КАВКАЗСКИЙ УЗЕЛ

ВОЕННО-ПРОМЫШЛЕННЫЙ КУРЬЕР № 11/2009

КАВКАЗСКИЙ «УЗЕЛ»

Алексей МАХЛАЙ

первый заместитель директора фонда «Российский общественно-политический центр»

РОССИИ НАДО ИМЕТЬ ЧЕТКУЮ СТРАТЕГИЮ БЕЗОПАСНОСТИ В РЕГИОНЕ

Важнейшим приоритетом политики России, как и любого другого государства, является обеспечение государственной целостности и безопасности. Ошибки в оценке угроз могут стоить очень дорого.

Можно рассматривать два блока проблем, которые имеются на Кавказе: это события на российском Северном Кавказе и наличие источников угроз и напряженности в отношениях России с государствами Южного Кавказа. В частности, можно напомнить о событиях августа 2008 года, о грузино-югоосетинском конфликте и его влиянии на Россию. Все это затрагивает стратегию отношений России с государствами Южного Кавказа. На это влияет и сложная обстановка на Северном Кавказе, которая за последние два года еще больше обострилась. Причем нарастание террористической и криминальной активности, особенно в Ингушетии и Дагестане, заставляет руководство России искать новые подходы к урегулированию ситуации.

Северный Кавказ для России по-прежнему остается зоной непрекращающихся военных действий. Террористические вылазки, даже притом что адресация их явно переключилась с «объектов» массовых на индивидуальные, - все еще трагическая повседневная реальность данного региона.

Причин здесь много, однако общими причинами, на наш взгляд, являются:

- низкий уровень жизни населения;

- застойная безработица;

- коррумпированность национальных элит;

- низкий уровень образования.

Можно отметить и тот факт, что федеральные законы здесь фактически не работают. Во всяком случае в должной мере.

Кавказские регионы находятся сегодня в глубокой экономической депрессии. Действующие остатки экономической инфраструктуры приватизированы правящими кланами. Количество малых предприятий в два раза ниже, чем в среднем по России.

Второй важный фактор нестабильности - исход с Восточного Кавказа русского населения, которое до начала 90-х годов выполняло роль социально-политического «амортизатора». Если в начале 90-х годов русские считались пятым по численности этносом Дагестана, то в начале 2000 года их количество сократилась вдвое. Сегодня русские в Дагестане составляют 3,5 процента от общей численности населения республики, или 80 тысяч человек. За последние три года из республики уехали 35 тысяч русских, в том числе учителя, инженеры, экономисты и так далее. Одна из причин - отсутствие работы. Однако многие уехавшие называют также растущую враждебность местного населения.

Сегодня уровень правоохранительной системы кавказских республик не позволяет русским рассчитывать на адекватную защиту от посягательств на их жизнь и имущественные права. В регионе быстро развиваются параллельные властные структуры в виде исламских джамаатов. И хотя эти общины необязательно склонны к террористическим методам или радикальному фундаментализму, они создают особые социальные и правовые нормы в противовес действующим.

А ведь Дагестан - это ключ к стабильности на всем Северном Кавказе, российские каспийские ворота. В дагестанских портах находятся пункты базирования Каспийской военной флотилии - главного инструмента военно-политического влияния России на Каспии. Дагестанское побережье и его инфраструктура - серьезный ресурс влияния в Центрально-Азиатском регионе.

Волею объективных и субъективных обстоятельств Северный Кавказ давно стал местом, где стихийно или сознательно подвергаются тяжелейшему испытанию судьбы российской государственности и всей России. И северокавказский фактор, будучи взрывоопасным сам по себе, заметно усугубляется влиянием фактора южнокавказского, не менее деструктивного. Несомненно, многим геополитическим конкурентам нашей страны такое состояние дел на российском Северном Кавказе крайне выгодно.

Надо указать и еще на один потенциальный источник угроз и напряженности в отношениях России с государствами Южного Кавказа - неурегулированность отношений между Азербайджаном и Арменией по поводу конфликта вокруг Нагорного Карабаха. И в Армении, и в Азербайджане ответственные политики понимают, что попытки силового решения нагорнокарабахского конфликта могут стать прологом масштабных военных действий. Тем не менее переговоры между сторонами не приносят желаемых результатов, и скорее всего ни одна из сторон не захочет пойти на уступки в столь болезненном вопросе.

Безусловно, государства Южного Кавказа объективно заинтересованы в развитии отношений с Россией, хотя нельзя не признать, что августовский 2008 года конфликт повлек за собой ряд негативных явлений. Главный и пока еще не проясненный вопрос: удастся ли вернуть отношения России с западными партнерами в плоскость развития сотрудничества на основе учета взаимных интересов в Южно-Кавказском регионе?

Не менее важны сохранение региональной стабильности с учетом интересов и позиций региональных «игроков», а также поиск компромиссных решений и предотвращение эскалации «дремлющих» конфликтов как на Южном, так и на Северном Кавказе.

И еще об одном. России следует учиться работать в новых условиях, отказаться от схемы «свой-чужой», унаследованной от прежних времен. Необходимо выработать цели и приоритеты внешней политики на постсоветском пространстве, определить, чего Россия хочет от каждого из новых независимых государств. В противном случае постоянный поиск внешнеполитических приоритетов приведет к тому, что внешняя политика России будет непоследовательной и ее станут отличать лишь громкие заявления и декларации. Сейчас российская политика в отношении стран СНГ (и не только их) не является упреждающей.

Можно вспомнить, что Россия пролила много крови и пота, затратила огромные средства на освобождение Болгарии от османского ига. А сегодня Болгария стала членом НАТО. Территориальными приращениями обязана Советскому Союзу нынешняя Литва. Грузия и Украина за время существования советской власти также существенно расширили свои территории, причем частично за счет таких земель, которые никогда в их состав не входили! Об этом надо не только помнить. Об этом надо говорить и из этого надо делать выводы.

Геополитическая мощь России на Кавказе должна подкрепляться эффективным и разнообразным инструментарием. Сегодня такой подход актуален еще и потому, что страны Кавказа настойчиво ищут пути налаживания экономических отношений с ЕС и США, а Грузия всячески стремится в НАТО.

Однако подлинным гарантом стабильности и процветания Кавказа может быть только Россия, связи с которой имеют давний, прочный и комплексный характер.