Журналу Военная Мысль - 70 лет
ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 6/1988, стр. 73-80
Военно-научная и военно-техническая информация
Журналу «Военная Мысль» - 70 лет
1ИЮНЯ 1988 года журнал «Военная Мысль» отметил свой 70-летний юбилей. Его история неразрывно связана с созданием и становлением Советских Вооруженных Сил, их героической борьбой за свободу и независимость первого в мире социалистического государства, с именами многих видных партийных и государственных деятелей страны, прославленных полководцев и военачальников, крупных теоретиков военного дела.
Судьба журнала складывалась непросто. Его задачи, название, периодичность издания, объем, особенно в первые годы существования, неоднократно менялись. В работе редакции были успехи и неудачи, периоды творческого подъема и некоторого спада. Не обошли ее стороной и трагические события конца 30-х годов.
* * *
Известно, что начавшаяся весной 1918 года иностранная интервенция явилась решающим фактором развязывания в России гражданской войны. И молодая Республика Советов, зажатая в кольцо фронтов, вынуждена была спешно развертывать массовую регулярную армию из рабочих и крестьян, способную противостоять напору интервентов и белогвардейцев, защитить завоевания Октября. Это было связано с немалыми трудностями, поскольку партии пришлось впервые столкнуться с этим делом. «Мы,- говорил В. И. Ленин,-- шли от опыта к опыту, мы пробовали создать добровольческую армию, идя ощупью, нащупывая, пробуя, каким путем при данной обстановке может быть решена задача» (Поли. собр. соч., т. 38, с. 138).
Роль В. И. Ленина в создании Красной Армии трудно переоценить. Под его непосредственным руководством определялись структура и задачи новых органов управления, формировались его звенья, решались вопросы укрепления дисциплины, подготовки военных кадров, настойчиво проводилась в жизнь идея о необходимости использования военных специалистов старой армии, чтобы, как отмечал Владимир Ильич, «рабочие и крестьяне могли у них учиться, ибо без науки современную армию построить нельзя...» (Поли. собр. соч., т. 40, с. 182-183).
Одновременно с развертыванием Красной Армии в соответствии с решением ЦК РКП (б) создавались военные газеты и журналы. ! июня 1918 года в Москве вышел первый номер еженедельного военно-научного и литературного журнала «Военное Дело», с которого и начинается история «Военной Мысли». Он должен был объединить лучшие творческие силы, привлечь к активному участию в строительстве новой армии старых военных специалистов и таким образом стать одним из важных источников военных знаний для кадров Красной Армии, их настольной книгой.
Надо сказать, что призыв редакции принять участие в научной разработке военных вопросов, которые бы стали «достоянием всего народа и послужили уроком для создаваемых вооруженных сил России», был воспринят в среде военспецов с пониманием. Об этом свидетельствовали письма, публиковавшиеся на страницах журнала. Постепенно складывался и актив авторов, многие из которых сотрудничали в журнале длительное время. В частности, в первых номерах издания печатались М. Д. Бонч-Бруевич, И. И. Вацетис, А. И. Корк, В. Ф. Новиц-ьий, А. А. Свечин, Б. М. Шапошников, а чуть позже В. А. Антонов-Овсеенко, А. И. Верховский, В. Н. Егорьев, А. М. Зайончковский, С. С. Каменев, Д. М. Карбышев, М. Н. Тухачевский и др.
Большое внимание редакция уделяла вопросам организационного строительства армии. На страницах журнала широко обсуждались проблемы военной науки и военного искусства, освещался опыт первой мировой войны, публиковались сведения о состоянии военного дела в иностранных государствах. В подобных материалах крайне нуждались кадры молодой Красной Армии, а также те, кому надлежало организовывать всеобщее военное обучение трудящихся, введенное декретом Советского правительства от 22 апреля 1918 года. И многие статьи, в том числе по организации тактической и огневой подготовки войск, широко использовались в частях и учреждениях Красной Армии.
Разумеется, журнал не сразу нашел свое лицо. Да и трудно было это сделать в той сложной обстановке. Кроме того, следует учитывать, что сотрудниками редакции и авторами в основном являлись генералы и офицеры старой армии, военспецы, многие из которых были далеки от понимания происходящих в стране событий. Не случайно поэтому в журнале наряду с полезными публиковались и второстепенные материалы, не связанные с реальной жизнью и явно неудачные. Все это вызывало серьезные нарекания со стороны читателей и руководства Реввоенсовета Республики.
После окончания гражданской войны и военной интервенции в стране, в том числе и в армии, развернулась работа по перестройке в связи с переходом на мирное положение. Появилась, таким образом, возможность не только решать организационные вопросы, но и продолжать осмысливать опыт первой мировой и гражданской войн, больше уделять внимания проблемам военного искусства, вопросам обучения и воспитания военнослужащих в новых условиях. А необходимость учиться не вызывала сомнений, так как большинство командиров выросло за время гражданской войны из молодых красноармейцев, бывших солдат и унтер-офицеров старой армии.
Кроме того, возникла потребность оживить военно-теоретическую мысль, привлечь к строительству новой армии кадры, получившие опыт руководства объединениями и соединениями непосредственно в ходе военных действий. Это имело принципиальное значение, поскольку гражданская война выдвинула большую группу военачальников, обладавших творческим подходом к решению проблем военного дела, новым мышлением, незаурядными организаторскими и научными способностями.
В связи с этим изменились профиль, периодичность и объем журнала. Вместо еженедельного «Военного Дела» с 1921 года начал издаваться военно-научный и военно-политический журнал «Военная Наука и Революция», а с 1922 - «Военная Мысль и Революция» 2-3 раза в год объемом около 600 страниц. Основными рубриками его были: «Руководящие статьи»; «Теория и история военного искусства»; «Военная администрация и вопросы военной организации» и другие.
В журнале продолжалось обсуждение военной доктрины, которое началось еще в «Военном Деле». Вспоминая об этом, М. В. Фрунзе писал: «После империалистической войны... разговоры о военной доктрине вспыхнули с новой силой. Начиная с 1918 г. на страницах «Военного Дела», а также и других наших военных журналов появляется ряд статей на эту тему. При всем разнообразии подходов к вопросу было ясно одно, что потребность в определенном объединении, систематизации военного опыта явно назрела и требовала разрешения. В пользу необходимости этой работы выступил и я».
Статья М. В. Фрунзе «Единая военная доктрина и Красная Армия» появилась в первой книге журнала «Военная Наука и Революция» (1921 год). В ней талантливый полководец гражданской войны, а затем и руководитель военного ведомства обосновал важнейшие проблемы строительства армии. Решающим условием ее высокой боевой готовности он считал достижение единства взглядов по этим основным вопросам. В связи с публикацией данной статьи редакция отмечала, что М. В. Фрунзе затрагивает в ней те аспекты, которые приобретают громадный интерес в условиях современной военной жизни, и что высказанные им положения послужат материалом для последующих дискуссий, способных оживить современную военно-научную мысль.
Надо сказать, что в 1921 - 1922 годах споры о единой военной доктрине носили весьма острый характер. После того как во второй книге журнала (1921 год) Л. Д. Троцкий опубликовал статью «Военная доктрина или мнимое военное доктринерство», обсуждение этого вопроса состоялось даже на совещании военных делегатов XI съезда РКП (б). В выступлении М. В. Фрунзе позиция Л. Д. Троцкого подверглась основательной критике. Прежде всего с ленинских позиций была доказана вредность и несостоятельность протаскиваемой им идеи «экспорта революции». М. В. Фрунзе отмечал, что в политической части доктрины различия в подходе к обсуждаемой проблеме «связаны с одним моментом, а именно: как должно происходить воспитание Красной Армии - в духе ли подготовки к возможному наступлению или исключительно на почве оборонительной. ...Я считаю вреднейшей, глупейшей и ребячьей затеей говорить теперь о наступательных войнах с нашей стороны». Таким образом, М. В. Фрунзе, исходя из ленинского учения, считал, что советская военная доктрина должна носить сугубо оборонительный характер, вытекающий из миролюбивой сущности государства рабочих и крестьян.
Кроме того, Михаил Васильевич опроверг ошибочные взгляды Л. Д. Троцкого в отношении стратегических и тактических положений, а также его обвинение в идеализации прошлого опыта Красной Армии. «Я думаю,- говорил он,- что Троцкий глубоко не прав... Напротив, мы говорили, что у нас в прошлом масса промахов, что мы были плохо подготовлены, что нам нужно учиться, учиться и учиться».
Делегаты XI съезда партии поддержали правильные, подлинно марксистско-ленинские взгляды М. В. Фрунзе и других сторонников единой военной доктрины. Реализации ее положений в последующем и была подчинена теоретическая и практическая деятельность партии.
В журнале также широко обсуждались практические вопросы технического перевооружения армии, совершенствования организационной структуры соединений и частей, деятельности партийных организаций в армии и на флоте, продиктованные интересами защиты первого в мире социалистического государства. Все это отражало глубочайшую потребность в единстве взглядов по всем важнейшим вопросам военного строительства. И совершенно очевидно, что обсуждение их было предтечей военной реформы 1924-1925 годов.
Как известно, в январе 1924 года на Пленуме ЦК РКП (б) было решено проверить деятельность военного ведомства. Необходимость этого мероприятия весьма лаконично обосновал М. В. Фрунзе. Еще в 1923 году он писал: «Если бы кто-нибудь из старых военных работников, переживших с армией ее героическую боевую эпоху и расставшихся с ней после ликвидации фронтов, очутился бы вновь в ее рядах, он, вероятно, до крайности был бы поражен той картиной, которая представилась бы его глазам. От прежнего бурного лихорадочно-напряженного пульсирования жизни не осталось и следа. Лишенный в значительной доле своих лучших и наиболее активных элементов, поставленный в тяжелые технические условия работы, вышедший из поля непосредственного влияния и руководства партии, теперешний военный аппарат влачит довольно серое существование, еле справляясь с заботами и нуждами текущего дня. Лениво и вяло шевелятся колеса военной машины ита кже лениво и вяло шевелится военная м ы с л ь» (разрядка наша.- Ред.).
В подготовке материалов о положении в армии участвовали М. В. Фрунзе, К. Е. Ворошилов, А. С. Бубнов, Г. К. Орджоникидзе, И. С. Уншлихт и другие. Общие выводы из анализа собранных фактов были безрадостны и резки. Стало ясно, что задача укрепления вооруженных сил страны требует коренной военной реформы, которая и была проведена нод руководством М. В. Фрунзе в 1924-1925 годах.
Происходившие перемены коснулись и периодической военной печати. С января 1925 года стал выходить ежемесячный военно-политический журнал «Война и Революция» как орган народного комиссариата по военным и морским делам под общей редакцией М. В. Фрунзе, А. С. Бубнова, С. С. Каменева, М. Н. Тухачевского, И. Э. Якира, Р. П. Эйдемана. Во вступительной статье М. В. Фрунзе отмечал: «Журнал «Война и Революция» должен объединить вокруг себя все научно-исследовательские силы для решения вопросов обороны Советского Союза и боевой подготовки армии. Он должен стать органом теоретического руководства военно-научной деятельностью как внутри армии, так и вне ее... быть проводником взглядов, вырабатываемых на основе применения к военному делу марксистского метода изучения явления войны.
Толстым журналам, претендовавшим на роль центральных органов Красной Армии, у нас не везло. Совершенно бесспорен факт, что ни одному из них не удалась задача стать идейным центром военно-научной мысли, средоточием идейно-творческих достижений армии и действительно руководящим органом. Живой творческой связи с периферией не было, и это явилось главной причиной слабости их влияния и значения в общеармейской жизни».
Это своеобразное напутствие, а также взгляды М. В. Фрунзе по различным вопросам военного дела надолго определили характер и облик нового издания. Активно участвуя в работе журнала, он внес большой личный вклад в развитие военной теории. В статьях, в том числе опубликованных в журнале («Фронт и тыл в войне будущего», «Текущие задачи военного строительства», «Очередные задачи политработников»), и прочих работах он развил положения о характере будущей войны и способах военных действий, совершенствовании видов вооруженных сил и родов войск, их организации и роли в войне, о стратегии и тактике, партийно-политической работе, обучении и воспитании личного состава.
Постепенно создавался сильный творческий актив авторов. Много полезного содержалось в статьях Я. И. Алксниса, А. С. Бубнова, А. И. Верховского, С. С. Каменева, Д. М. Карбышева, И. С. Кутякова, A. А. Свечина, В. К. Триандафиллова, М. Н. Тухачевского, И. П. Уборе-ьича, Е. А. Шиловского, Р. П. Эйдемана. На страницах журнала продолжалось обсуждение характера будущей войны, в частности ее начального периода, вопросов строительства вооруженных сил, различных проблем военного искусства, совершенствования средств вооруженной борьбы и тенденций их развития.
В этот период на Западе буржуазные военные теоретики, переоценивая роль новых видов оружия (авиации и танков), увлекались разработкой теории о возможности достижения победы в войне с помощью малых армий или массированного применения того или иного вида техники (теории «воздушной войны», «танковой войны»). В этой связи многие наши военные деятели (М. Н. Тухачевский, И. П. Уборевич и др.) в своих статьях всесторонне обосновывали неправомерность и ошибочность подобных взглядов, необходимость гармоничного развития различных видов вооруженных сил и родов войск, утверждая, что успех операций может быть достигнут лишь их совместными усилиями. Не менее остро критиковались и взгляды тех командиров Красной Армии, которые, как писал И. П. Уборевич, недооценивали происшедшие изменения в развитии техники и продолжали придерживаться устаревших взглядов, например о возможности «с саблями наголо бить по голове современный таран, состоящий из десятка мощных в огневом отношении современных стрелковых дивизий».
Определенное влияние на развитие теории военного искусства оказывали публикации М. Н. Тухачевского, который, по словам Г. К. Жукова, и тогда был, и десятилетия спустя считался «гигантом военной мысли», «звездой первой величины в плеяде военных нашей Родины». Ему принадлежит немало прозорливых мыслей относительно тактики, оперативного искусства и стратегии. Весьма плодотворно над теорией роенного искусства в 30-е годы трудились В. К. Триандафиллов, Г. С. Иссерсон. Взгляды этих и других товарищей, в том числе высказанные на страницах журнала, легли в основу теории глубокой операции (боя).
Когда в 1931 году в авиационной катастрофе погиб В. К. Триандафиллов, журнал поместил некролог, в котором отмечал: «В лице B. Триандафиллова Красная Армия потеряла большого военного мыслителя. Его прекрасная по замыслу и выполнению работа «Характер операций современных армий», изданная им в 1929 году, над расширением и детализацией которой он продолжал работать до последнего дня, останется на долгое время настольной книгой командира... стремящегося по-современному разбираться в сложных вопросах оперативно-тактического искусства».
В журнале публиковалось немало интересных, высоконаучных статей, которые помогали командирам и политработникам в их практической работе по обучению войск, воспитанию личного состава подразделений и частей.
Обращает на себя внимание к такой факт. В довоенное время журнал, под каким бы названием он ни выходил,- систематически помещал обстоятельные рецензии на труды по актуальным вопросам военного дела, знакомил читателей с новинками советской и зарубежной военной литературы, на что отводилось до трети журнальной площади. К сожалению, в последующем эта традиция не получила развития.
В 1937-1940 годах в целях сокращения числа изданий, улучшения их качества, содержания и оформления проводилась реорганизация военных журналов. С 1937 года журнал стал именоваться «Военная Мысль». На его страницах продолжалось обсуждение проблем тактики и оперативного искусства, моторизации и механизации войск, развивались положения временного Полевого устава РККА 1936 года. Много внимания уделялось роли в войне артиллерии, бронетанковых войск, авиации, конницы и т. д.
Необходимо подчеркнуть, что репрессии, которым в конце 30-х годов подверглись многие военачальники, нанесли серьезный урон. Был репрессирован ряд крупных советских военных теоретиков, тесно сотрудничавших с редакцией журнала. Среди них Я. И. Алкснис, С. М. Бе-лицкий, А. И. Верховский, Г. С. Иссерсон, Е. Е. Капустин, В. А. Мели-ков, А. А. Свечин, М. Н. Тухачевский, И. П. Уборевич, Р. П. Эйдеман и другие. В результате разработка вопросов военной теории несколько затормозилась. Было прекращено изучение военного наследия В. И. Левина. Труды и статьи репрессированных теоретиков изымались из фондов как вражеские.
По разным причинам до начала Великой Отечественной войны, навязанной нашему народу гитлеровской Германией, не все удалось предусмотреть. Не совсем верно рассматривались возможные условия начального периода войны и способы отражения внезапного нападения агрессора. Как в теоретическом, так и в практическом плане недооценивались вопросы обороны в оперативно-стратегическом масштабе. Мало уделялось внимания подготовке командующих и штабов оперативно-стратегического звена к управлению войсками в операциях начального периода войны. Тем не менее мы имели передовую для своего времени военную теорию, в разработку которой внес большой вклад журнал «Военная Мысль» и его предшественники.
Может возникнуть вопрос: почему так много внимания уделено довоенному периоду истории журнала? Потому что, во-первых, именно ь 20-30-е годы закладывались основы советской военной науки, происходило подлинно свободное состязание умов, не обремененных постулатами авторитетов. Во-вторых, современный читатель с ней почти незнаком.
Великая Отечественная война внесла серьезные поправки в содержание и направленность публикаций, поставила перед журналом сложные задачи. Прежде всего на его страницах появились статьи, в которых раскрывался справедливый характер войны советского народа против немецко-фашистских захватчиков, внушалась уверенность в окончательной нашей победе, звучал призыв к героизму, стойкости и мужеству в борьбе с врагом. Речь идет о публикации в журнале приказов Верховного Главнокомандующего, а также выступлений видных деятелей партии и Вооруженных Сил.
В это время большой резонанс получили статьи, в которых глубоко анализировался опыт военных действий советских войск в первый период войны. Серьезное внимание в них уделялось вопросам организации обороны соединениями... и объединениями в сложных условиях, ведения борьбы с мощными танковыми группировками врага, проведения контратак и контрударов, применения артиллерии, танков, авиации, средств ПВО и др. Словом, приходилось устранять пробелы, допущенные в этом деле в предвоенные годы.
В последующем тематическая направленность журнала приобрела несколько иной характер. Широко обсуждались проблемы подготовки и ведения наступательных операций (боев), публиковались обзорные статьи с анализом действий войск в той или иной кампании. Кроме того, стали освещаться вопросы организации управления, взаимодействия', применения частей, соединений и объединений видов Вооруженных Сил и родов войск. Много полезного для генералов и офицеров имелосьв таких материалах, как «Сражение под Сталинградом» (1943 год), «Битва под Курском. Разгром орловской и белгородско-харьковской группировок немецкой армии» (1944 год), «Разгром немецких войск в Белоруссии» (1944 год), «Наступательные операции Красной Армии (по опыту кампаний 1944-1945 годов)» и др.
В военное время журнал немало внимания уделял историческому прошлому России, особенно полководческому искусству А. В. Суворова, М. И. Кутузова, Александра Невского, выдающихся русских флотоводцев и др. Эти материалы играли большую роль в укреплении героических традиций нашего народа, распространении отечественного военного искусства, которому были чужды схематизм и шаблон.
Конечно, не все гладко было в работе редакции в годы войны. Отдельные статьи не отличались высоким теоретическим уровнем, носили преимущественно описательный характер. К тому же культ личности И. В. Сталина сковывал инициативу военных исследователей, способствовал распространению догматизма и начетничества.
Послевоенный период - самый продолжительный в истории журнала. До 1956 года он плодотворно занимался изучением и анализом богатейшего опыта Великой Отечественной войны и внес свою лепту в разработку проблем военной науки и военного искусства в соответствии с достигнутым уровнем развития средств вооруженной борьбы.
Внедрение в войска ракетно-ядерного оружия вызвало, как известно, подлинную революцию в военном деле, потребовало коренным образом пересмотреть взгляды на характер войны, способы ведения боевых действий, организацию взаимодействия, всестороннего обеспечения и управления.
Ведущее место в журнале всегда занимали публикации по проблемам стратегии и оперативного искусства, возникавшие в связи с развитием и внедрением современных средств вооруженной борьбы. В последние годы особенно часто освещаются вопросы теории и практики подготовки и ведения боя соединениями различных видов Вооруженных Сил и родов войск.
Активное участие в работе редакции принимают офицеры, генералы и адмиралы Министерства обороны, видные военачальники и военные ученые. Высказываемые в их статьях предложения помогают решению сложных проблем военного искусства.
Серьезное внимание уделяется и анализу опыта Великой Отечественной войны, его творческому осмысливанию и использованию в современных операциях. В частности, читатели хорошо приняли Специальный выпуск журнала (февраль 1985 года), в котором помещены материалы военно-научной конференции, проведенной в Группе советских войск в Германии в ноябре - декабре 1945 года. В выступлении Г. К. Жукова на этой конференции много ценных высказываний, рекомендаций, не потерявших своего значения и в современных условиях. Немало полезного читатели могут найти и в материалах, публикуемых в рубрике «Полководцы и военачальники советской военной школы».
В рождении истины, как известно, важную роль играют дискуссии. Журнал их проводит постоянно. Достаточно сказать, что только за последние два десятилетия на его страницах обсуждались проблемы военной экономики (1970 год), подготовки военных кадров (1971 год), воспитания молодых офицеров (1972-1976 годы), марксистско-ленинского учения о войне и армии (1976-1977 годы), управления войсками и силами флота (1979 год), совершенствования профессионального мастерства офицеров (1982-1983 годы), интеграции военной науки с практикой (1985-1987 годы), роли и места военной хитрости в военном искусстве (1985-1987 годы), методики оценки состояния научной работы в научно-исследовательских учреждениях (1987 год). Продолжается обсуждение вопросов методологии математического моделирования операций. В текущем году открылась новая дискуссия по проблемам нового мышления в военном деле. Планируется обменяться опытом управления войсками и силами в мирное время.
Авторитет любого печатного, органа в значительной мере зависит от того, насколько прочно он связан с читателями, как воспринимаются публикуемые материалы. Редакция стремится поддерживать постоянную связь с войсками. С этой целью ее представители регулярно участвуют в конференциях, проводимых в штабах военных округов, групп войск и флотов. Высказываемые предложения и пожелания по возможности учитываются при подготовке последующих номеров. Тесные контакты установлены и с военно-теоретическими журналами братских социалистических стран. Это и деловые встречи сотрудников, и обмен опытом работы, и регулярные публикации в нашем журнале статей авторов союзных армий, и наоборот. Все это способствует развитию военной мысли, выработке у военных кадров братских армий единых взглядов на характер и способы ведения операций (боев), методы обучения и воспитания личного состава, способствует повышению боевой готовности союзных армий.
Семь десятилетий журнал «Военная Мысль» вносит свой вклад в развитие марксистско-ленинского учения о войне и армии, в разработку проблем военной науки, обобщение и распространение боевого опыта Великой Отечественной войны, а также практики подготовки войск и штабов в послевоенное время, разоблачает фальсификаторов советской военной теории и истории Вооруженных Сил СССР. Его плодотворная деятельность была высоко оценена партией и Советским правительством. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 30 апреля 1975 года он награжден орденом Красной Звезды.
Развернувшаяся в стране, в том числе и в Вооруженных Силах, перестройка ставит перед журналом новые сложные задачи. Они сводятся в первую очередь к глубокому научному анализу происходящих в армии и на флоте процессов, формированию и утверждению нового мышления в вопросах военной теории и практики, всестороннему раскрытию оборонительного характера советской военной доктрины, пропаганде передового опыта перестройки, развертыванию дискуссий по различным проблемам военного дела на основе демократизации и гласности.
Решая эти и другие задачи, журнал по-прежнему будет утверждать в своих публикациях подлинную научность, применять различные формы подачи материалов, заботиться о их высококачественной литературной обработке. Твердым правилом деятельности редакции будет яв-. ляться постоянное укрепление и поддержание тесной связи с читателями- офицерами, генералами и адмиралами армии и флота.
Фрунзе М В. Избранные произведения.- М.: Воениздат, 1984.- С. 85.
Там же. - С. 85.
Т а м ж е. - С. 87.
Армия и Революция.- 1923.- № 3-4.
Речь идет о журналах «Военная Наука и Революция» и «Военная Мысль и Революция».
Война и Революция,- 1925.- Книга первая.
Война и Революция.- 1931.- Книга вторая.
