Только в США и Великобритании имеется значительная конкуренция между производителями нефти, но обе страны не обладают богатыми природными ресурсами. Во всех других странах, являющихся основными производителями нефти (даже в Норвегии), производство нефти контролируется одной или двумя государственными компаниями.
Плюрализм привел к интенсивным политическим торгам, как по «вертикали», между федеральным центром и региональными руководителями, так и по «горизонтали», между соперничающими компаниями. Федеральное правительство вынуждено вести переговоры с региональными «нефтяными баронами», такими как президент Татарстана и президент Башкортостана, которые получили освобождение от уплаты налогов согласно двусторонним соглашениям, достигнутым в 1994 г. в ходе переговоров с Б.Ельциным. После 2000 г. В.Путину удалось отказаться от некоторых из этих уступок, но это был медленный и постепенный процесс, а сами президенты М.Шаймиев и М.Рахимов в 2008 г. все еще были на своих постах.
Под «горизонтальной» осью политической торговли имеются в виду яростные подковерные войны и баталии по захвату, возникающие между ведущими российскими нефтяными компаниями. Эти битвы переходят на уровень региональной политики, когда каждая нефтяная компания приобретает одну или более региональных баз, прежде всего в областях, в которых размещены их производственные объекты. Они открывают также представительства в регионах, которые предоставляют налоговые льготы. Например, это компания «Сибнефть», обосновавшаяся на далекой Чукотке, или НК «Юкос», направлявшая часть своих доходов через Мордовию, не имеющую запасов нефти. Подобные корпоративные битвы закончились срывом сделки по слиянию компаний «Сибнефть» и «Юкос» и последующим поглощением государством НК «Юкос».
Этот плюрализм собственности в нефтяном секторе не распространился на иностранные компании. В 1995 г. Россия ввела лимитированную систему соглашений о разделе продукции, но только три из 21 обсуждаемого проекта были реализованы по данной схеме, до того как она была отменена в 2003 г. Единственным крупным иностранным приобретением было объединение компаний ВР и ТНК, состоявшееся в 2003 г. Иностранцам разрешено покупать миноритарные пакеты акций в российских нефтяных компаниях. Так, Chevron приобрела 20% акций НК «Лукойл».
Во-вторых, характерной чертой России является то, что она в равной степени богата нефтью и природным газом, занимая второе место в мире по производству нефти и первое место по производству газа. Газовые активы были приватизированы отдельно от нефтяных в единую национальную корпорацию «Газпром». Она служила важным политическим ресурсом для государства во внутреннем и в международном отношении и уравновешивала агрессивные планы нефтяных компаний, направленные на увеличение доходов. Так, в 1997 г. «Газпром» взял заем на 1,0 млрд. долл. для погашения задолженностей по пенсиям.
Рынок природного газа существенно отличается от рынка нефти, как во внутреннем, так и в международном контексте. Он менее волатилен, зависит от крупных, долгосрочных инвестиций в трубопроводные системы или в предприятия по сжижению газа. В то время как внутренние цены на нефть в середине 90-х годов были либерализованы и поднялись почти до мировых рыночных уровней, цены на природный газ оставались под сильным регулированием. В настоящее время внутренние потребители платят около 50 долл./ЮОО м3 газа, а для европейских потребителей «Газпрома» установлена цена свыше 300 долл./ЮОО м3. В течение 90-х годов западные официальные лица оказывали на Россию давление с тем, чтобы она раздробила компанию «Газпром» или, по крайней мере, позволила использовать частным компаниям газопроводы, но не добились успеха. Давление со стороны МВФ в отношении реформирования прекратилось после того, как в феврале 2006 г. Россия с опережением сроков выплатила оставшиеся долги этому фонду в размере 3,3 млрд. долл. В марте 2006 г. Европейский союз отказался от своего требования по выравниванию внутренних и экспортных цен на природный газ в обмен на обещание России ратифицировать Киотское соглашение 1997 г., касающееся изменения климата.
В-третьих, российское ресурсное богатство не ограничивается нефтью и природным газом. Россия имеет крупную металлургическую промышленность, включая производство железа, стали, цветных металлов (медь, никель), драгоценных материалов (золото, алмазы). «Металлургические бароны» создали многомиллиардные отрасли, в основном независимые от нефтяных и газовых компаний, с более тесными связями с угольной промышленностью и с электроэнергетической монополией РАО «ЕЭС», поскольку полагаются на их более дешевую энергию. Рудники и предприятия «металлургических баронов» обычно расположены далеко от Москвы. Они формируют сильные альянсы с местными политическими лидерами, обеспечивая еще один противовес федеральным властям в Москве. Российская экономика далека от конкурентных условий в классическом понимании, но она значительно сложнее и дифференцированнее, чем политическая экономика, характеризуемая понятием «экономика ресурсного проклятия».
В-четвертых, в России существует заслуживающая внимания сильная государственная традиция. После 2000 г. В.Путин использовал этатистскую традицию восстановления государственной власти, он воспользовался поддержкой народом сильного лидера для победы на президентских выборах в 2000 г. и 2004 г. Он использовал силовые структуры для нейтрализации самого богатого человека в России, М.Ходорковского, и расчленения его корпорации «Юкос». Ясно, что в этом случае национальная государственная мощь выступала против международного нефтяного богатства. «Российское проклятие» этатизма перекрывает и вытесняет «ресурсное проклятие» сложными и непредсказуемыми способами, которые могут отклоняться от предположений, основывающихся на опыте других стран.
«Голландская» и другие болезни. Ресурсно-зависимые экономики склонны к разнообразным болезням: завышенный обменный курс; колебания доходов, ведущие к чрезмерным государственным расходам; повышенная вероятность коррупции из-за концентрации рент; неэффективность из-за слишком заметной роли государственных предприятий, ведущая к более низкой капиталоотдаче, а следовательно, к длительному замедленному росту. Россия определенно демонстрирует признаки многих из этих недугов. С другой стороны, подъем, начавшийся в 1998 г., был значительным и устойчивым, а ресурсное богатство и состояние глобального энергетического рынка не давали оснований полагать, что все это закончится в скором времени.
Многие экономисты обеспокоены тем, что Россия стала жертвой «голландской болезни» - завышенного обменного курса. Приток нефтяных и газовых доходов повысил стоимость рубля, который с 1999 г. в реальном исчислении удорожал на 80%. Это делает промышленное и сельскохозяйственное производство неконкурентным, неспособным найти экспортные рынки и соперничать с импортом. Это происходит в то время, когда Россия продвигается к вступлению в ВТО, которое еще больше ограничит ее способность защищать своих производителей с использованием тарифных и нетарифных барьеров. Воздействие «голландской болезни» не ограничивается обменным курсом. Высокая окупаемость инвестиций в энергетический сектор повышает стоимость капитала и ведет к росту оплаты труда квалифицированных работников, оказывая дополнительное давление на внутренних производителей в других секторах.
Среди специалистов существуют разногласия по поводу доли энергетического сектора в ВВП России, частично из-за практики отчетности, скрывающей доходы от нефти и газа в других статьях. Согласно официальным данным «Росстата», на долю энергетического сектора приходится 9,0% российской экономики, в то время как по расчетам ВБ данный показатель равен 25%. Это высокие показатели, но не такие, как в Саудовской Аравии или даже в Венесуэле. Энергетический сектор, несомненно, был движущей силой оживления российской экономики после 1998 г., обеспечивая приблизительно половину роста ВВП. Но в отличие от других стран-экспортеров нефти Россия имеет развитый обрабатывающий сектор, поэтому значительная доля производимой энергии используется внутри страны, особенно в таких энергоемких отраслях, как металлургическая и химическая. В последние годы экспортировалось только 56% сырой нефти, 34% природного газа и 42% нефтепродуктов, остальное потреблялось внутри страны. Доля промышленного производства увеличилась с 17% ВВП в 2003 г. до 20,7% в 2006 г. Это дало основание компании «Тройка Диалог» утверждать, что российской экономике нельзя ставить диагноз «голландской болезни», учитывая довольно большую долю обрабатывающего сектора в ВВП России. Это показывает, что политическая экономика российской энергетической зависимости является более сложной, чем в типичном «нефтегосударстве». Необходимо достигать больших компромиссов, чем в других ресурсно-зависимых странах, с участием более широкого круга политических и экономических игроков.
Как именно доходы от нефти влияют на экономический рост? Более высокие цены на нефть сами по себе не оказывают воздействия на ежегодные темпы роста ВВП. Рост ВВП определяется увеличением товаров и услуг, производимых в стране в данном году. Это может произойти благодаря росту бюджетных расходов, если государство получило часть доходов от нефти за счет большего поступления налогов. В свою очередь, нефтяные и газовые компании могут больше инвестировать, нанимать больше работников для поддержания или расширения производства. Высокие доходы работников, менеджеров и собственников в нефтяном секторе могут быть израсходованы на потребительские товары и услуги.
Сфера услуг, транспорт и государственный сектор, будучи неторгуемыми, обладают определенным иммунитетом в отношении «голландской болезни». По сравнению с более зрелыми рыночными экономиками все три сектора в России являются неразвитыми, что оставляет большое пространство для ненефтяного роста. Согласно данным ВБ, в 2006 г. доля услуг возросла до 56% ВВП, на долю промышленного производства приходилось 19%, а доля сельского хозяйства снизилась до 5,0%. Как и предполагает сценарий «голландской болезни», рост концентрируется в неторгуемых секторах, таких как строительство и розничная торговля, и за первые девять месяцев 2007 г. он составил 24% и 14% соответственно, а промышленное производство за этот период увеличилось на 10%, концентрируясь в транспортном и энергетическом машиностроении.
Специфические проблемы, возникающие из-за «голландской болезни». Стерилизация избытка капитала. При условии, что Центральный банк и Министерство финансов достаточно компетентны для того, чтобы стерилизовать приток капитала, «голландская болезнь» должна быть управляемой. В конце концов, она не оказалась смертельной для голландцев. С 2000 г. Россия проводит осмотрительную финансово-бюджетную и кредитно-денежную политику. Ее финансово-бюджетная политика ближе к политике Норвегии, чем Нигерии или Венесуэлы.
В период между 2000 и 2006 гг. общие условия торговли изменились полностью в пользу России. Если цена нефти марки «Urals» упала с 27 долл./баррель в 2000 г. до 23 долл. в 2001 г., то затем она повысилась до 34 долл. в 2004 г. и до 69 долл./баррель в 2007 г. В 2006 г. на долю нефти приходилось 33% российского экспорта и на долю природного газа еще 15%. Эти благоприятные внешние условия помогли правительству увеличить доходы с 40 млрд. долл. в 2000 г. до 153 млрд. в 2005 г., а расходы с 34 млрд. до 130 млрд. долл. Федеральный бюджет имел профицит в 4,1% ВВП в 2004 г. и 7,5% в 2005 г. (при доходах в 23,6% и расходах в 16,2% ВВП). В 2006 г. государственные доходы (в совокупности региональные и федеральные) составляли 39%, а расходы 28% ВВП (таким образом, профицит бюджета равнялся 11%). Профицит означает, что правительство смогло улучшить качество государственных услуг, выплатить свои международные долги и избежать финансового кризиса.
В дополнение к поступающим в ЦБР доходам от внешних валютных операций в 2004 г. правительство создало Стабилизационный фонд, в который направлялись налоговые поступления от экспорта нефти при цене свыше 20 долл./баррель. Средства Фонда увеличились с 4,0 млрд. долл. в 2004 г. до 50 млрд. в январе 2006 г. и до 168 млрд. в январе 2008 г.
По оценкам некоторых экспертов, через ЦБР и Стабфонд правительство стерилизовало 16% всех экспортных доходов, полученных с 1998 г. по 2005 г. Давление снижалось и за счет того, что олигархи предпочитали направлять свои доходы на иностранные счета и приобретения. В конце 90-х годов экспорт капитала составлял 20 млрд. долл. в год, в 2006 г. он увеличился до 42 млрд., в 2007 г. до 81 млрд. и в первом квартале 2008 г. составил 23 млрд. долл. С другой стороны, энтузиазм российских компаний в отношении заимствований за границей увеличивает опасность возможного будущего платежного кризиса. В 2007 г. процентные платежи частного сектора достигли 65 млрд. долл. (до половины торгового баланса, составлявшего 132 млрд. долл.), а внешний долг к июню 2007 г. увеличился до 385 млрд. долл. На долю государственных компаний приходилось 30% из 350 млрд. долл. корпоративных долгов. По информации, представленной заместителем председателя правительства и министром финансов А.Кудриным, к январю 2008 г. внешний долг России составлял 33% ВВП против 50% годом ранее, и только 4,0% были долгом государства.
Несмотря на десятилетнее удорожание, в 2008 г. рубль все еще составлял 72% своего уровня паритета покупательной способности, примерно, как валюта Мексики, Бразилии и Южной Кореи, хотя это было значительно выше, чем в Китае (20%) и на Украине (25%). Свидетельство влияния «голландской болезни» на конкурентоспособность российского неэнергетического сектора, следовательно, является далеко не очевидным. Основная озабоченность связана с уровнем внутренних цен и главным образом скорее из-за его политической, а не экономической значимости.
Расходование профицита. Показатели стабилизационных фондов других стран (Кувейта, Норвегии, Колумбии, Венесуэлы, Азербайджана, Чада, штатов Аляска и Альберта) неоднозначны, их создание не гарантировало иммунитет в отношении политически мотивированных или коррупционных расходов. В феврале российский Стабфонд был разделен на две части - Резервный фонд (в иностранной валюте и других финансовых активах) и Фонд национального благосостояния, который должен получать средства как только Резервный фонд достигает 10% ВВП, а затем должен инвестировать их внутри страны. Вопрос о способах расходования профицита вызвал разногласия среди членов правительства. Министр финансов считал, что его необходимо использовать для выплаты внешнего долга, а министр здравоохранения и социального развития хотел бы ликвидировать дефицит в 3,0 млрд. долл. в Пенсионном фонде и оказать помощь регионам по выплатам гражданам компенсаций за монетизацию социальных льгот. В ходе монетизации, введенной в январе 2005 г., были ликвидированы некоторые льготы, и льготы в натуральном выражении были заменены денежными выплатами.
В итоге было принято предложение министра финансов. Большинство доходов было использовано для выплаты внешнего государственного долга, который сократился до 53 млрд. долл. (9,0% ВВП) по состоянию на январь 2008 г. против 150 млрд. долл. (150% ВВП) в 1998 г. Например, в 2005-2006 гг. Россия выплатила официальным кредиторам Парижского клуба долг в размере 45 млрд. долл. и это, по оценкам, позволило сэкономить 12 млрд. долл., которые пришлось бы уплатить в качестве процентных ставок в будущем. В 2005 г. были приняты приоритетные национальные проекты в таких областях, как строительство, образование, здравоохранение и в сельское хозяйство. Но это были скромные с точки зрения финансирования программы, стоимость которых в 2006 г. составляла менее 4,0 млрд. долл. (лишь 3,0% от общих бюджетных расходов). В 2007 г. финансирование этих программ было увеличено до 10 млрд. долл. и по плану, предложенному в октябре 2007 г., финансирование увеличилось до 40 млрд. долл. в год (2,8% ВВП). Пересмотренный план включал создание Банка развития и корпорации «Нанотехнологии». Тем временем, расходы на внутреннюю безопасность увеличились с 4,0 млрд. долл. в 2000 г. до 39 млрд. долл. в 2008 г. Одним из вызывающих озабоченность событием был арест в ноябре 2007 г. заместителя А.Кудрина С.Сторчака, который осуществлял управление Стабфондом, в связи с обвинениями в коррупции.
Инфляция. Тот факт, что, несмотря на предпринимаемые усилия, правительство не может снизить годовую инфляцию ниже 10% и предотвратить устойчивое удорожание рубля по отношению к доллару, свидетельствует о непрекращающемся воздействии «голландской болезни». Хотя правительство преуспело в изъятии и стерилизации доходов от нефти и газа, оно не смогло предотвратить инфляционное давление, созданное притоком частного капитала.
В 2007 г., в первый срок президентства В.Путина, впервые рост потребительских цен достиг 11,9% против 9,0% в 2006 г. Цены производителей росли даже быстрее, на 17%, темпы прироста денежной массы (М2) составили 28%. Цены на молоко и хлеб повысились более чем на 20%, и обеспокоенность ростом цен на продовольственные товары привела к тому, что в октябре 2007 г. правительство ввело неофициальный контроль над ценами на период до конца марта 2008 г. - и не случайно, поскольку в марте должны были состояться президентские выборы. Правительство также снизило импортные тарифы на молочную продукцию, с 15% до 5,0%, и повысило экспортные тарифы на пшеницу на 10% и на ячмень на 30%. в 2007 г. доля импорта в потреблении продуктов питания возросла до 37%, что повышает уязвимость России в отношении роста глобальных продовольственных цен. По непродовольственным потребительским товарам доля импорта еще выше и составляет 54%.
Второй наиболее чувствительной сферой являются тарифы на коммунальные услуги, которые в период между 2000 и 2007 гг. ежегодно повышались на 33%, при этом доля коммунальных платежей в средних расходах домохозяйств выросла с 4,6% до 9,0%. Многие цены, не охватываемые индексом потребительских цен, также повышались. Средняя стоимость квадратного метра жилья за 2006 2007 гг. увеличилась с 21 тыс. до 45 тыс. р. В феврале 2008 г. рост потребительских цен достиг 12,7% в годовом исчислении. Многие аналитики согласны с тем, что цель правительства обеспечить в 2008 г. инфляцию на уровне 8,5%, являлась нереалистичной. И все же, на фоне глобальных потрясений, вызванных ипотечным кризисом в США, заместитель председателя правительства А.Кудрин в апреле 2008 г. с какой-то долей достоверности мог говорить о России как об «острове стабильности».
Неравенство. Один из аспектов «ресурсного проклятия», проявившийся в России, -это тенденция, характерная для всех ресурсно-зависимых экономик, которая заключается в увеличении неравенства, в том числе географического. ВВП на душу населения в регионах составляет одну треть от московского уровня, или половину с учетом различий в стоимости жизни. Среднедушевой ВВП составляет от 8 тыс. долл. в Южном федеральном округе до 28 тыс. долл. в Москве. На долю Москвы с населением 10 млн. чел. (7,0% от общей численности населения страны) приходится 25% ВВП в рублевом выражении и 16% по паритету покупательной способности.
Располагаемые доходы 20% наиболее обеспеченных домохозяйств столицы превышают 5 тыс. долл. в месяц. Тенденция экономического неравенства стала проявляться в России в начале 90-х годов, и характер распределения доходов с тех пор изменился незначительно. Коэффициент Джини (стандартный показатель неравенства в доходах по шкале 0-1) изменился от 0,26 в 1991 г. до 0,41 в 1994 г. и оставался около этого уровня в течение следующего десятилетия, в 2006 г. он был равен 0,41. В январе-сентябре 2007 г. 20% наиболее обеспеченных домохозяйств получили 47% совокупных доходов, следующая по уровню обеспеченности 20%-ная группа - 23%, а беднейшие 20% - лишь 5,0%. Это неравенство остро ощущается российскими гражданами. Согласно исследованию Russian Longitudinal Monitoring Survey, огромное большинство опрошенных заявили, что они стали беднее относительно других. Только 19% россиян считают, что экономические и социальные изменения последних 15 лет улучшили их жизнь, а 49% полагают, что переход к рыночной экономике их жизнь ухудшил.
Долгосрочная устойчивость. Другой проблемой, связанной с нефтяной зависимостью России, является долгосрочная устойчивость. Сохранится ли спрос, если цена нефти будет оставаться на уровне 100 долл./баррель? И даже при такой цене, имеет ли Россия достаточные запасы, которые могут быть извлечены и доставлены на рынок с затратами, обеспечивающими рентабельность? Россия уверена, что ее положение на мировых энергетических рынках является прочным. В период 1998-2004 гг. она обеспечила 48%-ное увеличение мировых поставок нефти, она обладает 72 млрд. баррелей доказанных запасов, 6,1% от мировых резервов нефти. В 2004 г. инвестиции в российскую нефтяную индустрию составили 12 млрд. долл., что на 70% больше, чем в 1998 г., и что можно сравнить с 65 млрд. долл., инвестированных по всему миру «большой пятеркой» нефтяных компаний в том же году. В 2006 г. на долю добычи полезных ископаемых приходилось 30% от общего объема капиталовложений в российскую экономику, а на долю нефтепереработки - 27%.
В течение прошедшего десятилетия каждый всплеск мировых цен на нефть приводил к расширению новых буровых работ, с лагом в три-шесть месяцев, поскольку компании бурят на малорентабельных и высокозатратных участках существующих месторождений. Таким образом, производство увеличивалось в ответ на более высокий уровень цен, на 8,0-11% в 1999-2004 гг. и на 6,0-7,0% в последующие годы. Тем временем богатые наличными деньгами энергетические компании обеспечивали привлекательное соотношение цены и прибыли и активно привлекали иностранных портфельных инвесторов. Однако работы на новых доступных месторождениях являются все более затратными, а общее повышение уровня цен (включая резкий рост стоимости стали и других видов сырья и материалов) создает для России проблемы с точки зрения расширения производства нефти. Ожидается, что в течение последующих двух лет производство нефти в России, как и в 2007 г., будет увеличиваться на 2,6% в год.
Политика субсидирования. Часть доходов, получаемых от экспорта энергоносителей, используется для поддержания других секторов. Главным механизмом перекрестного субсидирования является поддержание искусственно низких цен на газ и электроэнергию для внутренних потребителей. Цены на продукцию нефтепереработки разрешается повышать почти до уровней мирового рынка. Под давлением правительства «Газпром» использует экспортные доходы для того, чтобы субсидировать внутренних потребителей, создавая мини-плановую экономику, базирующуюся на дешевой энергии. На долю газа приходится 60% от производства электроэнергии. Самыми большими бенефициарами были энергоемкие производители металлов, которые пользуются экспортным бумом благодаря ценам на электроэнергию, составляющим одну четверть от европейского уровня. «Газпрому» разрешено взимать только 60 долл. за 1000 м3 газа с отечественных промышленных потребителей и 50 долл. в системе ЖКХ, в то время как экспортные цены на газ к марту 2008 г. достигли 370 долл./ЮОО м3. Реализация планов правительства, предусматривающих с 2000 г. постепенное повышение внутренних цен, задерживается в связи с резким ростом мировых цен на нефть и газ.
Одной из главных жертв такой политики стало РАО «ЕЭС». С конца 90-х годов Федеральная энергетическая комиссия удерживала ежегодное повышение цен на электроэнергию на уровне значительно ниже темпов внутренней инфляции. РАО «ЕЭС» утверждает, что отпускная цена ниже стоимости производства энергии и она, безусловно, ниже уровня, который необходим для замены устаревших генерирующих предприятий. Компания вынуждена платить по ценам, близким к рыночным, за многие ресурсы (мазут, уголь, транспортировку), при этом она находится под строгим контролем в отношении цен при сбыте энергии промышленным и коммунальным потребителям. В отличие от компании «Газпром», РАО «ЕЭС» не имеет высоких экспортных доходов и вынуждено покрывать разницу между внутренними и экспортными ценами на энергию. Политическое давление не позволяет РАО «ЕЭС» отключать электроэнергию большой категории неплательщиков, к которой относятся ЖКХ и военные объекты.
Попытки повысить цены на электроэнергию в 2004-2005 гг. вызвали уличные демонстрации и протесты со стороны региональных и муниципальных руководителей. Даже некоторые депутаты Госдумы, члены проправительственной партии «Единая Россия», чувствуя свою политическую уязвимость, начали осуждать такую реформу. Полная ценовая либерализация была отложена до завершения пятилетнего плана реформирования сектора, о котором объявил глава РАО «ЕЭС» А.Чубайс. План реализовывался медленно, А.Чубайсу пришлось вести сложные переговоры с губернаторами, местными промышленниками и акционерами РАО «ЕЭС». Но в реальности приватизация не могла проводиться до повышения тарифов, поскольку инвесторы не хотят покупать убыточные региональные компании. После того, как В.Путин в феврале 2004 г. заменил М.Касьянова на посту председателя правительства М.Фрадковым, темпы приватизации замедлились еще больше. В июне 2004 г. М.Фрадков объявил о шестимесячной отсрочке приватизации РАО «ЕЭС». После этого приватизация региональных компаний возобновилась.
Эта ситуация породила для энергетического сектора некоторые порочные стимулы. Энергетические компании были заинтересованы в расширении экспортной инфраструктуры, но не в увеличении внутреннего производства. Им проще переключить поставки энергии с внутреннего на зарубежные рынки, чем наращивать производство. А сохраняющаяся неопределенность в отношении будущего распределения доходов уменьшает их заинтересованность в росте выручки в ближайшей перспективе.
В заключении статьи отмечается, что 8 февраля 2008 г. на заседании Государственного совета В.Путин заявил: «Мы все еще не сумели избавиться от инерции развития, базирующегося на энергетических ресурсах и сырьевых товарах. Государственная система в настоящее время задавлена бюрократией и коррупцией, не имеет мотивации к положительному изменению». Но «ресурсное проклятие» не является законом природы. Хорошо продуманная государственная политика может ослабить его наиболее разрушительное воздействие. Вопрос, сможет ли государственный корпоративизм В.Путина помочь России избежать страшных последствий, которые предполагает следование модели «ресурсного проклятия», остается открытым.
Критики стратегии В.Путина предлагают модель экономического развития, шансы на успех которой в такой же мере гипотетичны, как и правительственной стратегии. Открытие российской нефтяной и газовой индустрии для мажоритарных иностранных инвесторов привело бы, вероятно, к резкому росту инвестиций, которые увеличили бы их доходы и снизили мировые цены на нефть. Но будет ли от этого польза российским работникам и потребителям или приведет ли это к более низким уровням коррупции? Соседние страны, Азербайджан и Казахстан, прошли по такому пути, но вряд ли являются примерами демократической подотчетности и ответственности. В любом случае, российское правительство отвергло такую модель развития и, кажется, намерено придерживаться выбранной им политики.
В.И.Вершинин
Europe-Asia Studies. - 2008. - 60, N б. - P. 1051-1072.
Тенденции развития экономик стран СНГ в связи с мировым кризисом
В очередном выпуске издаваемого компанией Business Monitor International (BMI) регионального доклада опубликован аналитический материал о политических рисках и перспективах макроэкономического развития России и других государств СНГ.
Россия. По оценке экспертов BMI, нехватка капитала, испытываемая развивающимися рынками, будет остро ощущаться и в России. Системного кризиса пока удавалось избежать благодаря активным интервенциям правительства, чему способствовали большие валютные резервы. Это свидетельствует о том, что в среднесрочной перспективе риск развития кризиса будет сохраняться. В самом деле, возможность реализации негативных тенденций во внешнеэкономической и налогово-бюджетной сферах, а также угроза стабильности банковской системы, будут только возрастать, поскольку официальные валютные резервы в 2009 г., как ожидалось, продолжат уменьшаться. В рамках такого сценария аналитики BMI допускают не только возникновение глубокой, длительной рецессии, но и риск наступления кредитного события (т.е. неплатежеспособности третьей стороны) среди крупнейших квазисуверенов страны.
Основной сценарий для России определенно является мрачным, с сокращением экономики за 2009 г. на 1,0% и с сохранением риска дальнейшего спада. При установившейся в течение этого года средней цене нефти марки «Urals» на уровне чуть ниже 50 долл./баррель, внешнеэкономическая и налогово-бюджетная ситуация, по-видимому, значительно ухудшится. Текущий счет, начиная с 1999 г. имевший большое активное сальдо, к 2010 г. станет дефицитным. Ожидается, что профицит федерального бюджета в 4,0% ВВП сменится на дефицит в 6,9%. Еще большее беспокойство вызывает стабильность банковской системы, состояние которой, вероятно, продолжит ухудшаться, поскольку отток депозитов в сочетании устойчивым ростом числа невозвращенных кредитов подрывает рост на рынке кредитования и еще больше ухудшает ситуацию с ликвидностью.
Хотя уже ясно, что Россия движется в сторону рецессии, эти факты дают основание полагать, что одновременно возрастает риск системного кризиса. Важно, что единственной причиной того, почему российская банковская система и корпоративный сектор не оказались перед лицом дефолта, подобного дефолту 1998 г., является обильное вливание капитала на рынки правительством, которое таким образом взяло на себя обязательства по рефинансированию краткосрочных долгов значительной части частного сектора. Выполнить эту задачу помогли существенные валютные резервы, достигшие пикового значения 758 млрд. долл. в июле 2008 г,, когда цены на нефть повысились до рекордного уровня.
С тех пор суммарные российские резервы, состоящие из резервов Центрального банка, Фонда национального благосостояния и Резервного фонда, сократились почти на 15%, в то время как государственные обязательства существенно увеличились. Резервы ЦБР уменьшились на 27%, так как денежные власти пытаются замедлить процесс обесценивания рубля, одновременно вливая ликвидность в банковскую систему. К сожалению, на последнем направлении был достигнут лишь частичный успех. В то время как ставки денежного рынка по кредитам овернайт удерживались на уровне 7,0%, ставки по долгосрочным кредитам за период менее четырех месяцев выросли приблизительно с 6,0% до 22%.
Это дает основание полагать, что денежные власти имеют лишь ограниченный контроль над стабильностью российского рынка капитала и, поскольку реальное макроэкономическое воздействие обваливающихся цен на нефть и глобального экономического спада в 2009 г. продолжится, ситуация, вероятно, станет хуже.
Возможности правительства по защите экономики могут быть значительно ослаблены не только в монетарной сфере. После девятилетнего периода профицита бюджет 2009 г., наверное, окажется глубоко дефицитным и для его финансирования правительство, возможно, израсходует более половины своего Резервного фонда. В дополнение к сохранению запланированного уровня капитальных затрат в качестве фискального стимулирования, несмотря на снижение доходов, правительство, по-видимому, усилит корпоративную поддержку. Например, в четвертом квартале 2008 г. сумма заявок на помощь в рефинансировании, поданных в ВЭБ, превысила первоначально выделенные 50 млрд. долл. и это побудило банк к поиску еще 34 млрд. долл. для вливания капитала.
Установив, что государственная поддержка будет играть решающую роль для экономики, аналитики BMI задаются вопросом: имеет ли российское правительство достаточно возможностей для обеспечения стабильности банковской системы и кредитного рынка при одновременном фискальном стимулировании, необходимом для предотвращения глубокого экономического спада? В то время как основной сценарий BMI дает на этот вопрос положительный ответ, по крайней мере, в отношении 2009 г., эксперты предостерегают, что в условиях нынешней волатильности глобального рынка и беспрецедентных уровней делевереджа (выкупа необеспеченных долгов, перевода долгов частных компаний на государство), для такого сценария имеются весьма реальные негативные риски. Эксперты BMI подчеркивают, что существуют многочисленные взаимосвязанные факторы, которые ускоренными темпами могут привести экономику к кризисному сценарию.
Цены на энергоресурсы, естественно, являются главной переменной, и хотя, прогнозам ВМ1 на 2009 г., средняя цена сырой нефти марки «Brent» должна была составлять 50 дояп./баррель, не исключалось ее падение до 20 долл./баррель. Затяжной обвал цен до таких уровней будет усиливать негативные тенденции, уже проявившиеся в России, включая отток капитала, давление на налоговые доходы, сокращение капитальных затрат, снижение объемов производства и масштабное разрушение спроса.
Кроме того, доверие к банковскому сектору будет, по-видимому, оставаться неустойчивым. Ускоренный отток вкладов может означать для кредитных рынков даже большую катастрофу, чем замораживание ликвидности, которая уже имеет место. Хотя эксперты BMI все еще уверены в том, что правительство защитит крупных квазисуверенных кредиторов, таких как «Газпромбанк», «Сбербанк» и ВТБ, перспективы для малых и средних кредиторов остаются значительно менее определенными. Уже 18 банков лишились лицензий из-за неудовлетворения требований к капиталу и аналитики BMI ожидали в ближайшей перспективе роста числа случаев несостоятельности. Приток иностранного капитала в российскую банковскую систему практически иссяк в связи с нежеланием инвесторов принимать на себя риск, а ухудшение финансовой ситуации и резкий рост заимствований означают, что правительству в конечном итоге придется выбирать, какие компании получат помощь для преодоления экономических трудностей. Единственным спасением для банковской системы будут вкладчики, однако уже сейчас можно наблюдать утерю доверия к ней со стороны держателей вкладов - физических лиц. Это становится более заметным, так как инвесторы выражают все большую озабоченность в отношении стабильности рубля.
В период август-октябрь 2008 г. общий объем рублевых розничных депозитов сократился на 12,1%, а валютных увеличился на 14,2%. В номинальном выражении это привело к сокращению совокупных объемов депозитов на 7,4%. Хотя на момент подготовки публикации еще не прослеживалось снижение объемов вкладов юридических лиц (в соответствии с данными ЦБР за октябрь 2008 г.), перспективы, безусловно, слабые, поскольку поток наличных денег иссякает в условиях сокращающейся экономики и использования компаниями своих свободных средств для расчетов по краткосрочным обязательствам.
Ситуация с вкладами отражает более общую проблему доверия местной валюте, которая испытывает самое сильное давление, начиная с 1998 г. Любое дальнейшее обесценивание рубля ниже прогнозировавшегося экспертами BMI в марте 2009 г. уровня (БВК = 37,3 р.) существенно увеличит риск гораздо большего дальнейшего обесценивания, особенно в случае развития сценария с ценой нефти 20 долл./баррель. Любое ослабление рубля сверх предсказанного выше существенно усилит риск рефинансирования корпоративного долга. Рублевый кризис в придачу к замороженному кредитному рынку и разрушению совокупного спроса несет чрезвычайно высокие риски для иностранных инвесторов. Все уже наблюдали, как быстро изменялась ситуация в четвертом квартале 2008 г., когда рубль обесценился на 14,6% (по БВК) и риски этого оставались и в 2009 г. Отражая заметный рост спроса на иностранную валюту, в октябре 2008 г. чистый приток в Россию иностранной валюты через уполномоченные банки достиг рекордного уровня - 1,3 млрд. долл. Это почти в три раза выше предыдущего рекорда в 4,6 млрд. долл., который был зафиксирован в декабре 1997 г., как раз перед финансовым кризисом 1998 г. За тот же самый период валовые поступления в иностранной валюте в банковскую систему в месячном исчислении увеличились более чем. в два раза - до 27,8 млрд. долл.
Системный кризис, перед лицом которого находится Россия, будет более масштабным вариантом неурядиц на рынке капитала, которые наблюдались в сентябре и октябре 2008 г. Естественным результатом станет консолидация банковской системы под руководством правительства, но процесс списания активов и делевередж, который будет итогом, уничтожат систему внутреннего кредитования на долгие годы. Конечно, произойдет значительное и затяжное сокращение экономики, рынки ценных бумаг будут испытывать дальнейшее падение, прежде чем в долгосрочной перспективе начнется какое-то оживление. В этот момент риски распространятся и на крупные квазисуверенные корпорации, как «Газпром» и «Сбербанк». Хотя банкротство этих организаций все же маловероятно из-за политических факторов, аналитики BMI предполагают возможность реструктуризации их долговых обязательств, а также сокращение их операционной деятельности.
Таблица 1
Основные макроэкономические показатели России (фактические и прогнозируемые экспертами BMI на 2009 г. и 2010 г.)
Сомнительно, что этот кризис будет происходить в сильно отличающихся внешних условиях по сравнению с 1998 г. На фоне реструктуризации рынка капитала (включая национализацию больших частей финансового сектора) и беспрецедентного делевереджа, происходящего в развитом мире, возможности России по использованию внешнего финансирования, получаемого из частных источников, от международных финансовых институтов или межправительственных организаций, будут ограниченными. Это обусловит то, что оживление экономики после любого кризиса невыполнения обязательств (или чего-то аналогичного), вероятно, будет продолжаться в течение многих лет.
В таблице приведены некоторые показатели по России за 2007 г. (реальные), 2008 г. (оценочные), 2009 г, и 2010 г. (прогнозируемые) (см. табл. 1).
Украина. Эксперты BMI полагали, что соглашение, достигнутое между Россией и Украиной в январе 2009 г. о цене на поставки природного газа, помогло Украине избежать самых тяжелых сценариев макроэкономического и финансового кризиса. В соответствии с договором, в 2009 г. Украина должна покупать российский газ по европейской цене минус 20%, с переходом на рыночную европейскую цену в 2010 г. Во-вторых, за транспортировку газа на европейские рынки в 2009 г. Россия будет продолжать платить Украине по льготной ставке, с переходом на рыночную ставку транзита в 2010 г. Наконец, посредническая компания «РосУкрЭнерго» будет выведена из сферы торговли газом между Россией и Украиной.
Однако остается несколько неопределенностей, связанных с договором. Во-первых, ОАО «Газпром» обвинило «Нафтогаз» в неуплаченном компании «РосУкрЭнерго» долге в размере около 600 млн. долл. Не ясно, каким образом проблему решает этот договор. Кроме того, было неизвестно, поддержит ли соглашение президент Украины В.Ющенко. Эксперты не исключали, что раздоры между бывшими союзниками, Ю.Тимошенко и В.Ющенко, могут подвергнуть опасности последнее соглашение по газу.
Определенное удовлетворение у аналитиков BMI вызывало то, каким образом завершился газовый кризис. Хотя рыночная цен газа остается неясной (цена на газ, как правило, привязывается к цене нефти с шестимесячным отставанием), они ожидали, что средняя цена, уплачивавшаяся в 2009 г. Украиной за импортируемый газ, будет значительно ниже 450 долл./ЮОО м3, которую одно время предлагал «Газпром». В соответствии с указанным договором, компания «Нафтогаз» должна была платить около 360 долл./ЮОО м3 в первом квартале 2009 г. и значительно меньше в остальную часть года. По большинству оценок, в 2009 г. средняя цена газа для Украины должна была составить 200-240 долл./ЮОО м3. Важно отметить, что по условиям российско-украинского соглашения 2006 г. Украина должна была передавать значительную часть газа компании «РосУкрЭнерго» за доставку газа на свою территорию. Устранение этого посредника, по мнению экспертов, значительно снизит реальную цену, которую будет платить Украина за любые экспортные поставки.
Новое соглашение может также дать некоторую «передышку» гривне. Эксперты BMI были озабочены тем, что компания «Нафтогаз» остается одним из крупнейших покупателей долларов на Украине и что любое повышение цены будет только усиливать дальнейшее давление на гривну. В 2009 г. закупка долларов этой компанией сократилась, по-видимому, значительнее, чем предполагалось ранее, аналитики BMI сохраняли свой прогноз понижения курса гривны. По их мнению, продолжающиеся падение спроса на основные экспортные товары Украины и нежелание международных участников принимать на себя риск в среднесрочной перспективе будут продолжать оказывать давление на гривну.
Эксперты BMI придерживались той точки зрения, что дефицит текущего счета, в 2008 г. оценивавшийся в 5,4% ВВП, в 2009 г. значительно снизится. Хотя возросшие цены на природный газ должны были увеличить общие расходы на импорт, аналитики BMI не предполагали, что их сможет компенсировать более значительное сокращение стоимости импорта. Приток капитала резко снизится, как и спрос на иностранные товары и услуги.
Кроме того, перспективы компании «Нафтогаз» уже сейчас вызывают озабоченность. Учитывая шаткое финансовое состояние компании (уже дважды она была близка к техническому дефолту по еврооблигациям стоимостью 500 млн. долл.), любое повышение цен будет продолжать оказывать давление на ее стабильность. Как предупреждали эксперты BMI ранее, если «Нафтогаз» будет подталкиваться к банкротству (такая ситуация ими не исключается), можно ожидать значительного ухудшения ситуации с ростом заимствований во всей украинской экономике.
Дефляционная тенденция на Украине, начавшая проявляться в июне 2008 г., в декабре, по-видимому, приостановилась и с ноября общая инфляция удерживалась на уровне 22,3% (в годовом исчислении).
Хотя показатель общей инфляции оставался неизменным, наблюдалось существенное снижение темпов роста цен продовольственной и транспортной составляющих потребительской корзины, что, по мнению экспертов BMI, стало отражением продолжавшейся во втором квартале 2008 г. нормализации глобальных цен на товары кратковременного пользования и энергоносители. Достигнув в мае 2008 г. 48,5% (в годовом исчислении), инфляция в продовольственной составляющей в совокупности упала на 25 процентных пунктов, до 24,5% декабре против 26,7% в ноябре. Продолжали замедляться темпы роста транспортных цен: с повышения на 27,2% в октябре, на 25,7% в ноябре до 22,5% в декабре (все в годовом исчислении).
В противоположность этому увеличение тарифов ЖКХ в декабре 2008 г. составило 28,2% против 20,9% в ноябре. Неожиданный рост тарифов, по-видимому, связан со значительным повышением цен на такие субкомпоненты, как бытовой газ и природный газ, которое за И мес. года в среднем составляло 3,5%, а в декабре было весьма высоким - 54,1%.
Таблица 2
Основные макроэкономические показатели Украины (фактические и прогнозируемые экспертами BMI на 2009 г. и 2010 г.)
Однако эксперты BMI считали, что благодаря динамике нескольких ключевых факторов дефляция в 2009 г. будет продолжаться и к концу года уровень инфляции составит 12%. Во-первых, они ожидали, что продолжающаяся коррекция глобальных цен на товары кратковременного пользования и энергию будет играть ключевую роль в ослаблении общей инфляции. Поскольку средняя цена барреля нефти марки «Brent» в 2009 г. прогнозировалась на уровне 50долл./баррель (против 98,52 долл./баррель в 2008 г.), аналитики BMI предполагали значительное снижение роста цен энергетических составляющих потребительской корзины. Также они сохраняли относительно оптимистическую точку зрения в отношении цен на товары кратковременного пользования.
Кроме того, в среднесрочной перспективе динамика роста украинской экономики будет также играть ключевую роль во влиянии на общую инфляцию (исключая продовольствие и энергию). При прогнозируемом снижении реального ВВП на 7,2% эксперты BMI ожидали, что рост безработицы и уменьшение темпов роста реальной заработной платы существенно снизят давление на внутренний спрос и приведут к более низким агрегированным ценам в конце 2009 г.
Хотя, по прогнозу аналитиков BMI, рост потребительских цен в 2009 г. должен был замедлиться, они предупреждали, что на такую оценку может оказать влияние продолжающееся обесценение гривны, которая с начала ноября 2008 г. по март 2009 г. потеряла 35% своей стоимости. Дальнейшее ее устойчивое ослабление должно привести к усилению темпов инфляции из-за роста стоимости импорта.
В таблице приведены некоторые показатели по Украине за 2007 г. (реальные), 2008 г. (оценочные), 2009 г. и 2010 г. (прогнозируемые) (см. табл. 2).
Казахстан. Несмотря на обнародованный пакет реформ, предусматривающих создание конкурентной многопартийной политической системы и обеспечение свободы СМИ в Казахстане, демократические институты в стране в течение какого-то времени, вероятно, развиваться не будут.
Хотя эксперты BMI не уверены в том, что страна сумеет в полной мере выполнить все обязательства по реформированию до сессии ОБСЕ, они полагают, что Казахстан обязательно будет председательствовать в организации в 2010 г. В обстановке конкурентной борьбы России, Китая и Европейского союза за влияние в регионе Центральной Азии и в условиях подготовки новых контрактов на поставку энергоносителей важность позиции Казахстана не может недооцениваться. По мнению экспертов BMI, давление ЕС на Казахстан, оказываемое в целях достижения ощутимых результатов реформирования, в 2009 г. было определенно недостаточным, что будет продолжать ослаблять политическую волю в Казахстане к достижению значительного прогресса.
В декабре 2008 г. инфляция в Казахстане продолжала резко замедляться, подтверждая точку зрения экспертов BMI о сохранении такой тенденции в будущем. Кроме того, они предупреждали, что, учитывая текущие темпы замедления инфляции в сочетании с резким снижением внутреннего спроса из-за уменьшения потребительских расходов и замедления инвестиционной деятельности, в конце 2009 г. было возможно повышение риска дефляции.
Общая инфляция в декабре в 2008 г. существенно снизилась в годовом исчислении, до 9,5%, с 11,3% в ноябре и с пикового значения 20,1% в августе.
Аналитики BMI продолжали утверждать, что нормализация мировых цен на продовольствие и энергию во второй половине 2008 г. поможет контролировать общую инфляцию, однако подчеркивали важное значение базовой инфляции в 2009 г. Многое будет зависеть от динамики внутреннего экономического роста, поскольку широко распространенный делевередж среди домашних хозяйств и компаний, в сочетании со все еще ограниченным внутренним кредитованием, истощает источники роста и, в свою очередь, оказывает давление на совокупные цены. Эксперты BMI пересмотрели свой прогноз по росту казахстанской экономики в 2009 г. и изменили его на 1,9% (вместо прежних 3,7%), в основном из-за продолжавшегося ухудшения основных макроэкономических показателей в России, а по уровню инфляции они прогнозировали 2,3% вместо 6,6%. Улучшение динамики внутреннего и глобального экономического роста в 2010 г. будет подпитывать базовую и общую инфляцию, и к концу года инфляция повысится до 4,2%. Однако эксперты BMI предупреждали, что в условиях распространившегося делевереджа, разрушения каналов внутреннего кредитования в сочетании с дефляцией цен активов и ростом безработицы реальное благосостояние в 2009 г. могло оказаться под ударом, хотя в этом году должен был сохраняться дефляционный период.
С 27 января 2009 г. правительство Казахстана отменило экспортный налог на производителей нефти с тем, чтобы поддержать рентабельность в энергетической отрасли. Но, учитывая прогноз, что мировые цены на нефть в 2009 г. будут оставаться под давлением из-за «охлаждения» мировой экономики, местные энергетические компании также будут оставаться под значительным давлением. А поскольку нефть является одним из главных источников экспортных доходов, экономический рост в 2009 г., как ожидалось, существенно замедлится.
Таблица 3
Основные макроэкономические показатели Казахстана (фактические и прогнозируемые экспертами BMI на 2009 г. и 2010 г.)
Государственная компания «КазМунайГаз» (КМГ) объявила о приобретении контрольного пакета акций компании «Мангисгаумунайгаз» (ММГ). Структура собственности ММГ остается непрозрачной и поэтому не ясно, какие акции вошли в приобретенный компанией КМГ пакет (50% плюс две акции). Ранее KMG Е&Р, входящая в КМГ и занимающаяся разведкой и добычей, проявила интерес к переходу ММГ в свое полное владение. Планы приобретений КМГ в октябре 2008 г. были одобрены правительством Казахстана.
В таблице приведены некоторые показатели по Казахстану за 2007 г. (реальные), 2008 г. (оценочные), 2009 г. и 2010 г. (прогнозируемые) (см. табл. 3).
Узбекистан. 12 ноября 2008 г. Узбекистан заявил о выходе из Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС), членом которого был лишь с 2006 г. Ташкент не объяснил причину принятия такого решения, но отсутствие прогресса в региональной интеграции, неудача с привлечением финансового капитала и отставание в экономическом развитии были, вероятно, факторами, определившими решение о выходе. Оно последовало за отменой Европейским союзом большинства из оставшихся в отношении Узбекистана санкций, которые были введены после убийства демонстрантов в Андижане в 2005 г. Это решение вряд ли радикально изменит внешнюю политику Узбекистана в отношении ЕС. Учитывая, что в обозримом будущем наиболее важным энергетическим торговым партнером Узбекистана будет оставаться Россия, в среднесрочной перспективе его внешняя политика по отношению к Москве будет оставаться примирительной.
По мнению экспертов BMI, решение Узбекистана может быть сигналом о намерении выхода из других аналогичных организаций, которые могут рассматриваться неэффективными или бесполезными. В этом плане членство Узбекистана в Организации экономического сотрудничества и Организации Центрально-Азиатского сотрудничества в обозримом будущем может выглядеть менее определенным. Это, конечно, будет не первый случай, когда Ташкент покидает аналогичные организации небольших государств, которые не обладают серьезным политическим и экономическим весом. Так, в 1999 г. Узбекистан присоединился к бесполезной организации ГУАМ (Грузия, Украина, Азербайджан и Молдавия) и в 2005 г. покинул ее.
Таблица 4
Основные макроэкономические показатели Узбекистана (фактические и прогнозируемые экспертами BMI на 2009 г. и 2010 г.)
Аналитики BMI не предполагают, однако, что Узбекистан может прекратить членство в Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), в которую входит один из основателей этой организации Китай. Учитывая интерес Узбекистана к диверсификации энергетических экспортных маршрутов, не проходящих через территорию России, подтверждаемый строительством нового газопровода в Китай, завершившимся в июле 2008 г., Узбекистан, вероятно, продолжит получать выгоды от членства в ШОС, которая представляет инструмент для консолидации его отношений с Китаем.
Согласно данным Госкомстата Узбекистана, за период январь-сентябрь 2008 г. рост промышленного производства в годовом исчислении составил 12,4%. В частности, производство топлива выросло на 22,2%, потребительских товаров - на 18,4%. Несмотря на впечатляющий промышленный рост в 2008 г., на 2009 г. компания BMI прогнозировала его значительный спад, до 2,3% против 10,3% в 2008 г.
Рост потребительских цен в Узбекистане в январе-сентябре 2008 г. неизменно оставался на двузначном уровне, составив 18,4% в годовом исчислении. Эксперты BMI считали, что в 2009 г. инфляционное давление уменьшится, поскольку внутренний спрос ослабевал и мировые цены на сырьевые товары оставались под воздействием замедления мирового экономического роста. На конец 2009 г. инфляция прогнозировалась на уровне 9,6%, а на конец 2010 г. она должна снизиться до 8,2%.
В таблице приведены некоторые показатели по Узбекистану за 2007 г. (реальные), 2008 г. (оценочные), 2009 г. и 2010 г. (прогнозируемые) (см. табл. 4).
Таджикистан. К концу 2008 г. в Таджикистане был зарегистрирован некоторый рост экономики, но эксперты BMI полагали, что республике не удастся избежать значительного спада в 2009 г. Неустойчивый приток денежных переводов и коллапс внешней торговли являются сдерживающими факторами для внутреннего роста и, вероятно, приведут экономику в первую после 1996 г. рецессию.
Хотя таджикская экономика пока что демонстрировала большую эластичность в отношении разрушения глобального спроса и вялости кредитных рынков, по оценкам аналитиков BMI, в 2009 г. экономика перейдет в режим резкого спада. В сентябре-ноябре 2008 г. реальный ВВП увеличился на 7,4% в годовом исчислении против 5,6% в январе-августе. В дальнейшем, в условиях снижения глобального потребления и сокращения основных таджикских экспортных рынков в сочетании с падением спроса на рабочую силу в России и Казахстане, рост таджикской экономики в 2009 г. значительно замедлится. В связи с этим эксперты BMI изменили прогнозировавшийся ими на 2009 г. 5,0%-ный рост ВВП на спад на 1,2% впервые с 1996 г.
Несмотря на то что Таджикистан оказался относительно изолирован от системного финансового кризиса (из-за неразвитости внутренних финансовых рынков, а также из-за отсутствия интеграции с мировой финансовой системой), замедление в глобальной экономике все же окажет на страну существенное отрицательное влияние. Особенно разрушительным это будет для внутреннего производства, поскольку исчезнет внешний спрос на таджикский экспорт. В ноябре 2008 г. произошло сокращение экспорта на 0,8% в годовом исчислении. Хотя этот показатель и лучше, чем спад на 14,5%, зарегистрированный в 2008 г., он все же весьма далек от рекордного роста на 52,6% в 2006 г. Тем временем в течение 2008 г. импорт продолжал возрастать опережающими темпами и за год по состоянию на март 2009 г. увеличился в среднем на 41,4%, перемещая торговый баланс все дальше в красную зону. Хотя эксперты BMI ожидали некоторой нормализации роста импорта, поскольку спрос и доступность кредитов неустойчивы (что, в свою очередь, поможет уменьшить дефицит торгового баланса), экспорт в 2009 г. все же должен был оставаться под сильным давлением.
Резкое замедление во внешней торговле и сопутствующее ухудшение в экспортном спросе должны были оказать серьезное негативное воздействие на внутреннее производство. Поэтому эксперты BMI изменили оценку спада производства за 2008 г. с 6,0% до 9,8%.
Согласно официальным сообщениям, в связи с нехваткой электроэнергии в Душанбе и на всей территории страны было введено нормирование подачи электроэнергии (в столице она должна была подаваться в течение 15 ч в сутки). Это могло повысить беспокойство в республике, особенно в условиях, когда двузначная инфляция продолжала уменьшать покупательную способность домохозяйств, а экономический спад приводил к росту безработицы и к снижению реального благосостояния.
В ноябре 2008 г. внутреннее кредитование в Таджикистане упало до самого низкого уровня с марта 2006 г, и, как предполагалось, оно будет снижаться и в 2009 г. В ноябре 2008 г. кредиты экономике в годовом исчислении выросли на 22,1% против 31% в октябре и пикового значения роста на 67,2% в марте 2008 г. В условиях, когда экономика могла ощутить негативное воздействие разрушения глобального спроса и замедления притока денег через денежные переводы, сужение внутреннего кредитного канала должно было еще больше ограничивать рост экономики в течение 2009 г.
Азиатский банк развития выделяет грант в размере 54,77 млн. долл. на проведение реконструкции открытого распределительного устройства (ОРУ) на Нурекской ГЭС с целью улучшения электроснабжения в Таджикистане. Средства будут использованы для замены устаревшего оборудования на ОРУ мощностью 500 кВт. Кроме того, правительство и государственная электроэнергетическая компания Barki Tajik инвестируют в этот проект еще 12,1 млн. долл. Нурекская ГЭС производит более 70% электроэнергии в стране, но два ОРУ находятся в эксплуатации свыше 30 лет. Таджикистану необходимо расширить и модернизировать свой энергетический сектор, который страдает от низкого уровня производства электроэнергии и ее дефицита. Ежегодные потери составляют приблизительно 29% от общего производства.
По последним данным Национального банка Таджикистана, в ноябре 2008 г. безработица стабилизировалась на уровне 2,2%, упав с пикового значения в 2,5% в марте-апреле. Ожидался рост безработицы в связи с возможными увольнениями в аграрном секторе. На конец 2009 г. прогнозировался рост безработицы до 2,5%. Улучшение ситуации с ростом внутренней экономики после 2010 г. снизит уровень безработицы до 2,3% к 2013 г.
Ниже приведены некоторые показатели по Таджикистану за 2007 г. (реальные), 2008 г. (оценочные), 2009 г. и 2010 г. (прогнозируемые) (см. табл. 5).
Таблица 5
Основные макроэкономические показатели Таджикистана (фактические и прогнозируемые экспертами BMI на 2009 г. и 2010 г.)
Белоруссия. По данным Национального банка Белоруссии (НББ), в период с 1 по 22 января 2009 г. валютные резервы страны сократились на 100 млн. долл. Сокращение резервов произошло несмотря на получение Белоруссией от МВФ срочной финансовой помощи в размере 788 млн. долл. Это произошло в связи с тем, что в течение трех недель Белоруссия потратила почти 900 млн. долл. для защиты своей национальной валюты, даже несмотря на проведенную с 1 января 20%-ную девальвацию, в результате чего обменный курс снизился с 2200 белорусских р./долл. до 2650 белорусских р./долл.
Последнее развитие событий вызывает особую озабоченность по поводу среднесрочной финансовой стабильности Белоруссии, учитывая ее уже ослабленную позицию с точки зрения валютных резервов и ограниченных возможностей по получению дальнейшей внешней помощи. На 1 января 2009 г. валютные резервы НББ уже упали до 3,06 млрд. долл., или на 35,5% по сравнению с самыми высокими уровнями в апреле 2008 г. 23 января заместитель министра финансов России Д.Панкин отверг просьбу Белоруссии предоставить еще 3,05 млрд. долл. дополнительно к 2,0 млрд. долл., выделенным ранее.
Исходя из этого, эксперты BMI прогнозировали дальнейшее ослабление национальной валюты (до 3080 белорусских р./долл. к концу 2009 г.) и риск развития кризиса в финансовом секторе. В четвертом квартале 2008 г. валовой внешний долг (14,56 млрд. долл.) в четыре раза превышал общий объем валютных резервов, значительная часть долга (8,76 млрд. долл.) нуждалась в краткосрочном рефинансировании. В условиях сохранения ограниченности кредитного рынка, осторожности иностранных инвесторов и отсутствия спасительной поддержки членства в ЕС или всесторонней помощи со стороны России, рефинансирование этого долга, возможно, станет проблемой.
Наряду с последствиями для финансового сектора слабая внешнеэкономическая динамика будет влиять на прогнозируемые значения роста. Поскольку новые внутренние заимствования и приток иностранного капитала будут, вероятно, почти заморожены в среднесрочной перспективе, белорусские инвестиции и потребление частного сектора сократятся, а введенные МВФ меры жесткой экономии также ограничат возможности правительства по поддержанию совокупного спроса. В связи с этим аналитики BMI прогнозировали снижение ВВП в 2009 г. на 1,0% и предупреждали, что оно может быть и большим. Это, в свою очередь, повышает риски для социальной стабильности, поскольку неожиданная слабость белорусского рубля приведет к повышению цен на импорт при прекращении повышения заработной платы и росте безработицы.
В декабре 2008 г. инфляция в Белоруссии упала до 13,1% в годовом исчислении с пикового значения 16,2% в сентябре, самого высокого показателя за многие годы. Это отражало сочетание снижения мировых цен на энергию, замедления регионального роста продовольственных цен и сокращения внутреннего потребления. Эксперты BMI ожидали, что эта тенденция продолжится и уровень инфляции в конце 2009 г. составит 8,1%. Девальвация и рост цен на импорт предотвратят дальнейшее снижение инфляции.
Российское ЗАО «Атомстройэкспорт» получило контракт на строительство первой в Белоруссии атомной электростанции. Компании Areva (Франция) и Toshiba-Westinghouse (Япония) также проявили интерес к этому проекту, но только «Атомстройэкспорт» заявил о готовности начать работы при ограниченном финансировании. Подготовка к строительству должна была завершиться к концу 2009 г.; к этому времени Россия и Белоруссия должны были подписать соглашение о мирном использовании атомной энергии. Строительство первого атомного реактора мощностью 1000 МВт предполагается завершить к 2016 г., второго - двумя годами позднее.
В декабре 2008 г. промышленное производство в Белоруссии сократилось на 7,2% в годовом исчислении, хотя за весь указанный год зарегистрирован рост на 10,8%. Это является следствием сокращения спроса на белорусскую экспортную продукцию, поскольку во втором квартале 2008 г. рост экономик России и еврозоны замедлился. Ожидается, что эта тенденция сохранится.
Ниже приведены некоторые показатели по Белоруссии за 2007 г. (реальные), 2008 г. (оценочные), 2009 г. и 2010 г. (прогнозируемые) (см. табл. 6).
Таблица 6
Основные макроэкономические показатели Белоруссии (фактические и прогнозируемые экспертами BMI на 2009 г. и 2010 г.)
Армения. Замедление притока иностранного капитала, снижение цен на сырьевые товары и сокращение экономического роста у ключевых торговых партнеров окажут особенно сильное влияние на экономику Армении. Аналитики BMI выражают озабоченность тем, что усилия правительства, направленные на смягчение воздействия кризиса, могут быть ослаблены неэффективным использованием ресурсов.
В период январь-ноябрь 2008 г. рост экономики Армении составил 7,2%, снизившись на 2 процентных пункта по сравнению с десятью месяцами предыдущего года. Эксперты BMI прогнозировали замедление роста до 1,3% и 3,2% в 2009 г. и 2010 г. соответственно (по сравнению с оценочными 6,1% в 2008 г.) и в среднем до 4,2% в период до 2013 г., что значительно меньше среднего роста на 11,5% за предыдущее пятилетие.
Данные за первые одиннадцать месяцев 2008 г. свидетельствовали о том, что Армения не испытала сколько-нибудь значимого воздействия кредитного кризиса и глобального экономического спада. Однако эксперты BMI предупреждали, что это воздействие в полной мере проявится в 2009 г., так как прогнозы для инвесторов и ключевых торговых партнеров страны ухудшились.
Приток иностранного капитала в Армению в 2009 г и 2010 гг., как ожидалось, значительно уменьшится вследствие продолжающегося глобального сокращения кредитования и все возрастающего нежелания инвесторов рисковать. По прогнозам аналитиков BMI, все это приведет к существенному уменьшению числа новых проектов, отяготит приватизационные планы и сократит объемы инвестиций международных компаний в свои дочерние подразделения. Это также негативно скажется на внутреннем спросе.
Обеспокоенность у экспертов BMI вызывало ожидавшееся сокращение денежных переводов из-за рубежа. В 2007 г. их сумма достигла 1,05 млрд. долл., что эквивалентно 11% ВВП страны. Традиционно значительную часть армянских трудовых мигрантов привлекала Россия. За январь-октябрь 2008 г. некоммерческие денежные переводы из России составили 1,04 млрд. долл., или 89% общего объема денежных переводов в Армению. Однако, поскольку BMI прогнозировался спад темпов роста российской экономики в 2009 г. на 1,0% (после роста на 4,6% в 2008 г.), приток денежных переводов, вероятно, снизится.
Эксперты BMI ожидали, что это окажет сильное негативное влияние на армянскую экономику. Согласно исследованию, проведенному армянской НПО Advanced Social Technologies и ОБСЕ, примерно 20% армянских домохозяйств в 2002-2007 гг. участвовали в трудовой миграции, на долю трудовых мигрантов приходилось 7,4% населения страны. Уменьшение объемов денежных переводов, по-видимому, негативно скажется на внутреннем потреблении. Признаки снижения уровня потребления населения уже проявляются: за январь-ноябрь 2008 г. оборот розничной торговли снизился до 6,2% в годовом исчислении, с 7,9% за десять месяцев предыдущего года.
Сокращение глобального роста на 0,8% представляет дополнительную угрозу для совокупного спроса. Замедление экономики развитых стран будет иметь серьезные последствия для Армении. Ожидалось, что в 2009 г. Германия, Нидерланды, Бельгия и США, на долю которых в 2007 г. приходилось почти 44% экспорта Армении, испытают рецессию.
Сокращение роста глобальной экономики согласуется с прогнозировавшимся BMI понижением цен на сырьевые товары. Вызывает озабоченность тот факт, что на долю горнодобывающего сектора, начиная с 2006 г., приходится более 10% ВВП страны, а цветные металлы являются самой большой статьей экспорта. Аналитики BMI ожидают замедления внешнего спроса на металлы из-за его сокращения в США и в еврозоне на 2,0% и 1,6% соответственно наряду с негативным ростом у ключевых торговых партнеров.
Признаки воздействия падения цен на металлы начали быстро проявляться. В третьем квартале 2008 г. был зарегистрирован слабый рост по сравнению с ростом (в годовом исчислении) на 13,9% во втором квартале. Кроме того, промышленное производство за период январь-ноябрь 2008 г. сократилось до 2,9% по сравнению с 4,0% за первые десять месяцев, что сигнализировало о замедлении темпов его роста. Германская металлургическая корпорация Cronimet (одна из крупнейших горнодобывающих компаний в Армении) сократила производство своей армянской дочерней компании до минимума из-за обеспокоенности неблагоприятными рыночными условиями.
В ноябре 2008 г. валютные резервы Армении по сравнению с октябрем 2007 г. снизились на 4,8% в годовом исчислении, до 1,49 млрд. долл. Эксперты BMI прогнозировали резервы на уровне 1,44 млрд. долл. в 2009 г. и 1,42 млрд. долл. в 2010 г.
8 декабре 2008 г. инфляция составляла 5,2%, несколько выше, чем в ноябре (5,1%) и ниже, чем в декабре 2007 г. (6,6%). Общая дефляционная тенденция определялась более низкими мировыми ценами на продовольствие и энергию. На конец 2009 г. инфляция прогнозировалась на уровне 4,7%.
9 января 2009 г. поставки природного газа из России в Армению (через Грузию) были прекращены в результате повреждения главного трубопровода в четырех пунктах восточного грузинского района Гардабани. Россия является основным поставщиком газа в Армению, продавая ей ежегодно около 2,0 млрд. м3. Армения импортирует газ и из Ирана, хотя этот газ используется главным образом для выработки электроэнергии, которая реэкспортируется. Грузинская сторона отремонтировала газопровод 12 января и поставки газа из России были возобновлены. Этот инцидент демонстрирует потенциальные риски для страны, которая не обладает выходом к морю, но имеет плохие отношения с двумя из четырех соседей (Азербайджаном и Турцией).
Ниже приведены некоторые показатели по Армении за 2007 г. (реальные), 2008 г. (оценочные), 2009 г. и 2010 г. (прогнозируемые) (см. табл. 7).
Таблица 7
Основные макроэкономические показатели Армении (фактические и прогнозируемые экспертами BMI на 2009 г. и 2010 г.)
В.И.Вершинин
Business Monitor International. - 2009. -13, March. - P. 1-11.
ФИНАНСЫ
Об использовании модели немецкого бюджетного федерализма на Украине
В журнале «Экономика Украины» опубликована статья, в которой ее авторы, Б.Клияненко и С.Гречаная, отмечают, что существование общества непременно связано с формированием разнообразных государственных органов, и от того, как общественность контролирует деятельность этих органов, зависит, будет страна демократической или нет.
В развитых странах власть направляет усилия на повышение благосостояния граждан, что возможно только за счет наилучшего выполнения своих функций. Однако для этого необходимо наличие соответствующих финансовых ресурсов и механизмов по их накоплению и распределению.
Украину еще слишком рано относить к развитым странам, указывается в статье, но в последнее время все же произошло много рыночных и демократических преобразований, которые привели к существенным изменениям социально-экономической среды и бюджетной системы. Несмотря на периодические политические кризисы и неопределенность стратегических целей, национальный законотворческий процесс прокладывает свой путь. За годы независимости было утверждено большое количество законов Украины, постановлений кабинета министров Украины, которые в прямой или косвенной формах содержат требования к эффективному использованию всех видов финансовых ресурсов. Благодаря этому создана мощная правовая база для стабильного функционирования бюджетного механизма. Но практика не только показала существование проблем в его работе, но и ставит под сомнение жизнеспособность бюджетной системы Украины.
Страна ежегодно сталкивается с проблемой нехватки денежных средств как в государственном, так и в местных бюджетах. Причем, чем более быстрыми темпами растет ВВП и развиваются все отрасли экономики, тем сложнее взимаются необходимые объемы налогов, формирующие доходы государства и местного самоуправления.
Кроме того, следует учитывать тот факт, что национальный бюджет - сводный, т.е. состоит из государственного и местных и формируется по большей части в регионах. Существующая же политика межбюджетных отношений привела к тому, что местная власть почти не заинтересована в росте своей ресурсной базы: минимальное количество денежных средств все равно поступает, а симпатии со стороны центральной власти -более легкая возможность получить дополнительные денежные средства в виде трансфертов.
Научная литература часто рассматривает вопрос создания эффективной бюджетной системы, основанной на финансово стабильных регионах. Работы многих украинских ученых направлены на выявление недостатков и поиск возможностей развития государственных и местных финансов, бюджетной системы в целом и в региональном аспекте. Однако динамика современной экономической и политической жизни требует проведения дальнейших теоретических и методических исследований, поиска аналогов зарубежного опыта, который можно воплотить на Украине, чтобы обеспечить местную власть достаточным объемом финансовых ресурсов.
Цель данной статьи - исследовать особенности национального механизма формирования доходов местных бюджетов, определить его недостатки и обосновать возможности использования примера немецкой модели бюджетного федерализма для повышения финансово-экономического обеспечения регионов за счет укрепления доходной части их бюджетов.
В современном мире большинство стран имеют территориально разветвленное административное устройство. Для них невозможно сбалансированное развитие национальных финансовых систем без решения многочисленных вопросов формирования местных (федеральных, областных, окружных, городских, муниципальных) бюджетов.
Не исключение и Украина, имеющая почти 12 тыс. местных бюджетов. Здесь в последнее время накопилось много нерешенных вопросов в сфере региональных финансов и их регулирования: хроническая нехватка денежных средств в местных бюджетах по общему фонду и, тем более, по специальному, что не позволяет осуществлять инвестирование в достаточном объеме; несовершенная система распределения межбюджетных трансфертов; усиленная зависимость местной власти в решении финансовых вопросов от центральных органов власти и учреждений; нестабильность политической ситуации в стране.
Каждый вопрос имеет множество путей решения. Однако для действительного решения стратегической задачи региональной политики - обеспечения устойчивого развития регионов - уже давно назрела необходимость в скоординированных законодательных действиях. Первым положительным шагом в этом направлении является принятие кабинетом министров Украины «Концепции реформирования местных бюджетов». Ее цель - укрепление финансовой основы местного самоуправления, усиление влияния системы формирования местных бюджетов на социально-экономическое развитие и улучшение благосостояния граждан.
Для достижения этой цели Концепция ставит к выполнению на 2007-2011 гг. такие задачи:
1) укрепление финансовой основы местного самоуправления;
2) повышение эффективности процесса формирования расходной части местных бюджетов и децентрализацию управления бюджетными средствами;
3) совершенствование системы регулирования межбюджетных отношений;
4) введение планирования местных бюджетов на среднесрочную перспективу;
5) усиление инвестиционной составляющей местных бюджетов;
6) повышение эффективности управления денежными средствами местных бюджетов и усиление контроля и ответственности за соблюдение бюджетного законодательства;
7) обеспечение прозрачности процесса формирования и выполнения местных бюджетов.
Однако указанная концепция не предусматривает конкретных действий, а только намечает главные направления, по которым должна проводиться соответствующая работа, и определяет сроки ее выполнения. Но без такого документа вряд ли возможна скоординированная работа по реформированию бюджетной системы в части региональной политики. Так, в Концепции для решения задачи укрепления финансовой основы местного самоуправления предложено сконцентрироваться на пяти направлениях:
- усиление заинтересованности органов местного самоуправления в повышении уровня собственных доходов;
- ежегодное увеличение удельного веса общего фонда местных бюджетов в Сводном бюджете Украины;
повышение уровня самодостаточности местных бюджетов путем совершенствования налогового законодательства;
- оптимальное распределение налогов и сборов (обязательных платежей) между бюджетами, передача отдельных источников местным бюджетам;
- перераспределение доходов между местными бюджетами и пересмотр состава доходов, которые учитываются (или нет) при определении объемов межбюджетных трансфертов.
Очерченный перечень и действия, которые могут вытекать из него, таковы: в последнее время они упоминались научными работниками и практиками в качестве главных направлений реформирования. Однако, по мнению авторов, для проведения более удачного процесса преобразований необходимо исследовать уже существующий опыт развитых стран, основываясь на теории бюджетного федерализма.
Бюджетный федерализм - законодательно зафиксированное распределение функциональных полномочий и ответственности структур разных уровней власти с паритетным разграничением на этой основе доходов и расходов между ними на принципах государственной социально-экономической и политической целесообразности, социальной этики, межрегиональной и общественной солидарности. По утверждению В. Федосова, он может существовать в различных формах, обусловленных национальными особенностями (внутригосударственными, асимметрическими, кооперативными, бюрократическими, двухсторонними, исполнительными и др.). У каждой из них есть свои преимущества, но следует определить, какая именно разновидность приемлема для Украины.
Критерием отбора должен быть не размер государственного бюджета (поскольку Украине еще далеко до развитых государств), не площадь и количество населения, даже не административное устройство. Принимать во внимание следует существование похожих вертикальных и горизонтальных отношений между звеньями бюджетной системы и способность страны их решать.
С этой точки зрения можно воспользоваться опытом Федеративной Республики Германии. Эта страна на протяжении прошлого столетия прошла путь глубоких перемен в административном, политическом и экономическом устройстве.
Бюджетная система ФРГ состоит из бюджета Федерации, бюджетов земель и общин. Такое построение несколько напоминает структуру бюджетной системы Украины с уровнями Сводного, областных и городских или поселковых бюджетов. Но, в отличие от Украины, в Германии (в соответствии с федеративным устройством) все составные бюджетной системы действительно автономны, т.е. самостоятельно составляют бюджеты, взимают налоги и сборы, расходуют денежные средства на выполнение функций, подпадающих под их юрисдикцию.
Основой таких взаимоотношений выступают заложенные в конституции Германии исключительные, конкурирующие и рамочные законодательные полномочия Федерации. В сфере первого вида компетенции земли могут действовать только в рамках полномочий, установленных федеральным законом. В сфере конкурирующего законодательства земли могут издавать законы в пределах, где не использует свое право Федерация. При условии издания Федерацией рамочных распоряжений (по очень узкой направленности) земли должны в указанный период привести свое законодательство в соответствие с федеральным.
В силу такого разграничения земли и федерация осуществляют свою финансовую деятельность почти всегда раздельно. Они самостоятельны и независимы друг от друга в ведении своего бюджетного хозяйства, но при этом должны учитывать потребности общеэкономического баланса. Если земли действуют по поручению Федерации, то она несет связанные с этим расходы. Федерация может предоставлять финансовую помощь для особенно важных инвестиций земель и общин, необходимых для предотвращения нарушения общеэкономического равновесия, сглаживания экономического неравенства территорий или содействия экономическому развитию.
Наименьшей административной единицей ФРГ является община. Она не относится к какому-либо отдельному государственному уровню, а входит в состав соответствующей земли, которая имеет право распределять полномочия ее органов власти. Общины могут (в рамках закона) самостоятельно определять свои функции и имеют финансовый суверенитет.
Финансовая независимость - это право местных органов самоуправления на собственную финансовую деятельность и формирование собственного бюджета. С этим тесно связана налоговая политика, т.е. право на взимание налогов и других сборов в рамках законодательства.
Свободная земля Саксония является одной из самых больших по площади и количеству жителей среди 16 земель Германии. Она входит в состав восточных, или новых, территорий, ранее относившихся к Германской Демократической Республике и присоединенных к ФРГ в 1990 г. Это вносит некоторые особенности в функционирование ее бюджетного механизма, который более чем 40 лет работал в системе командно-административной экономики.
Бюджетный процесс данного субъекта Федерации основывается на федеральном законодательстве, а также на собственном Уставе и Уставе общин Саксонии. Доходы бюджета земли на протяжении последних лет колеблются в пределах 7-8 млрд. евро. Для сравнения: такого размера достигает в эквиваленте общая сумма доходов (с учетом межбюджетных трансфертов), которые сформировали бюджеты Автономной Республики Крым, областей и городов Киева и Севастополя в 2005 г. - 8,4 млрд. евро (2003 г. - 5,7 млрд., 2004 г. - 5,99 млрд. евро). За 2004 г. значительное преимущество доходов бюджета на душу населения у жителей Саксонии -1958 евро на одного жителя (по сравнению с 178,3 евро на Украине, а в Луганской области - лишь 140,6 евро).
Дотации на выполнение целевых программ, т.е. субвенции, имеют в структуре доходной части бюджета Саксонии наибольший удельный вес, который почти не меняется и остается в пределах 33-35%. Наименьшая доля приходится на другие трансферты (от 5,82% в 2001 г. до 8,27% в 2003 г.).
В структуре саксонского бюджета ощутимое место занимают налоги и другие доходы, значение которых колеблется в пределах 17-20%. Причем доля первых постоянно возрастает, а вторых - снижается, но суммарная их доля не превышает 38-39%.
Таким образом, формирование бюджета земли Саксония выполняется в большинстве случаев за счет трансфертов - 54,12%, а на собственные поступления остается только 45,88%. Но такое распределение характерно не для всех немецких региональных бюджетов. Восточные (новые) земли Германии по развитию и собственным доходам на душу населения отстают от западных территорий, издавна принадлежавших ФРГ. Для нивелирования этой диспропорции федеральная власть дотирует почти треть их доходов.
Земля Саксония, кроме получения средств федерального бюджета, и сама выполняет функции субсидирования подчиненных ей административных единиц. Финансовые взаимоотношения с общинами, городами и районами регулируются в соответствии с конституцией ФРГ и собственным бюджетным законодательством. Осуществляя отчисления в рамках коммунального бюджетного субсидирования, Саксония преследует такие основные цели:
- пополнение собственных доходов (вертикальное субсидирование, фискальная функция);
выравнивание поступлений (горизонтальное субсидирование, функция перераспределения);
- поиск и полное использование собственных доходов (функция аллокации).
В рамках вертикального субсидирования Саксония наделяет общины частью дохода из своего бюджета, что приводит к ситуации, когда дотации земли становятся центральной частью дохода общин из-за нехватки собственных средств. Горизонтальное субсидирование проводится в силу разных возможностей уплаты налогов общинами. Поэтому те общины, налоговые поступления которых ниже среднего уровня, получают дотации в большем размере, чем те, в которых доходы от поступления налога выше, несмотря на равные условия.
Аллокативная функция бюджетного субсидирования выполняется за счет согласования размера квоты путем нивелирования части ставок при подсчете средней суммы налога на душу населения, что является основой определения размера трансфертов.
Несмотря на отличную от украинской систему распределения государственных денежных средств в бюджеты низших уровней, размер саксонских (как и вообще в Германии) трансфертов все равно так или иначе зависит от суммы налогов, которые мобилизуются в соответствующие бюджеты. Структура налоговых поступлений на протяжении пяти лет почти не изменялась. В значительной мере это объясняется стабильностью налогового законодательства и постоянными нормами укрепления поступлений от налогов по разным бюджетам.
Наибольший удельный вес, который в последнее время растет, имеют так называемые реальные налоги - поземельный и промышленный, доля которых составляла от 61,87% в 2000 г. до 68,24% в 2004 г. Ставки данных налогов ежегодно устанавливаются органами местного самоуправления (например, ставка промышленного налога за разные годы в Саксонии колебалась в пределах 15-20%). Распределение их между бюджетами также различно. Так, поступления от поземельного налога полностью остаются на местах, а промышленный - делится с учетом коэффициента, который рассчитывается по определенной формуле.
Более чем пятую часть доходов общин занимает подоходный налог, который также делится между бюджетами. Саксония оставляет себе приблизительно 27%, но это значение колеблется в зависимости от социально-экономического положения в регионе. Иными словами, распределение этого налога выполняет роль регулирующего рычага, позволяющего улучшить соотношение между налоговыми поступлениями и численностью населения общин без участия промышленных предприятий, что создает благоприятные условия для укрепления самоуправления.
Влияние НДС на формирование местных бюджетов Германии невелико, в Саксонии его доля не превышает 10%. Однако, если перевести эти проценты в денежный эквивалент, то получится 142 млн. евро, что оказывает значительную финансовую поддержку местному самоуправлению.
Чтобы определить возможность применения полученных результатов на Украине, авторы проанализировали структуру местных бюджетов Украины. Для сопоставления логично было бы выбрать похожую по объемам финансирования национальную административно-территориальную единицу. Однако доходы бюджета Донецкой области в 2004 г. (а они были самыми большими на Украине среди областных бюджетов на то время) составляли только 558,94 млн. евро, Луганской же - 260,34 млн. евро (в 2005 г. -750,79 млн. и 340,88 млн. евро соответственно), что является, к сожалению, несопоставимыми величинами - в Саксонии 7942 млн. евро. Поэтому авторы статьи построили диаграмму на базе данных о совокупных доходах бюджетов Автономной Республики Крым, областей, городов Киева и Севастополя, сделав перевод расчетов для облегчения сравнения в евро.
Налоговые системы Украины и Германии вообще весьма различаются между собой. И хотя количество и название большинства налоговых платежей, которые субъекты хозяйствования платят в местные бюджеты, в этих странах почти одинаковы, отличие наблюдается именно в их структурировании. Например, в обеих странах присутствуют налоги на прибыль юридических и физических лиц по разным пропорциям. НДС вообще отсутствует в украинских местных бюджетах. Поэтому для анализа авторы сгруппировали налоги по «немецкой» классификации.
Самый большой удельный вес в анализируемых поступлениях имеет подоходный налог с граждан: его доля колеблется на уровне 66-74%. Второе место занимают имущественные налоги и ресурсные платежи - 13-16%, куда, кстати, входит налог на землю. А налог на прибыль, являющийся аналогом (с некоторыми допущениями) промышленного налога Германии, представлен очень незначительными показателями, поскольку 99% поступлений от него направляются в государственный бюджет. На местах остается только результат налогообложения коммунальных предприятий, которые чаще всего убыточны.
Таким образом, хотя на Украине доля собственных поступлений местных бюджетов выше, чем в Германии, это не приводит к большей финансовой стабильности. Значительная зависимость национальных регионов почти от одного налога и трансфертов не обеспечивает необходимую основу для стабильной работы как органов местного самоуправления, так и территориальных общин.
Решить этот вопрос можно за счет диверсификации налоговых поступлений, которые остаются на местах. Например, если распределить денежные средства от налога на прибыль между бюджетами в соответствующей пропорции, то можно укрепить финансовую базу местных бюджетов, не нанеся вреда государственному бюджету, поскольку поступления от этого налога не больше размера межбюджетных трансфертов. За последние годы их соотношение было таково: в 2005 г. более чем 23 млрд. гривен каждый, в 2006 г. - 26,1 млрд. гривен налог на прибыль и 36 млрд. трансферты, в 2007 г. - 34,4 млрд. и 44,6 млрд. гривен соответственно. Следовательно, если оставить на местах 25% налога на прибыль (например, как в саксонском бюджете), а это - 10,57 млрд. гривен из запланированных на 2008 г. 42,3 млрд. гривен поступлений от него, то можно существенно укрепить финансовую базу местных бюджетов.
Кроме того, заслуживает внимания механизм субсидирования, применяемый в немецких федеральных землях. Он сориентирован на преодоление экономического неравенства регионов в большей мере, чем национальный. Однако он имеет четко определенные рамки и квоты, которые не позволяют злоупотреблять, перечисляя большие денежные средства «своим» общинам.
Саксонская система формирования земельного и общественных бюджетов также применяет скрытую мотивацию для местной власти, чего как раз не хватает украинскому законодательству. Почти все денежные средства, которые удерживаются сверх плановых расчетов, а также проценты за несвоевременное перечисление платежей и различные штрафы остаются в распоряжении местной власти. На Украине же установлен процент только для сверхплановых показателей некоторых налогов. Этому способствует и применение среднесрочного планирования.
Развитие местного самоуправления и укрепление его финансовой основы - процесс сложный и неоднозначный. Бюджетным кодексом закреплена самостоятельность регионов, на самом же деле ее не существует. В вопросах формирования и использования финансовой базы органов местного самоуправления преобладает тенденция к централизму. Принятая «Концепция реформирования местных бюджетов» сама по себе еще не дает никаких гарантий улучшения или хотя бы упрощения ситуации, поскольку они должны подкрепляться конкретными законодательными актами (но будут ли они приниматься?). Принятие налогового кодекса растянулось уже почти на семь лет (после объявления о его разработке).
Примером для следования (или использования отдельных элементов) может служить рассмотренная система немецкого бюджетного федерализма. Она имеет четкое позиционирование функций на разных уровнях власти и ответственности за результат, высокое распределение налогов, смешанную систему финансирования, среднесрочное планирование бюджета. И хотя сегодня в Германии существуют некоторые нерешенные вопросы межбюджетных отношений, показатели развития благосостояния жителей страны и приведенный анализ свидетельствуют о возможности для Украины перенять опыт по распределению налоговых поступлений между разными бюджетами, системам финансового выравнивания и мотивации местной власти.
Независимо от того, какой пример бюджетных взаимоотношений выберет Украина (или же разработает свой уникальный), необходимы неотложные реформы в сфере финансового обеспечения развития регионов. Поэтому сегодня все усилия следует направить на выполнение действий, предусмотренных «Концепцией реформирования местных бюджетов», в пределах которых и нужно проводить дальнейшие исследования.
Экономика Украины.- 2008.- №11.- С.48-57.
ПРИРОДНЫЕ РЕСУРСЫ
Золотодобывающая отрасль РФ
В еженедельнике Mining Journal опубликована статья M.Sherval о состоянии и перспективах развития золотодобывающей отрасли Российской Федерации, а также об участии в ней иностранных компаний.
На территории страны имеются огромные неиспользованные запасы алюминия, меди, золота, никеля и палладия. Большая часть российского золота добывается на территории Сибири и Дальнего Востока, где расстояния огромны, температуры экстремальны и требуется вложение миллионов долларов в инфраструктуру и транспорт. Горное дело в России - занятие не для слабонервных, отмечает автор.
Расположенный в Восточной Сибири Красноярский край, в котором осуществляет свою деятельность ведущая золотодобывающая компания страны ОАО «Полюс Золото», в 2007 г. был признан крупнейшим производителем золота в России, за ним с небольшим отставанием следовали дальневосточные Хабаровская и Амурская области.
Ожидалось, что в 2008 г. лидером золотодобычи станет Чукотский АО, где с рудников месторождения «Купол» канадская корпорация Kinross Gold к октябрю планировала увеличить добычу с 1500 до 3000 т.
В 2007 г. по производству золота Россия занимала пятое место в мире (ее доля составляла 6,6%), а по запасам она была на втором месте после Южной Африки. По оценкам, сделанным московской компанией «Атон Капитал» в 2005 г., общие запасы золота в России составляют около 500 млн. унций, и при производстве в объеме лишь 5,9 млн. унций в год (как это было в 2005 г.) добыча может продолжаться еще приблизительно 85 лет.
Учитывая увеличившийся в последние годы срок разработки месторождений из-за снижения производства золота, главным образом вследствие истощения российских золотоносных россыпей и высокой стоимости их разработки, в начале 2008 г. Союз золотопромышленников России оценивал производство золота в 2007 г. на уровне 169 т (6,0 млн. унций).
В первом квартале 2008 г. российские производители были близки к достижению этой цели, увеличив производство золота в годовом исчислении на 5,0%, до 22,1 т. Аналитики инвестиционной компании DBM Capital Partners считают, что к 2010 г. среди стран, занимающихся добычей драгоценных металлов, Россия фактически может занять лидирующие позиции с точки производства и запасов.
В 2007 г. в число ведущих российских золотодобывающих компаний входили ОАО «Полюс Золото», ОАО «Полиметалл», ОАО «Бурятзолото» и ОАО «Южуралзолото». Прогнозировалось, что в 2008 г. крупнейшими производителями золота будут компании «Полюс Золото» (созданная в марте 2006 г. путем выделения золотодобывающих активов ГМК «Норильский никель») и «Полиметалл» (образованная в 1998 г.). За первое полугодие 2008 г. обе компании показали рост производства на 20%. Значительная часть этого роста может быть связана как с увеличением цен на золото, начиная с 2007 г., так и с повышением качества внутреннего менеджмента.
За шесть месяцев 2008 г. выручка компании «Полюс Золото», на долю которой приходится 25% производимого в России золота, возросла до 508 млн. долл. (увеличение более чем на 60% по сравнению с предыдущим годом), при росте производства на 20%. За тот же период акции компании «Полиметалл» превзошли рынок, что может быть признаком возрождения после потерь, понесенных в 2007 г., когда хеджирование не позволило ей поднять цены на серебро. В 2008 г. ее акции снова перешли в позитивную зону.
Приобретение ОАО «Полиметалл» в январе 2008 г. 98,1% акций Omolon Gold Mining, собственника рудников «Кубака» и «Кубала» в Магадане, также позволит компании повысить производство золота после расширения рудника «Кубала» и возобновления добычи на нем в 2011 г.
Все это предвещает хорошие перспективы для российских производителей, однако следует отметить, что западные золотодобывающие компании представлены в России весьма ограниченно и что очень небольшое количество зарубежных операторов и их партнеров активно работали в стране: в 2006 г. на их долю приходилось только 15,72% от общего производства золота в России.
Сдерживающим фактором для деятельности в России являются роялти в размере 6,0% за каждую проданную унцию. Усилившаяся озабоченность в связи с возрастающим контролем государства над активами также привела к отказу от участия частных и институциональных инвесторов в горнодобывающей отрасли, как и увеличившееся в прошлом число конфликтов, в результате которых иностранные компании лишались лицензий на добычу, теряли перспективные площадки в пользу перекупщиков (claim jumpers) или получали акции, ослабленные враждебными поглощениями.
Несмотря на это Россию все еще рассматривают как одну из немногих стран мира, в которых могут быть выявлены совершенно новые запасы. Вне зависимости от этого большую часть работ, связанных с разведкой и разработкой месторождений, выполняют малые и средние операторы, в то время как крупные игроки пока лишь внимательно наблюдают со стороны.
Основные зарубежные участники. Большинство из тех немногих золотодобывающих компаний, которые осуществляют деятельность в России, листингуются на Лондонской фондовой бирже. В РФ. представлены следующие британские компании: Celtic Resources, Highland Gold Mining, Peter Hambro Mining и Trans-Siberian Gold. Как уже отмечалось, канадская Kinross Gold также успешно работает на российском Дальнем Востоке.
Наиболее успешными были компании Highland Gold Mining и Peter Hambro Mining (PHM).
Highland Gold, являющаяся средним по размеру британским золотодобытчиком, все активы которого находятся в России, в настоящее время занимает в стране четвертое место. Как и компания Kinross Gold, она начала работу в России в 1998 г. и преуспела в риск-менеджменте, поскольку имела команду опытных менеджеров в Лондоне и в России. Глубокое знание местных реалий в сочетании с западными традициями корпоративного управления и поддержкой британского фондового рынка предоставили компании большие возможности и обеспечили свободный доступ к приобретению капитала.
Компания Highland Gold весьма активно действует в России, она владеет предприятием «Многовершинное» в Хабаровском крае, месторождение для которого было первоначально обнаружено в 1959 г. В период 1991-2007 гг. здесь было произведено более 700 тыс. унций золота. Недавно компания продала принадлежавший ей Дарасунский рудник, расположенный в Читинской области. В настоящее время владеет тремя проектами разработки: «Новоширокинское» и «Тасеевское» (Читинская обл.) и «Майское» (Чукотский АО). Последний является одним из самых крупных неразработанных месторождений золота в России.
Успех Highland Gold в развитии своего российского актива и управлении им был столь впечатляющим, что в конце 2006 г. ведущая канадская компания Barrick Gold Corp приобрела у нее 20,4% бизнеса и таким образом получила возможность выйти на прибыльный российский рынок. В конце 2007 г. компания Millhouse, управляющая активами Р.Абрамовича, купила 32% акций Highland Gold с намерением начать освоение месторождения «Майское» к 2010 г. Компания продолжает разведочные работы на пяти участках и придерживается девиза «российское золото на рынок».
В настоящее время одной из самых успешных британских компаний в России является РНМ. Фирма была создана в Лондоне в 1994 г., ее председатель Peter Hambro -бывший банкир и финансист. Хотя в России работают несколько британских компаний, РНМ отличается от них, так как она не позиционирует себя как иностранная компания. P.Hambro начал свое дело еще в Советском Союзе в 80-е годы, когда он был дилером драгоценных металлов.
Компания РНМ владеет рудниками в трех основных золотодобывающих регионах России - двумя в Магаданской и Амурской областях и одним в Ямало-Ненецком АО. В настоящее время компания имеет два производственных актива. В 2007 г. «Покровский рудник» произвел 297,3 тыс. унций золота (9,2 т) и получил валовую прибыль в размере 81,4 млн. долл. от 226,4 млн. долл., полученных от продаж. Ожидается, что на новом руднике «Пионер» будет добываться 6,0 млн. т золота в год к 2010 г., когда он, вероятно, будет выведен на полную мощность. В настоящее время компания РНМ является вторым по величине производителем золота в России, ведет 13 проектов по добыче и разведке с резервами более 78 млн. унций золота.
Перспективы. Москва всегда признавала, что Сибирь и Дальний Восток являются стратегически важными регионами, приоритетными для правительства, что, в свою очередь, повышало их привлекательность для зарубежных инвесторов. Однако в последнее время эти приоритеты изменились: правительство РФ усиливает свой контроль над ресурсами и менеджментом.
Новые, более строгие законы, касающиеся иностранной собственности, вступили в России в силу 7 мая 2008 г., присвоив статус «стратегических» 42 отраслям. Новый Федеральный закон «О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства» был подписан президентом В.Путиным 29 апреля 2008 г. Завершился длительный процесс, который оставил многие компании горнодобывающего сектора и их инвесторов в неопределенности в отношении своих прав в связи с новым законом. И хотя пока не ясно, какое общее воздействие окажут новые правовые нормы, важно, что они вряд ли изменят убежденность в том, что горное дело в России в настоящее время связано с большим риском.
Горное дело в России уже достаточно жестко регулировалось Министерством природных ресурсов, однако новый закон вводит даже большие ограничения на деятельность иностранных инвесторов, особенно в секторах природных ресурсов. Зарубежные компании могут приобрести не более 10% акций российской компании, имеющей право на использование участков недр федерального значения. Получение разрешения на покупку даже 10% акций такой компании будет трудной задачей, поскольку в соответствии с законом подобное разрешение может быть получено только в исключительных случаях и только по решению российского правительства.
При этом окончательный перечень участков недр федерального значения еще не подготовлен. Ранее Министерство природных ресурсов публиковало список стратегических месторождений, к которым запрещен допуск иностранцев. Они определялись по тем же критериям, что и новые поправки, и поэтому уже можно понять, что будет доступно, а что запрещено. Этот перечень включает десять нефтяных месторождений, 24 газовых, пять медных и одно золотое и в него не входят те, которые уже принадлежат российским компаниям и государству.
Еще большие ограничения накладываются на месторождения российского континентального шельфа. В этом случае государство объявляет себе собственником и оператором любых потенциальных запасов нефти и газа.
Однако главной сферой, в которой новые законы определенно ухудшили ситуацию, является геологическая разведка. После распада Советского Союза российские и иностранные инвесторы сомневались в целесообразности инвестирования в геологоразведку, так как после выявления месторождения, имеющего коммерческое значение, наличие разведочной лицензии практически не гарантировало получение производственной лицензии. Самым безопасным способом было приобретение лицензий на разработку месторождений, внесенных в государственный кадастр запасов еще в советский период.
Согласно поправкам к закону о недрах, если иностранный инвестор, имеющий разведочную лицензию, обнаруживает месторождение, которое относится к объектам федерального значения, то правительство оставляет за собой право отказать в выдаче производственной лицензии. Более того, если иностранная компания обнаружит такое же месторождение, имея комбинированную лицензию на геологоразведку, пробную эксплуатацию и производство, правительство, тем не менее, может приостановить действие лицензии, руководствуясь соображениями обеспечения национальной безопасности. Единственным утешением для инвесторов в обоих случаях будет то, что правительство обещает оплатить издержки, связанные с проведением всех работ, проделанных в ходе поиска и разведки, с «небольшой дополнительной премией». Это вряд ли удовлетворит крупные горнодобывающие компании.
Усилившийся «ресурсный национализм» является чрезвычайно разочаровывающим аспектом переходного периода российской экономики. Россия все еще может многое предложить потенциальным инвесторам, имея большое количество значимых, но не полностью освоенных месторождений. Кроме того, при текущей себестоимости производства золота, составляющей около 304 долл. за унцию, при среднемировой себестоимости 395 долл. за унцию, производство золота в России может быть самым дешевым и прибыльным в мире.
В целом Россия остается перспективной для золотодобычи страной и, как отметил J.Waller, управляющий директор компании Trans-Siberian Gold, «она является новой и, возможно, последней возможностью для увеличения добычи золота на планете». Смогут ли в долгосрочной перспективе иностранные компании продолжать работу в условиях растущего контроля государства над сектором природных ресурсов, прояснится только по истечении какого-то времени.
В.И.Вершинин
Mining Journal. - 2008. -19 September. - P. 23-24.
Воздействие экономического кризиса на деятельность зарубежных компаний в России
Как указывается в еженедельнике Mining Journal, компания Highland Gold Mining Ltd задерживает ввод в эксплуатацию своего Новоширокинского золото-полиметаллического рудника в Читинской области и освоение золоторудного месторождения «Майское» в Чукотском АО.
Запуск Новоширокинского проекта, совместного предприятия с «Казцинком» (дочерней компанией Glencore International AG), планировался на декабрь 2008 г., а начало производства - на март 2009 г.
Согласно условиям лицензии, производство должно было начаться 1 октября 2009 г., однако компания Highland заявила, что недавнее «драматическое» падение цен на металлы существенно повлияло на прибыльность проекта, и поэтому пришлось передвинуть срок его ввода в эксплуатацию.
На месторождении «Майское» Highland намеревалась отсрочить строительство большинства объектов до тех пор, пока «не улучшатся экономические условия и возможности финансирования». Проект, одобренный компанией еще в начале 2008 г., рассчитан на добычу до 275 тыс. унций/г золота. Как ожидалось, в 2009 г. в ограниченных объемах будут проведены строительные и проходческие работы, а также будет продолжено проектирование гидрометаллургического перерабатывающего завода.
Кроме того, компания Highland заявила о намерении сокращать расходы на Тасеевском золоторудном месторождении в Забайкальском крае.
Аналогичный шаг в начале декабря предприняла компания Genco Resources Ltd, которая приостановила работу по анализу целесообразности расширения своего серебряно-золотого рудника La Guitarra в Мексике. Genco приняла такое решение в ожидании стабилизации стоимости строительства, операционных расходов и улучшения ситуации на товарных рынках.
Тем временем причина решения компании Intex Resources ASA отложить свои исследования по никелевому проекту Mindoro на Филиппинах до декабря 2009 г. состояла в ожидании снижения капитальных затрат, которые, по сообщениям, падали в рамках всей отрасли. Представители Intex подчеркивали, что положение компании устойчиво, она не имеет долгов и была хорошо профинансирована, чтобы завершить исследования для Mindoro.
Т.В. Городецкая
Mining Journal. - 2008. -12 December. - Р.7.
