РОЛЬ И МЕСТО ВОЕННОЙ СИЛЫ В РАЗРЕШЕНИИ ВНУТРЕННИХ ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ
Вестник Академии военных наук, №4, 2005, стр.30-33
РОЛЬ И МЕСТО ВОЕННОЙ СИЛЫ В РАЗРЕШЕНИИ ВНУТРЕННИХ ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ
Полковник Ю.А. МАРЦЕНЮК,
кандидат военных наук,
старший научный сотрудник
История развития Российского государства изобилует множеством внутренних конфликтов, в том числе имевших характер открытого вооруженного противостояния.
Их разрешение было и остается в настоящее время сложной государственной задачей, от успешного выполнения которой зависит внутриполитическая стабильность и территориальная целостность Российской Федерации.
Внутренний вооруженный конфликт (ВВК) в Чеченской Республике, ставший результатом целого комплекса причин геополитического, внутриполитического, социально-экономического и иного характера, высветил те проблемы и трудности, которые присуши в целом России на современном этапе ее развития.
Несмотря на позитивные изменения во внутриполитической обстановке в Чеченской Республике, до полной нормализации жизни в ней, к сожалению, еще очень далеко.
Разрешение конфликта лежит не только в области практических действий, но и требует глубокой научной проработки. В современных условиях необходимо выработать систематизированные рекомендации органам государственной и военной власти не только для ответа на вопрос, что необходимо делать в данный момент в Чечне. В них требуется определить на будущее порядок подготовки и проведения мероприятий разрешения аналогичных конфликтов в случае их появления в других регионах страны. Необходима глубокая теоретическая проработка данных вопросов, в том числе осмысление роли и места военной силы при разрешении внутренних конфликтов. Отсутствие теоретических положений и рекомендаций может в конечном итоге привести к тому, что при возникновении новых кризисных ситуаций мы начнем «наступать на те же самые грабли» и делать те же ошибки, которые совершали в обеих чеченских кампаниях.
Нормативно-правовые документы и рекомендации должны базироваться на историческом опыте применения военной силы и невоенных мер Россией на Северном Кавказе, в Западной Украине, Прибалтике и в других внутренних конфликтах прошлого. Заслуживает внимания и оценки опыт усмирения восстаний (мятежей) XVIII века, при подавлении которых значительную роль сыграл великий русский полководец А.В.Суворов. Его основные положения можно сформулировать в следующем виде:
повстанцам нельзя давать время на организацию вооруженного сопротивления. Сами мятежи не должны разрастаться как по составу противоборствующих сторон, так и по пространственным параметрам. Их следует «вмиг затушать в их первоначалии»;
основная цель действий войск - это умиротворение, а не разорение мятежных земель, забота о безопасности населяющих их народов;
необходимость дифференцированно подходить к населению на территориях, охваченных вооруженным мятежом («разбойники везде наказываемы», но с мирными жителями (обывателями) поддерживается «союзничество, дружба и ласковость», необходимо «стыдиться варварства»). Этим не допускалось пополнение рядов повстанцев.
Следует отметить, что суворовские положения почти идеально подходят для современного понятия «мятежевойны». Этот термин, точно характеризующий основную форму вооруженной борьбы нашей эпохи, ввел в оборот и всесторонне обосновал профессор, полковник русского Генерального штаба Евгений Эдуардович Месснер (1891 - 1974). Анализ Кавказской войны XIX века, становления советской власти на Кавказе и в других регионах страны в 20-50 - е годы XX века показывает, что нормализация обстановки происходила только тогда, когда мероприятия российских (советских) властей носили комплексный характер, сочетающий в себе меры политического, экономического, социального и непосредственно военного характера.
К числу российских командующих, осознавших необходимость именно такого подхода на Кавказе, можно отнести генералов А.П.Ермолова (1816-1826 гг.), М.С.Воронцова (1845-1854 гг.), А.И.Барятинского (1856-1859 гг.), которые, прекратив бесплодные бессистемные экспедиции вглубь территории Дагестана и Чечни, перешли к последовательным спланированным и хорошо подготовленным систематическим наступательным действиям не только в военной, но и в других сферах противоборства.
Наверно во многом удалось бы избежать серьезных ошибок разрешения внутреннего вооруженного конфликта в Чеченской Республике, если бы были учтены эти уроки прошлого. В свое время маршал М.Н.Тухачевский в труде «Стратегия национальная и классовая» отмечал, что план того, кто подавляет восстание, должен быть «стремительно наступающим», а главная задача сводиться к тому, чтобы оккупировать восставшую область до того, как в ней «создастся враждебная армия». Он писал, что для подавления восстания следует использовать активность «мелких отрядов», а также, в зависимости от хода восстания, переносить центр борьбы или «на восставшую территорию, либо на живую силу противника». К сожалению, в начале 90-х эти требования были проигнорированы. К началу первой чеченской кампании российским войскам противостояли хорошо обученные и организованные вооруженные формирования.
Таким образом, одним из главных выводов, который можно сделать на основе опыта российских (советских) властей по нормализации обстановки на Кавказе, заключается в том, что разрешение этих конфликтов должно проводиться в единой государственной системе мер, без чего обеспечить условия для достижения главной цели - стабилизации обстановки нельзя.
Основу этой общегосударственной системы должны составлять подсистемы мониторинга внутриполитической обстановки, единого руководства (управления) и непосредственно комплексная программа действий федерального центра.
Создание и начало функционирования данной системы должно упреждать негативное развитие внутреннего вооруженного конфликта.
Сложившаяся после распада СССР внутриполитическая обстановка на территории Российской Федерации требует, чтобы в государстве постоянно функционировала система мониторинга не только внешней, но и внутриполитической обстановки. Целью ее функционирования должно быть обеспечение возможности руководству страны своевременно реагировать на негативное развитие внутриполитической обстановки, иметь достаточный ресурс времени на принятие обоснованного решения и своевременное развертывание системы руководства (управления) и вооруженных формирований силовых структур государства (Объединенной группировки войск (сил). Сепаратисты (повстанцы) будут лишаться своих главных преимуществ: возможности внезапных и упреждающих действий, ресурса времени на формирование своих НВФ и организации помощи из-за рубежа (в том числе на развертывание пропагандистской шумихи вокруг «нарушения прав народа на самоопределение»), поддержки со стороны местного населения.
В случае эскалации конфликта и перехода его в кризисную стадию представляется целесообразным без кардинального изменения существующей в стабильный период системы управления развертывать единую систему военно-политического руководства мероприятиями разрешения внутреннего вооруженного конфликта, функционирующую на двух уровнях: в масштабе государства и непосредственно в зоне конфликта.
В зоне данного конфликта должен создаваться федеральный (специальный) орган управления во главе с представителем Президента с непосредственным подчинением ему всех структур государственной и военной власти в данном регионе.
Создание вышеназванной системы управления позволит создать условия, при которых прерогатива принятия и реализации решений по складывающейся в зоне ВВК обстановке будет принадлежать тем, кто непосредственно находится в зоне конфликта и знает обстановку изнутри, а «не понаслышке».
Все действия представителя Президента и привлекающихся к разрешению ВВК сил и средств должны осуществляться в рамках комплексной программы действий федерального центра по нормализации обстановки, объединяющей и взаимоувязывающей военные и невоенные меры.
Непосредственно в военной сфере в зависимости от состава и характера действий НВФ на различных этапах разрешения внутреннего вооруженного конфликта роль и место военной силы будет различной.
На этапе зарождения и обострения напряженности она косвенная, вспомогательная и во многом обеспечивающая успех невоенных мероприятий. При этом приоритетное значение имеют задачи, решаемые органами МВД и ФСБ. Действия ВС будут минимизированы и характеризуются мероприятиями по усилению охраны своих объектов (в первую очередь складов ВВТ), проведением демонстративных показов своей мощи и решимости. При определенных условиях возможна переброска в район конфликта незначительных контингентов, осуществление военно-технической и консультативной помощи другим силовым структурам. Основными формами применения при этом будут самостоятельные операции (действия) войск (сил) и органов различных министерств и ведомств.
При перерастании противоречий в кризисное состояние военная сила должна использоваться для военно-силового сдерживания сепаратистских и других оппозиционных сил. При этом будет открыто осуществляться демонстрация силы и прямой военной угрозы, осуществляться переброска более крупных контингентов войск, развертывание ОГВ (с), а также проведение учений, психологических операций, активизация разведывательной деятельности.
В последующем при непринятии или неэффективности невоенных мер предупреждения и сдерживания развития конфликта может возникнуть необходимость активного и решительного применения военной силы. Это может быть характерным для этапа разрешения кризиса, когда применение военной силы становится главной и необходимой составляющей общегосударственного комплекса мер. В этом основную роль будут играть Вооруженные Силы - основа создаваемой Объединенной группировки войск (сил), на которые возлагаются главные задачи по разгрому крупных НВФ и освобождению территории из-под их контроля. При этом основной формой применения будет операция ОГВ (с), проводимая фактически с наступательными целями.
Однако полное разрешение внутреннего вооруженного конфликта применением одной военной силы невозможно. Это подтверждается в настоящее время событиями в Чеченской Республике. Все невоенные мероприятия на этапе восстановления мира должны проводиться с обязательной опорой на военную силу, что необходимо для недопущения регрессивных процессов и возвращения (перерастания) конфликта опять в стадию кризиса. ОГВ(с) будет применяться в рамках повседневной боевой деятельности с проведением избирательных специальных операций с «точечными» целями. Приоритет должен отдаваться агентурно-оперативным мероприятиям.
По мере дальнейшей нормализации обстановки силовые структуры должны опять переходить к самостоятельным формам своего применения.
Избирательный осторожный подход к выбору форм применения военной силы диктуется тем, что необоснованно решительные силовые действия приводят к недовольству со стороны местного населения и, как результат, росту числа боевиков, а пассивные - неэффективны в борьбе с НВФ.
Свое выступление позвольте завершить следующей цитатой. В свое время уверенный в правильности выбранного им пути командующий Кавказской армией А.И.Барятинский советовал избегать поспешности. В своем отчете царю за 1857-1859 года он писал: «Нет сомнения, что, через некоторое время, пользуясь мирной жизнью, горцы утратят свою воинственность, скинут оружие и обратятся в поселян. Это не предположение, но убеждение опытом. ...Воинственность покоренного населения слабеет так быстро, что через несколько лет после замирения оно уже будет не в состоянии меряться с враждебными горцами, недавними своими односельцами. Заменяя оружие плугом, горцы с жадностью бросаются на все, что может принести выгоду, и в непродолжительное время из нищих становятся довольно зажиточными людьми. Безопасность и обеспеченный труд переделывают их. Чтобы замирить кавказское население на веки, нужен, после покорения его, двадцатилетний период совершенно мирной жизни, в продолжении которого горские общества не имели бы ни средств, ни побудительных причин к восстанию. Для этого есть одно средство - смотреть на управление горцами, как на продолжение их покорения и считать еще несколько лет необходимые для того расходы издержками Кавказской войны».
