Второй фронт коалиционная стратегия
ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 5/2004
Второй фронт: коалиционная стратегия
(К 60-летию открытия второго фронта в 1944 году)
Полковник в отставке А.С. ОРЛОВ,
доктор исторических наук
ОРЛОВ Александр Семенович родился 25 июля 1924 года в г. Юрьевец Ивановской области. Служба в ВС СССР с 1942 по 1988 год. Участник Великой Отечественной войны и войны в Корее (19501953). Служил в танковых войсках и Войсках ПВО страны. Окончил школу радиоспециалистов бронетанковых и механизированных войск, Военный институт иностранных языков. С 1967 года на службе в научных учреждениях Министерства обороны: в редакции «Военно-исторического журнала» и Институте военной истории. Автор более 400 научных работ, в том числе 12 монографий. Академик РАЕН. Сопредседатель секции Корейской войны Российско-американской комиссии при президентах РФ и США по военнопленным и пропавшим без вести.
НА РАССВЕТЕ 6 июня 1944 года воды пролива Ла-Манш напоминали кипящий котел. Шесть тысяч боевых кораблей и транспортных судов двинулись из портов Великобритании к берегам Франции, гул 11000 самолетов сотрясал воздух, сотни тысяч авиабомб, снарядов корабельных орудий обрушились на немецкие позиции на побережье Нормандии. С неба на землю спускались парашютные десанты и с ходу вступали в бой. На берег высаживалась морская пехота. Начинался «самый длинный день» высадка англо-американских экспедиционных сил на западное побережье Европейского континента территорию Северо-Западной Франции. К концу дня около 100 тыс. солдат и офицеров союзных армий сосредоточились на нормандских пляжах и начали сражение за расширение плацдарма. Так был открыт второй фронт в Западной Европе.
Это понятие «второй фронт» подразумевало боевые действия вооруженных сил США и Англии в Западной Европе, именно в Западной, ибо только сокрушительный одновременный натиск на Германию с востока и запада, с территорий, непосредственно выводящих армии государств антигитлеровской коалиции к границам самой Германии и к столице Третьего рейха, позволял союзникам взять цитадель фашистского блока в мощные тиски. Только такие условия обеспечивали победу над гитлеровским рейхом и во всей Второй мировой войне.
Но почему же «второй» фронт? Разве до лета 1944 года наши западные союзники не вели боевых действий в Северной Африке, Италии, на Тихом океане и в Юго-Восточной Азии? Разве с ходом Второй мировой войны не нарастала их интенсивность в сражениях с врагом на море и в воздухе?
Вопрос о втором фронте обязательстве США и Англии предпринять в 1942 году вторжение стратегической группировки своих войск на территорию Северо-Западной Европы для нанесения непосредственного удара по фашистской Германии до настоящего времени остается кардинальным вопросом, вокруг которого ведется дискуссия военных теоретиков и историков о военной политике и стратегии США в годы Второй мировой войны. При этом отмечается, что решение об открытии второго фронта отражало борьбу двух различных военных стратегий в коалиционной военной стратегии стран антигитлеровской коалиции стратегии СССР, последовательно направленной на достижение совместными усилиями быстрейшего разгрома фашистско-милитаристского блока, на разработку и осуществление демократических принципов послевоенного устройства мира, и стратегии англо-американских союзников, стремившихся подчинить ведение войны и осуществление послевоенного строительства своим национальным интересам.
Обращает на себя внимание современная трактовка мотивов начала разработки американских планов создания плацдарма в Северной Франции. «Вплоть до весны 1942 года, констатирует Ф. Погью, американская стратегия не шла дальше простой постановки подписей под планами, предлагавшимися англичанами для Европейского театра. Однако в апреле военные советники Рузвельта начали разрабатывать такой стратегический курс в отношении Европы, который, по их мнению, способствовал укреплению американских сил на Дальнем Востоке и наиболее полно использовал усилия русских при оказании непосредственного давления на немцев путем удара через Ла-Манш с юга и юго-запада Англии по побережью Северной Франции».
Конкретное решение о создании второго фронта было принято в ходе переговоров между СССР, США и Великобританией, состоявшихся в мае-июне 1942 года в Лондоне и Вашингтоне. Переговоры завершились принятием совместных официальных коммюнике (советско-американского и советско-английского), в которых указывалось, что достигнута «полная договоренность в отношении неотложных задач создания второго фронта в Европе в 1942 году». Эти обязательства были взяты США и Англией в значительной степени под давлением общественного мнения. Тем не менее второй фронт не был открыт ни в 1942 году, ни в 1943 году.
Да, все это было. Но для того чтобы одержать победу над фашистско-милитаристским блоком, в который входили Германия, Италия, Япония, Венгрия, Румыния, Болгария, Финляндия, Словакия, на стороне которого воевали многие воинские формирования других государств, поддерживавших Третий рейх, или из оккупированных им стран, надо было нанести смертельный удар в сердце этого блока по фашистской Германии. А этого можно было достичь, лишь ведя сражения с вермахтом одновременно и в Восточной, и в Западной Европе.
Да, Вторая мировая война по своему характеру была главным образом войной континентальной. И только решительными наступательными действиями на сухопутных фронтах, продвигаясь кратчайшим путем к жизненно важным районам Германии, только нанося сокрушительные удары по вермахту на главных стратегических и операционных направлениях, можно было рассчитывать на полную и окончательную победу над гитлеровским фашизмом и предопределить разгром милитаристской Японии. Эту важнейшую задачу уже в течение трех лет решал один Советский Союз, а советско-германский фронт был главным, решающим фронтом Второй мировой войны.
Вторжение англо-американских экспедиционных сил в Западную Европу, безусловно, облегчало борьбу СССР против фашистского блока, что способствовало более быстрому разгрому Германии. Только сухопутный фронт, созданный в Западной Европе: во Франции, Бельгии, Голландии и Австрии, мог заставить Берлин опасаться за свой прежде незыблемый тыл на западе и оттянуть на себя значительные силы вермахта. Только при этом можно было рассчитывать на уничтожение главной ударной силы вермахта его сухопутных войск. Вот где был ключ к победе. Именно в этом состояло историческое значение второго фронта, ускорившего победу над силами фашизма и прекращение войны в Европе.
Для победы над фашистским блоком требовались усилия всех стран сложившейся к 1942 году антигитлеровской коалиции. Ее ядром, вокруг которого сплотились народы, сражавшиеся против агрессоров, стали СССР, США и Великобритания. Сотрудничество этих трех великих держав явилось важным фактором победы коалиции над фашистским блоком.
С самого начала объединения военных усилий ведущих держав встал вопрос о выборе военной политики и военной стратегии в войне против общего врага, поскольку театры войны и фронты охватывали обширные и разрозненные регионы планеты. Что должно быть приоритетным «общая военная стратегия», согласуемая по усилиям и времени военным руководством и правительствами СССР, США и Великобритании, или военная стратегия по принципу «каждый сам за себя», подчиненная, прежде всего «национальным интересам», как их понимали правящие круги каждой из великих держав?
В военно-теоретическом отношении под «общей военной стратегией», или коалиционной стратегией, подразумевалось общим наступлением на Германию с востока и запада заставить Третий рейх и его союзников воевать на двух фронтах и притом на стратегических и операционных направлениях, выводящих к жизненно важным районам рейха. Это могло позволить максимально быстро разгромить гитлеровский рейх, сократить число жертв и разрушений в оккупированной Европе и подчиненных державам фашистского блока странах. Конечно, при следовании такой коалиционной стратегии США и Великобритания должны были в кратчайшие сроки максимально мобилизовать все имеющиеся у них ресурсы, что создало бы растущие трудности в жизни населения этих стран, и быть готовыми к большим военным потерям.
Военная стратегия, при которой главным было блюсти национальные интересы каждой из воюющих стран, имела много сложных проблем. Она очень ослабляла усилия трех великих держав, чрезвычайно увеличивала общее число жертв и разрушений, слишком затягивала время войны, зато обеспечила несомненные политические и геополитические выгоды США и Великобритании: позволила им до минимума свести потери в людях и технике; переложить главную тяжесть войны с Германией на СССР в расчете, что коммунистическая держава, в решающей мере подорвав мощь Третьего рейха, и сама ослабнет в единоборстве с фашистским блоком. Великобритания рассчитывала сохранить британскую империю и свое влияние в послевоенном мире, не допустив гегемонии СССР в Европе. США надеялись добиться монопольного положения на мировых рынках, убрать с них Германию и Японию, потеснить Великобританию и Францию, не позволить СССР стать влиятельной силой в мире.
СССР, находясь в крайне тяжелом положении, был заинтересован в проведении коалиционной стратегии, так как его национальные интересы объективно совпадали с интересами всех народов, государств и организаций, входивших в коалицию, выступивших против фашизма как бесчеловечного режима. Интересы СССР требовали скорейшего освобождения своей захваченной врагом территории, освобождения оккупированных стран, полного разгрома Германии, создания благоприятной внешнеполитической обстановки в мире после войны для восстановления и развития Советского Союза.
Для этого было необходимо, чтобы военные усилия восточных и западных союзников по антигитлеровской коалиции слились воедино, чтобы Германия как можно скорее оказалась бы в тисках двух фронтов, с востока и запада. Но, как известно, несмотря на обещания западных союзников, второй фронт не был открыт ни в 1942 году, ни в 1943 году. Союзники предпочитали так называемую военную стратегию «непрямых действий», суть которой состояла в том, чтобы сравнительно небольшими силами действовать на отдаленных от Германии фронтах, стремясь в то же время «удерживать Россию в войне», переложив на СССР главную тяжесть войны. Военная или коалиционная стратегия «непрямых действий» западных держав имела целью выиграть войну с минимальными потерями, «быстро и недорого», чтобы сохранить решающее преимущество в расстановке сил в послевоенном мире.
Только когда Красная Армия подошла к западным границам СССР и готовилась к освобождению Восточной Европы, Вашингтон и Лондон сочли открытие второго фронта делом необходимым и срочным. Стремление «не опоздать» стало веским побудительным мотивом, заставившим правительства США и Великобритании вторгнуться во Францию и открыть 6 июня 1944 года второй фронт, который действовал всего 11 месяцев. За это время войска союзников под командованием Д. Эйзенхауэра освободили Францию, Бельгию, Голландию, Люксембург, часть территории Австрии и Чехословакии, вступили в пределы Германии и продвинулись до Эльбы. Знаменательным событием истории второго фронта стала историческая встреча союзников и Красной Армии на Эльбе и в других районах в апреле мае 1945 года.
К моменту капитуляции Германии союзные войска генерала Эйзенхауэра численностью 4,5 млн человек составляли 91 дивизию, несколько отдельных бригад и механизированных групп, 6 воздушных тактических командований и 2 объединения стратегической авиации. К этому времени потери только американских войск составили 766 тыс. человек. Безвозвратные потери убитыми, умершими от ран и болезней, пропавшими без вести около 200 тыс. человек. До самых последних недель войны, когда немцы уже не оказывали сопротивления на Западном фронте, характерными чертами американо-английской стратегии были медлительность развертывания сил и методичность в организации и ведении боевых действий. «Ни шагу вперед без гарантии успеха» таков был лозунг военачальников союзнических войск.
В отличие от Западного на Восточном фронте Красная Армия вела безостановочное наступление на главных направлениях, выводящих к жизненно важным районам Германии. Благодаря огромному размаху и высоким темпам наступления ускорялось освобождение от гитлеровских захватчиков населения оккупированных районов Советского Союза, народов Восточной Европы, спасены миллионы жизней, сохранились от разрушения известные центры культуры: Краков, Вена, Прага и даже целые экономические районы, например Силезия. В ходе борьбы за более быстрое освобождение народов от фашистского гнета советские войска несли большие, нежели западные союзники, потери. На полях сражений за рубежом погибло более одного миллиона советских солдат и офицеров.
Безусловно, применяя американо-английский способ «методического преодоления» обороны противника, Красная Армия могла бы значительно сократить свои потери. Но советские солдаты воевали не за тридевять земель, а освобождали от врага свою землю, родные города и села. Они видели, что творили фашисты на захваченных территориях, знали, что то же происходит и в Европе. Они понимали, что надо как можно быстрее закончить войну, прекратить страдания народов, начать восстанавливать новую жизнь. Именно осознание этого торопило Красную Армию покончить с ненавистным врагом, принести освобождение и мир людям.
А вот когда в военно-исторической и военно-теоретической литературе как в зарубежной, так и в российской начинают сравнивать потери действующих армий Советского Союза, США и Великобритании и на этой основе судить о военном искусстве Красной Армии и войск союзников, то это необъективно и несправедливо. Да, наши вооруженные силы потеряли убитыми, умершими от ран и пропавшими без вести 8,6 млн человек (Германия около 7 млн, ее союзники 950 тыс. человек). Да, наше командование, как и командование союзников, допускало промахи и просчеты, которые увеличивали потери. Но ведь необходимо учитывать и масштабы, ожесточенность и длительность вооруженной борьбы сторон на советско-германском фронте и на фронтах, где действовали союзники.
На советско-германском фронте в течение всей войны находилась основная часть вооруженных сил вермахта и войск сателлитов Германии. Здесь одновременно действовало от 190 до 270 наиболее боеспособных дивизий гитлеровского блока. Американо-английским войскам в годы войны противостояло в Северной Африке в 19411943 годах от 9 до 20 дивизий, в Италии в 19431945 годах от 7 до 26 дивизий, в Западной Европе после высадки союзных войск во Франции в июне 1944 года от 56 до 75 дивизий противника.
Протяженность советско-германского фронта за годы войны составляла от 2000 до 6200 км, тогда как северо-африканского до 350 км, итальянского до 300 км, западно-европейского до 800 км. Активные действия на советско-германском фронте велись 1320 дней из 1418, то есть 93% всего времени Великой Отечественной войны 19411945 годов, тогда как на фронтах союзных войск из 2069 дней лишь 1094 дня 53%. На советско-германском фронте было разгромлено 607 дивизий Третьего рейха и его сателлитов союзники нанесли поражение 176 дивизиям противника. Потери вермахта составили на востоке 73,5% всех потерь Германии в людях, 75% потерь в различных видах оружия и боевой техники. Безвозвратные потери союзников убитыми, умершими, пропавшими без вести составили 1471 тыс. солдат и офицеров, в том числе США 405 тыс., Англии 375 тыс., Франции 600 тыс., Канады 37 тыс., Австралии 35 тыс., Новой Зеландии 12 тыс., Южно-Африканского Союза 7 тыс. человек.
Надо сказать, что в прежние годы, когда большинство населения воевавших стран хорошо помнило кошмары Второй мировой войны, бестактные и по сути безнравственные попытки исказить «вклад» сторон в уничтожение фашизма не возникали, потому что все знали, какой ценой добывалась победа над фашизмом и кто и как ее добывал. Решающий вклад СССР в разгром Германии был признан всем мировым сообществом. Так же, как наша страна не забывает, что главную роль в разгроме Японии сыграли США, потому что их фронт против дальневосточного агрессора долгое время был единственным, а вступление СССР в войну против Японии лишь значительно ускорило победу над ней.
Все это говорится не для того, чтобы умалить роль второго фронта в Западной Европе, просто надо расставить акценты в значимость вклада в общую победу над фашизмом каждой из великих держав антигитлеровской коалиции. Это необходимо сделать потому, что в последние десятилетия прошлого, XX века появились попытки эти акценты сместить. Когда в 1984 году отмечалось 40-летие Нормандской операции, американский журнал «Тайм» писал, что войска США были направлены в Европу с тем, чтобы «спасти целый континент, находившийся в беде». Они «спасли европейскую цивилизацию», и это «определило судьбу Европы». Президент США Р. Рейган, выступая на торжествах по этому случаю, говорил: «Европа была порабощена, и мир молился о ее спасении. Здесь, в Нормандии, было положено начало этому спасению». Но в 1944 году генерал Эйзенхауэр несколько по-иному оценивал значение высадки союзников во Франции. Обращаясь по радио 6 июня 1944 года к подчиненным ему войскам и к народам Европы, он прямо сказал, что эта высадка в Нормандии является частью плана освобождения Европы совместно с другими союзниками».
Президент США Ф. Рузвельт в те же дни конкретизировал, кто же эти «другие союзники». 23 июня, вдень начала операции «Багратион», он писал Сталину: «Ваши замечательные действия совместно с нашими усилиями на Западном фронте должны быстро поставить нацистов в очень трудное положение». Тогда, летом 1944 года, Красная Армия вела боевые действия уже в Румынии, стояла у ворот Польши и Финляндии. И вопроса о вкладе того или иного союзника в спасение Европы как-то не возникало. Документы истории наглядно показывают, насколько резко условия ведения боевых действий, их размах и сопротивление противника в Западной Европе отличались от небывало ожесточенных сражений на советско-германском фронте.
В наши дни, глядя из XXI века в век XX, вопрос о втором фронте следует рассматривать в контексте чрезвычайной важности проблемы создания двух фронтов против гитлеровской Германии. Сложившаяся в ходе Второй мировой войны антигитлеровская коалиция имела несомненную возможность согласованными усилиями разгромить гитлеровский рейх уже в 1943 году при условии приоритета коалиционных интересов над национальными, но и не в ущерб последним. Однако этого не произошло. Вторжение союзников во Францию только на пятом году войны говорило и об упущенных шансах.
Но, несмотря на все эти затягивания сроков, упущения, просчеты, высадка экспедиционных сил союзников в Европе явилась выдающимся событием в истории Второй мировой войны. Второй фронт стал одним из наиболее значительных результатов к тому времени согласованной политики правительств великих держав антигитлеровской коалиции, поставивших наконец общие интересы выше частных национальных выгод. Он стал свидетельством дальновидности и настойчивости, проявленных государственными деятелями США и Великобритании в проведении политически и стратегически необходимого курса на сотрудничество с Советским Союзом. С вторжением англо-американских войск во Францию фронты армий антигитлеровской коалиции охватили Германию в кольцо и двинулись навстречу друг другу, рассекая гитлеровский рейх.
Различия в традициях, религиях, идеологиях, языках народов отошли на второй план в дни, когда армии союзников двинулись на Германию с двух сторон в едином стремлении уничтожить фашизм и освободить народы от гитлеровского ига. Вот тогда-то идея двух фронтов против агрессора стала замечательной реальностью. Второй фронт вошел в мировую историю как прекрасный пример боевого сотрудничества разнородных мировых сил для достижения великой общей справедливой цели. Этот опыт военной истории говорит о том, что для успешной борьбы с общим врагом (например, с терроризмом) нужны скоординированные усилия многих стран и народов, но обязательно на основе взаимного доверия и равного партнерства.
Великая Отечественная война 1941 1945: энциклопедия. М.: Сов. энциклопедия, 1985.С. 193.
Ржевский О.А. Война и история. М.: Мысль, 1976. С. 144-194.
Pogue F. Politics and the Formulation of American Strategy in World War II. P. 9.
История дипломатии. М., 1975. Т. 8. С. 265.
Макдональд Чарльз Б. Тяжелые испытания/ Пер. с англ. М., 1979. С. 417.
Там же. С. 418.
Великая Отечественная война 1941 1945: энциклопедия. С. 519.
Гриф секретности снят. М., 1993. С. 392.
Великая Отечественная война 19411945: энциклопедия. С. 193.
Великая Отечественная война 1941 1945. Кн. 4. Народ и война. М., 1999. С. 284285.
Oxford Companion to World War II. Oxford, 1995. P. 290.
«Time». 1984. № 22.
13 Weekly Compilation of Presidental Documents. Monday, June 11.1984. Vol. 20. № 23. P. 840.
Hoyt E. The Invasion before Normandy. London, 1985. P. 171172.
Переписка Председателя CM СССР с президентами США и премьер-министром Великобритании во время Великой Отечественной войны. М., 1976. Т. 2. С. 155.
