Выдающийся военно-морской деятель России
ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 9/2005, стр.73-77
Выдающийся военно-морской деятель России
Капитан 1 ранга в отставке В.В. ЗАБОРСКИЙ
ПО ИНИЦИАТИВЕ и предложению командования Военно-Морского Флота Правительством Российской Федерации принято решение о перезахоронении праха последнего морского министра Российской империи адмирала Григоровича Ивана Константиновича, скончавшегося в 1930 году во Франции. Останки заслуженного адмирала, командующего и руководителя российского Императорского Военно-Морского Флота 26 июля 2005 года были торжественно захоронены с отданием воинских почестей в Санкт-Петербурге, в фамильном склепе на мемориальном кладбище Александро-Невской лавры. По мнению военно-морских профессионалов, И.К. Григорович всей своей службой и деятельностью во благо укрепления флота и славы морского могущества России безусловно достоин такого внимания и почестей.
Давайте вспомним, каковы же заслуги адмирала И.К. Григоровича перед флотом и Россией. Но сначала несколько слов о биографии и основных вехах послужного списка адмирала.
Иван Константинович Григорович родился 26 января (7 февраля по новому стилю) 1853 года в Санкт-Петербурге. В 1875 году закончил Морской кадетский корпус с присвоением первого в то время военно-морского офицерского звания - мичман. Далее - служба на различных кораблях Балтийского флота и Тихоокеанской эскадры. В 1896-1898 годах в звании капитана 2 ранга - морской агент в Англии. В 1899-1903 годы - капитан 1 ранга, командир строящегося в Тулоне эскадренного броненосца «Цесаревич», который Григорович привел в Порт-Артур и на котором встретил Русско-японскую войну. В апреле 1904 года назначен с присвоением звания контр-адмирал командиром военного порта (по современному - военно-морской базы) Порт-Артур, где испил свою долю горечи поражения флота и страны в Русско-японской войне. В 1905 году назначен начальником штаба Черноморского флота (единственного флота, оставшегося у России). С 1906 года - командир военного порта им. Александра III на Балтике (Либава). В 1908 году - командир Кронштадтского порта и губернатор Кронштадта, в 1909-м назначен товарищем (заместителем) морского министра с присвоением звания вице-адмирал. В 1911 году с присвоением звания адмирал становится морским министром Российской империи. С назначением Григоровича на этот пост прекратилась кадровая чехарда послевоенной смены морских министров: адмирал А.А. Бирилев (1905-1907), адмирал И.М. Диков (1907-1909), адмирал С.А. Воеводский (1909-1911). В должности морского министра И.К. Григорович оставался до революции и развала Российской империи.
В 1917 году И.К. Григорович уходит в отставку. Он не эмигрирует из России, сотрудничает с новым революционным командованием флота, работает в Морской исторической комиссии по исследованию опыта Первой мировой войны. Пишет и публикует мемуары «Воспоминания бывшего морского министра». Тяжело переживает разгром и упадок Российского флота в ходе революции и Гражданской войны. В 1924 году по разрешению правительства Григорович выехал на лечение во Францию, где, так и не выздоровев окончательно, умер в 1930 году (похоронен в г. Ментона).
Таким образом, И.К. Григорович начиная с 1904 года последовательно и по восходящей линии прошел ряд крупных командных и руководящих должностей на различных морских театрах, участвовал в Русско-японской войне. Он не «паркетный» адмирал из-под «шпица» (шпиль на здании Адмиралтейства в Санкт-Петербурге), а, наоборот, с боевым и командным опытом крупный военно-морской начальник и руководитель. Так что назначение его на высший пост в Военно-Морском Флоте России было вполне обоснованным и логичным.
Уже с 1909 года адмирал И.К. Григорович как товарищ, или, по-современному, заместитель морского министра, фактически руководил восстановлением и строительством флота после его поражения в Русско-японской войне. С назначением в 1911 году на пост морского министра И.К. Григорович полностью берет в свои руки командование флотом, контроль за его строительством, подготовкой к все более вырисовывающейся в ближайшей перспективе грядущей войне. В апреле 1911 года он представляет на Высочайшее имя два важнейших по их последующему значению для флота документа: Закон об Императорском Российском флоте и Программу усиления судостроения Балтийского флота на 1911-1915 годы, которыми предлагалось заменить ранее принятую десятилетнюю программу кораблестроения и предусматривалось осуществить развитие военно-морских сил и укрепление морского могущества России до 1923 года. Оба эти документа были одобрены Николаем II и внесены в Совет министров и Государственную думу. Следует отметить, что впервые в истории России строительство и дальнейшее развитие флота на длительную перспективу регламентировалось не какими-то временными программами кораблестроения, а особым законом о флоте. Таким образом, утверждался в действии принцип Петра I: флот строит и готовит к войне не морской министр (в наше время главнокомандующий ВМФ), а вся страна под руководством, контролем и ответственностью первого лица государства. Кстати, такие законы впоследствии не принимались ни в советское время, ни в нашу новую российскую перестроечно-реформаторскую эпоху конца XX - начала XXI века.
Конечно, далеко не все удалось выполнить из предусмотренного указанными законом и программой в предвоенные годы. К тому же проводилась коррекция этих и других документов по строительству флота, и в них вносился ряд изменений. Однако к началу и в первый период Первой мировой войны был восстановлен в новом количественном и качественном корабельном составе Балтийский флот, значительно усилен боевой состав Черноморского флота, а в конце войны даже сформирована и вела боевые действия флотилия Северного Ледовитого океана.
Именно в этот период благодаря настойчивости и постоянному контролю морского министра адмирала И.К. Григоровича в состав флота вошли спроектированные выдающимися русскими кораблестроителями и построенные на отечественных заводах новейшие, признанные одними из лучших образцов мирового военного кораблестроения линкоры типа «Гангут» и миноносцы типа «Новик». Показателен факт долгожительства этих кораблей. Так, три из четырех этих линкоров: «Октябрьская революция» («Гангут»), «Парижская коммуна» («Севастополь», с 1943 года снова «Севастополь») и «Марат» («Петропавловск») - после ремонта и модернизации участвовали в Великой Отечественной войне (четвертый линкор, «Полтава», был разобран на запчасти для трех других кораблей) и состояли в составе ВМФ до середины 50-х годов XX столетия. Несколько миноносцев типа «Новик» также участвовали в Великой Отечественной войне.
Интенсивное развитие получили подводные силы флота. В состав Черноморского флота в 1915 году вошел первый в мире подводный минный заградитель «Краб», добившийся успеха уже в первом своем боевом походе. На его минном заграждении, выставленном у выхода из пролива Босфор, в июле 1915 года подорвался немецко-турецкий крейсер «Бреслау», после чего надолго вышел из строя. К началу войны подводные силы Балтийского и Черноморского флотов имели в своем составе 15 подводных лодок нескольких типов, в последующем их состав превысил 30 единиц. При этом подводные лодки типа «Барс» признаны лучшими в мире среди субмарин подобного класса.
Именно в предвоенные годы родилась и в дальнейшем получила развитие морская авиация Российского флота - в то время в виде гидропланов, которые принимали участие в боевых действиях в ходе войны.
Сразу же с назначением И.К. Григоровича морским министром в 1911 году по его представлению и настоянию была утверждена окончательная организация высших органов управления Российским флотом. Согласно ей все военно-морские силы России входили в Морское министерство во главе с морским министром. При нем функционировал совещательный орган - Адмиралтейств-совет, председателем которого также являлся морской министр. Непосредственно морскому министру подчинялись Морской генеральный штаб, Главный морской штаб, Главный военно-морской суд, Главное управление кораблестроения и ряд других главных управлений, управлений, управленческих и обслуживающих министерство подразделений. В состав министерства также входили военно-морские учебные заведения и Морская академия.
На морских театрах силы флота возглавляли командующие Балтийским и Черноморским флотами, Сибирской, Амурской, Каспийской флотилиями и впоследствии флотилией Северного Ледовитого океана. Эта организация флота функционировала до развала Российской империи в 1917 году.
Необходимо сказать, что почти такая же организация высших органов управления советскими ВМС была учреждена в 1950 году, однако ее упразднили в 1953 году по «перестроечно-реформаторским» указаниям пришедшего к власти Н.С. Хрущева.
Как признано ведущими военно-морскими специалистами, исследователями и историками, именно благодаря настойчивости и целеустремленности И.К. Григоровича за годы его командования и руководства флотом было осуществлено строительство нового современного флота и проведена его подготовка к войне. В этом заключается одна из важнейших заслуг перед страной адмирала И.К. Григоровича как морского министра и руководителя Российского флота в предвоенные годы. Данный факт выглядит еще более убедительным, если отметить, что в прошедшей истории Россия минимум дважды как раз «не успевала» подготовить свой флот к предстоящим войнам и боевым действиям на море. Такое «неуспевание», причинами которого были прежде всего невнимание к новшествам мирового морского кораблестроения и вооружения, косность, недальновидность военно-морского командования в вопросах развития и строительства военно-морских сил, а также крупные просчеты в морской и в целом внешней политике руководства страны, роковым образом сказалось на результатах Крымской (1853-1855) и Русско-японской (1904-1905) войн, в которых одной из важнейших причин поражения России стала слабость ее флота по сравнению с флотами противников. Это исторически повсеместно признанные факты.
Таким образом, последний морской министр Российской империи адмирал И.К. Григорович вместе с офицерами Морского генерального штаба, командующими двумя основными флотами - Балтийским (адмирал Н.О. Эссен) и Черноморским (адмирал А.А. Эбергард), своими сослуживцами по Порт-Артуру и боевым действиям в Русско-японской войне, несмотря на ряд трудностей в предвоенный период, все же в основном смогли подготовить военно-морские силы России к приближающейся Первой мировой войне. Они сумели правильно оценить и применить в строительстве и подготовке флота к войне опыт развития мирового кораблестроения, морского вооружения и военной техники, что повлекло за собой радикальное изменение условий, характера и привычных форм боевых действий на море. И в этом также большая заслуга морского министра И.К. Григоровича и команды его непосредственных подчиненных.
В ходе боевых действий на море в Первую мировую войну Балтийский и Черноморские флоты (в конце войны частично и флотилия Северного Ледовитого океана) выполняли следующие основные боевые задачи: оборона побережья и районов базирования флота; нарушение морских коммуникаций противника; содействие сухопутным войскам; поражение корабельных сил противника; оборона собственных морских коммуникаций. Надо сказать, что Балтийскому флоту пришлось действовать в довольно сложных условиях противодействия германскому флоту Открытого моря. В свою очередь Черноморский флот фактически господствовал на театре, блокировав пролив Босфор и почти полностью парализовав вражеские коммуникации вдоль Черноморского побережья Турции. Единичные рейды немецко-турецких крейсеров «Гебен» и «Бреслау» каких-либо ощутимых успехов противнику не принесли и заканчивались поспешным бегством этих рейдеров с театра. Следует отметить, что все задачи, возложенные на Балтийский и Черноморский флоты, в основном были решены успешно. И в этом тоже большая заслуга морского министра России адмирала И.К. Григоровича. Вот как оценивает сам И.К. Григорович подготовленность вверенного ему флота к войне: «В общем могу сказать, что весь 1915 год для флота был экзаменом его подготовленности к войне, жаль только, что ассигнования на строительство флота вышли через шесть лет после японской войны, получив же деньги двумя или тремя годами раньше, мы имели бы такую силу на море, что могли бы вести не только оборонительную войну на Балтике...»
В своих мемуарах «Воспоминания бывшего морского министра» И.К. Григорович довольно обстоятельно рассказал о боевых действиях Российского флота, отметив ряд существенных особенностей действий на море в Первую мировую войну, и сделал некоторые выводы о возможных новых формах применения сил флота в будущих войнах. Эти особенности впоследствии были детально исследованы различными военно-морскими теоретиками. Суть этих исследований и выводы из них свелись к следующему. В войне на море 1914-1918 годов помимо мощных, с многократно возросшими боевыми возможностями надводных кораблей различных классов полноценными участниками боевых действий стали подводные лодки и морская авиация. Условия борьбы на море значительно усложнились, что потребовало в ряде случаев организовывать для выполнения отдельных задач объединенные единым замыслом совместные действия разнородных сил флота. Это привело к возникновению и постепенному развитию в будущем новой формы применения сил флота - морской операции.
Таким образом, ряд положений и выводов, сделанных И.К. Григоровичем в своих мемуарах и во время работы в исторической комиссии, дополненных и обобщенных результатами проведенных научных исследований опыта применения сил Российского и иностранных флотов в Первую мировую войну, послужил основой для разработки в межвоенный период (1920-1941) новой подотрасли военно-морского искусства нашего флота - оперативного искусства ВМФ. В этом есть частица заслуг перед флотом И.К. Григоровича.
Отныне прах последнего морского министра Российской империи адмирала И.К. Григоровича, выдающегося военно-морского деятеля, флотоводца и гражданина своей страны, навечно покоится в земле своей Отчизны, а не на чужбине.
Автор этих строк в 1953 году проходил первую военно-морскую корабельную курсантскую практику на линкоре «Октябрьская революция».
Григорович И. К. Воспоминания бывшего морского министра // Военно-исторический журнал. 2003. № 7. С. 31.
Козлов Д.Ю. Некоторые аспекты опыта применения сил Российского флота в Первую мировую войну // Военная Мысль. 2005. № 5. С. 73.
