ЕСТЕСТВЕННЫЕ МОНОПОЛИИ И РЫНОК

Обозреватель - Observer 2003 №5 (160)

ЕСТЕСТВЕННЫЕ МОНОПОЛИИ И РЫНОК

Николай Петраков,

академик РАН

Монополия монополии рознь 

Любой студент, начавший изучать экономическую науку, познает одну из первых ее аксиом: монополия и рынок не совместимы, поскольку в основе рыночных отношений лежит конкуренция, а всякая монополия есть антипод конкуренции.

Путь к цивилизованному рынку лежит через создание правовых механизмов, а также общественно-политических и даже социально-психологических условий обеспечения справедливой конкурентной борьбы. Монополизм опасен тем, что контроль за значительной долей производства и продажи того или иного товара создает предпосылки для:

- ценового сговора (монопольно высокие цены),

- фальсификации качества товаров или услуг,

- манипулирования объемами поставок товара на рынок с целью взвинчивания цен (создание искусственного дефицита) или захвата новых рынков (демпинг).

Таким образом, потребитель, теряя право выбора, ставится в экономически бесправное положение, а у монополиста пропадают стимулы сокращать издержки производства и улучшать качество своей продукции. Казалось бы, все настолько очевидно, что любой "крестовый поход" против монополий должен рассматриваться как священная борьба за эффективность экономики.

Однако реальная экономическая жизнь значительно сложнее и многообразнее любых учебников по "экономике".

Одно дело придать смысл советской рекламе: "Летайте самолетами "Аэрофлота"", расчленив этого монопольного авиаперевозчика на многие авиакомпании ("Пулковские авиалинии", "Сибирь", "Красавиа" и т.д.). Совсем другое - расчленить естественные монополии.

Здесь крайне опасно игнорировать ключевой термин - "естественные". Под этим термином скрывается природная (географическая, климатическая, геологическая) уникальность. Естественная монополия существует независимо от формы собственности. Норильская кладовая, в которой присутствует чуть ли не вся таблица Менделеева, теоретически может принадлежать кому угодно, но она останется естественной монополией. У нее не может быть конкурентов, кроме месторождений, где добываются аналогичные ископаемые. Но поскольку мощности этих месторождений давно известны и пересчитать их можно на пальцах одной руки, то классического конкурентного рынка в этой сфере быть просто не может. То же самое относится и к рынкам драгоценных камней и металлов, произведений живописи и скульптуры признанных мастеров. Естественный монополизм вторгается и в сферу торговли туристическими и рекреационными услугами.

"Бороться" с такого рода монополизмом все равно, что сражаться с ветряными мельницами. Естественная монополия не может быть ликвидирована в силу объективной уникальности производимого ею товара или услуги. Бороться на самом деле надо не с монополией, а с теми злоупотреблениями, которые могут проистекать из монопольного положения продавца. Законодательно должна быть обеспечена информационная прозрачность экономической деятельности монополиста.

Центральная же проблема - это защита прав покупателя монопольного товара. Сюда в первую очередь относятся: 

- обеспечение равного доступа всех потенциальных покупателей на рынок монопольного товара; 

- запрет на любые формы сговора продавца с одним или группой покупателей; 

- запрет на выдачу эксклюзивной информации, способной поставить часть покупателей в привилегированное положение; 

- максимальная демократичность правил организации и проведения аукционных торгов; 

- законодательное закрепление системы гарантий и ответственности монополиста за качество предоставляемого покупателю товара и т.п.

В мировой практике все эти формы контроля над монопольными рынками давно и достаточно широко используется. В принципе, ничто не мешает внедрять их в России.

Для России проблема контроля и регулирования монопольных рынков чрезвычайно актуальна. Постсоветской системе досталась экономика с гипертрофированным сырьевым сектором. За годы реформ эта гипертрофия лишь усилилась.

Добывающая промышленность и энергетика, будучи довольно жестко привязанными к природным ресурсам, изначально несут на себе печать естественного монополизма. Неразвитость и зачастую безальтернативность транспортных артерий России также обуславливают монопольное положение отдельных видов транспорта в регионах и межрегиональных связях (особенно это относится к железнодорожному транспорту).

Из этого следует, что производственная структура российской экономики заставляет очень внимательно относиться к формированию самой концепции построения рыночного хозяйства в стране. Речь должна идти о гибком сочетании сегментов рынка, базирующихся на свободной, ничем не ограниченной, конкуренции, с зонами регулируемых рыночных отношений, где встраиваются механизмы, блокирующие возможные негативные последствия естественного монополизма.

К сожалению, все лоббируемые ныне проекты реструктуризации естественных монополий не учитывают объективного характера естественного монополизма. Философия этих проектов сводится: 

1) К насильственному расчленению единой хозяйственной системы на самостоятельные блоки;

2) Приватизации части этих блоков;

3) Внедрению режима конкуренции внутри блоков и между ними.

Таким образом, ставится задача трансформировать модель функционирования естественных монополий в модель классического рынка. Иными словами, вся проблема сводится к чисто организационной, при полном игнорировании производственно-технологической специфики.

Такой подход не учитывает как минимум три фундаментальных фактора.

1. Любое расчленение технологической вертикали по разным собственникам является управленческим и экономическим абсурдом.

Конкуренция между промыслом, нефтеперерабатывающим заводом и бензоколонкой бессмысленна, а главное неосуществима. Даже если такая форма конкуренции будет объявлена юридически путем передачи различным собственникам звеньев цепочки "производитель - потребитель", спустя некоторое время одно из звеньев превратится в реальный центр управления всей технологической вертикалью и будет диктовать свои экономические условия остальным контрагентам.

В качестве исторической аналогии могу привести пример из советского периода. Демагоги, задавшиеся целью имитировать экономические реформы в СССР, одно время с завидным упорством внедряли так называемый "внутризаводской хозрасчет". Конечно, никакой конкуренции между кузовным и сборочным цехами так и не получилось. Теперь эти идеи реанимируют под новым соусом и с другими целями.

2. Основным аргументом в пользу приватизации отдельных блоков естественных монополий служит тезис о необходимости аккумуляции инвестиционных ресурсов для сохранения и развития производственного потенциала этих отраслей.

Однако потребность в инвестициях столь велика (по расчетам специалистов РАО ЕЭС порядка 25 млрд. долл. в течение пяти лет только в электростанции), что частных инвесторов, способных, а главное желающих, вложить сейчас такие суммы в российскую энергетику просто нет в природе. Сторонники реструктуризации, понимая это, делают ставку на рост тарифов.

Действительно, при искусственном расчленении монополий и приватизации ее отдельных блоков, антимонопольное законодательство перестанет распространяться на энергетику и железнодорожный транспорт в части контроля над уровнем тарифов. Но включение в тариф инвестиционной составляющей является и теоретически, и практически экономическим нонсенсом.

Представьте себе, какими бы были цены на железнодорожные билеты в царской России, если бы граф Витте включил в них затраты на строительство Транссибирской магистрали! А для того, чтобы инвестировать по 5 млрд. долл. в год в электроэнергетику, необходимо повысить в 5 раз тарифы на электроэнергию! Это приведет либо к параличу экономики, либо к невиданному витку гиперинфляции.

3. Естественные монополии в России являются каркасом жизнеобеспечения всего общества, а не просто субъектом хозяйствования. Отсутствие социальных гарантий в обеспечении, например, электроэнергией, нарушает важнейшие права человека, начиная от права на получение информации и кончая правом на жизнь. Что же касается стремления к полной коммерсализации транспорта, то в условиях России мы можем получить полный распад экономического, а затем и социально-политического пространства.

Можно ли решить проблемы развития энергетики и транспорта с учетом объективного характера трех вышеперечисленных факторов?

Да, можно.

Во-первых, нужно отказаться от политики "стерилизации" избыточных денег на банковских счетах, которой сейчас занимается Банк России.

Избыточные деньги следует привлечь в реальный сектор экономики через целевые инвестиционные займы (энергетический, железнодорожный, авиационный и т.п.). Такие займы могли бы стать источником финансирования федеральных инвестиционных программ. Они означали бы стратегический переход государства от политики "коротких" к "длинным" деньгам. Ведь облигации госзаймов можно конвертировать в акции новых предприятий, построенных на собранные средства. Это была бы качественно новая приватизация на инновационной основе: не дележ старой, а создание новой собственности.

Во-вторых, надо освободить энергетику и транспорт от налогов, если их доходы идут целевым образом на производственные инвестиции (а не на покупку телевизионных каналов и беспроцентные кредиты для чиновников).

В-третьих, необходимо создать реально функционирующий механизм долгосрочного кредитования.