О структуре и содержании военной науки на современном этапе развития военной мысли
ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 5/2004
О структуре и содержании военной науки на современном этапе развития военной мысли
Генерал-лейтенант в отставке С.А. БОГДАНОВ,
доктор военных наук
ВОЕННАЯ НАУКА прошла, как известно, сложный путь развития. На каждом историческом этапе, начиная с эпохи холодного оружия и заканчивая эпохой ядерного вооружения, приобретаемый народами и государствами опыт ведения вооруженной борьбы приводил к накапливанию самых разнообразных знаний о военном деле, которые военные и государственные деятели, ученые, теоретики и практики описывали в виде теории вооруженной борьбы, теории военного дела и обобщали в виде определенной системы военно-теоретических знаний военной науки, формировали ее структуру и содержание.
Мощным толчком для развития военной науки как системы знаний о законах, военно-стратегическом характере войн, строительстве и подготовке вооруженных сил и населения государств к войнам, способах ведения вооруженной борьбы стали Первая и Вторая мировые войны. Обобщение и развитие этих знаний в нашей стране и за рубежом проявилось наиболее ярко, по моему мнению, во второй половине XX века как в виде публикации фундаментальных монографий, так и добротных научных статей, среди которых заметными для своего времени стали статьи в журнале «Военная мысль».
Анализ, этих публикаций показывает, что толкование структуры и содержания военной науки всегда зависело от понимания сущности войны, ее социальной и военно-технической стороны; степени зрелости и уровня развития военной науки в целом и ее теоретико-методологических основ в частности; характера и особенностей развития материально-технической базы военного дела; характера экономических, социально-политических отношений в обществе и политической системы государства; характера и основных тенденций каждой конкретной эпохи, ее противоречий и тенденций.
В последние годы в публикациях журнала снова возросло внимание к проблемам развития военной науки. Среди них обращают на себя внимание, на мой взгляд, статьи М.А. Гареева, С.А. Тюшкевича, В.А. Виноградова, В.Д. Рябчука и В.А. Куликова (см. Военная мысль. 2000. № 2, 3, 6; 2001. № 1, 2, 6; 2002. № 3). В этих статьях авторы на основе богатого личного опыта дают свое видение системы военно-научных знаний, их роли в формировании структуры и содержания военной науки, показывают, что сегодня эффективность решения сложных проблем военной безопасности государства непосредственно связана с уровнем развития методологии военно-научных исследований.
Доктор философских наук С.А. Тюшкевич, например, особо подчеркивает в своей статье, что «состояние военной науки не в полной мере отвечает современным требованиям, а отдельные ее положения, выводы и рекомендации просто устарели... Некоторые их положения и принципы некритически отброшены, а формирования новых проходит трудно, так как в этом процессе сталкиваются школы и направления, по-разному объясняющие современный этап развития военного дела».
Представляет определенный интерес статья доктора исторических наук В.А. Куликова, в которой предлагается «определиться с общими понятиями военного дела государства, системой его военно-научных знаний». По мнению автора статьи, «в подавляющем большинстве научно-справочных изданий последних лет термин «военное дело» либо просто отсутствовал, либо его определяли не как деятельность, а как «условный термин»... или как «теорию и практику»... В результате не только стала происходить необоснованная подмена понятия «теория военного дела» понятием «военная наука (или науки)», которую некоторые политологи и военные эксперты двусмысленно возвысили до «науки наук», но и стала снижаться эффективность военного дела Российского государства».
Считаю необходимым подчеркнуть, что никакой подмены понятия «теория военного дела», на мой взгляд, нет и не было, а эффективность военного дела снизилась по причине радикальных демократических преобразований нашего общества. В.А. Куликов признает, что ядром «теории военного дела государства» является военная наука, но в то же время в предлагаемом варианте структуры этой теории он выделил для военной науки, на мой взгляд, маленькую, изолированную ячейку с ограниченными функциями, а военно-политические, военно-стратегические, военно-технические и военно-экономические основы и научные основы разработки военной доктрины включил в структуру теории военного дела государства на месте первого, основополагающего элемента этой структуры, с чем согласиться нельзя.
Общеизвестно, что между военной наукой (военным делом в том числе) и военной доктриной существует особая взаимосвязь. Доктрина в широком понимании выражает взгляды и установки наций, государств о возможностях и путях достижения их политических целей с использованием военных средств. Особый статус военной доктрины определяется тем, что она формируется на базе достижения всех военно-теоретических знаний и конкретной военно-политической практики, содержит наиболее важные положения, выработанные многими науками и принятые органами высшего политического и военного руководства, что придает этим положениям официальный и директивный характер. Но в то же время быть составной частью теории военного дела она не может.
Нельзя согласиться и с утверждением В.А. Куликова о том, что «военные научно-справочные издания, выходящие в свет как в нашей стране, так и за рубежом, отражают военные знания, трактуют понятия и термины на уровне обобщения, как правило, 2030-летней давности». На мой взгляд, в последние годы, точнее в начале XXI века, все военно-научные понятия и термины подверглись кардинальной реформации. Видимо, по этой причине и издание «Военной энциклопедии», о которой упоминает в своей статье В.А. Куликов, задерживается.
Однако выходят в свет и готовятся к печати новые словари и справочники. Например, в подготовленном к изданию «Словаре основных терминов и понятий в сфере военной безопасности» под редакцией депутата Государственной Думы Д.О. Рогозина и начальника Генерального штаба ВС РФ генерала армии А.В. Квашнина понятие «военное дело» трактуется следующим образом. Это «собирательный термин, охватывающий все вопросы военной теории и практики, связанные со строительством, подготовкой и действиями вооруженных сил государства в мирное и военное время, а также с подготовкой экономики, населения и страны в целом к войне. В узком смысле это система знаний и навыков военнослужащих для выполнения своего воинского долга».
В том же словаре дана и новая трактовка определения военной науки: «Это система знаний о стратегическом характере и закономерностях войны, строительстве и подготовке вооруженных сил и страны к войне и способах ведения вооруженной борьбы. Объектом познания военной науки является война, которую она исследует наряду с другими общественными, естественными и техническими науками. Предметом военной науки является вооруженная борьба в ходе различных войн и конфликтов». Данные определения терминов «военное дело» и «военная наука» позволяют вести рассуждения о военно-научной теории государства.
Смена исторических эпох, изменения в характере международных отношений, повороты в общественной технологии государства, превращение России в коррумпированное олигархическое государство с нарушенной экономикой, появление принципиально новых видов оружия, вооружений и техники на новой технологической основе приводят к тому, что меняются тенденции в области строительства Вооруженных Сил, их технического оснащения, обучения и воспитания личного состава, а соответственно, и в области военного искусства. Одни из них сходят со сцены, другие нарождаются, некоторые сохраняются, но приобретают новые черты. Все это накладывает отпечаток на характер структуры и содержания военной науки и военное дело в целом.
С распадом двухполярного мира резко изменилась в нем геополитическая ситуация. США, оставшись единственной сверхдержавой, энергично приступили, по заявлению бывшего британского министра по делам окружающей среды Майка Митчера, к осуществлению «Проекта нового американского века». С каждым годом все четче просматривается их стремление к глобализму. По инициативе США в различных регионах мира резко возросло количество войн (вооруженных конфликтов), в ходе которых Штаты добиваются своих военно-экономических целей. Анализ содержания этих войн (вооруженных конфликтов) показывает, что они охватывают все сферы жизни противоборствующих государств, включают все формы и способы борьбы, из которых не всегда главной является вооруженная.
В результате появления принципиально новых средств борьбы, а также способов ее ведения произошло перераспределение роли и значения сфер вооруженной борьбы. В число первостепенных выдвинулась воздушно-космическая сфера при одновременном резком возрастании влияния на ход и исход войны информационной борьбы. Эти кардинальные изменения вызвали необходимость разрабатывать и использовать в ходе современных войн (вооруженных конфликтов) совершенно новые формы и способы ведения военных действий. А это, естественно, требует применения новых методов прогнозирования всей совокупности военных явлений, единого подхода к решению как общих, так и частных задач военной науки.
В данной обстановке начался новый этап развития военно-теоретической мысли, отражающий новые явления в содержании региональных (локальных) войн XXI века и вооруженной борьбы в частности, влияние экономических, социальных и военных возможностей государства, его военной организации на ведение современной войны и войны будущего. Исход войны стал зависеть от военно-технологического развития противоборствующих государств, наличия у них в достаточном количестве высокоточного оружия различного базирования и умения сторон с упреждением использовать информационные технологии. Получили развитие и другие тенденции современной войны. В этой связи возникает необходимость уточнения законов ее ведения, имеющих определенное значение для содержания и структуры военной науки.
На новом этапе развития военно-теоретической мысли основные усилия военной науки также будут направляться на познание социальных и естественно-технических форм движения, происходящих в современной войне в целом и вооруженной борьбе в частности. Специфическими сторонами войны, которые исследует только военная наука и которые никакая другая отрасль знаний не может познать, будут, как и в прошлом, прежде всего определение стратегического характера войны, познание ее законов, разработка принципов и способов подготовки и ведения вооруженной борьбы в стратегическом, оперативном и тактическом масштабах и др.
Военная наука, исследуя содержание вооруженной борьбы, продолжит одновременно рассматривать ее связи с общими законами войны, общественно-экономическими и социально-политическими факторами, формировать военно-стратегические положения для военной доктрины государства, обеспечения его военной безопасности. И на новом этапе развития военно-теоретической мысли военную науку в нашей стране будут рассматривать, по всей вероятности, как систему знаний о законах, военно-стратегическом характере войн, вооруженных конфликтов, путях их предотвращения, строительства и подготовки Вооруженных Сил и страны к военной безопасности, о закономерностях, принципах, формах и способах ведения вооруженной борьбы для защиты Российского государства, его интересов на международной арене.
Вне всякого сомнения, военная наука как система военно-научных знаний, охватывая значительное количество взаимосвязанных предметов, дисциплин, теорий, будет иметь сложную структуру. Безусловно, при уточнении последней необходимо будет использовать принципы научной логики, согласно которым требуется ту или иную частную теорию выделять по одному основанию, не допускать дублирования, то есть включать в данную теорию вопросы, составляющие только ее содержание.
Структура военной науки оказывала и будет оказывать существенное влияние на создание научно-исследовательских структур Министерства обороны России, его научно-исследовательских институтов, научных центров, проблемных лабораторий и других научно-исследовательских организаций. Она поможет более точно определить участие других наук в военных исследованиях и получить весомые результаты, целеустремленно решить задачу подготовки научных кадров и их специализации.
В этой связи структуру военной науки на новом этапе ее развития, скорректированную с учетом новых военно-политических реалий в Российском государстве и в целом в мире, можно представить в виде системы знаний о войне и военной безопасности в совокупности следующих взаимосвязанных составных частей: общая теория; теория военного искусства; теория строительства Вооруженных Сил; теория воинского обучения и воспитания; теория военной экономики; теория управления Вооруженными Силами; теория всестороннего обеспечения; теория вооружения; теория военной истории; теории видов и родов войск Вооруженных Сил; частные теории других войск военной организации государства (рис.). Следует отметить, что первоначально такая схема в виде системы знаний о войне, армии и оборонной безопасности была разработана и опубликована генералом армии М.А. Гареевым.
В обобщенном виде (обобщенная структура военно-научных знаний по взглядам военных теоретиков России) ее излагает в своей статье и В.А. Куликов . Однако радикальные изменения, происшедшие в целом в мире и в России в частности, вызывают безотлагательную необходимость внесения в содержание и структуру военной науки некоторых уточнений.
Военная наука на новом этапе развития военно-теоретической мысли займет в общей системе военно-теоретических знаний центральное место. Она будет тесно связана с базовыми общественными науками и военной доктриной, общественными, естественными и техническими науками, разрабатывающими специфическую военную проблематику в интересах обеспечения вооруженной борьбы. Выступая в роли координирующего ядра, военная наука будет обогащать другие науки конкретными знаниями о перспективном развитии военного дела, нацеливать на актуальную проблематику, определенным образом ориентировать их, используя свои понятия, категории, законы и методы исследования. В то же время военная наука должна активно использовать полученные другими науками результаты, а некоторые из них включать в свое содержание.
Важнейшей составляющей военной науки станет теория военной безопасности государства, изучающая цели и государственную стратегию в области обеспечения безопасности общества, Вооруженных Сил и государства от внешних и внутренних угроз политического, экономического, социального, военного, техногенного, экологического, информационного и иного характера с учетом имеющихся ресурсов и возможностей Вооруженных Сил и государства в тесном взаимодействии с сопредельными, стыковыми с военной науками.
В новых условиях развития страны систему научных знаний о войне и военной безопасности будут продолжать наполнять военно-социальные, военно-естественные и военно-технические науки, связанные с вопросами военной безопасности, созданием средств вооруженной борьбы и ее ведения (военная проблематика общественных, естественных и технических наук, сопредельных, стыковых с военной наукой).
Как показывает анализ эволюции военной науки, ее структура никогда не остается неизменной. По мере развития самой военной науки, появления новых для нее задач, увеличения диапазона, глубины и объема знаний структура военной науки будет уточняться и совершенствоваться, появятся новые составные части или разделы, изменятся взаимосвязи между ними. Этому будут способствовать также процессы интеграции и дифференциации знаний, характерные для развития современных наук, в том числе военной.
На новом этапе развития военно-теоретической мысли общая теория будет отражать результаты изучения прежде всего законов современной войны и вооруженной борьбы, выражающих существенные связи в самих этих явлениях. При этом важным фактором останется общее методологическое требование диалектической логики, заключающееся в том, чтобы при рассмотрении того или иного явления учитывать не один закон или категорию, а все основные законы и категории материалистической диалектики в их взаимодействии, так как каждый из них в применении к познанию военного дела выступает методологическим принципом, позволяющим выявить определенные черты и существенные стороны новых процессов современной войны в целом и вооруженной борьбы в частности, выяснить взаимосвязь и взаимозависимость с другими законами военной науки. То есть общая теория военной науки должна обладать наличием единых методологических основополагающих установок для всех ее составных частей.
Общая теория, как и прежде, будет исследовать объект, предмет, структуру и методы военной науки, ее роль и место в общей системе военно-теоретических знаний; выявлять и познавать категории, закономерности и принципы вооруженной борьбы, строительства Вооруженных Сил во взаимосвязи с общими знаниями о войне. Но на новом этапе развития военно-теоретической мысли в исследовании общих основ особое значение приобретет изыскание более эффективных методов и форм решения задач военной науки.
Надо полагать, что теория военного искусства на новом этапе развития военно-теоретической мысли останется одной из главных составных частей военной науки, продолжая исследовать и познавать характер, закономерности, принципы, формы и способы подготовки и ведения вооруженной борьбы всех масштабов. В своих исследованиях эта теория и на новом этапе будет опираться на объективные законы, использовать положения и выводы, полученные другими разделами военной науки, а также отраслями общественных, естественных и технических наук, участвующими в исследовании проблем военного дела.
На совещании с руководящим составом Вооруженных Сил России 2 октября 2003 года министр обороны РФ подчеркнул, что «изменилось соотношение между стратегией, оперативным искусством и тактикой, хотя все эти категории военного искусства сохранят свое значение». В этой связи задачи теории военного искусства должны подвергнуться некоторым уточнениям. Вполне естественно, что, как и в прошлом, важнейшими из них будут являться исследования принципов, видов, форм и способов подготовки и ведения военных действий. Однако содержание всех их надо совершенствовать. Структура этой теории на ближайшую перспективу останется неизменной: стратегия, оперативное искусство и тактика.
Теория стратегии была и будет единой для всех видов Вооруженных Сил и продолжит занимать ведущее место в теории военного искусства. Министр обороны в своих указаниях на упомянутом выше совещании, отметил, что в перспективе «изменятся внутренние и внешние показатели вооруженной борьбы. В ней будут жестко увязаны действия большого количества видов Вооруженных Сил, родов войск и специальных войск, выполняющих огромное количество сложнейших взаимосвязанных стратегических, оперативных и тактических задач одновременно во всех сферах вооруженной борьбы».
В этих условиях, с учетом происшедших изменений, именно теория стратегии будет способна на новом этапе разрабатывать основы национально-государственной военной безопасности; определять возможный характер войн современной эпохи и военно-технических путей их предотвращения, выявлять новые закономерности вооруженной борьбы, определять содержание задач Вооруженных Сил и способы их решения; разрабатывать основы планирования применения Вооруженных Сил в новых условиях и мероприятия по их подготовке к отражению возможной агрессии; уточнять требования и рекомендации по строительству Вооруженных Сил, подготовке населения, экономики и территории страны в интересах отражения возможной агрессии, а также основы руководства Вооруженными Силами в мирное и военное время.
Кроме того, теория стратегии должна будет заниматься изучением и оценкой военно-стратегических взглядов вероятного противника и его возможностей по ведению войны и стратегической оценкой возможных районов, регионов военных действий.
Теория оперативного искусства на новом этапе развития военно-теоретической мысли должна также подвергнуться существенному уточнению. Происшедшее в последнее десятилетие перераспределение роли и значения сфер вооруженной борьбы, появление средств борьбы, основанных на современных технологиях, и новых способов ее ведения вызывают безотлагательную необходимость внесения соответствующих коррективов в систему научных знаний о подготовке и ведении будущих операций объединениями различных видов и родов войск Вооруженных Сил, других войск (сил) в единой группировке.
Основными задачами этой теории будут: познание и исследование нового характера и содержания операций будущей вооруженной борьбы; определение новых способов подготовки и ведения операций, применения в них объединений, соединений и частей видов и родов войск Вооруженных Сил, других войск; разработка требований к новой организационной структуре и вооружению будущих Вооруженных Сил и уточнение основ управления участвующими в операции объединениями, соединениями и частями видов и родов войск Вооруженных Сил, других войск (сил) и их единого всестороннего обеспечения; выработка требований и рекомендаций по оперативному оборудованию районов базирования, сосредоточения войск и их действий; изучение взглядов вероятного противника на подготовку и ведение военных действий оперативного масштаба.
Структура теории оперативного искусства, видимо, останется без изменений: общевойсковое и общефлотское оперативное искусство; оперативное искусство Военно-воздушных сил; оперативное искусство Ракетных войск стратегического назначения; оперативное искусство Космических войск. Каждый из этих разделов должен будет познавать и исследовать формы и способы подготовки и ведения совместных операций всех видов и родов войск Вооруженных Сил, разрабатывать специальные вопросы, касающиеся применения объединений и соединений того или иного вида Вооруженных Сил в общевойсковых, общефлотских операциях.
Так как теория тактики находится в тесной взаимосвязи с теорией оперативного искусства, то существенные коррективы последней вызовут соответствующие уточнения в системе знаний о подготовке и ведении боя соединениями, частями (кораблями) и подразделениями различных видов и родов войск Вооруженных Сил и других войск. В новых условиях теория тактики будет продолжать исследовать характер и содержание боя, разрабатывать новые способы и методы его подготовки и ведения, изучать боевые свойства образцов вооружения и боевой техники на новой технологической основе, применяемых сторонами в бою. Новыми задачами теории тактики станут: исследование характера и содержания современного боя (боевых действий); влияние на ход и исход боя сосредоточенного огня, удара, мобильности и маневра; определение рациональных методов подготовки и ведения боя; установление оптимальных условий для исследования боевых возможностей вооружения и средств защиты; определение задач соединений, частей (кораблей) и подразделений в различных видах боя и условиях обстановки; разработка способов организации и поддержания тесного взаимодействия между соединениями, частями и подразделениями в бою; выработка рекомендаций по управлению войсками, силами, их боевому, техническому и тыловому обеспечению; разработка требований к вооружению и организационно-штатной структуре соединений, частей и подразделений.
В теорию строительства Вооруженных Сил на новом этапе развития военно-теоретической мысли потребуется обязательно внести существенные уточнения. Изменения социального строя России, принятие концепции (доктрины) строительства новых Вооруженных Сил, основу которых, кроме мощных ядерных сил, будут составлять высокомобильные силы общего назначения, оснащенные новейшим вооружением и техникой и контрактным комплектованием личным составом, вызовут безотлагательную необходимость корректировки системы знаний о закономерностях и принципах создания, совершенствования и развития Вооруженных Сил, способах их комплектования и технического оснащения.
Основными задачами теории строительства Вооруженных Сил в новых условиях будут: определение их рационального состава, новой организационной структуры, соотношения и роли видов и родов войск Вооруженных Сил и других войск; уточнение путей и порядка комплектования и технического оснащения; выработка рекомендаций по организации воинской службы, расквартированию войск, подготовке кадров, созданию резервов и запасов всех видов. Структура теории строительства Вооруженных Сил будет включать: основы боевой и мобилизационной готовности; комплектование личным составом и техническое оснащение, подготовку военных кадров; организацию воинской службы и расквартирования войск; создание резервов и запасов.
Теория воинского обучения и воспитания на новом этапе развития теоретической мысли также должна получить дальнейшее развитие. Оснащение нашей армии и флота новейшим вооружением и техникой, переход на контрактный метод комплектования личным составом явятся основным фактором, вызывающим необходимость внесения соответствующих уточнений в систему знаний о содержании, формах и методах одиночной подготовки личного состава, подготовки подразделений, частей (кораблей), соединений, объединений и органов управления к ведению военных действий. Теория воинского обучения и воспитания будет познавать и исследовать закономерности учебно-воспитательного процесса применительно к новым российским Вооруженным Силам, организацию, планирование и управление этим процессом, формы и методы обучения и воспитания. В новых условиях задачами теории воинского обучения и воспитания будут: уточнение научно обоснованных рекомендаций по формированию у воинов армии и флота высоких морально-психологических и боевых качеств, воинского мастерства; совершенствование полевой, воздушной и морской выучки войск, сил; поддержание постоянной высокой боевой и мобилизационной готовности Вооруженных Сил к защите Отечества.
Теория всестороннего обеспечения на новом этапе развития военно-теоретической мысли также получит дальнейшее развитие. Интеграция всего обеспечивающего процесса Вооруженных Сил и других войск Российской Федерации в результате перехода к межведомственным системам всестороннего обеспечения их служебной деятельности приведет к необходимости внесения соответствующих коррективов в систему научных знаний о всестороннем обеспечении подготовки и ведения будущих военных действий.
Теория вооружения, без всякого сомнения не будет представлять из себя систему знаний, которая описана в рассмотренной выше статье В.А. Куликова. В новых условиях она будет составлять систему знаний о развитии вооружения и военной техники (ВВТ) для армии и флота. Объектом ее познания будет являться военно-техническая сторона войны, вооруженной борьбы и научно-технического прогресса, а предметом оснащение армии и флота вооружением и военной техникой, их эксплуатация и ликвидация.
Содержание задач теории вооружения, вероятно, останется без изменений. В их числе: анализ и обобщение опыта создания, совершенствования и развития средств вооруженной борьбы в новых условиях, извлечение из этого анализа выводов, уроков и тенденций; познание и разработка новых методологических основ теории, закономерностей, принципов, требований к развитию систем ВВТ; обоснование перспективных программ вооружения государства; определение способов организации, всестороннего обеспечения процессов, связанных с разработкой систем вооружения и военной техники, а также управления ими; изучение и выработка рекомендаций по проблемам эксплуатации и ликвидации систем ВВТ.
Анализ опыта боевых действий федеральных войск в обеих чеченских кампаниях дает основание полагать, что на новом этапе развития военно-теоретической мысли претерпит существенные изменения и теория управления Вооруженными Силами. В новых условиях, видимо, изменится содержание системы знаний об управлении войсками в различных видах их деятельности, будут уточняться принципы и способы целенаправленного воздействия на состав, состояние и функционирование Вооруженных Сил в мирное и военное время. Основными задачами теории управления в новых условиях будут: исследование оперативной, организационной и технической сторон проблем управления Вооруженными Силами на всех уровнях; выявление закономерностей управления и механизма проявления их на практике; определение принципов, тенденций построения, функционирования войсковых, флотских систем управления в мирное и военное время; определение направлений и путей совершенствования и развития систем, организационных форм и методов управления; выработка практических рекомендаций по работе командований и штабов при подготовке и в ходе боевых действий по совершенствованию форм и содержания боевых документов с учетом развития и применения новых технических средств и автоматизированных систем управления; разработка методов исследования проблем управления, критериев и методов оценки эффективности управления войсками, силами.
Смена социального строя в России, рыночные взаимоотношения предприятий ВПК (ОПК) с Вооруженными Силами и другие социальные преобразования существенно повлияют на содержание теории военной экономики, которая, на мой взгляд, должна будет систематизировать систему знаний об экономическом обеспечении Вооруженных Сил и вооруженной борьбы на новом этапе развития военно-теоретической мысли. Объектом познания теории военной экономики в новых условиях будет экономика государства, а предметом экономическое обеспечение Вооруженных Сил в мирное и военное время.
Основными задачами теории военной экономики будут: уточнение познания закономерностей развития и функционирования военной экономики страны в мирное и военное время на новом этапе; определение вероятных материальных потребностей войны и условий экономического обеспечения в ней Вооруженных Сил; совершенствование обоснованных положений о развитии военно-экономического потенциала государства и подготовки его экономики к войне; выработка и обоснование требований к экономике государства, вытекающих из характера войны и вооруженной борьбы, а также из положений военной доктрины; изыскание путей и способов своевременного перевода экономики на военное положение, повышение устойчивости ее функционирования; анализ состояния и выработка рекомендаций по подготовке и использованию военно-экономической базы регионов России в интересах вооруженной борьбы; разработка принципов и способов экономического обеспечения военных действий Вооруженных Сил; разработка проблем управления военной экономикой.
Военная история в новых условиях, безусловно, будет продолжать изучать войны и вооруженные силы прошлого, их зависимость от материально-технических, социально-экономических и политических условий жизни общества, опыт военной деятельности государств. В отличие от других отраслей военных знаний она будет иметь дело с реально имевшими место, то есть со свершившимися фактами, событиями, процессами, что придаст результатам исследований большую достоверность и возможность их критической оценки с позиций современности.
В заключение отметим, что в будущем изучение развития военной мысли будет занимать особое место в военной науке. Это позволит определять и познавать основные направления, закономерности и принципы развития военной науки в целом и ее отраслей в частности.
Военная энциклопедия: В 8 т. М.: Воениздат, 1994. Т. 2. С. 130134.
См.: Козлов С.Н., Смирнов М.В., Базь И.С, Сидоров П.А. О советской военной науке, М.: Воениздат, 1964. С. 404; 3 е м с ко в В.И. К вопросу об общей теории и структуре военной науки//Военная мысль. 1972. № 8, 10; Гареев М.А. Система знаний о войне и армии//Военная мысль. 1976. № 8 и др.
Тюшкевич С.А. Необходимое условие развития военной науки// Военная мысль. 2000. № 3. С. 36.
Куликов В.А. Логика и теория военного дела//Военная мысль. 2002. № 3. С. 44.
Там же. С. 44.
Там же. С. 51.
Там же. С. 44.
Труд. 2003.10 сент.
Гареев М.А. Ариаднины нити ратного дела//Независимое военное обозрение. 1998. № 32.
Куликов В.А. Логика и теория военного дела. С. 47.
