Военное образование

"ВМ"-01-04

Военное образование:

бюрократический и государственный подходы

Генерал-майор \В.В. ЧЕБАН,\

доктор философских наук

ЧЕБАН Валерий Всеволодович родился 2 декабря 1949 года в селе Карпове Уренского района Нижегородской области. Окончил Курганское ВВПАУ (1971) с золотой медалью. Прошел путь от лейтенанта до генерал-майора. С 1994 года - начальник направления Центра военно-стратегических исследований Генерального штаба ВС РФ, начальник Центра оперативно-пограничных исследований ФПС. С января 2000 года - советник председателя Комитета Государственной Думы по обороне. Автор книг «Военно-политическое сознание общества» (1992), «Геополитическое положение и пограничная политика России» (1997), «Геополитическое положение и военная политика России» (2001), а также ряда научных статей по проблемам безопасности и особенностям военной политики различных государств. Трагически погиб 13 декабря 2003 года.

ИДЕЯ сокращения срока обучения в военных учебных заведениях сама по себе не выглядит крамольной, если учесть, что каждый час учебного времени стоит для государства огромных денег, что выпускников с нетерпением ждут в войсках и, наконец, что нет смысла дублировать подготовку по тем специальностям, которые могут осуществить гражданские вузы. Кроме того, наметилась устойчивая тенденция использования молодыми людьми возможностей военных вузов для того, чтобы «красиво уйти» от почетного и священного долга срочной службы и получить образование, которое сегодня далеко не всем под силу. Правда, следует отметить существенную деталь - работу системы образования военного ведомства в таких случаях нельзя считать совсем уж бесполезной, поскольку, во-первых, государство получает готовых специалистов-управленцев из военных вузов, а во-вторых, любой выпускник военно-учебного заведения, получив необходимую сумму знаний, навыков и умений военно-профессионального характера, фактически пополняет «армию» резервистов, что тоже немаловажно.

И все-таки попытка сэкономить государственные средства за счет сокращения срока обучения в военных вузах представляется крайне негативной и несвоевременной. Это мина замедленного действия для всего военного ведомства и обороны страны в целом. Разберемся по порядку.

Все, кто мало-мальски знакомы с учебным процессом, знают, что сокращение учебного времени предполагает наличие ряда условий.

Первое условие - сокращение заказа на конкретных специалистов, которые должны быть в Вооруженных Силах. В свою очередь заказ на специалистов формируется потребностями той работы, которую они должны выполнить. Для военных людей содержание и масштабы работы определяет война, которая может быть навязана государству, логика развития военного дела, особенно военной техники, вооружения и систем управления ими. При этом существует закономерность: чем более неопределенным является облик будущей войны, тем выше вероятность ошибки в конкретной подготовке военных специалистов.

Наиболее распространенная общая ошибка, заключающаяся в подготовке к войнам прошлого, на практике реализуется в подготовке конкретных специалистов по накатанной колее для проверенных в прошлом функций и задач. Так, в эпоху танков продолжали готовить кавалеристов, в эпоху скорострельного автоматического оружия отрабатывали рукопашные приемы с применением винтовок со штыками. Как правило, новая война безжалостно ломала старые системы подготовки войск и военного образования кадров. Приходилось учиться в ходе войны. Это самый затратный, жестокий и опасный способ обучения. Примеров из нашей военной истории на этот счет более чем достаточно: чего стоит только начальный период Великой Отечественной войны.

Кто выживал и побеждал в таких условиях? Какой набор качеств военного человека позволял выполнить новые задачи, которые не были заблаговременно отработаны в военных училищах? Биографии талантливых полководцев России и Советского Союза красноречиво свидетельствуют о том, что не только волевые качества, но и «умовые», как говорил Драгомиров, позволили им правильно понять сущность идущей войны. Причем чаще всего приходилось проявлять организаторский талант и демонстрировать творческий потенциал на стыке старых и новых видов военной деятельности и даже создавать принципиально новые рода и виды Вооруженных Сил. Выживали и побеждали не узкие специалисты, а, как говорят сейчас, «системщики», способные рассматривать бой, сражение, кампанию, войну в целом как систему. Выживали и побеждали люди, способные творить, т.е. создавать новое, быстро адаптироваться к динамично меняющейся ситуации. Великолепные качества специалистов в узкой области, которыми они, безусловно, обладали, были использованы как ступеньки для приобретения комплексных, синтетических качеств, базирующихся на общей культуре, мировоззрении, широте взгляда.

Между тем общая культура и широта взгляда, а также то, что в науке называется «методологическая вооруженность» военных кадров, достигаются во многом за счет общенаучных дисциплин и налаженной системы культурно-воспитательной работы в вузах. В этой связи в атмосфере всеобщей уничтожающей критики нашего военного прошлого, а следовательно, методов военного образования и воспитания, любопытно отметить, что американские генералы проявляют сегодня повышенный интерес ко всей системе военно-патриотического воспитания советских военнослужащих. В частности, их интересует вполне конкретный вопрос: на каких произведениях художественной литературы о Великой Отечественной войне воспитывались советские воины.

В современной войне неизмеримо возрастают требования к интегративным, творческим, методологическим качествам военных кадров, чтобы они были способны выполнить не просто сложные, но и принципиально новые задачи. На военного человека как на гражданина в погонах, несущего особый вид государственной службы, накладывается особая ответственность за безопасность государства. Потому-то в процессе обучения нужна не «дрессировка», а тренировка, систематическая подготовка с максимальным напряжением умственных, психических и физических сил.

Сегодня, как никогда, востребованы общая культура, интеллект и высокие моральные качества воина. А значит, предполагаемое сокращение времени на их формирование в процессе учебы в военном вузе нельзя объяснить иначе, как стремлением создать армию гладиаторов, безропотных исполнителей, «оловянных солдатиков», не обремененных ценностями культуры.

Второе условие сокращения времени обучения заключается в совершенствовании программ, учебной базы и внедрении передовых методик обучения. Если взглянуть правде в глаза, то радикального прорыва на этом направлении нет и пока не предвидится.

Во-первых, потому что даже сохранение старой учебной базы превратилось в огромную проблему. Причем недофинансирование особенно больно ударило по тем объектам, где формируются практические навыки (полигоны, стенды, тренажеры и т.д.).

Во-вторых, внедрение новой техники (особенно компьютеров) не обеспечило пока коренного перелома в системе образования. Есть уникальные системы, тренажеры с использованием новейшей техники, но они зачастую служат лишь для показа, демонстрации, а не для массового практического обучения.

Третье условие - существенное повышение учебно-методического мастерства преподавателей. Однако и в этом вопросе ситуация не лучше. Снижение штатно-должностных категорий преподавателей привело не только к резкому падению престижа этой профессии, но и сокращению «педагогического потенциала». Опытные, высококлассные преподаватели стали покидать учебные заведения и увольняться из Вооруженных Сил, что привело к уничтожению целых школ, учебных, методических и научных направлений.

Четвертое условие - повышение культурного и образовательного уровня абитуриентов, поступающих в военные вузы. Сегодня же, наоборот, наблюдаются резкое падение интеллектуального уровня и ухудшение здоровья молодого поколения россиян. Если радикально не изменить ситуацию, то, по оценке профессора Гарвардского университета Я. Корни, «Россия на десятилетия, если не на поколения вперед потеряет то, что пока еще позволяет ей быть в числе ведущих держав мира: свой научно-технический, образовательный и культурный потенциал».

Таким образом, если говорить о государстве, которое намерено обеспечить свой суверенитет и военную безопасность в условиях явной милитаризации международных отношений, то вопрос реформирования военного образования надо решать не бюрократически («экономией» средств лишь на бумаге), а по-государственному.

Это в полной мере касается предотвращения нецелевого использования «готовой продукции» военного ведомства, т.е. ситуации, когда выпускники вузов МО бегут на «гражданку». Прежде всего, государству следует продумать и существенным образом скорректировать политику, реально поднять престиж военной службы. Если не единицы, а сотни и тысячи молодых людей не желают дальше продолжать службу в армии и связывать свою жизнь с военной службой - это вопрос не к ним, а к государству и обществу, убежденному в том, что «нам никто не угрожает».

Если выпускники военных вузов востребованы во многих государственных и частных структурах, то нужно обобщить и распространить передовой опыт подготовки специалистов, тем более, что «продукция» вузов МО отвечает требованиям государственного образовательного стандарта.

Между прочим, далеко не ущербной является практика использования в гражданском секторе достижений военной науки, практики, в том числе и системы военного образования. Общеизвестен вклад военных в развитие промышленности, приборостроения, двигателестроения и даже целых отраслей промышленности, не вызывают сомнения и достижения военных медиков.

Традиционно в России многие выдающиеся деятели культуры, писатели, художники и поэты прошлого и настоящего были профессиональными военными или проходили военную службу. Она не мешала им закреплять и развивать творческие дарования. С 1936 по 1940 год в нищей стране на полном государственном обеспечении оказались тысячи юношей, обучающихся в средних школах (с 8-го по 10-й класс), как сказали бы теперь, с «военным уклоном». Это были специальные военные школы: артиллерийские (17), военно-морские (7), военно-воздушные (20), по 400-450 человек в каждой. Руководители Советского государства направляли своих сыновей учиться в спецшколы и подготовительные военные училища. Их воспитанниками были Василий Сталин, Степан Микоян, Тимур Фрунзе, Юрий Каганович.

Существуют примеры другого рода, когда гражданские вузы берут на себя часть нагрузки по подготовке военных специалистов. В частности, Оренбургский и Челябинский государственные университеты выступили с глубоко обоснованными и просчитанными инициативами в этой области.

К сожалению, военно-политическая обстановка в мире не вселяет оптимизма, следовательно, снова актуально звучат слова, сказанные почти два века назад Ф. Энгельсом: «Война и организация для войны становятся регулярными функциями народной жизни».

Для этих функций людей необходимо готовить системно, профессионально, опираясь на последние достижения науки и техники. Новой России нужен широко образованный и подготовленный гражданин с «погонами ответственности» за военную безопасность государства.

Педагогика. 1997. № 2. С. 62. 2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 21. С. 10

Маркс К., Энгельс Ф, Соч. Т. 21 С. 104.