Проблематика общевойскового планирования огневого поражения в операциях
ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 1/1996, стр. 29-35
Проблематика общевойскового планирования огневого поражения в операциях
Генерал-майор В.Е.ШУЛЬГИН,
кандидат технических наук, член-корреспондент РАРАН
Полковник в отставке Ю.Н.ФЕСЕНКО,
доктор технических наук, профессор, член-корреспондент РАРАН
ПОЯВЛЕНИЕ новых средств поражения и форм ведения вооруженной борьбы обусловило необходимость внесения изменений в планирование огневого поражения противника (ОПГТ). Однако ясности в этом вопросе, судя по ряду публикаций, к сожалению, нет.
Как известно, планирование ОПП, подразделяющееся на общее, непосредственное и детальное, осуществляется с помощью методик оперативно-тактических расчетов (МОТР). В последнее время они стали подвергаться усиленной критике. Более того, некоторые авторы утверждают: «Традиционный подход к планированию ОПП, заключающийся в определении необходимой степени поражения и требуемых для этого ресурсов сил и средств, устарел».
Действительно, существующие методики громоздки, но главным их недостатком, на наш взгляд, является то, что в основу расчетов положено централизованное планирование, предусматривающее жесткую последовательность решения задач на всех уровнях управления - от высшего к низшему (высшая степень централизации). А это противоречит зонально-объектовому методу планирования, предоставляющему нижестоящим командирам и штабам широкую инициативу в выборе форм, методов и объёктов поражения для решения огневых задач в назначенных зонах ответственности. Вместе с тем внедрение только данного метода не гарантирует, как полагают некоторые авторы, высокой эффективности ОПП в операции. Такая эффективность будет достигнута лишь тогда, когда во всей полосе объединения (в том числе в зонах ответственности нижестоящих инстанций) ОПП будет подчинено единому замыслу, а это, как справедливо отмечено в статье полковника Л.А.Ольховикова и подполковника В.И.Выпасняка, станет возможным лишь при сохранении рациональной степени централизации управления в процессе общего и непосредственного планирования. Заметим, что необходимость реализации единого замысла ОПП во всей полосе действий объединения требует определённой централизации и на стадии детального планирования в зонах ответственности, так как последнее может осуществляться только на основе единых исходных данных.
Появление высокоточного оружия еще больше обострило проблему соотношения централизации и децентрализации управления ОПП. В ходе войны в зоне Персидского залива, несмотря на широкую рекламу «безболезненных хирургических операций» при поражении объектов, доля управляемых бомб составила лишь 8,4%, а управляемых артиллерийских снарядов оказалась еще меньше. В будущем доля высокоточных боеприпасов скорее всего значительно возрастет. Однако, учитывая высокую стоимость, трудно рассчитывать на то, что их станет больше, чем обычных. Они, видимо, будут применяться главным образом для уничтожения объектов, от поражения которых зависит успех операции в целом. Это также потребует единого замысла и плана применения, т.е. централизации.
Необходимость сохранения рациональной степени централизации планирования ОПП в рамках зонально-объектового метода предъявляет повышенные требования к общему планированию. Являясь составной частью планирования операции, оно должно решать кардинальные вопросы огневого поражения, к которым относятся: определение целей, способов, форм и методов ОПП в операции в целом и при решении оперативных задач; расчет требуемой степени снижения боевых возможностей группировок противника, общего объема огневых задач, сил и средств, необходимых для их выполнения; распределение огневых задач между видами Вооруженных Сил и родами войск. Именно общее планирование ОПП должно обеспечить реализацию огневой мощи объединения путем четкого согласования усилий различных видов Вооруженных Сил и родов войск. Следовательно, во-первых, результаты общего планирования ОПП должны носить ярко выраженный агрегированный характер, отличный от характера результатов непосредственного и детального планирования, а во-вторых, объединяя огневую мощь разнородных сил и средств, общее планирование, элементы которого присущи и тактическим звеньям, не может быть ограничено оперативным звеном управления, поскольку без решения общих вопросов, касающихся зоны ответственности формирования, непосредственное и детальное планирование невозможно.
Таким образом, понятие «общее планирование ОПП» (под которым ранее понималось определение ряда показателей огневого поражения, общих для всей полосы действий объединения) уже не отражает сущности и содержания производимых при этом расчетов. Характерно, что они выполняются в общевойсковых штабах не только оперативного, но и тактического звена, поэтому планирование ОПП на данном этапе как по сути, так и по месту проведения является общевойсковым в отличие от видового (родового) планирования, проводимого в штабах видов Вооруженных Сил и родов войск.
Понятие «видовое (родовое) планирование ОПП», на наш взгляд, точнее, чем понятие «непосредственное планирование ОПП», выражает содержание расчетов, выполняемых этими штабами, так как (наряду с непосредственным планированием применения средств поражения вида Вооруженных Сил и рода войск во всей полосе действий формирования) в него входит детальное планирование боевых действий сил и средств поражения, оставшихся в непосредственном подчинении общевойскового командующего (командира). Наконец, характер задач, решаемых в ходе общевойскового планирования, требует соответствующего методического инструментария, а также особого порядка его использования. Наиболее распространенной ошибкой при этом являются, по нашему мнению, попытки применить порядок и правила, принятые при видовом (родовом) и детальном планировании ОПП, для общевойскового планирования. Они оказались непродуктивными, а использование МОТР, разработанных видами Вооруженных Сил и родами войск, - неудачным. Однако отвергать накопленный в ходе оперативной подготовки штабов опыт проведения общевойскового планирования ОПП, который указывает на целесообразность использования расчетных величин формирований. огневых средств (РОС) и боеприпасов (РБ), нельзя. Конечно, они нуждаются в уточнении, но попытку применения при этом «единых объектов разведки и поражения» можно расценить как стремление заменить один расчетный объект другим (в чем вряд ли есть резон), а использование вместо РОС и РБ «установленных нарядов сил и средств огневого поражения» может лишь значительно усложнить расчеты. Достаточно указать на то, например, что в артиллерии наряд сил и средств, предназначенный для поражения объекта, зависит от его характера и размеров, задачи стрельбы, применяемых снарядов и взрывателей, способа определения установок для стрельбы и ее дальности. Кроме того, применение «единых объектов разведки и поражения» ограничивается лишь областью решения частных расчетных задач, связанных с определением потребностей в огневых средствах и боеприпасах (летном ресурсе), их распределением по оперативным задачам, формированиям в ходе общевойскового и видового (родового) планирования. Планирование же участия в ОПП сил и средств, остающихся в непосредственном подчинении командующих объединениями и командиров соединений (частей), а также планирование в зонах ответственности может быть только детальным и проводиться с учетом реальных размеров объектов и их удаления от средств поражения.
Таким образом, главная проблема планирования ОПП, на наш взгляд, заключается в обосновании рационального объема и содержания расчетов, проводимых в органах управления различного уровня. Кроме того, появление нового структурного элемента управления - группы планирования и координации огневого поражения (ГП и КОП), на которую возложено проведение общевойскового планирования ОПП, - требует четкого распределения задач, решаемых должностными лицами и элементами органов управления объединений при планировании операции, огневого поражения, установления взаимосвязи между ними, а также точного определения направлений и содержания информационных и управленческих потоков. При установлении взаимосвязи между ними представляется целесообразным предложение полковника Л.А.Ольховикова и подполковника В.И.Выпасняка о декомпозиции процесса планирования ОПП на ряд последовательных этапов, которые должны быть тесно увязаны с этапами работы командующего и штаба при выработке замысла и решения на операцию, планировании, постановке задач, организации взаимодействия и всех видов обеспечения. При этом надо учесть, что содержание расчетов, выполняемых на каждом из этапов планирования, будет определяться полнотой и достоверностью разведывательных данных о противнике, сведений о своих войсках, целью, задачами, конечными результатами планирования и степенью их детализации.
Что касается взаимосвязи между отдельными структурными элементами штабов в ходе общевойскового планирования ОПП, то ее вариант представлен на схеме, иллюстрирующей процесс планирования. Если ожидаемая степень снижения боевого потенциала группировок противника окажется ниже требуемой, то необходимо будет либо уменьшить степень поражения группировки противника или ее поражаемый состав, либо нарастить возможности своих огневых средств за счет увеличения их боевого состава или выделения на операцию дополнительного ресурса боеприпасов (летного ресурса), либо внести изменения в замысел операции, и тогда цикл расчетов будет повторен. Заметим, что результаты общевойскового планирования ОПП, утвержденные командующим, трансформируются в управляющие потоки, которые в форме предварительных или боевых распоряжений могут быть направлены подчиненным как по линии ГП и КОП, так и через штабы видов Вооруженных Сил, (родов войск). В обратном направлении могут поступать предложения по ОПП в зонах ответственности нижестоящих инстанций, предварительную экспертизу которых еще до утверждения решения на операцию целесообразно возложить на ГП и КОП, что позволит не только повысить качество планирования, оценить степень реализации замысла ОПП в операции при детальном планировании в зонах ответственности, но и в полной мере использовать принцип встречного планирования.
Наглядным подтверждением нецелесообразности попыток переноса порядка и правил проведения оперативно-тактических расчетов, наработанных при видовом (родовом) и детальном планировании, основанном на объектовом методе, на общевойсковое планирование является его сведение к распределительной задаче - «рациональному распределению средств огневого поражения и объектов поражения противника между созданными группировками войск». В условиях возросшей динамичности боевых действий объектовый метод становится неприемлемым, так как требует значительных временных затрат. Кроме того, его внедрение сопровождается увеличением информационных потоков, объем которых возрастает по мере увеличения динамичности вооруженного противоборства, количества и разнообразия задач, решаемых огневыми средствами. Разрешить противоречия между увеличивающимся объемом огневых задач, возрастающим динамизмом боевых действий и, как следствие этого, сокращением времени на подготовку операции позволяет зонально-объектовый метод планирования. Поэтому возврат к объектовому методу общевойскового планирования был бы шагом назад.
Важно отметить, что для этапа общевойскового планирования (особенно в оперативном звене) характерно наличие только общих данных о Группировках противника. Это обстоятельство ставит под сомнение возможность реализации объектового метода. Подтверждением является опыт операции «Буря в пустыне», который показал, что, несмотря на 6-месячный период подготовки и использования разнообразных средств разведки, многонациональным силам (МНС) так и не удалось точно установить местоположение основных объектов поражения иракских войск. Это вынудило союзную авиацию вновь прибегнуть к «ковровым» бомбардировкам обширных районов, на что было израсходовано около 20% боеприпасов.
Опыт войн и военных конфликтов показывает, что на этапе общевойскового планирования в оперативном звене обычно приходится ограничиваться данными обзорной разведки. Отсутствие сведений о местонахождении конкретных объектов вынуждает проводить общевойсковое планирование в расчетных величинах, что позволяет существенно сократить его длительность, значительно ускорить постановку задач и тем самым повысить качество видового (родового) и детального планирования.
Другая проблема, на наш взгляд, заключается в практической реализации метода зонально-объектового планирования, причем основная трудность, как представляется, состоит не в обосновании порядка и правил проведения расчетов, а в разработке механизма соединения зональных интересов с интересами операции в целом и решением отдельных оперативных задач. В статье полковника Л.А.Ольховикова и подполковника В.И.Выпасняка предлагается реализовать этот механизм при проведении массированных и сосредоточенных огневых ударов обычным и высокоточным оружием, когда вышестоящие штабы в зонах ответственности нижестоящих инстанций для поражения их силами и средствами назначают только те объекты, которые могут существенно повлиять на ход операции в целом. Нельзя не согласиться с целесообразностью данного предложения, но следует отметить, что оно может быть реализовано только при наличии координат объектов поражения. Однако, как указывалось выше, опыт военных конфликтов последних лет показывает, что даже при продолжительном периоде подготовки операции это не всегда возможно.
Соединение зональных интересов с интересами операции в целом и решением оперативных задач видится в использовании уже разработанной системы показателей эффективности ОПП. Из совокупности показателей эффективности поражения группировок противника, которые характеризуют степень их поражения при общевойсковом планировании, может быть использован, на наш взгляд, лишь один - степень снижения боевого потенциала группировки. Он должен интегрироваться в общевойсковой критерий, характеризующий условия, которые определяют успех действий войск.
Как известно, таким критерием, используемым на этапе выработки замысла операции, является требуемое для успешного выполнения боевых задач соотношение сил сторон, обычно рассчитываемое через боевые потенциалы войсковых формирований. Необходимо иметь в виду, что соотношение сил сторон является интегральным показателем, обобщающим ряд частных (дифференциальных) показателей, характеризующих ударную силу и огневые возможности группировок войск (сил), - соотношения по батальонам, танкам, бронетранспортерам, артиллерии и т.п. Использование при планировании ОПП этих показателей позволяет определить не только требуемую степень поражения группировки в целом, но и степень поражения ее отдельных компонентов, в том числе элементов группировок в зонах ответственности нижестоящих инстанций. Вполне очевидно, что требуемая степень поражения группировки противника должна определяться с учетом боевого состава своих войск и их возможностей, ожидаемого состава и укомплектованности войск противника, возможного характера его действий, а не приниматься равной «рабочему показателю» или некоему фиксированному значению, как это иногда предлагается.
Следовательно, применение в ходе общевойскового планирования интегральных и дифференциальных показателей дает возможность конкретизировать замысел ОПП в операции, оценить требуемую степень снижения боевых потенциалов противостоящей группировки противника в целом и ее отдельных компонентов (ударных группировок войск, артиллерии, войск ПВО и т.п.). Это позволяет установить, какое поражение и каким компонентам группировки противника следует нанести, чтобы добиться такого соотношения сил и средств, которое обеспечивало бы достижение целей операции, получить приоритеты в поражении объектов, уточнить задачи ОПП, оперативной и тактической разведки, а также определить, на добывании каких сведений и данных о местоположении каких объектов и на каких направлениях необходимо сосредоточить ее основные усилия. Для этого расчет указанных показателей должен проводиться по задачам, направлениям действий войск, зонам ответственности, что позволит обеспечить единство реализации замысла ОПП в операции и бою при зонально-объектовом планировании, а также облегчит распределение объема огневых задач между видами Вооруженных Сил (родами войск), например между ракетными войсками, артиллерией и авиацией с учетом выделенного расхода боеприпасов (летного ресурса).
Таким образом, в ходе общевойскового планирования ОПП усилия ГП и КОП должны быть сосредоточены на основных вопросах, решение которых может сказаться на ходе операции в целом и решении оперативных задач. Что касается распределительной задачи «объект - средство поражения», то ее решение представляется преждевременным, так как оно может лишь задержать выработку предложений по ОПП и привести к излишней детализации положений, которые должны быть отражены в замысле и решении командующего. Решать эту задачу целесообразно в ходе видового (родового) и детального планирования, когда будет установлено местоположение не только объектов поражения, но и позиционных районов огневых средств. Поэтому оптимизация решения распределительной задачи также имеет смысл только при видовом (родовом) и детальном планировании ОПП.
Не следует упускать из виду, что в современных условиях группировки противоборствующих сторон нередко будут располагаться на значительном удалении друг от друга, и поражение ударных группировок противника будет, как правило, осуществляться уже в ходе их выдвижения и развертывания. Поэтому, во-первых, планирование ОПП в ходе подготовки операции может быть проведено в самом общем виде, а во-вторых, это еще раз подтверждает нецелесообразность объектового метода и решения распределительной задачи «объект - средство поражения» на стадии общевойскового планирования ОПП.
И наконец, еще одна важная проблема: большинство авторов статей, посвященных огневому поражению, почему-то связывают его эффективность лишь с качеством планирования при подготовке операции. Между тем, как показывает отечественный и зарубежный боевой опыт, она в основном зависит от того, в какой мере огневое воздействие отвечает задачам и конкретным условиям обстановки, насколько оперативно планирующие и координирующие органы реагируют на ее изменения, как быстро информационные потоки от сил и средств разведки трансформируются в управляющие воздействия на средства поражения. Кроме того, увлекшись математической стороной дела, многие исследователи забывают, что имеют дело со случайными процессами, где ожидаемый результат может прогнозироваться только с определенной вероятностью. Результат же поражения конкретного объекта (а тем более группировки) может значительно отличаться от ожидаемого. Например, в ходе крупномасштабных учений «Запад-81» и «Осень-88» планировавшиеся и достигнутые степени снижения боевых потенциалов группировок зачастую различались в 1,3-1,5 раза. Это указывает на необходимость неослабного контроля за осуществлением ОПП в ходе операции со стороны планирующих и координирующих органов. Следовательно, основная задача работы ГП и КОП будет заключаться не в составлении детального «расписания» порядка поражения различных объектов, а в выполнении роли «диспетчера», координирующего усилия огневых средств видов Вооруженных Сил (родов войск) при реализации замысла ОПП в операции, согласовании огневых ударов со средствами РЭБ и действиями войск.
Таким образом, теория и практика ОПП ставят перед военными учеными ряд серьезных научных проблем, без решения которых реализация концепции ОПП в современных операциях невозможна.
Военная мысль. -1993. - №7. - С.49 -54; №10. - С.22-36; 1994. - №5. - С.15-21; №6. - С.47-50; №7. - С.22-33.
Там же.- 1994.-№5.-С.15.
Там же. - 1994. - №7. - С.27-33.
Das Argument. - 1992. - №2. - S.269.
Военная мысль. - 1994. - №5. - С.17-18.
Военная мысль. - 1994. - №5. - С.18.
Военная мысль. - 1994. -№5. - С. 19-20.
