Актуальные вопросы теории противодесантной обороны морского побережья
ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 12/2007, стр. 35-43
Актуальные вопросы теории противодесантной обороны морского побережья
Генерал-майор Л.В. БОЙКОВ,
доктор военных наук, профессор
БОЙКОВ Леонид Викторович родился в 1952 году в Москве. Окончил Казанское высшее танковое командное училище (1973), Военную академию им. М.В. Фрунзе (1984).
Проходил службу на различных командных и штабных должностях в Московском, Забайкальском и Дальневосточном военных округах, последняя должность в войсках - начальник отдела управления штаба ДВО. С 1993 года (после окончания адъюнктуры) - на преподавательской работе в Военной академии Генерального штаба Вооруженных Сил РФ.
В настоящее время является заместителем начальника кафедры оперативного искусства. Ведущий специалист в области противодесантной обороны морского побережья, автор более ста двадцати научных и учебно-методических трудов, в том числе трех монографий, действительный член-академик Академии проблем безопасности, обороны и правопорядка.
ОБОРОНА морского побережья - актуальная проблема для каждого государства, имеющего выход к морю. Она всегда была многоплановой, поскольку требовала надежной защиты приморских городов, портов, военно-морских и авиационных баз, других объектов как со стороны суши, так и со стороны моря, для чего организовывалась и велась противодесантная оборона морского побережья.
В настоящее время актуальность вопросов противодесантной обороны морского побережья обусловливается двумя главными причинами: с одной стороны - внедрением во флотах ведущих государств мира новых, более совершенных средств вторжения со стороны моря, с другой - пробелами в теоретической области, что не позволяет в полной мере реализовать потенциальные возможности сил и средств противодесантной обороны.
В вооруженных силах ведущих государств мира по-прежнему большое значение придается морским десантным операциям. Их проведение относится к числу важнейших оперативно-стратегических задач, особенно в начальный период войны (вооруженного конфликта). Надо полагать, что по мере развития средств вооруженной борьбы возможности наступающих со стороны моря будут постоянно возрастать, а их морские десанты представлять все более серьезную угрозу. В этой связи возникает объективная необходимость развития и уточнения ряда положений теории противодесантной обороны морского побережья.
Как показывает анализ кораблестроительных программ ВМС ведущих морских держав, особое внимание уделяется дальнейшему развитию и совершенствованию десантно-транспортных и десантно-высадочных средств. При этом основной упор делается на расширение возможностей по базированию авиационной техники, сокращению времени проведения грузовых операций и повышению боевой устойчивости транспортов.
В ВМС США серьезно рассматривается вопрос о закупке быстроходных гражданских судов большого тоннажа, способных осуществлять переброску морской пехоты и грузов в пределах театра войны. Испытания одного из таких судов проходили в экспедиционной дивизии морской пехоты. Погрузка на судно 870 человек личного состава и техники заняла пять часов, время перехода с острова Окинава до Японии составило 15 часов, в то время как для доставки дивизии морской пехоты с Окинавы до японской авиабазы Иокота двумя самолетами С-17 потребовалось бы 10-14 дней. По мнению командования американской морской пехоты, использование таких судов позволило бы уменьшить нагрузку на транспортную авиацию.
Предполагается также все более широкое оснащение десантных кораблей десантными катерами на динамических принципах поддержки типа LCAC, которые по вместимости в 1,5 раза превосходят катера типа LCU и в 4-7 раз катера типа LCM-8 и LCM-6. Их применение позволяет уже с самого начала высадки перебрасывать на берег тяжелую технику (танки, САУ и боевые бронированные машины), доставляемую катерами на воздушной подушке, оперативно наращивать группировку высадившихся войск, быстро расширять захваченный плацдарм для высадки последующих эшелонов десанта, а также своевременно решать задачи доставки материальных средств, эвакуации раненых и больных.
Руководство ВМС США планирует осуществить модернизацию десантно-высадочных катеров на воздушной подушке типа LCAC в целях продления срока их пребывания на вооружении. Модернизации подвергнутся 74 катера из 91. Их предполагается оснастить усовершенствованными двигателями и новейшей аппаратурой управления и связи, а также современными навигационными приборами. Очевидно, что катера LCAC останутся основными катерами амфибийных групп еще многие годы, но при этом изучается вопрос о необходимости создания десантных катеров на воздушной подушке, имеющих более высокую грузоподъемность и защищенных легкой броней. Правда, эта работа находится лишь в стадии анализа концепции.
В будущем, как ожидается, на вооружение корпуса морской пехоты ВМС США поступят усовершенствованные амфибийно-десантные машины типа AAAV. На разработку такой машины и демонстрацию ее опытного образца выделено 712 млн долларов. К 2015 году планируется закупить 1013 таких машин, они придут на смену амфибийно-десантным машинам AAV нынешнего поколения. Экипаж новой амфибии будет состоять из трех человек. Она сможет перевозить 17 морских пехотинцев в боевом снаряжении со скоростью 25 узлов (46 км/ч) по морю и 70 км/ч по земле. Спуск плавающих машин на воду с десантного корабля осуществляется на расстоянии 40-45 км от берега.
Таким образом, десантные корабли с десантными катерами на воздушной подушке в современных условиях и в ближайшей перспективе будут важнейшим компонентом амфибийно-десантных сил. Кроме того, сами десантные корабли становятся менее уязвимыми за счет использования при их строительстве технологии «Стеле», а это значительно повышает надежность доставки войск десанта к выбранным участкам десантирования на побережье.
Особо следует подчеркнуть, что использование в ходе морских десантных операций десантно-высадочных средств на динамических принципах поддержки позволяет осуществлять высадку десантов на считавшиеся ранее недоступными участки побережья морей и океанов. Отсюда можно предположить, что благоприятные геофизические условия береговой линии уже не будут являться главным определяющим условием при принятии решений на морские десантные операции.
В военно-морских силах ряда стран ведутся также исследования и разработки в сфере инновационных информационных технологий, результаты которых могут быть использованы непосредственно в интересах боевых действий морской пехоты. Изучается, в частности, возможность создания «экспедиционной сети средств обнаружения». Такая сеть могла бы дать командующему силами высадки более полную информацию об обстановке в районе высадки и о действиях противника по воспрещению высадки десанта.
В последнее время новой тенденцией в боевом применении амфибийно-десантных сил ВМС США стало создание и постоянное присутствие в важных с оперативной точки зрения районах Мирового океана дежурных амфибийных групп, предназначенных для решения внезапно возникающих задач. Каждая такая группа включает, как правило, один-два универсальных десантных корабля типа «Тарава» или «Уосп», десантно-вертолетный корабль-док типа «Уидби Айленд», а также суда обеспечения. На них размещается экспедиционный отряд морской пехоты силой до батальона и более с боевой и специальной техникой. Важным компонентом дежурной амфибийной группы являются десантно-высадочные катера на воздушной подушке, поскольку они, по мнению американских военных специалистов, обеспечивают высадку десанта на 50-70 % побережья стран мира (вместо 15-20 % без их применения). Катера на воздушной подушке, используемые совместно с вертолетами, дают амфибийной группе возможность действовать не только на береговой полосе, но и на всем побережье. При этом десантные корабли в ходе перегрузки морской пехоты на десантно-высадочные средства смогут находиться на расстоянии до 40-45 км от берега, а не 3-5 км, как при использовании водоизмещающих десантно-высадочных средств.
Следует ожидать, что ВМС США и, возможно, их союзники будут наращивать количество подобных дежурных амфибийных групп в различных оперативно важных районах Мирового океана, поскольку они способны через трое-четверо суток после получения приказа начать высадку морских пехотинцев на побережье в целях его захвата и обеспечения последующего беспрепятственного наращивания группировки войск в данном регионе или принять участие в других операциях.
Анализ вышеизложенных тенденций развития средств вторжения на побережье со стороны моря позволяет сделать некоторые выводы об их влиянии на характер и содержание морских десантных операций.
Первый. С ростом боевых возможностей ВМС по вторжению на побережье и с расширением спектра возлагаемых на них задач соответственно эволюционируют и взгляды на подготовку и ведение морских десантных операций. Анализ этих взглядов позволяет предположить, что масштабы и размах применения морских десантов в войнах и вооруженных конфликтах XXI века будут только увеличиваться. Десантные операции наполнятся новым содержанием, изменится и характер решаемых в их ходе задач.
Второй. В последнее время повысилась вероятность достижения внезапности высадки морских десантов. В годы Второй мировой войны и в последующих военных конфликтах в огневой подготовке высадки десантов принимали участие авиация и боевые корабли со средствами поражения сравнительно незначительного радиуса действия. Соответственно, они вынуждены были приближаться к побережью, что во многом осложняло достижение внезапности. Высокая досягаемость современных средств поражения морского и воздушного базирования позволяет подавлять объекты противодесантной обороны, находясь при этом на значительном расстоянии от них и оставаясь какое-то время вне зоны обнаружения и поражения. Кроме того, достижению внезапности объективно способствует массированное применение развернутых в различных районах Мирового океана упомянутых выше дежурных амфибийно-десантных групп.
Третий. Процесс высадки морских десантов на побережье становится все более динамичным, что позволяет быстро наращивать группировку высадившихся войск. В морских десантных операциях Второй мировой войны и войны в Корее (1950-1953) высокие темпы высадки на побережье достигались в основном за счет подавляющего численного превосходства наступающих. Так, при вторжении на Окинаву (1945) японскому гарнизону в 89 тыс. человек было противопоставлено 452 тыс. американских войск при подавляющем превосходстве в кораблях и авиации. Тогда в первый день операции 1140 десантно-высадочных средств обеспечили высадку 50 тыс. человек десанта. В современных условиях высокие темпы высадки десантов будут достигаться главным образом за счет применения более совершенных десантно-высадочных средств.
Четвертый. Использование десантно-высадочных средств на динамических принципах поддержки позволяет широко применять способ «загоризонтной» высадки морских десантов. В этом случае внешние и внутренние районы стоянки и маневрирования десантных кораблей и транспортов будут располагаться на значительном удалении от обороняемого побережья (порядка 40-50 км). Следовательно, морская пехота в ходе перегрузки с десантно-транспортных на десантно-высадочные средства станет практически недосягаема для поражения большинством огневых средств группировки противодесантной обороны.
Пятый. При использовании в ходе высадки на побережье катеров на воздушной подушке примерно в три-пять раз и более сокращается время преодоления десантом участков, подверженных воздействию огневых средств войск, отражающих его высадку, а также существенно снижается, а иногда и полностью исключается вероятность подрыва высаживающегося десанта на минно-взрывных заграждениях. Таким образом, налицо проблема достижения эффективного поражения противника на этапе отражения высадки десанта.
Шестой. Современная морская десантная операция по своей сути в большей степени является воздушно-морской вследствие более широкой возможности применения противником воздушных десантов. Например, во время Второй мировой войны в интересах непосредственно морских десантов высаживались крупные воздушные десанты только в Сицилийской (1943), Южно-Итальянской (1943), Нормандской (1944) и Южно-Французской (1944) морских десантных операциях. В настоящее время в связи с существенным количественно-качественным развитием авиации представляется возможность высадки большого количества воздушных десантов не только с самолетов, но и с вертолетов, чего не могло быть ранее. При этом количество войск, высаживаемых с воздуха, может составлять до 30 % от общего боевого состава войск десанта.
В связи с изменениями характера и содержания морских десантных операций объективно выдвигается ряд новых требований к современной противодесантной обороне морского побережья.
Во-первых, вследствие увеличения масштабов и размаха применения морских десантов требуется адекватное наращивание боевого состава группировок войск, сил флота и авиации на десантоопасных направлениях.
Во-вторых, принимая во внимание то, что вероятность достижения внезапности высадки морских десантов возрастает, необходимо добиваться, чтобы мероприятия непосредственной подготовки противодесантной обороны могли завершаться в более короткие сроки. Достичь этого возможно путем максимально полного и качественного выполнения задач ее заблаговременной подготовки.
В-третьих, процесс высадки морских десантов становится более динамичным, что позволяет противнику в короткие сроки наращивать группировку высадившихся войск. Отсюда вытекает требование целенаправленного совершенствования оперативного оборудования приморских направлений в интересах обеспечения своевременного беспрепятственного выдвижения вторых эшелонов и резервов для проведения контратак и нанесения контрударов по высадившимся штурмовым эшелонам десанта и сброса их в море.
В-четвертых, использование «загоризонтного» способа десантирования позволяет противнику избежать больших потерь в ходе перегрузки десанта с десантно-транспортных на десантно-высадочные средства. Это обусловливает такое требование к современной противодесантной обороне морского побережья, как способность вести эффективную разведку на море в целях обеспечения огневых средств необходимыми данными для поражения противника на значительном удалении от места высадки.
В-пятых, применение в ходе высадки катеров на воздушной подушке серьезно затрудняет поражение штурмовых эшелонов морской пехоты при их приближении к берегу. В этой связи требуется повышение эффективности поражения морского десанта за счет совершенствования системы огня на акватории, прилегающей к побережью, а также системы минно-взрывных и других инженерных заграждений в воде и на воде.
В-шестых, поскольку в ходе морских десантных операций будут широко применяться воздушные десанты, особую актуальность приобретает достижение высокой степени эффективности противовоздушной обороны, а также способности войск вести круговую оборону в ходе отражения высадки, так как воздушные десанты после высадки (выброски) будут наносить удары по обороняющимся войскам в основном с тыла.
Как известно, общими требованиями, предъявляемыми к обороне, являются активность и устойчивость. Применительно к противодесантной обороне морского побережья активность должна, очевидно, состоять в нанесении по морским десантам и силам их оперативного прикрытия последовательных мощных ударов авиацией и силами флота в выгодных районах и по наиболее слабым звеньям в группировке морского десанта и сил его оперативного прикрытия, а в последующем - и сухопутными войсками при отражении высадки и в ходе боя на побережье, в своевременном маневре резервами и огнем на десантоугрожаемые направления.
Следовательно, цель проявления активности современной противодесантной обороны - навязывание своей воли противнику, захват и удержание превосходства на море и в воздухе в районе ведения противодесантной операции. Навязывание своей воли заключается в принуждении противника к изменению первоначального плана морской десантной операции, вынуждении его высаживать десанты на те участки побережья, где мы его ожидаем, которые наиболее укреплены. Этого, как показывает анализ боевого опыта, можно достичь главным образом за счет введения командования противника в заблуждение относительно построения противодесантной обороны, продуманного и заранее всесторонне обеспеченного маневра войсками, силами флота, авиацией.
Активность противодесантной обороны морского побережья можно повысить также за счет грамотно организованных мероприятий по дезорганизации систем управления, разведки и РЭБ воздушно-морских десантных группировок. Другим направлением достижения активности противодесантной обороны может стать увеличение сил и средств, предназначенных для борьбы с воздушными десантами противника, и сосредоточение их усилий на нанесении ударов по вертолетоносцам на переходе морем, а затем - по воздушным десантам на перелете к району десантирования и при выполнении ими задач на берегу.
Следует полагать, что устойчивость противодесантной обороны морского побережья характеризуется способностью развернутых на десантоопасных направлениях группировок войск, сил флота и авиации успешно отражать удары авиационных и корабельных группировок противника в ходе борьбы по завоеванию превосходства в воздухе и на море на направлениях действий десантных группировок и в районах высадки, уверенно срывать высадку морских и воздушных десантов и прочно удерживать районы и участки побережья. В настоящее время устойчивость противодесантной обороны предусматривается достигать в первую очередь за счет обеспечения высокого уровня живучести войск и боевой устойчивости сил флота, искусным построением обороны, тесным взаимодействием объединений, соединений и частей видов Вооруженных Сил и родов войск (сил), участвующих в борьбе с морскими десантами противника, а также всесторонним обеспечением их действий. Именно за счет устойчивости группировки противодесантной обороны в итоге и достигается цель противодесантных операций.
Достаточно длительное время на страницах периодических военных изданий продолжается полемика о месте и роли объединений различного уровня в противодесантной обороне морского побережья.
По своему характеру противодесантная операция является оборонительной, однако предполагается, что участвующие в операции авиация, войска и силы флота, не ожидая подхода десантов противника, должны наносить по ним удары на значительном удалении от обороняемого побережья, исходя из возможностей своих средств поражения.
По-видимому, именно стремление поражать десанты противника на всех этапах их действий, а не только в ходе отражения высадки считается рядом специалистов решающим в определении места и роли оперативно-стратегических, оперативных и оперативно-тактических объединений в отражении агрессии с океанских и морских направлений. При этом они исходят из того, что если оперативно-стратегическое объединение способно имеющимися силами и средствами поражать десанты противника еще на этапе их сосредоточения и погрузки, как правило, на значительном удалении от обороняемого побережья, то оно ведет противодесантную операцию. А поскольку оперативные и оперативно-тактические объединения подобного воздействия по противнику осуществлять не в состоянии, то они ведут противодесантную оборону побережья.
На первый взгляд в таком подходе к определению места и роли объединений в отражении вторжения с моря есть определенный резон, однако при ближайшем рассмотрении данный подход не выдерживает критики.
Во-первых, здесь прослеживается смешение двух различных понятий «форма применения войск» и «вид военных действий». Противодесантная оборона есть не что иное, как разновидность обороны, в то время как операция - это форма применения объединений, осуществляющих противодесантную оборону побережья. Как это можно «вести оборону в форме обороны»"?
Во-вторых, избранный критерий - досягаемость имеющихся в объединении средств поражения (и, следовательно, его способность поражать десанты противника на всех этапах их действий в морских десантных операциях), по нашему мнению, спорен. Дело в том, что он безотносителен к различным условиям военно-политической обстановки и не учитывает особенности физико-географических и оперативно-стратегических условий различных регионов. Допустим, сосредоточение десантов в портах и их погрузка на транспорты проводятся еще до начала военных действий с государством, на чье побережье планируется высадка (Норвежская морская десантная операция вооруженных сил Германии в 1940 году). Возможно ли в этом случае применение по ним средств поражения группировки противодесантной обороны? Более того, переход морем десанта противника и сил его оперативного прикрытия может в определенных условиях обстановки осуществляться и до начала войны. Возможна также обстановка, когда пункты погрузки находятся на значительном удалении от побережья и применение по ним средств поражения группировки противодесантной обороны исключается (Фолклендская морская десантная операция английских ВМС в 1982 году). В таких случаях поражение десантов противника начнется только на этапе отражения их высадки. И если руководствоваться указанным критерием, то фронт и армия (армейский корпус) в данной обстановке будут вести не противодесантную операцию, а противодесантную оборону побережья.
Еще один пример, подтверждающий неправомочность предлагаемого подхода к определению места и роли различных объединений в отражении агрессии с моря. При обороне морского побережья Дальнего Востока силы и средства оперативно-стратегического объединения, развернутые в Приморье, не могут воздействовать на десанты противника на переходе их морем, например в район острова Сахалин, из-за недостаточного радиуса досягаемости. В то же время войскам оперативно-тактическому объединению, непосредственно обороняющему этот остров, вполне по силам поражение десантов противника при их выдвижении в проливе Лаперуза. И наконец, при планировании отражения высадки десанта в объединениях различного уровня предусматривается нанесение контрударов, а это уже элемент операции.
Можно привести и другие аналогичные примеры. Поэтому при определении места и роли объединений в противодесантной обороне морского побережья следует исходить из основополагающего принципа: формой оперативного применения фронта, армии и армейского корпуса является операция. И, в чем нас убеждают приведенные примеры, нет достаточно весомых аргументов полагать, что в противодесантной обороне морского побережья боевые действия упомянутых выше объединений приобретают какую-то иную, отличную от операции, форму.
И еще раз о требовании наносить удары по морским десантам на максимально возможном удалении от обороняемого побережья. Здесь тоже не все так однозначно. На наш взгляд, следует исходить из следующего принципа: морской десант по мере удаления от своего побережья становится все менее защищенным (в частности его не смогут прикрывать береговые средства ПВО и базовая истребительная авиация). Кроме того, по мере приближения к району высадки в его поражение может включаться все больше средств группировки противодесантной обороны. Так имеет ли смысл стараться нанести поражение десанту, например, авиацией в пунктах погрузки, где он надежно защищен береговыми средствами ПВО, рискуя при этом понести значительные потери? Два исторических примера. В июне 1942 года японское командование подготовило морскую десантную операцию по захвату острова Мидуэй в целях овладения находящимися там аэродромами. Отметим, что в непосредственной близости от него не было островов, на которых базировалась бы истребительная авиация японцев. Можно полагать, что данный фактор во многом повлиял на решение командующего американским флотом адмирала Честера Нимица нанести главный удар по десанту противника не на переходе его морем, а в непосредственной близости от района высадки, где уже не могла действовать японская базовая истребительная авиация. В течение одного дня (4 июня 1942) американская авиация нанесла несколько сокрушительных ударов по японскому десантному отряду и силам оперативного прикрытия, в результате которых японский флот потерял четыре авианосца, тяжелый крейсер, 235 самолетов и 3,5 тыс. человек. Операция японцев была сорвана при минимальных потерях со стороны американского флота (авианосец, эсминец, 150 самолетов и около 300 человек).
Этими же соображениями руководствовалось, очевидно, и командование Балтийского флота в сентябре 1944 года, планируя уничтожение морского десанта немцев, следовавшего для захвата острова Гогланд. Учитывая, что собственная противовоздушная оборона морского десанта была слабой, а истребительное прикрытие базовой авиации недостаточно эффективным из-за большого удаления ее аэродромов, наше командование основную задачу по уничтожению конвоя возложило на авиацию флота. 15 сентября ее истребители блокировали аэродромы противника в Раквере. Затем удары по кораблям десанта нанесла штурмовая авиация, после чего конвой начал отходить от Гогланда. Всего авиацией были потоплены 10 десантных транспортов, два боевых корабля, повреждено и сбито 22 истребителя противника.
Необходимо также отметить, что у ряда военных теоретиков существует устойчивое мнение, будто бы действия войск и сил по выполнению оперативных задач противодесантной операции составляют ее этапы. Это утверждение является довольно спорным. Ведь этапы обычно следуют один за другим (первый, затем второй и т. д.). В то же время решать такую оперативную задачу, как отражение ударов средств воздушного нападения противника, придется в ходе всей операции, а не только в ее начале. Кроме того, совершенно очевидно, что в определенных условиях некоторые оперативные задачи могут и не выполняться. Так, если удалось нанести решающее поражение силам морского десанта на этапе его сосредоточения и посадки (погрузки) или на переходе морем, то до остальных этапов дело не дойдет.
Следовательно, на наш взгляд, нельзя оперативные задачи противодесантной операции отождествлять с ее этапами. Кроме того, почему в наступательных и оборонительных операциях оперативные задачи не считаются их этапами, а в противодесантной операции они вдруг преподносятся таковыми?
В целом, современное состояние теории и практики противодесантной обороны побережья требует решения ряда проблемных вопросов подготовки и ведения борьбы с морскими десантами. Основными из них, на наш взгляд, являются следующие: совершенствование мероприятий подготовки; обоснование целесообразных способов ведения противодесантных операций и форм применения группировок противодесантной обороны в различной оперативно-стратегической обстановке; поиск путей достижения скрытности развертывания группировок войск и сил флота по десантоопасным направлениям и повышения их живучести в ходе борьбы с морскими десантами и силами их оперативного прикрытия; обеспечение своевременного наращивания сил и средств на десантоугрожаемых направлениях; достижение требуемой эффективности отражения массированных авиационно-ракетных ударов, повышение эффективности огневого поражения противника на этапе отражения высадки морских и воздушных десантов; дальнейшее целенаправленное оперативное оборудование приморских направлений и некоторые другие.
Чертанов В. Военно-морские силы США - прогнозы, проекты, решения // Зарубежное военное обозрение. 2006. № 10.
В о л ь н ы А. Окинава, 1945. М.: ООО «Издательство ACT», 2002. С. 40, 70-75.
Гарт Б.Л. Вторая мировая война/ Пер. с англ. М.: Воениздат, 1976. С. 336-337.
Васильев Б. Разгром немецко-фашистского морского десанта у острова Гогланд в сентябре 1944 года // Военная Мысль. 1978. № 12.
