ИНФОРМАЦИОННОЕ ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ В ПРЯМОМ ЭФИРЕ
ВОЕННО-ПРОМЫШЛЕННЫЙ КУРЬЕР № 38/2009
ИНФОРМАЦИОННОЕ ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ В ПРЯМОМ ЭФИРЕ
Ольга ЮРЬЕВА
АНАЛИЗ
РОССИЙСКИЕ И ЗАПАДНЫЕ ЭКСПЕРТЫ ОБСУДИЛИ ПРОБЛЕМЫ ПАКТА МОЛОТОВА - РИББЕНТРОПА И БОРЬБЫ С ТЕРРОРИЗМОМ
Два важных телемоста: Москва-Берлин-Рига и Москва-Вашингтон с успехом прошли в РИА Новости. Дискуссии отразили прошлое и будущее, мировые войны XX века и усилия мирового сообщества, направленные на предотвращение третьей мировой в XXI веке, отношение к России и новые угрозы безопасности. Проанализировав выступления политиков, публицистов и историков в сентябрьском информационном марафоне, газета «ВПК» представляет читателю своего рода «реперные точки», некую температурную шкалу измерения международного общественного мнения. В этой статье обсуждаются две из них - проблема политического цинизма и перспективы международной кооперации в борьбе с терроризмом.
СТАЛА ЛИ ПОЛИТИКА МЕНЕЕ ЦИНИЧНОЙ?
Одна из «реперных точек» дискуссии - политический цинизм сильных держав. В оценке событий 70-летней давности - подписания в 1939 году пакта Молотова - Риббентропа, Советско-германского договора о ненападении с секретным дополнительным протоколом о разграничении сфер влияния в Восточной и Юго-Восточной Европе - прозвучал термин «идеология циничного империализма». Председатель Комитета по иностранным делам сейма Латвии, экс-премьер-министр Латвии Андрис Берзиньш откровенно сказал: «Страх остался, что опять великие державы за нашей спиной договорятся о чем-то, что было бы в ущерб интересам маленьких государств. Важным остается вопрос, могут ли быть отданы маленькие государства на откуп великим державам в наши дни? К сожалению, в истории часто нарушались права наций на самоопределение, не выполнялись обещания, данные великими державами».
Рольф Дитер Мюллер, профессор, заведующий отделом «Мировые войны» Военно-исторического института бундесвера в Потсдаме, убежден, что решение о начале войны принимает конкретный политик, это все-таки фактор субъективный. Но немаловажную подталкивающую роль имеют внешнеполитические факторы, другие державы могут через свое влияние подталкивать к войне. Также господин Мюллер отметил значимость и внутриполитических факторов, имеющихся в той стране, на которую агрессор решает напасть. «Гитлер ориентировался на внутреннюю ситуацию в СССР, когда власть устраняла высший командный состав Красной армии, когда в разгаре были репрессии Сталина. Это позволило Гитлеру считать, что СССР не выдержит войны», - высказал свое историческое наблюдение немецкий эксперт. Таким образом, тоталитарный репрессивный режим губителен для страны не только как непосредственно внутренний враг, ослабляющий государство, но и как фактор, провоцирующий врага внешнего на агрессию.
Академик Александр Чубарьян, директор Института всеобщей истории РАН, член Комиссии по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России, отмечает: «70 лет назад человечество неожиданно быстро оказалось в состоянии мировой войны. Мы должны анализировать, как это началось и почему это произошло. В канун Второй мировой войны соединились самые разные факторы - политические, экономические, военные, идеологические и моральные. Это редкое сочетание в истории внешней политики и дипломатии. Аморализм и цинизм получили широкое распространение во внешней политике государств в 30-х годах прошлого века». Александр Чубарьян перечислил исторические примеры, упомянув аншлюс Австрии - присоединение ее к Германии и аннексию Австрии Германией в 1938-м. Мюнхенское соглашение 1938 года, результатом которого стал территориальный раздел Чехословакии: часть территории страны заняли Германия, Венгрия и Польша.
«Сегодня политический цинизм, аморализм и национальный эгоизм в международных отношениях должны преодолеваться. В 30-е годы это привело к тому, что Англия, Франция и СССР, больше думающие о собственных национальных интересах, недооценили тотальную угрозу фашизма для всего мира. И узкопонимаемые интересы заслонили возможность принятия согласованных решений. Это важный вывод для сегодняшнего дня», - утверждает академик Чубарьян. «Мы должны помнить исторические уроки, но должны и понимать, что сегодня абсолютно другая Европа, другой мир. Так почему в Латвии говорят, что малые страны боятся, будто большие страны могут о чем-то договориться? Латвия - член ЕС, член НАТО. Кто договорится: США с Россией или Англия и Франция с Россией? Сегодня нет СССР, а есть демократическая Россия. И надо уметь отделять, что такое фальсификация, а что такое разные точки зрения на историю», - возмутился директор Института всеобщей истории РАН.
Председатель Ассоциации историков Второй мировой войны, руководитель Центра истории войн и геополитики Института всеобщей истории РАН, профессор Олег Ржешевский в ответ на упреки латвийской стороны телемоста ответил, что в результате пакта Молотова - Риббентропа советское геостратегическое пространство было отодвинуто на Запад на 300 км. «Если бы война началась в условиях прежних границ СССР, то в момент наступления немецких войск до крупных городов СССР, включая Ленинград, были бы считаные километры - 32 км от границы страны. Вспомним, насколько важен был каждый километр для защиты Москвы и Ленинграда!» - аргументировал Олег Ржешевский.
Профессор Михаил Мягков, также представляющий Центр истории войн и геополитики Института всеобщей истории РАН, подчеркнул, что проблема более широкая - причины Второй мировой во многом обусловлены последствиями Первой мировой, разделением мира на побежденных и победителей, ущемленных и пытающихся нажиться за счет других государств, политикой расовой ненависти нацистов. И говоря о политическом тоталитаризме и цинизме прошлого века, нельзя сравнивать нацизм и коммунизм. В июле этого года Парламентская ассамблея ОБСЕ приняла резолюцию о равной исторической ответственности за тоталитарные режимы - германский нацизм и советский сталинизм (документ «Воссоединение разделенной Европы: поощрение прав человека и гражданских свобод в регионе ОБСЕ в XXI веке»). С инициативой рассмотрения резолюции выступили делегации Литвы и Словении. Теперь 23 августа - день подписания пакта Молотова - Риббентропа - стал Международным днем памяти жертв сталинизма и нацизма.
Михаил Мягков напоминает: «Идеологии нацизма и коммунизма разные. Коммунистическая идеология - это справедливость, равенство, братство, интернационализм. Да и кто в конце концов остановил и уничтожил фашизм и Гитлера? Cуществовало бы вообще при Гитлере Латвийское государство? Подумайте над этим!». Александр Чубарьян подчеркнул: «Современная наука подвергает сомнению универсальность термина «тоталитаризм». Советское тоталитарное государство имело свои особенности, совершенно отличные от германского режима, и это признанный факт».
Коллеги из Берлина призвали помнить о нашем общем европейском единении, о необходимости вместе продолжать диалог, преодолевать личные интересы и эмоциональные оценки в трактовке разных исторических событий. И только из рижской студии прозвучали пессимистичные выводы. Директор международного общества «Балтийский форум» Александр Васильевс заключил, что и в XXI веке политика не стала менее циничной, чем в веке прошлом.
ОБЩАЯ БОЛЬ И ОБЩАЯ БОРЬБА
Следующая «реперная точка» дискуссии - международная кооперация в борьбе с терроризмом. Это уже не шаг вперед, а необходимость оглянуться вокруг. Как подчеркнул во время телемоста Москва - Вашингтон первый заместитель председателя Совета Федерации РФ, член Национального антитеррористического комитета РФ Александр Торшин, «нам надо постоянно держать порох сухим и совершенствовать свою антитеррористическую работу. В отличие от нас у организованной преступности хорошо налажена координация. И разобщенность России и Америки в противодействии терроризму - это конкурентное преимущество организованной преступности сегодня».
Александр Торшин задал вопрос американскому коллеге: готовы ли США к конструктивному сотрудничеству с Россией по противодействию терроризму с учетом новых угроз? Президент Американского совета по внешней политике Герман Принчер ответил: «Да, готовы. Я всецело убежден, что надо повышать интенсивность и расширять масштаб взаимодействия, и Вашингтон поддерживает это расширение сотрудничества».
Герман Принчер отметил, что особенно после событий 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке американцы поняли, что глобальная кооперация в борьбе с террором просто необходима. «США нужны союзники, Вашингтон понимает, что в одиночку не справиться, нам нужно слушать друг друга, сотрудничать и находить пути для работы вместе», - призвал американский политик.
Александр Торшин напомнил, что после 2004 года - апофеоза террористических атак, когда России была объявлена настоящая война: взрывы в метро, взрывы гражданских самолетов, нападение на Назрань и школу в Беслане (список не менее трагичный, чем атака террористов на башни-близнецы в Нью-Йорке), Россия сделала выводы, был создан Национальный антитеррористический комитет, разработана нормативно-правовая база. Работа идет с учетом того, что терроризм неотделим от незаконного оборота наркотиков, коррупции. «Сегодня мы видим, что террористы перестраивают свою тактику, применяют новые методы, переходят к новым формам организации террористических действий», - призвал к бдительности Александр Торшин.
Герман Принчер также подчеркнул, что бороться надо в целом, в совокупности с организованной преступностью, с теми, кто жаждет наживы любой ценой, с наркотрафиком и терроризмом. Президент США Обама намерен существенным образом пересмотреть методы борьбы с терроризмом. Глава Американского совета по внешней политике коснулся разногласий двух стран: «В одиночку ни одной стране терроризм не победить, страны должны действовать в кооперации. Но есть некоторые проблемы во взаимоотношениях России и США. У нас очень разные взгляды на формы сотрудничества на постсоветском пространстве. И наша кооперация по борьбе с терроризмом не будет эффективной, пока мы не найдем взаимопонимания по политике США в отношении Украины и Грузии и других постсоветских государств».
Сергей Ознобищев, директор Института стратегических оценок, член Совета по внешней и оборонной политике, профессор МГИМО МИДа РФ, в дискуссии ответил американскому коллеге: «Политика России на постсоветском пространстве не должна так остро заботить Вашингтон. Важнее терроризм, это общая угроза и системный противник. Это общая боль и общая борьба. К сожалению, при Джордже Буше Белый дом решил действовать в одиночку, развязывая антииракскую кампанию, и тем самым подорвал тот антитеррористический фронт, который уже складывался. Нас радует, что позиция Барака Обамы отличается от того, что было при Джордже Буше».
Сергей Ознобищев остановился подробнее на теме постсоветского пространства, сказав, что на брифингах в Госдепартаменте США при президенте Буше на вопрос, что США делают в Туркмении, отвечали: «Мы там должны сдерживать влияние России». Где здесь логика? Почему США надо сдерживать влияние России в русскоязычном регионе? Непонятно. С другой стороны, никто не станет отрицать, что усилия и Америки, и России по борьбе с терроризмом не могут быть эффективными без контроля территорий, близких к Афганистану и Ирану, с учетом угрозы распространения ядерного ОМУ.
«Пока американцы будут озвучивать как приоритет борьбу с политикой России на постсоветском пространстве, мы до серьезных мер противодействия настоящим угрозам не договоримся, - констатирует Сергей Ознобищев. - Мы так и будем смотреть друг на друга через ядерный прицел и тратить огромные деньги на ядерное вооружение». О сложности Азиатского региона говорил и Александр Торшин: «В регионе происходит перетекание чего угодно из Пакистана в Афганистан и обратно совершенно свободно, и это еще больше должно актуализировать объединение наших усилий». Герман Принчер также отметил, что в Пакистане очень высок риск потери контроля над ядерным оружием из-за организованной преступности, присутствия террористов и близости Афганистана, и это серьезная проблема. А в Иране эксперты все-таки прогнозируют появление «грязной бомбы», подпольного ядерного оружия.
Профессор МГИМО Сергей Ознобищев убежден, что ядерная угроза может исходить из Пакистана, где существует подпольный рынок ядерных материалов и нет контроля над ядерным оружием. «Это напрямую затрагивает европейскую безопасность. Сегодня нужно вести переговоры не просто по сокращению ядерного оружия, а наметить какие-то новые области договоренностей по ядерному сдерживанию и нераспространению ОМУ», - настоятельно утверждает Сергей Ознобищев.
Можно ли рассчитывать на успех в этом регионе, не контролируя всю трансграничную зону - Ирак, Иран, Афганистан, Пакистан, где расцвел тот самый коктейль из радикализма, ОМУ, наркобизнеса, организованной преступности и терроризма (ведь Пакистан уже является членом ядерного клуба с 1998 года)? Вопрос остается открытым. Понятно одно: тот самый сценарий возможной катастрофы, который евро-атлантическое экспертное сообщество описало в стратегии Multiple Futures project, а именно - столкновение современных векторов развития, диссонанс между технологическими достижениями и гражданскими свободами в государствах с радикальной идеологией (то есть ядерное оружие в руках у радикального режима), может стартовать именно из региона этих государств.
Тем не менее все участники телемоста подчеркнули, что нельзя ставить знак равенства между религией, бедными исламскими странами и природой терроризма. Герман Принчер сказал, что иногда увязывают недостаток образования мусульман и их податливость при рекрутировании в джихад. «Нет прямой связи между низким уровнем образования и терроризмом, в совершение терактов 11 сентября были вовлечены высокообразованные люди. Мы должны вместе подумать о том, как достичь согласия большинства в мусульманском мире, как добиться, чтобы поведение террористов считалось неприемлемым», - призвал глава Американского совета по внешней политике. Разбить эту связь между терроризмом и мусульманством можно через просвещение, борьбу с бедностью в Центральной Азии. Корень проблемы - в религиозном неприятии между людьми и религиозном оправдании терроризма.
Первый вице-спикер Совета Федерации продолжил тему: «У преступника нет ни национальности, ни вероисповедания. Для России это особенно актуально. Здесь живут свыше 160 наций и народов, и ни одну из наций нельзя связывать с терроризмом. В России более 20 миллионов мусульман, это вторая по численности конфессия в стране».
Президент ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа», полковник, депутат Московской городской думы Сергей Гончаров поднял тему Северного Кавказа: «В этом регионе террор в основном не политический, а криминальный, преступники хотят добиться своих криминальных целей. Эта организованная преступность финансируется в основном из-за рубежа, также преступники под страхом смерти облагают данью население Кавказа. А американцы представляют северокавказских террористов как борцов за независимость. Это двойные стандарты. Это не подход к делу, нужно отметать все политические амбиции и заскоки для эффективной борьбы с терроризмом. Иначе и в следующее десятилетие мы не сдвинемся с точки».
Участник операций по борьбе с бандформированиями в Афганистане Сергей Гончаров подчеркнул, что в основном террористы финансируются из сферы торговли наркотиками. «И 90 процентов произведенных в Афганистане наркотиков идет не в Америку, а на территорию России и через нее. Отравляют наших людей! Если бы американцы захотели перекрыть этот наркотрафик, они давно бы это сделали, и по какой причине они этого не делают - вопрос к новой администрации президента США. Сегодня американские войска контролируют только Кабул, а остальные провинции в Афганистане неподконтрольны. При нас такого никогда не было, мы присутствовали во всех провинциях», - раскритиковал афганскую операцию НАТО Сергей Гончаров.
Александр Торшин добавил: «Российский контингент в Афганистане строил комбинаты, улицы, жилье, а сейчас американцы в инфраструктуру Афганистана вообще ничего не вкладывают, не создаются рабочие места, неравномерно распределяется гуманитарная помощь». На критику глава Американского совета по внешней политике ответил призывом о помощи: «В этом регионе трудно оперировать так же успешно, как это делали русские. Да, американские военные совершали тактические ошибки. Я обращаюсь к русским друзьям за помощью, нам нужны советы, как улучшать тактику, нам нужно увеличивать численность контингента, только тогда будет надежда на улучшение ситуации в Афганистане».
Депутат Государственной думы РФ, руководитель подкомитета по борьбе с экстремизмом и терроризмом и член Комитета по безопасности, генерал-лейтенант милиции Алексей Розуван привел много примеров взаимодействия России и США в антитеррористической сфере. Сегодня существуют и желание взаимодействовать, и большие возможности для этого. «Американская сторона должна поактивнее в этом участвовать», - обратился к коллегам в Вашингтоне Алексей Розуван. Генерал перечислил: создана Российско-американская рабочая группа по борьбе с терроризмом, работа идет по ядерной безопасности и по биотерроризму; налажено взаимодействие на уровне МВД, совместно с Росатомом МВД России осуществляет взаимодействие с Национальным агентством по ядерной безопасности министерства энергетики США; готовятся кадры из Афганистана и Центральной Азии по проекту Россия - НАТО на базе Всероссийского института повышения квалификации сотрудников МВД, с 2006 года подготовлены 353 человека, из них 80 афганских специалистов антинаркотических подразделений.
Алексей Розуван предложил взаимодействовать и в законодательной сфере. За последние годы российские законодатели значимо усовершенствовали законодательную базу в сфере борьбы с терроризмом. Принят закон о борьбе с терроризмом, разработан законопроект об ограничении суда присяжных заседателей (присяжным поступают угрозы от террористов, случаи оправдания преступников участились, а оправданные затем вновь совершали теракты, в том числе в Беслане). Дела по убийствам, связанные с терроризмом, будет рассматривать Верховный суд. Президент России внес в Госдуму законопроект об усилении уголовной ответственности за тяжкие преступления организованных групп и их организаторов, есть закон по соглашению со следствием, что позволяет более оперативно бороться с террористами.
Профессор МГИМО Сергей Ознобищев высказал свое мнение по объему российско-американского сотрудничества: «То, что сделано, абсолютно не соответствует масштабам возможностей Америки и России. Нужны новые практические инициативы. Надо восстановить доверие, которое было подорвано во времена администрации Джорджа Буша. Мы предыдущий политический цикл двусторонних взаимоотношений закончили в глубоком кризисе. Сегодня нужны нормальные политические отношения, которые соответствовали бы понятию если не партнерства, то хотя бы сотрудничества».
Глава ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа» Сергей Гончаров обратился к американской стороне: «Больше нельзя поддерживать настроения в духе - что хорошо для американцев, для нас плохо и наоборот. Так мы никогда общий язык не найдем. Нельзя и так: если политика России будет устраивать наших американских друзей, то они готовы с нами сотрудничать, а если не устраивает, то они не готовы. Нам нужна новая международная структура для всеобъемлющего объединения США и России в борьбе с терроризмом».
В заключение дискуссии глава Американского совета по внешней политике Герман Принчер с сожалением сказал, что сегодня в мире очагов террористической активности много и необходимо подумать в более широком аспекте о том, что глобальная структура - ООН находится в кризисе и недостаточно эффективна в борьбе с терроризмом.
