Инновационная основа научных исследований
ВЕСТНИК АКАДЕМИИ ВОЕННЫХ НАУК
№ 3(24)/2008
Полковник М.Д.Тюрин,
доктор военных наук, профессор;
подполковник Ю.М. Тюрин
Инновационная основа научных исследований
Скрытое соперничество между ведущими государствами мира за влияние на Россию свидетельствует о том, что ее геополитическое пространство превращено в особую сферу вооруженной борьбы. Сводятся счеты с Россией враждующими с ней группировками, как находящимися за пределами, так и на самой территории российских земель. В этих условиях требуется переоценка системы научных взглядов на характер подготовки и ведения войн и вооруженных конфликтов глобального, регионального и локального масштабов. Сейчас необходимо более глубокое осмысливание возможности развития варианта противоборства и ожесточенной борьбы государства с центрами враждующей силы.
Исходя из особенностей геостратегического положения России, следует объективно и научно обоснованно изложить понятия о месте и роли нашего государства в мировой политической системе и тех возможностях, которыми оно располагает в процессе строительства, развития и применения Вооруженных Сил РФ по вооруженной защите от посягательств внешнего или внутреннего противника.
Анализ опыта проведенных стратегических командно-штабных тренировок, исследовательских командно-штабных учений и игр на различных иерархических уровнях показал, что Россия, находясь в северном полушарии на Евразийском континенте, обязана предъявлять повышенное внимание к военно-политическим процессам, происходящим как в Европе, так и в Азии. В этой связи военно-теоретические взгляды требуют соответствующей адаптации военной теории и практики к ситуациям в приграничных регионах России и прилегающих к ним государств. Кроме того, немаловажен и тот факт, что мы находимся на важнейших транснациональных воздушных, морских, наземных магистралях. Характер их функционирования, как и реализации энергетических ресурсов России во многом будет предопределять развитие военно-политической обстановки в том или ином регионе и в мире в целом.
Вооруженные силы позволяют создать возможность для эффективного использования геостратегического пространства России на земле, в море и в воздухе. Однако степень освоения современной технологии использования всех сфер и сред геостратегии зависит от ряда малоизученных до сих пор факторов, к тому же геополитические условия России за 1991-2006 гг. существенно изменились, причем далеко не в лучшую для нас сторону.
Во-первых, в результате радикальных изменений последнего времени Российская Федерация оказалась вытесненной в северную и северо-восточную части Евразии. В этой связи военной науке требуется разрешить противоречие между острой необходимостью интенсивной организации вооруженной защиты северо-восточных регионов и реальным состоянием экономики кризисом России. Кардинально поставлена проблема: как обеспечить безопасность нашего государства в новых геостратегических и экономических условиях.
Во-вторых, большие пространственные размеры России предъявляют особые требования к решению стратегических задач. С распадом Варшавского Договора возникла проблема по организации обороны в масштабе всей страны, формированию органов управления войсками на Восточном, Центрально-Азиатском, Юго-Западном, Западном и Северо-Западном стратегических направлениях.
В-третьих, уязвимость транспортных коммуникаций, АЭС и предприятий с потенциальной экологической опасностью требует новых исследований в области подготовки и осуществления мероприятий по обеспечению военной безопасности Российской Федерации. В том числе по террористическим угрозам.
В-четвертых, разнообразный характер соприкосновения России с внешними регионами стран Балтии, Западной Европы, Юга и Востока обусловили различное отношение со стороны соседей к нам, т.е. возникла проблема изучения особенностей национальных интересов приграничных государств и разработки способов защиты своей территории, т. к. по принципу болевых точек и экстремальных ситуаций проверяются военно-политическая реакция России, уязвимые места ее геополитического контура.
История свидетельствует, что нажим, провокации по отношению к России проявляются в те моменты, когда она переживает трудные времена. Экономический кризис России, социальная нестабильность, рассогласование системы управления обществом обострили проблемы реформирования Вооруженных сил РФ. Продолжается скрытное инициирование агрессии извне и внутри нашего государства под предлогом сохранения безопасности и обеспечения стабильности.
Эти и другие факторы не в полной мере правильно усваиваются в высших военных кругах. Научные исследования военных процессов рассчитаны на крупномасштабность, наличие многочисленных группировок войск одновременно на нескольких стратегических направлениях. Исследователям все еще продолжают сниться горы оружия и военной техники, неисчерпаемые экономические и людские ресурсы страны.
Совершенно очевидно, что на ближайшие 10-15 лет об этом надо забыть и наибольший удельный вес научной военной мысли направлять на проведение прикладных исследований в области совершенствования стратегии и тактики, оперативного искусства, модернизации основных образцов ВВТ, имеющихся на вооружении ВС РФ.
Однако в нашем сознании реагирование явно отстает от темпов реальных и декларируемых изменений и нововведений. В то же время рыночные преобразования, радикальная либерализация процесса строительства Вооруженных Сил России породили и внутренние проблемы, разрешение которых остается актуальным и сегодня. В их ряду, в первую очередь, научно-исследовательская работа (НИР) и инновация как категории военной деятельности.
С пониманием (в прямом смысле этого слова) сути НИР и роли научной работы ситуация представляется более или менее благополучной, а вот с инновациями дело обстоит гораздо сложнее. Все более расширяющееся использование этого понятия как на макро-, так и на микроуровнях не сопровождается единым пониманием его сущности среди военных ученых. Подтверждением сказанному является ситуация, возникшая с подготовкой и принятием Федерального закона «Об инновационной деятельности и государственной инновационной политике».
Итак, в настоящее время можно говорить о двух подходах к определению термина «инновация». Первый - описательный, основу которого составляет представление о том, что такие объекты (предметы), предметные области и процессы (действия) относятся к числу инновационных, или, например, о том, что «инновация» - синоним слов «нововведение», «новшество», «изобретение», «ноу-хау», или это вывод результатов современных научно-технических разработок на уровень научной продукции и т.п. Второй - функциональный, связан с выявлением сущности базового понятия «инновация» и выведение из него всех производных понятий и категорий.
Первый подход, очевидно, не продуктивен, за ним видится дань моде. Что же касается второго, то он требует своего осмысления.
Прежде всего стоит разобраться в самой этой категории (ее сущностный анализ и терминологическое использование исходит к Ю.Шумпетеру).
Итак, развитию любой общественно-экономической системы, в том числе и строительству ВС РФ, присущи периодически возникающие дисбалансы, отклонения, нарушения и прочие деструктивные явления, разновидностью которых на макроуровне, например, являются всевозможные кризисы: социальные, политические, экономические, экологические, энергетические, демографические и т.п. Необходимость компенсаций последствий таких деструктивных явлений порождает поиск чего-то нового, ранее не имевшего места (не применявшегося). Здесь возникает понятие «инновационного процесса», понимаемого как средство снятия последствий деструкции.
Например, в рыночной экономике, курс на которую взяла Россия, инновации напрямую связаны с конкуренцией (являются ее следствием) на рынке товаров и услуг, а также со стремлением формировать новые рынки.
Здесь инновационный подход означает необходимость произвести и предложить потребителю новый товар (услугу), который он воспринимает или предпочтет аналогичному конкурентоспособному товару (услуге).
Исходя из приведенных соображений, «инновацию» как основное базовое понятие можно было бы определить следующим образом. Инновация - это действие (или результат действия), направленное на удовлетворение новой потребности (или предложение нового пути удовлетворения старой), в основе которого лежит использование новых знаний (новое использование знаний), воплощенные в новые технологии, ноу-хау, новые формы и способы подготовки и ведения боевых действий, имеющих целью снятие последствий деструктивных процессов или получение новой (или с новыми свойствами, функциями) научной продукции с высоким боевым потенциалом.
Из такого определения следует, что «инновационная деятельность» - это не вид и тем более не сфера деятельности, а сама, особая по своему характеру деятельность. Инновационной сферы как предметной области не существует, т.к. любая деятельность и в любой сфере (от экономики до образования, военного искусства и даже политики) может быть инновационной, если в нее привносится новое (знание, технологии, приемы, подходы) не новизны ради и не с целью использования нового на практике, а исключительно для получения результата, отличающегося востребованностью (социально-общественной, рыночной, оборонной и т.п.)
Таким образом, «инновация» не тождественна «нововведению», а лишь связана с ним в том смысле, что в нововведение в виде новых знаний (подходов, приемов) является фактором инновационности.
Что же касается технологии, то она может быть новой, старой и даже реликтовой, она становится инновационной тогда, когда используется фактор конкретного преимущества (фактор успеха в бою и операции). Отсюда научно обоснованные технологии представляют собой не только превращение одних процессов в военной сфере в другие, но и в технологию инновационную. Если научно-техническая разработка и изобретение - новый продукт, то инновация - новое более эффективное решение (например, в системе вооружения и военной технике).
В отличие от научного поиска (творчества), идущего изнутри субъекта, инновационный поиск мотивируется внешней средой. В общем случае главным, мотивирующим инновации фактором являются перемены, а, как известно, нет ничего более постоянного»!
В этом контексте инновационность научной работы как характеристика научных исследований в системе строительства ВС РФ имеет своей целью (в том числе или прежде всего) подготовку людей к инновационной практике, характеризующейся рядом факторов, важнейшим из которых является требуемый уровень научной продукции. Роль продукции проявляется через следующие качественные параметры:
- состав, содержание и проблематики, отражающие современные особенности подготовки и ведения боевых действий, ОКР, системы ВВТ и др.;
- практическая ориентация, обеспечивающая не только понимание, но и умение проводить научную работу через понимание - эффективной реализации навыков, практического опыта и накопленной теории;
- сочетание формального и неформального понимания военного дела при минимизации формальных ограничений для исследователя. Реализация индивидуальных предпочтений, самостоятельный выбор форм и методов научных исследований, регулирование умственной нагрузки;
- многовариантность, альтернативность, многоаспектность, в основе которых не только свобода выбора, но и глубина понимания поставленных перед военной наукой проблем;
- учет тенденций и предвидение военно-политического развития;
- состав исполнителей НИР. Инновационность исследователей - необходимая многовариантность, альтернативность, многоаспектность.
Конечным результатом инновационной научной работы, таким образом, становится выявление направлений и развитие военного искусства, осознанное видение новых, более эффективных, потенциальных возможностей полученных научных результатов, знание чего-то нового, поиск путей его порождения не новизны ради, а для снятия деструкции.
В таком контексте стремление к обновлению должно восприниматься как движущая сила инноваций - «большее за меньшее».
Выводы и рекомендации
Во-первых, Россия сегодня имеет дело с государствами (США, Германия, Япония, Франция, Англия, Турция, Китай и др.), обладающими прочными военными структурами. Незначительные сокращения у них военных расходов, при интенсификации научных проработок перспективных направлений военного строительства, консерватизм геостратегических устремлений резко контрастируют с неопределенностью военной политики России. В этой связи инновационной основой развития научных исследований вузовской науки сейчас является мучительный поиск и рефлексивно-ситуативное реагирование на события, происходящие в приграничных регионах наших границ для адекватного реагирования.
Во-вторых, Вооруженные Силы России в современных условиях продолжают реформироваться по результатам продолжающейся «форсированной приватизации» экономики бывшего СССР. Это выливается в разрушение единого оборонного комплекса страны. Он испытывает на себе не только груз новизны военного строительства и реформ, но и тяжесть экономических (особенно финансовых) проблем, психологический прессинг и политическое давление со стороны влиятельного депутатского и парламентского представительства законодательных и исполнительных структур власти. Поэтому необходимо усилить внимание в исследованиях к развитию военно-политической обстановки в мире, внутри нашего государства и своевременно реагировать на враждебные тенденции к России.
В-третьих, закономерностью должно являться то, что независимо от крупных международных политических споров, «Правила» обеспечения военной безопасности России должны диктоваться в научно-исследовательской работе в мягкой или жесткой форме «победителя».
В-четвертых, традиционный вопрос теоретиков военного строительства очень часто сводится к простой просьбе к военным практикам: укажите нам точно исходные данные по вариантам развития войн и военных конфликтов, а мы вам выдадим все расчеты по потребным группировкам сил и средств войск на тех или иных ТВД, обоснуем возможные сценарии вторжения противника и наши ответные действия. Задача далеко не из легких, здесь законы войны не всегда поддаются точному математическому расчету. Следовательно, прогнозирование развития военно-политической обстановки не есть предмет законов только математики. Сейчас требуются подходы для обоснования процесса развития военно-политической обстановки вокруг России с использованием элементов неформальной логики.
Готовы ли военные ученые к такому подходу к исследованиям?
В-пятых, перед нами внушительный урок современной истории. Это значит, что должна быть создана динамичная, быстро приспосабливающаяся к изменяющимся обстоятельствам система обучения всеобщей безопасности, за которую отвечают все взаимодействующие силы и средства войск, начиная с низших инстанций воинских формирований. В этой связи для эффективного проведения военной политики в войска необходимы наши теоретические разработки, которые приобретут научную ценность осмысливания современных изменений в системе военного образования.
Для ответа на данные вопросы крайне необходимо опуститься с высот философских необоснованных рассуждений и попытаться по-научному осмыслить многочисленные факторы, предопределяющие современные законы и закономерности подготовки и ведения войн и различных вооруженных конфликтов по обеспечению военной безопасности Российского государства.
