ГОРЯЧЕЕ ЛЕТО СПЕЦНАЗА

ВОЕННО-ПРОМЫШЛЕННЫЙ КУРЬЕР № 45/2007

ГОРЯЧЕЕ ЛЕТО СПЕЦНАЗА

Игорь СОФРОНОВ

ЕСЛИ ПРИКАЗ ДАН, ЗНАЧИТ, "ВИТЯЗИ" ЕГО ВЫПОЛНЯТ

Северо-Кавказский регион, хотя боевые сводки и приходят из него все реже, продолжает оставаться "горячим". Продолжает оставаться тем местом, которое в разговорах между собой бойцы спецназа называют не иначе, как "районом применения". В юбилейный для себя год отряду специального назначения "Витязь" Внутренних войск МВД России выпало отправиться туда в очередную командировку. Часть его солдат и офицеров до сих пор находится там. Но с одним из них, совсем недавно возвратившимся на "большую землю", удалось встретиться корреспонденту "ВПК". Вот о чем рассказал "витязь", по понятным причинам просивший не упоминать его должность, воинское звание и фамилию. \

Спецназ готов к выполнению боевых задач в любых условиях.

Фото пресс-службы ВВ МВД РФ

- С началом весны 2007 года стала обостряться обстановка в нескольких районах Северо-Кавказского региона. В самой Чечне, где продолжались спецмероприятия, проводимые силами Объединенной группировки войск совместно с местными силовиками, ее удавалось держать под контролем. А вот в сопредельных Ингушетии и Дагестане активность бандформирований заметно возросла. Причем никакой политикой или религиозными распрями там и не пахло. Свои черные дела в основном вершили те, кто давно уже был не в ладах с законом. Криминальные лидеры среднего и мелкого пошиба сколачивали бандгруппы численностью десять-пятнадцать человек. Нападали на инкассаторов с целью завладения крупными суммами денег. Имея давнюю ненависть к правоохранителям, расстреливали милицейские машины, похищали оружие. Совершали заказные убийства, за которыми, как правило, стояли чьи-то экономические разборки. Ну и просто запугивали и терроризировали население.

Естественно, были силы, заинтересованные в расшатывании и обострении ситуации. И потому всячески поддерживающие и подпитывающие боевиков. В общем, обстановка стала сильно напоминать ту, которая складывалась в Чечне в начале 90-х годов. Тогда адекватные контрмеры вовремя не были приняты, и все знают, к чему это привело. Второй раз наступать на те же грабли? Нет уж, увольте, все ученые!

Чтобы не будоражить общественное мнение, чрезвычайное положение вводить в регионе не стали. Но дополнительные силы и средства туда стянули, создав группировку из спецподразделений МВД, в которую вошел и "Витязь". То, в чем на этот раз предстояло участвовать отряду, на официальном языке называлось комплексом специальных профилактических мероприятий. А по сути - те же спецоперации по обнаружению бандформирований и пресечению их деятельности. Это дело нам хорошо знакомо.

Но были у этой командировки и свои особенности, которые мы постарались учесть еще на стадии подготовки. Прежде всего они касались будущего места действия отряда. Последние несколько лет, за исключением разве что единичных случаев, "витязям" приходилось работать исключительно на территории Чечни, в ее населенных пунктах, расположенных, как правило, на равнине и в предгорьях. В горы тоже лазили. Но чеченские горы существенно отличаются от дагестанских: склоны положе, покрыты лесом, в котором деревья стоят не особо часто. В Дагестане же преобладает кустарник высотой в человеческий рост и ниже. Растет он очень густо, местами практически непролазный. Передвигаться по нему, сохраняя скрытность и боевой порядок, весьма проблематично. Это первое.

Второе: в Чечне мы работали на высотах в полторы, максимум - две тысячи метров. В Дагестане предстояло забираться гораздо выше: и на три тысячи метров, и еще ближе к облакам. Значит, без альпинистского снаряжения и специальной горной подготовки не обойтись. На это тоже надо было настраиваться.

Третий нюанс: если все офицеры, прапорщики и контрактники отряда к этому времени уже прошли "обкатку" Чечней, то многие из бойцов срочной службы практического опыта участия в спецоперациях не имели. Как они себя поведут в реальных боевых условиях? Необходимо было их дополнительно подготовить, настроить на эту командировку, несмотря на то что все они прошли психологический отбор еще при зачислении в отряд. Провели и такую работу, психологов к этому делу подключили, чтобы те протестировали молодежь - кто готов ехать, кто нет. Кстати, сразу скажу: настрой у всех был боевой, парни рвались в дело. Да и не могло быть иначе. Служить в отряде спецназа и не стремиться к участию в выполнении боевых задач? Такие у нас бы не задержались!..

Перед командировкой досконально изучили с личным составом и тактику боевиков. Она на это время и в том регионе тоже приобрела ряд особенностей. Например, подготовка мест базирования. В отличие от той же Чечни бандгруппы, действующие в Дагестане, имеют не одну, а несколько баз. Одну - капитально отстроенную, искусно замаскированную, подготовленную к длительному автономному проживанию. Это так называемая "зимняя квартира". И в обязательном порядке возводят еще несколько "летних", с временными укрытиями, где можно отлежаться, провести несколько суток. Свои набеги они, как правило, совершают именно из таких полевых лагерей.

Основная же база располагается на незначительном удалении от населенных пунктов. Причем рядом с такой берлогой в обязательном порядке присутствует какой-нибудь источник пресной воды - родник, ручей, речушка - и проходит дорога, по которой связники бандитов подвозят им продукты, боеприпасы, взрывчатку. Так что, внимательно изучая крупномасштабную карту, можно с достаточно большой долей вероятности определить районы проведения поиска таких баз: "сошлись" в одном месте все три условия - поселок, вода, дорога - все, можно смело высылать туда разведгруппу.

Удаление баз от дороги, как правило, не превышает пятисот метров. Может быть и меньше - триста, двести. Одну мы нашли вообще в пятидесяти метрах от проселка. Вроде бы опасна такая близость. Но то логово было настоящим шедевром, возведенным прямо-таки по классическим законам партизанской войны! Прямо как в свое время у "лесных братьев" в послевоенной Западной Украине.

Находилось оно среди непроходимого кустарника, пробраться через который можно было лишь в одном месте. Все "помещения" - под землей, с прочными перекрытиями. Лаз закрывает люк, замаскированный дерном. Газ подведен, чтобы дымом костра себя не обнаружить, электричество имелось, радиостанция. Система охраны продумана до тонкостей, взрывные устройства установлены по периметру, причем все в управляемом варианте. Тоже, кстати, местная особенность. В Чечне боевики ставили вокруг противопехотные мины и растяжки. А в Дагестане, где в непосредственной близости от таких баз лесники ходят, пастухи стада и отары гоняют, да и просто детвора бегает, они подобных вольностей себе уже не позволяют. Понимают: если кто случайно подорвется, на военных это уже не спишешь. Отношения с местными мгновенно испортятся, и те сами информацию по банде силовикам "сольют", чтоб беспредел прекратить.

Сами базы тоже частенько минируются. На этой, например, мы сняли самодельное взрывное устройство, установленное так, чтобы поражающие элементы - болты, гайки, рубленые гвозди - изрешетили всех, кто осмелится проникнуть внутрь без ведома хозяев. Самих хозяев, правда, мы тогда на месте не застали. Но заочно с ними познакомились: в одном из помещений обнаружился список "личного состава". Причем с четким расписанием обязанностей: кто когда заступает в охранение или несет службу во "внутреннем наряде". В общем, влияние хорошего инструктора там чувствовалось во всем. Я же говорю: классика жанра!

Кстати, об оставленных базах. Если в Чечне, особенно в первую кампанию, боевики за них держались, застигнутые в своем логове дрались с отчаянным остервенением и упорством, то в Дагестане бросают без всякого сожаления. Каких-либо фанатов или отчаянных патриотов своей земли среди них нет и в помине: при малейшей опасности стараются разбежаться, чтобы через какое-то время собраться в условленном месте. А если боестолкновения все же не избежать, один остается на короткое время прикрывать отход подельников, и потом сам бросается вслед за ними. Но вообще до боя они стараются дело не доводить, предпочитая наносить удары из засад и быстро уходить с места преступления...

Вот эти и еще целый ряд особенностей предстоящего района выполнения задач и тактики противостоящего нам противника мы постарались учесть, настраивая себя и готовя своих бойцов к предстоящей командировке. А вообще спецназ всегда готов к действиям - в любое время и в любом месте. Это даже не обсуждается. Как говорят у нас в отряде: "Коль команда дадена - деревня будет взядена!".

В конце мая "Витязь" убыл в Дагестан. Техника отряда и часть личного состава перебрасывались эшелоном. Основные же силы вылетели военно-транспортным бортом.

Первую задачу получили, едва успев забазироваться на новом месте: предстояло отработать по информации, добытой УБОП МВД Дагестана. Причем она была настолько важной, что действовать пришлось буквально "с колес", не дожидаясь, пока в пункте временной дислокации соберется весь отряд. Группам "Витязя", уходившим на выполнение задачи, даже боеприпасы пришлось получать в местной части Внутренних войск... Та операция была проведена успешно. А ее результат и, скажем так, чистота исполнения замысла, впечатлили многих. Думаю, со временем это дело "витязей" может войти в учебники по применению спецподразделений правоохранительных структур. Пока же не возьму на себя смелость раскрывать какие-либо подробности.

В общем, в начале нам сопутствовал успех. Потом несколько раз удача от нас отворачивалась. Руководство почему-то решило перейти к проведению крупномасштабных операций, в которых, как раньше в Чечне, задействовались большие силы: разведбаты, ОМОНы, СОБРы, ОМСНы, милицейские СОГи (специальные огневые группы) со всего региона прибывали. Ну и нас, само собой, подключали.

В одном из таких мероприятий отряд получил задачу скрытно, в ночное время, выдвинуться в район, где обосновалась хорошо вооруженная банда, занять несколькими группами рубеж блокирования, перекрыв боевикам пути отхода в горы. Места высадки, где-то километров за девяносто от ПВД, мы должны были достичь на машинах. А потом протопать по горам еще километров семь-девять. И в конце забраться практически на отвесную стену, со стороны которой нас бандюки наверняка не ждали. Замысел вроде бы неплохой. Но с самого начала пошли различные сбои.

Вывозили нас на машинах местные опера. Что такое езда ночью по горному серпантину с выключенными фарами, легко себе представить. Одно неверное движение рулем или отказ тормозов - и машина сорвется с обрыва. А когда летишь в пропасть в кузове, то себе не принадлежишь. И уже никакая самая распрекрасная физическая или специальная подготовка не помогут... Поэтому честно признаюсь: когда мы выгрузились и ощутили под ногами твердую землю, то вздохнули с большим облегчением.

Но тут выяснилось, что до назначенного места мы не доехали. И не доехали прилично: тот район, в котором нас высадили, даже оказался за пределами карты. А дальше водители ехать отказывались.

Дальше - больше: разведбат и милицейские отряды, которые должны были подойти вслед за нами, не появились. Потом выяснилось, что они вообще не смогли выйти с мест расположения по независящим от них причинам.

Оценив обстановку, приняли решение продолжить выполнение задачи и выдвигаться в указанный район пешим порядком с соблюдением всех мер маскировки. С рассветом, сориентировавшись на местности, доложили командованию свое местоположение. Далековато от места назначения выходило. Штаб отложил начало операции на двое суток, за которые нам предстояло все же достичь нужного рубежа. Полтора суток топали по горам, пока не вышли к той самой стене... Мы предполагали, что она труднопреодолимая, но что настолько!

Отправили несколько разведгрупп на поиск маршрутов подъема. Нашли оптимальный. Где-то часов в девятнадцать, еще по свету, но уже в сумерках, боевые группы начали восхождение. Вот где пригодились не только профессиональные, но и морально-волевые качества "витязей", их настрой на безусловное выполнение задачи! Прямо перед носом - крутые скалы, за спиной - пустота, пропасти и обрывы, у которых дна не видно. А ребята еще в такой обстановке шутить умудряются: орлов из гнезд, словно кур с забора, сгоняем!

Потом вообще ничего не видно стало, темнота наступила, хоть ты глаз коли! А еще связь начисто пропала. Место такое, что ни войсковые радиостанции, ни сотовые телефоны, ни станции оперативной связи - ничего волну не ловит! Лезли вверх и не знали, что нас там ждет. Может, вообще уже операция отменена, а мы тут все карабкаемся? Но "коль команда дадена:".

Последние бойцы пересекли гребень уже около двух часов ночи. После такого сложнейшего восхождения группы сразу же занимали назначенные рубежи блокирования, где и встретили утро. С рассветом заметили своих: СОГи подтянулись, на противоположной стороне ущелья разведбат позиции занял. Началась операция!.. Вот только, как потом выяснилось, банда к этому времени уже покинула блокируемый район, ушла еще до нашего прихода. Разведка у них поставлена прекрасно, все передвижения войск отслеживаются. Так что сосредоточения столь крупных сил, какие привлекались к той операции, они просто не могли не заметить.

В горных селах все знают не только своих соседей, но и соседских родственников, друзей, приятелей из всех окрестных поселков. Вплоть до того, кто на какой машине в каком селение ездит. И как только появляется чужак или объявляется незнакомое транспортное средство, пусть даже автолавка какая-нибудь, те, кто отвечает у боевиков за информацию, мгновенно "берут стойку". И банда временно "ложится на дно", уходит в горы или растворяется среди мирного населения. Поэтому скрытно работать в том регионе крайне сложно. Что ж, правильно говорят, что на ошибках учатся. Хотя лучше, конечно, учиться на чужих...

После этого еще раз пытались провести несколько подобных крупномасштабных операций, но они оказывались столь же малоэффективными. Всегда находили что-то брошенное, оставленное, но только не самих бандитов. В конце концов перешли к тактике "малых групп". И опять пошли результаты!

Несколько человек скрытно уходили в район, по которому имелась хоть малейшая информация о присутствии в нем боевиков: замечен человек, набирающий воду из родника, или, скажем, легковушка с продуктами в багажнике в сторону гор зачастила. В тех местах выставляли засаду на трое-шестеро суток, вели наблюдение. Случались "пустые" выходы. И тогда группа так же скрытно возвращалась на базу, ее через какое-то время сменяла другая, выжидая, когда придет время действовать. А оно рано или поздно приходило!

Одна из засад, выставленная "витязями", подкараулила машину, подошедшую для передачи боевикам продовольствия, снаряжения, взрывчатки и радиостанции. Терпеливо дождались, когда к ней стали выходить бандиты. Они тоже действуют грамотно: все скопом на дорогу не высыпают, кто наблюдение продолжает вести, кто занимает позицию, чтобы при необходимости прикрыть своих огнем. Вся банда никогда на открытом участке не покажется... В общем, когда процесс разгрузки машины пошел, и ждать появления скрывающихся где-то неподалеку остальных бандитов стало бессмысленно, группа открыла огонь на поражение.

Потрепали бандюков тогда серьезно. Были у них и "двухсотые", и "трехсотые", которых потом повязали и передали, кому следует. И автомобиль со всем добром захватили. Правда, он к тому времени больше дуршлаг напоминал. Ну так нам же на нем не ездить.

Часть банды тогда сумела уйти. Преследовать ее не стали, сил для этого не хватало. Район начали чесать с утра следующего дня, когда подтянулись другие группы отряда. Нашли их летний лагерь, рассчитанный где-то человек на четырнадцать. Видно, что бросали его второпях: постиранное белье сушилось, мясо в чане варилось, другие продукты в схрончиках остались. Ушла банда, захватив с собой лишь оружие...

Ее мы доработали через несколько дней. Положили всех, включая главаря. Вот только Митя Серков у нас на той операции погиб...