Военная география прошлое и настоящее
Военная мысль № 3/ 2001, стр. 29-33
Военная география: прошлое и настоящее
Подполковник И.А.ЗАХАРЕНКО,
кандидат географических наук
В КОНЦЕ XX начале XXI века проблемы военной науки стали предметом широкого обсуждения. Это вызвано коренными изменениями в мировой военно-политической обстановке, новыми взглядами на обеспечение безопасности и независимости государства. Глобальное влияние войны на земную цивилизацию, совершенствование средств и методов ведения вооруженной борьбы, принципиальные преобразования в военных технологиях требуют ускорения развития военных наук, расширения фронта научного творчества и сотрудничества гражданских и военных ученых, проведения фундаментальных исследований по важнейшим проблемам вооруженной борьбы будущего.
Прогресс в науке и технике привел к блестящим результатам в географии и картографии земной поверхности. При этом неоспорима большая заслуга Генерального штаба и Военно-топографической службы Российской империи, СССР, а затем и Российской Федерации, проделавших грандиозную работу в этой области. Возникает вопрос а что же дальше, каковы перспективы развития наук о Земле применительно к военной области?
Одна из современных особенностей вооруженной борьбы состоит в том, что боевые действия могут вестись во всех географических сферах (космосе, атмосфере, гидросфере, литосфере) на локальных и региональных пространствах земного шара. Поэтому исследование географических закономерностей ведения боевых действий должно стать одним из базовых направлений деятельности военных ученых и практиков. Высмеянные еще Д.И.Фонвизиным в комедии «Недоросль» традиционные представления о географии как о никому не нужной науке, потому что и без нее «каждый извозчик привезет туда, куда нужно», вошли в явное противоречие с современными требованиями к подготовке войск. Географическая и топографическая информация, геоинформационные технологии, координатно-временные определения оказывают существенное влияние на ведение вооруженной борьбы.
Еще в начале XIX века армиям для ведения боевых действий потребовались подробные и точные карты и описания всего театра военных действий. Процесс создания карт основывался на производстве геометрических измерений на местности топографических съемках. Картографические работы этого направления надолго заняли господствующее положение в Русской армии. К началу 80-х годов XIX века в картографировании территории сформировалось два основных направления техническое и географическое. Так, в процессе съемочных работ разрабатывались технические методы создания топографических и обзорных карт, описания же основывались на изучении сочетаний и взаимосвязей между явлениями природы и обществом в зависимости от целей исследования. А так как основные съемочные работы в.России проводили два ведомства военное и межевое, то и оформились две научные школы топографического картографирования. Причем для межевой научной школы был характерен постепенный отход от общегеографического картографирования территории Российского государства в сторону специализированных съемок в целях изучения, оценки и хозяйственного использования природных ресурсов. На этой основе составлялись карты, получившие название специальных, а в дальнейшем тематических.
В военно-географической школе собственно географическое направление разрабатывалось Генеральным штабом, а топографическое Военно-топографической службой. В Генеральном штабе Русской армии военно-географическая подготовка была поставлена блестяще. Сотни офицеров проводили военно-географические исследования территории России и других государств и составляли многотомные военно-географические описания. Российская дореволюционная военно-географическая школа имела мировую известность. Авторитет ее руководителей профессоров Академии Генерального штаба Ф.Ф.Шуберта, П.А.Языкова, В.Ю.Скалона, Н.С.Голицина, Д.М.Милютина был очень велик. Широко известны имена таких военных географов, как Н.М.Пржевальский, М.И.Венюков, П.К.Козлов, М.В.Певцов, А.Е.Снесарев, В.КАрсеньев и др.
Огромные объемы геодезических и съемочных работ заставили Военно-топографическое управление сосредоточиться в основном на топографическом картографировании. Но такое значительное внимание к математической основе карт привело к тому, что ее картографическое содержание перестало отвечать требованиям войск.
После Октябрьской революции это положение усугубилось тем, что военное руководство СССР отказалось от глубокой военно-географической подготовки театров военных действий. Накопленные обширные военно-географические материалы оказались практически не востребованными из-за слабой географической грамотности командного состава и устоявшегося мнения о второстепенности таких знаний, которое сохранялось вплоть до июня 1941 года.
По-иному обстояло дело в Германии, имевшей уже к началу Второй мировой войны сложившуюся военно-географическую школу, важнейшими звеньями которой были отдел военных карт и измерений верховного командования сухопутных войск, аналогичные отделы генерального штаба военно-воздушных сил и верховного командования военно-морских сил. При верховном командовании вермахта имелась служба особого назначения, которая занималась рекогносцировками, картографированием и оценкой наиболее важных оперативных направлений. Задолго до войны в Германии были составлены карты и различные описания на всю западную часть СССР, а также на все страны Европы, Северную Африку, Ближний и Средний Восток, Северную Индию. К концу 1943 года только военно-географической службой сухопутных войск Германии было издано 102 выпуска военно-географических описаний, а серия описаний для ВВС составляла несколько десятков томов, охватывающих пространство от полярных регионов до Северной Африки.
Что касается нашей страны, то уже к концу 1941 года обстановка на фронтах заставила советское военное руководство коренным образом пересмотреть роль и значение географических факторов. Начальный период войны показал, что использования традиционных источников военной информации топографических карт явно недостаточно для решения оперативно-тактических задач. Потребности Красной Армии в более полной географической информации побудили советские академические учреждения к формированию с февраля 1942 года межотраслевых бригад (геоморфологи, почвоведы, ботаники), предназначенных для создания в первую очередь карт типов территорий, различающихся по проходимости, условиям аэродромного строительства, маскировочным свойствам. Особое внимание уделялось влиянию снежного покрова. С 1943 года в системе Военно-топографической службы начала действовать небольшая группа, включающая профессиональных географов, занимающаяся общевойсковыми описаниями стратегических направлений и пограничных районов Европы и Азии. За годы Отечественной войны фронт получил свыше 900 млн экземпляров карт, отпечатанных в тылу и 35 млн экземпляров карт и других графических документов, изготовленных во фронтовых условиях. Таким образом, можно констатировать, что в ходе войны произошло утверждение военной географии и военной картографии как необходимых наук.
Сегодня отсутствие национальной военно-географической школы, техническая направленность военной картографии и неразработанность теоретических вопросов ее применения в военной науке и практике привели к тому, что специальные карты так и не нашли широкого применения в войсках. Методика работы с картами при оценке обстановки и принятии решения, управлении войсками находится, на уровне начала XX века. Вооруженные Силы испытывают большой дефицит в специально создаваемых для них разнообразных, информативно насыщенных картах. Ликвидировать этот пробел можно, только создав или, вернее, воссоздав военно-географическое научное направление, которое должно представлять собой сплав фундаментальных знаний различных областей науки, превращенный в концептуальную систему. Обоснование закона зависимости боевых действий от географической среды позволит исследовать геополитические, географические, топографические, оперативно-тактические закономерности изменения военно-географической обстановки.
В условиях, когда «группировки войск будут не прорывать оборону, а искать уязвимые места или обходить укрепленные районы», эффективность боевого планирования и проведения современных операций во многом будет зависеть от наличия и содержания достоверной информации о географическом пространстве боевых действий, ее оперативно-тактических свойствах, возможных изменениях погодных, климатических и геофизических условий. При этом необходимо понимать, что не только любое передвижение войсковых частей и подразделений, но и каждый шаг отдельного солдата зависит от знания и понимания географической обстановки, складывающейся на поле боя.
Проходимость территорий, тактические свойства элементов местности, цвета ландшафта для маскировки, строение топографической поверхности для ориентирования все это требует глубокого изучения местности: необходимо знать, как она выглядит, из чего состоит и как меняется во времени. В связи с этим следует разработать научно обоснованную военно-географическую характеристику горных, таежных, лесисто-болотистых, пустынных, северных и тропических географических стран и районов и на ее основе внести изменения в соответствующие разделы тактики и оперативного искусства.
Сложилась парадоксальная ситуация общепринятое понятие «оценка местности» не имеет под собой разработанной научно-теоретической базы и удовлетворительной методики применения. Нельзя рассматривать элементы местности зачастую только как помеху в бою (а это есть незнание как самой местности', так и ее свойств) или даже игнорировать ее в ходе командно-штабных учений. Необходимо научиться оценивать географическую обстановку таким образом, чтобы навязывать противнику свою волю и использовать специфические свойства района боевых действий для достижения победы.
Появившиеся новые черты перспективной тактики, когда типичными станут действия войск в условиях «расширенного поля боя», т.е. в отдельных очагах борьбы, при отсутствии четко выраженной линии фронта, требуют рассматривать район боевых действий как совокупность частных (тактических) ландшафтов.
В то же время нужно понимать, что каждый топографический объект это ландшафтное явление, а не простой условный знак на топографической карте. Например, для военной оценки перевала недостаточно знать его абсолютную и относительную высоту, крутизну подъема и спуска. Помимо этого необходимо иметь представление о характере растительности на перевале и окружающей его местности, о вероятности того или иного состояния погоды и метеорологической обстановки в то или иное время года, о грунтах и почвах для оценки условий маскировки, наблюдения, ведения огня, инженерного оборудования. Крайне важна информация и о близости водного источника, толщине снежного покрова, характере поверхности ледников, облачности, влажности, вероятности тумана и даже об этнографических особенностях и количестве жителей ближайшего к перевалу населенного пункта.
Анализируя опыт современных локальных войн, следует отметить, что географические условия ведения боя в них чрезвычайно разнообразны. Войска всегда ведут борьбу на «два фронта»: с противником и природой. Например, для горных стран характерна резкая пересеченность рельефа, наличие большого количества непроходимых препятствий и небольшая емкость доступной местности, преобладание скальных и каменистых грунтов, слабое развитие дорожной сети и зачастую невозможность движения вне дорог, редкое расположение населенных пунктов. Разнообразие климата, погоды и растительного покрова по высотным поясам с резкими суточными колебаниями температуры воздуха, частыми туманами, низкой облачностью, ливневыми дождями, сильными снегопадами приводит к внезапному изменению водного режима рек. Возможность образования горных обвалов, камнепадов, осыпей, обледенения горных дорог, снежных наносов, схода снежных лавин, а также селевых потоков, затопления русел высохших рек во время сильных дождей и таяния снега значительно осложняет прогнозирование географической обстановки. Все это, а также ограниченное количество в ряде районов источников воды, недостаток, а иногда и полное отсутствие лесоматериалов оказывает влияние на ход вооруженной борьбы.
Нужно признать, что информации, содержащейся на топографических картах, недостаточно для качественной оценки и прогнозирования боевой обстановки, принятия оптимального решения. Поэтому следует переходить к использованию военно-специальных карт. Тем более что благодаря развитию таких методов изучения земной поверхности, как оперативное картографирование, оперативное дешифрирование, динамическая картометрия, геоэконика, появилась реальная возможность создания подобных карт. Они могут стать основным средством интеграции информации, основой для моделирования боевых действий и оперативного оборудования территории государства, главным документом представления итоговой информации.
Опыт военных конфликтов конца XX века показал необходимость создания нового вида боевого обеспечения геоинформационного, включающего в себя географическое, топографическое, картографическое, геодезическое, навигационное, метеорологическое, геофизическое и экологическое обеспечение. Для этого потребуется составление электронных военно-специальных карт условий проходимости, маскировки, наблюдения, ведения огня, ориентирования и т.п. В современном бою информация, доводимая до военнослужащих с командных пунктов, должна поступать через персональный компьютер на маску-дисплей солдата и отображать его местоположение, положение противника, распределение целей, а также указывать конкретные боевые задачи. В то же время попытка создания специализированных геоинформационных систем без глубокого систематического изучения географических факторов и понимания сложных взаимосвязей природных процессов приводит к искажению реально складывающейся картины боя. В этой связи возникает необходимость в разработке теории комплексного геоинформационного картографирования.
Кроме того, следует повысить военно-географическую грамотность офицеров, а в более широком плане их географическую культуру. Жизненно важно пересмотреть содержание военно-специальных дисциплин: военной топографии, военной географии, топогеодезического обеспечения войск, оперативно-тактических, военно-инженерных и других дисциплин, для которых местность и военно-географическая обстановка являются предметом специального изучения. Исторический опыт свидетельствует, что не зря военная география и военная топография были одними из обязательных предметов в курсе обучения российской Академии Генерального штаба. Постепенно в развитии этих наук была упущена стратегическая инициатива, и в настоящий момент эти дисциплины переживают, мягко говоря, не лучшие времена.
В связи с этим предлагается в системе военно-специальных дисциплин создать отдельный блок по проблеме изучения и оценки ландшафтов, прогнозирования их изменений в ходе боевых действий. Развитое в военном вузе оперативно-тактическое и географическое мышление позволит командиру (начальнику) принимать оптимальные решения, вырабатывать оригинальные способы и приемы ведения боевых действий.
Военная мысль. 1999. № 4. С. 26.
1 Военная мысль. 1995. № 1. С. 42.
