Возможные пути выхода Украины из экономического кризиса
ВИНИТИ № 11/2010
«Экономический и научно-технический потенциал»
ВИНИТИ № 11/2010
«Экономический и научно-технический потенциал»
Научный консультант-д.э.н. В.И. Волков
Главный редактор - к. г. н. Ю.Н. Щуко
Редакционная коллегия:
Л. В. Грачева (зам. главного редактора), М. А. Куршев, к.г.н. Е.С. Киселева, к.и.н. Л. Р. Попко, Е. В. Похвалина, Н. И. Субчев, О. В. Ященко
ОБЩИЕ ВОПРОСЫ
Возможные пути выхода Украины из экономического кризиса
В журнале «Экономика Украины» опубликована статья академика НАН А.Чухно, в которой анализируются причины мирового финансово-экономического кризиса и предлагаются методы его преодоления применительно к Украине. Ниже изложены отдельные положения данной работы.
Пути и методы преодоления кризиса. Научно-технологические факторы. Материально-техническая основа выхода из всех видов кризисов и прохождения циклов - научно-технологическое совершенствование производства, переход его на новую ступень прогресса, потому именно в этом заключаются решающие факторы и преодоления кризиса, и выхода на передовые позиции социально-экономического развития. Это особенно касается Украины, ее экономики.
После распада СССР Украина пережила продолжительный, очень тяжелый кризис, разрушивший экономику, на две трети уменьшивший производство ВВП. Не достигнув докризисного уровня производства, страна стала благоприятной ареной для разворачивания современного финансово-экономического кризиса. Согласно оценкам экспертов, Украина больше других стран Европы пострадала от кризиса.
В чем причина? По мнению автора, существующий уровень развития и структура украинской экономики делают ее уязвимой для инфляции, кризисных явлений. В 2007 г. Украина производила ВВП в объеме 6559 долл. на душу населения. Это значительно меньше, чем в 1990 г. - 8108 долл. По этому показателю Украина существенно отстает от своих соседей. Так, Польша производит 15381 долл. ВВП на душу населения, Словакия - 19175, Литва -16676 долл.
Кризис 90-х годов XX в. и современный показали, что совершенная структура экономики со значительным удельным весом передовых - пятого, а теперь и шестого -технологических укладов является непременным условием изменения характера и ликвидации последствий кризиса. Это доказывает необходимость перестройки производственно-технологической структуры экономики как условия повышения ее эффективности. Автор этой статьи еще в 1993 г. отмечал, что «как показывает мировой опыт, рынок путем перелива капиталов способствует структурным сдвигам, однако он не может осуществить структурную перестройку полностью и за сравнительно короткое время. Поэтому нужно, чтобы государство посредством своих программ и стимулов активизировало структурные изменения в экономике...». И далее: «... для решения всего комплекса проблем нужно мобилизовать внутренние ресурсы для увеличения капиталовложений с привлечением иностранного капитала для технико-технологического обновления производства, существенного улучшения качества продукции, повышения эффективности экономики». Следовательно, проблема необходимости поиска путей структурной перестройки экономики подчеркивалась давно и не случайно. Однако за 18 лет в этом направлении ничего не сделано. За недооценку структурных сдвигов теперь приходится расплачиваться спадом производства, превышающим соответствующие показатели в других странах.
Таким образом, сама природа кризиса обусловливает не столько поддержку отраслей и предприятий с устаревшей технологией (хотя и это нужно), сколько ускоренный поиск, обоснование перспективных отраслей и производств, отвечающих потребностям инновационного развития. Мировой опыт, в том числе ЕС, показывает: хотя эти страны значительно превосходят Украину по использованию инновационного типа развития, они и в дальнейшем сосредоточивают усилия на его распространении, ускорении внедрения инноваций, на научно-техническом перевооружении фирм и предприятий. Именно страны ЕС ведут активный поиск и внедряют научно-технические и организационно-экономические новинки. Для этого крупные фирмы разрабатывают и осуществляют инновационные программы.
На Украине много говорится об инновационном развитии, но, к сожалению, практически ничего не делается. В результате инновационных предприятий насчитывается всего 13%, тогда как в 1990 г. их было 36%. В странах ЕС самые низкие показатели инновационной активности демонстрируют Португалия и Греция (соответственно, 26% и 29% предприятий), но и они вдвое превышают показатели Украины.
Почему на Украине такие неудовлетворительные дела с научно-технологическим обновлением производства, с освоением инновационного типа развития?
Первое. Переход к рынку породил миф о том, что якобы рынок автоматически обеспечит научно-технический прогресс и его внедрение в производство, осуществление инновационного развития. Недооценка государства, принижение его роли обусловили деградацию структуры экономики, падение научно-технологического уровня производства, превращение Украины из индустриально развитой в страну с преобладанием сырьевой экономики.
Второе. В процессе приватизации государственного имущества и при нестабильности в стране многие бизнесмены получили в собственность крупные предприятия и направили свои усилия не на развитие и совершенствование производства, а на максимальное использование оборудования и расходование сырья в интересах собственного обогащения. Образовался класс олигархов, эксплуатирующий сырьевые ресурсы и производство в условиях благоприятной конъюнктуры на мировых рынках и на этом обогащающийся. Все это объясняет, почему Украина по инновационности и конкурентоспособности вместе с Кенией занимает 79-е место.
Мировой опыт и опыт ЕС доказывают, что в утверждении инновационного развития важную роль играют малые и средние предприятия, реализующие возможности венчурного капитала. Реальная практика многих стран подтверждает: структурные изменения достигаются путем приоритетного развития производств, применяющих передовую технологию. Как это делать, хорошо показала премьер-министр Украины Ю.В.Тимошенко, предлагающая построить на Украине восемь предприятий для производства медицинских препаратов, с использованием передовых биотехнологий, для чего привлекаются передовые и наиболее авторитетные в мире фармацевтические фирмы, что гарантирует высокое качество продукции. Строительство таких предприятий отвечает потребностям общества, украинский рынок медицинских препаратов заполнен иностранными изделиями. Падение курса гривны сделало цены на лекарства астрономическими. Это ударило по жизненному уровню малообеспеченных людей, в особенности пенсионеров. Поэтому, развивая данное направление, можно не только более полно удовлетворить потребности, но, возможно, и добиться снижения цен на лекарства. Это будет способствовать развитию внутреннего рынка и повышению его роли в развитии экономики и общества. Вызывает удивление, почему за годы независимости не были реализованы подобные проекты - жизнь могла бы улучшиться, а современный кризис было бы намного легче перенести.
В советское время на Украине были развиты электронная и радиопромышленность, представляющие пятый уклад, но ничем не оправданное открытие границ привело к тому, что предприятия этих отраслей не выдержали конкуренции и были уничтожены. Украина имела 35-40% кибернетического потенциала бывшего СССР, но, как ни прискорбно, его также не использовала. И не случайно. Некоторые известные ученые-экономисты категорически отрицали возможность постиндустриальных процессов, называли это «иллюзией», «чистой воды романтизмом». И это в то время, когда Индия, ранее отсталое и бедное государство, подготовила в развитых странах, в том числе и на Украине, 850 тыс. программистов и стала мировым лидером по производству программного обеспечения, экспортируя его не менее чем на 30 млрд. долл. Это более чем в четыре раза превышает выручку Украины за металл. Опыт Индии - образец опережающего развития, базирующегося на передовых информационно-коммуникационных и биотехнологиях.
Сложная структура экономики Украины предполагает, что наряду с индустриальными высокими технологиями, обеспечивающими обновление основного капитала предприятий третьего и четвертого укладов, особое внимание необходимо уделить развитию производств пятого и шестого укладов. Если до настоящего времени определяющими были материальные формы богатства, а следовательно, капитала (земля, машины и оборудование, недвижимость, товары), то со становлением информационной экономики происходит интеллектуализация производства и труда, т.е. распространение и быстрый рост нематериальных, интеллектуальных форм капитала.
Однако отдельные авторы не учитывают кардинальных изменений, как и раньше, исходят из определяющей роли материального капитала. Так, А.Шаров представляет структуру капитала как пирамиду, в основе которой лежат его материальные формы и на этой базе разворачиваются интеллектуальные формы. Автор усматривает существенный недостаток такой структуры в том, что по мере роста интеллектуального капитала «приобретают все большее значение крупные суммы денег, которые намного превышают материальные формы богатства». Он не только игнорирует изменение соотношения между материальным и нематериальным богатством, но и видит в интеллектуальном капитале источник инфляции, т.е. образование огромных сумм денег. Более того, он считает, что новые формы капитала и порождаемые ими чрезвычайно крупные суммы «горячих денег» не связаны с «реальной экономикой». В действительности современная реальная экономика - это единство материального производства, материальных форм капитала, удельный вес которых уменьшается, и нематериального капитала, доля которого возрастает. Иначе говоря, современной экономике развитых стран присущи и новая структура экономики, производства, и новая структура капитала. Поэтому нельзя согласиться с мнением о том, что новые формы капитала «быстро изменяют направление своего движения в зависимости от спекулятивных ожиданий», что «при таких условиях реальная экономика существовать не может».
Наоборот, современная экономика, даже Украины, находящаяся на индустриальной стадии, может успешно развиваться при условии широкого использования нематериальных активов, т.е. интеллектуального капитала и интеллектуальной собственности. Опыт ЕС показывает, что нематериальные активы составляют 50-68% стоимости имущества предприятий. Однако на Украине ни интеллектуальная собственность, ни интеллектуальный капитал не учитываются, они не находят выражения ни в затратах предприятий, т.е. в себестоимости продукции, ни в стоимости предприятий. И хотя кое-где они используются и учитываются, это мизер - менее 1% их стоимости. Следует осознать, что новая экономика предполагает новые понятия и процессы, новое соотношение и роль материального и нематериального, что непросто понять даже высококвалифицированным специалистам.
Сложность экономической политики Украины заключается в том, чтобы обеспечить рост и индустриальной, и постиндустриальной экономики, добиваясь изменения соотношения между ними в пользу последней. Лишь таким образом можно преодолеть отставание и приблизиться по уровню экономического развития к развитым странам.
Финансово-экономические методы и инструменты. В преодолении современного кризиса наряду с научно-технологическими факторами большое значение имеют экономические и финансовые средства. Среди них, бесспорно, одну из ведущих ролей играет рынок. Именно рынок и присущие ему рыночные методы, с одной стороны, составляют содержание рыночного самоуправления, а с другой - являются и стимулом, и критерием эффективности экономического регулирования государства. И здесь у Украины много проблем.
По индексу размера внутреннего рынка Украина занимает 27-ое место среди 131 страны мира. Такие данные обнародовал Всемирный экономический форум в ежегодном отчете о глобальной конкурентоспособности за 2007-2008 гг. Это - конкурентное преимущество Украины в том понимании, что в стране имеются большие возможности для развития экономики ради удовлетворения платежеспособного спроса. Вместе с тем статистика показывает, что по эффективности товарных рынков Украина занимает лишь 101-ое место среди 131 страны, т.е. это одна из наиболее слабых позиций Украины.
С осознанием значения внутреннего рынка, особенно в условиях кризиса, в Минэкономики подготовлен проект Концепции государственной целевой программы развития внутреннего рынка на 2008-2012 гг. Она направлена на повышение эффективности функционирования внутреннего рынка, увеличение доли отечественной продукции в совокупном предложении товаров в этом секторе, усиление товарооборота между резидентами экономики Украины.
Для реализации этих задач предусмотрен ряд мер по пяти основным направлениям государственной экономической политики:
- создание институциональной среды для развития добросовестной конкуренции между украинскими товаропроизводителями и импортерами;
- совершенствование институциональных и организационно-экономических основ функционирования внутреннего рынка;
- повышение уровня ценовой и неценовой конкурентоспособности отечественной продукции конечного потребления;
- улучшение предпринимательского климата с целью развития внутреннего рынка;
- формирование и развитие внутренних рынков товаров конечного потребления за счет отечественной продукции с высокими качественными характеристиками.
Однако в этой программе не ощущаются намерения по изменению структуры товарооборота за счет наукоемкой интеллектуальной продукции, продукции высокотехнологичных отраслей экономики.
Эффективность внутреннего рынка в большой мере определяется динамикой развития и действенностью финансового рынка, прежде всего, банковской системы. Но на Украине нет соответствующего подхода как к банковской системе, так и к финансовому рынку в целом. Вероятно, в этих условиях целесообразно разрабатывать стратегии развития составляющих финансового рынка - банковской, финансово-бюджетной, денежно-кредитной систем. Каждая из этих подсистем выполняет многие разнообразные функции. Однако, очевидно, главной для финансовой системы и ее подсистем является функция накопления капитала и удовлетворение потребностей в инвестициях. Для концентрации и целенаправленной деятельности системы, как подтверждает мировой опыт, необходимо создать банк развития. К сожалению, об этом много говорится и пишется, но проблема не решается. И здесь есть объективные и субъективные причины. Так, встал вопрос о судьбе «Проминвестбанка». Казалось бы, лучшего варианта, чем превратить его в банк развития, нет. Не только по названию, но и по содержанию своей деятельности - инвестирование экономики, по разветвленной инфраструктуре он очень подходил на новую роль, т.е. в качестве банка развития. Но вместо этой, естественной, меры его продали иностранному государству. А проблема остается нерешенной.
Опыт многих стран показывает, что банк развития - действенное средство осуществления инвестиционной политики. Украина имеет возможности решить эту проблему. Прежде всего, даже минимальные средства бюджета, которые предназначены для долгосрочного кредитования и поддержки отдельных отраслей экономики, могут составить основу денежно-ресурсной базы этого банка. Его деятельность должна четко реализовать принципы кредитования (возврат кредита, его оплата, твердое соблюдение сроков и др.). Деятельность такого финансового учреждения должна четко регламентироваться специальным законом, который бы определял обязанности и права банка, его взаимосвязь и взаимодействие с Национальным банком, его роль в осуществлении инвестиционной политики. Однако до настоящего времени ни банка развития, ни инвестиционной политики в стране нет.
Анализ доказывает, что создание многочисленных инвестиционных компаний не смогло заменить банк развития. Они играют определенную положительную роль, но нельзя не видеть, что с их участием не реализован ни один общественно значимый проект. Современный финансово-экономический кризис еще раз показал, что Украина должна разрабатывать инвестиционную политику, которая была бы четко нацелена на реализацию приоритетных направлений научно-технологического совершенствования производства, на существенные изменения его структуры за счет, прежде всего, высокотехнологичных, интеллектуально-информационных производств, увеличения производства наукоемкой, интеллектуальной продукции, которая имеет значительный удельный вес добавленной стоимости и высоко ценится на мировом рынке.
Кризис - это сложный процесс структурных изменений в банковской системе.
В первом полугодии 2008 г. две трети кредитной нагрузки брал на себя доллар, а гривна выполняла, в основном, роль средства внутреннего платежа. Практика показала, что эта ситуация ненормальная. Поэтому обсуждалась проблема запрета валютного кредитования, в результате чего банки утратят интерес к доллару как кредитному ресурсу, снизят ставки по долларовым депозитам и «будут гоняться» за гривной. Эта мера изменит баланс интересов. Поскольку доллар будет не нужен банку, то и разница в ставках станет еще больше, следовательно, и доллары при стабилизированном курсе снова начнут переводить в гривну. Однако запрет валютного кредитования приемлем лишь как временная мера. Это особенно важно в кризисных условиях - для того, чтобы повысить интерес к национальной валюте. После устойчивой стабилизации запрет валютного кредитования должен быть отменен, ведь в условиях, когда гривна станет основным кредитным ресурсом и долларовая составляющая, на которую в кредитах приходились две трети, полностью исчезнет, для удовлетворения кредитных потребностей экономики имеющейся денежной массы в 396 млрд. гривен (по состоянию на 2007 г.) будет мало.
Поэтому меры по дедолларизации экономики должны быть настолько обоснованны и настолько учитывать интересы национального и иностранного капитала, чтобы не углублять кризис, чтобы создать условия для расширения участия иностранного капитала в решении неотложных экономических и социальных задач.
Важным направлением преодоления кризисных явлений в банковской системе является рекапитализация банков, осуществляемая за счет средств государственного бюджета. Преимущества этого метода заключаются в том, что обеспечивается не только спасение, но и возврат депозитов. Это тем более важно, что денежных средств Фонда гарантирования вкладов физических лиц не хватает не только на все банки, оказавшиеся в сложном положении, но даже на один-два банка, фактически потерпевших фиаско. Следовательно, ситуация весьма сложная.
Более чем полугодие длилось обсуждение этой проблемы, и лишь вмешательство международных финансовых организаций ускорило переход к практическому ее решению. Бюджетом на 2009 г. предусматривалось 44 млрд. гривен для вхождения государства в капитал проблемных банков. Это весомая цена рекапитализации банков. К тому же Украине придется уплатить за рекапитализацию двойную цену. Ведь происходит эмиссия национальных денег, рост денежной массы при спаде производства и инвестиционно-кредитных процессов, что неизбежно усиливает инфляцию, обесценение гривны, снижение ее покупательной способности.
Кроме устранения больших трудностей с денежными средствами и обесценением гривны, также непросто определить объекты рекапитализации. В последнее время речь идет о 20 банках, требующих рекапитализации, причем акционеры 19 из них вынесли решение, что они принимают эту программу. По решению правительства три банка уже рекапитализированы: «Родовид Банк», «Укргазбанк», «Киев». На очереди «Укрпромбанк», «Надра» и др. Условия рекапитализации довольно жесткие. Вливание капитала в «Родовид Банк» обеспечило правительству 99,9% акций, а также возобновление кредитования и активизацию инвестиционных процессов, что является необходимым условием улучшения ситуации в производстве и экономике в целом.
Усиление экономической роли государства. Современный финансово-экономический кризис особенно остро поставил проблему роли государства в рыночной экономике. Как известно, Великая депрессия в США в 1929-1933 гг. показала, что наряду с рыночным самоуправлением нужно государственное регулирование экономики. Не только Кейнс, но и его последователи, по сути, исходили из того, что чем больше присутствие государства в экономике, чем выше уровень государственного регулирования, тем значительнее достижения в экономическом росте. Однако со временем обнаружилось, что государственное вмешательство имеет объективные границы. На определенном уровне огосударствление экономики из фактора экономического роста превращалось в его тормоз. Ведь чем больше государство сосредоточивало в своих руках предприятий и ресурсов, тем сильнее ограничивалась рыночная конкурентная среда, снижалась рыночная конкуренция, тем меньше рынок влиял на развитие экономики.
Экономические кризисы начала 70-х годов прошлого века показали недостатки кейнсианства и его политики. Монетаристы подвергли острой критике кейнсианскую теорию и практику за чрезмерную экономическую роль государства. Они выступили за уменьшение государственного сектора и государственной собственности для расширения рыночно-конкурентной среды, за повышение регулирующей роли рынка, монетарных методов в управлении экономикой. Монетаристы, все неолибералы сформировали общее настроение, господствовавшее весь конец XX в., в соответствии с которым хозяйственная роль государства должна сокращаться. Ради этого осуществлялись разгосударствление экономики, приватизация государственных предприятий, что расширяло рыночно-конкурентную среду и повышало роль рынка в развитии экономики.
По сути, в противовес кейнсианству, неолибералы и монетаристы доказывали, что чем меньше присутствие государства в экономике, тем лучше. На этих теоретических постулатах была построена экономическая политика, вошедшая в историю как «рейганомика». И нужно признать, что эта политика обеспечила экономический рост, продвижение по пути цивилизационного прогресса. Но нельзя не видеть, как недооценка, принижение экономической роли государства неизбежно приводят к углублению противоречий и, как следствие, к экономическому кризису. В настоящее время это стало особенно очевидным.
Известный американский ученый Ф. Фукуяма видит истоки современного мирового кризиса в том, что «рейганомовская революция» базировалась на отказе от государственного регулирования рынка, на убежденности в том, что рынок сам все автоматически отрегулирует. Государство допустило возникновение гигантского нерегулируемого теневого сектора. Распределение доходов США приобрело чрезмерный перекос в пользу богатых. Рейган внедрил идею сокращения налогов с богатых, что привело во времена Буша-младшего к резкому увеличению бюджетного дефицита и к еще большей диспропорции в распределении доходов в пользу миллиардеров и миллионеров. Этому способствовало также значительное наращивание расходов на вооружение. Свой анализ истоков и природы финансово-экономического кризиса в США Ф. Фукуяма завершает выводом, что только отказ от принципов «рейганомики» может спасти мир от катастрофы.
Саммит «G-20» не только подверг острой критике недооценку, принижение экономической роли государства, но и указал на необходимость роста его роли в регулировании рыночной экономики. «Общенациональные интересы, - говорится в принятой саммитом декларации, - задают формат для реализации частных интересов... чем больше рынков, тем больше нужно государства, тем больше ложится ответственности на государственные институты за вектор экономического и социального развития». Это положение имеет принципиальное значение.
До последнего времени исходили из того, что основой рыночной экономики является частная собственность. Именно частный интерес - движущая сила развития экономики и общества. И такая трактовка рыночной экономики отражала реалии определенного периода. Но переход на новую, постиндустриальную, стадию прогресса, развитие и образование информации и знаний как качественно нового фактора производства значительно повышают уровень обобществления экономики, превращают общенациональные интересы в ведущие и определяющие. Вот почему саммит «G-20», намечая повышение роли государства, исходит из того, что не частные, а именно «общенациональные интересы задают формат для реализации частных интересов».
Следовательно, руководители 20 ведущих стран мира отказываются от определяющей роли частной собственности и частного интереса, что составляло социально-экономическую основу индустриального рыночного производства и общества, и присоединяются к мнению, в соответствии с которым обобществление экономики достигает такого уровня, когда общенациональные интересы определяют частные интересы, формат их реализации. Иначе говоря, закономерное развитие экономики заставило отречься от того, что было символом веры в прошлом, чему поклонялись, и признать нарастание общегосударственного обобществления, которое сделало общенациональные интересы определяющими.
Эпохальные сдвиги в теории и практике общественно-экономического развития делают необходимым анализ нашей практики государственного управления экономикой. Как известно, в процессе рыночных преобразований нужно было осуществить разгосударствление экономики. Вместо государственной собственности, которая составляла 92%, необходимо было перейти к многообразию форм собственности и создать рыночно-конкурентную среду. Объективно сложилось мнение, что лишенное собственности государство утрачивает экономические функции, которые переходят к рынку. На этой основе проводилась политика вывода государства из экономики. Все как будто бы логично, хотя в действительности здесь содержится большая ошибка, ибо отождествляются два разных процесса - владение государством средствами производства и выполнение государством экономической роли.
Мировой опыт доказывает: имеет ли государство собственность, или не имеет ее, оно осуществляет экономическое регулирование. Отождествление двух разных функций - владения и регулирования - стало основой лишения государства регулирующей функции в условиях, когда рынок формировался и рыночный механизм не действовал, что вызвало в стране хаос, глубокий кризис, который привел к разрушению экономики и превращению Украины в экономически отсталую страну. И это в то время, когда Китай отбросил западные «теории» о неизбежности потерь во время рыночного реформирования и реализовал принцип, по которому реформы осуществляются в интересах благосостояния народа, а если они этого не обеспечивают, такие реформы не нужны. Благодаря этому Китай, начиная с 1978 г., каждые десять лет удваивает производство ВВП на душу населения. А Украина и в настоящее время еще не достигла объемов ВВП 1990 г.
Скоро десять лет, как начался экономический рост на Украине. Какую роль играло государство в этот период? Осуществлялись активная фискальная политика и перераспределение средств в интересах социального обеспечения.
И это вместо того, чтобы проводить активную созидательную политику, направленную на изменение структуры путем приоритетного развития передовых, высокотехнологичных производств, осуществлять перевооружение производства на основе достижений науки, техники и технологии, перевода экономики на инновационный тип развития.
Но ведь только государство может разрабатывать и организовывать реализацию долгосрочной стратегии экономического и социального развития. Именно государство наиболее полно выражает общенациональные интересы, определяет формат реализации частных интересов, несет ответственность за вектор экономического и социального развития. Государство должно быть действенным средством как перестройки производительных сил, научно-технического совершенствования производства, так и серьезных изменений в финансово-экономической сфере.
Однако 18 лет независимости государство занимало пассивную позицию, не создало и не реализовало обоснованную программу научно-технологического перевооружения производства, перехода на инновационное развитие. Мировой опыт показывает, что именно такая стратегия, воплощенная в конкретные планы-программы, является необходимым условием направления деятельности народа, государства и бизнеса на их осуществление. Без этого у Украины не будет будущего.
Под влиянием созидания рыночной экономики невольно утвердилось мнение, что государственная собственность, государственное управление неэффективны, что рыночная экономика доказала свою эффективность и рыночное самоуправление автоматически решает экономические проблемы. Иначе говоря, общемировые процессы недооценки государства и завышения роли рынка и у нас стали аксиомой. Личный интерес - мощный двигатель экономического развития. Но, к сожалению, при этом забыли о том, что в погоне за прибылью пренебрегают не только честью, совестью, достоинством, но и общественными интересами.
Украинская практика в целом, и особенно банковской системы, показала, что частный интерес при игнорировании общественного ведет не только к правонарушениям, но и к грабежу, хотя в определенной мере и прикрытому. Когда НБУ предоставил 42 млрд. гривен для пополнения ликвидности, банкиры в условиях возрастающей инфляции даже не подумали об инвестировании экономики или возврате депозитов, потребность в которых возникла у их клиентов, они быстренько превратили деньги в доллары, так как это было выгодно банкам, их руководителям и хозяевам. Дело дошло до того, что при таком рефинансировании не миллионы, а миллиарды почти неприкрыто присваивались. Кризис беспощадно показал, к чему ведет бесконтрольный частный интерес, в какие потери экономики и страдания населения выливается банковский произвол.
Возникает вопрос: как могли произойти такие позорные явления? Ответ прост: государство оказалось в стороне от деятельности банковской системы. Кризис развенчал и миф о неэффективности государственного регулирования. Из 187 банков лишь два государственных - «Укрэксимбанк» и «Ощадбанк», - но именно они бесперебойно работали, обслуживая юридических и физических лиц как до, так и во время кризиса. Это стало аргументом в пользу рекапитализации банков. Следовательно, вывод саммита «G-20» о том, что общенациональный интерес определяет формат реализации частного интереса должен осуществляться через регулирование государства, которое и выражает общий интерес.
Теперь рост роли государства ряд специалистов видят в совершенствовании финансового контроля. Уже давно установлено в теории и на практике, что центральный банк выполняет функции надзора, контроля и регулирования в банковской и монетарной системах. Это закреплено в законодательных актах. Но в целом ряде стран мира, в том числе на Украине, убедились, что он не всегда выполняет эти функции эффективно. Поэтому во многих европейских странах его лишили таких функций, включая таргетирование инфляции, и передали это дело единому органу надзора и контроля за всеми финансовыми институциями. Это очень глубокие изменения, подрывающие обычные и устоявшиеся порядки в денежно-финансовой системе.
Учитывая сложность таких усовершенствований, специалисты предлагают серьезное научное обоснование целесообразности создания единого центра, определения этапов и форм изменений в финансовой сфере и постепенно, но неуклонно двигаться этим путем. На первом этапе считается необходимым сосредоточиться на координации и согласовании действий разных финансовых регуляторов. Данная деятельность стала уже привычной и испытанной в странах ЕС. Она предполагает и таргетирование инфляции. Этот важный способ борьбы с инфляцией широко используется в странах Европейского союза.
В настоящее время и теоретиками, и практиками все более глубоко осознается то, что метод таргетирования инфляции тонок и чувствителен. Любые непродуманные действия, в частности жесткое ограничение роста денежной массы, особенно в украинских условиях, характеризующихся сравнительно низким уровнем монетизации экономики, неизбежно приведут к отрицательным результатам, тем более, что суть дела не в этом. Таргетирование - это установление и строгое соблюдение показателей инфляции. Эти показатели должны быть реальными, т.е. отражать потребности рынка, определять рост цен не только в планах и программах, но и в реальной жизни, чтобы они были ориентирами в изменении цен.
Все это доказывает, что не шатание из одной крайности в другую, а органичное взаимодействие государственного и частного регулирования, управления банковской системой может обеспечить ее деятельность, которая должна отвечать общественным интересам, заключает автор.
«Экономика Украины».- 2010.- № 2.- С. 14-23.
Кластеры как фактор инновационного развития предприятий и территориальных образований
Как пишут в журнале «Экономика Украины» О.Кузьмин и В.Жежуха, переход на рыночные начала в хозяйствовании поставил перед Украиной острую проблему активизации инновационной деятельности, вызванную как специфическим состоянием экономики, так и рядом ресурсных ограничений, вытекающих из требований к перспективной динамике экономического развития. С обретением членства в ВТО Украина приняла на себя обязательство достигнуть и поддерживать должный уровень инновационное™ и конкурентоспособности национальной экономики.
Все большее значение в формировании инновационное™ отдельных территориальных образований на Украине приобретают кластерные структуры, построенные на сотрудничестве предприятий, финансово-кредитных учреждений, учебных заведений и др. В развитых странах уже давно возникли и продолжают возникать такие структуры в различных сферах промышленности. В трудах известных зарубежных ученых четко очерчены теоретические основы образования и функционирования кластеров, использования кластерных моделей для обеспечения конкурентоспособности экономики, их преимущества и недостатки. Зарубежный опыт может быть полезен для разработки национальной стратегии кластеризации Украины, с комплексным исследованием ее социально-экономического развития. Именно эти задачи на данном этапе становятся первоочередными для центральных и местных органов государственной власти.
Вопросами, связанными с принципами работы кластеров, с инновационностью экономики, занимались многие ученые, как украинские, так и зарубежные. В опубликованных трудах раскрыта сущность кластерного анализа, приведены определения понятия «кластер», осуществлена классификация кластеров, показана роль инновационного развития экономики, освещен опыт использования кластерных моделей и т. д.
В последнее время оживились исследования проблематики формирования и функционирования кластеров на Украине. Это объясняется, в первую очередь, тем, что одной из главных стратегических задач государственной политики развития страны до 2015 г. является повышение конкурентоспособности предприятий и регионов, а также укрепление их ресурсного потенциала. Однако проблематике использования кластеров как фактора инновационного развития предприятий и территориальных образований не уделяется должное внимание, поэтому данное направление требует дальнейшей разработки.
В настоящее время в социально-экономическом развитии любой страны растет значение отдельных территориальных образований (регионов, областей), в границах которых функционируют предприятия. Этим обусловлены переориентация экономических исследований на региональный уровень и поиск путей формирования конкурентоспособных регионов.
Литературные источники трактуют территориальное образование как экономическое пространство, которое характеризуется определенной инновационностью и конкурентоспособностью. Именно эти два признака становятся важнейшими характеристиками отдельных территориальных образований в странах с рыночной экономикой. Еще совсем недавно в нашей научной литературе речь шла только о втором из двух названных признаков. Мировой финансовый кризис, обострение конкуренции на рынке товаров и услуг, ресурсные ограничения, падение спроса, технологический застой и пр. заставили отечественных теоретиков и практиков обратиться к вопросу инновационности, которая позволит территориальному образованию получить конкурентное преимущество в долгосрочной перспективе через активное развитие отдельных предприятий того или иного территориального образования.
Можно утверждать, что не существует универсальной концепции развития предприятий и отдельных территориальных образований. Поскольку каждое из них выделяется своими характерными особенностями, то особое значение приобретает локальная политика, и прежде всего локальная стратегия инновационного прогресса, которая часто формируется именно благодаря кластерному подходу. Как подчеркивают исследователи, понимание кластерной идеологии в мировом сообществе быстро растет, а кластеры становятся ключевым компонентом многих социально-экономических стратегий.
В данном контексте следует уточнить содержание понятия «кластер». В соответствии с «Большим толковым словарем украинского языка» кластер - это подмножество объектов с определенными наборами признаков, которые обнаруживаются при кластерном анализе. В «Википедии», а также в ряде трудов приводятся следующие дефиниции:
- это географическая концентрация подобных, смежных или дополнительных предприятий с активными каналами для бизнес-трансакций, коммуникаций и диалога, которые разделяют специализированную инфраструктуру, рабочие рынки, услуги и имеют общие возможности или угрозы;
это отраслевое или территориальное добровольное объединение предпринимательских структур, которые тесно сотрудничают с научными (просветительскими) учреждениями, общественными организациями и органами власти с целью повышения конкурентоспособности собственной продукции и содействия экономическому развитию региона;
- это сеть поставщиков, производителей, потребителей, элементов промышленной инфраструктуры, исследовательских институтов, взаимозависимых в процессе создания добавленной стоимости;
- это группа расположенных на территории поселения или вблизи его взаимозависимых предприятий и организаций, которые дополняют и усиливают конкурентные преимущества друг друга;
- это группа локализированных взаимозависимых компаний, поставщиков оборудования, комплектующих, специализированных услуг и пр., научно-исследовательских и учебных институтов, других организаций, которые дополняют и усиливают конкурентные преимущества друг друга.
Как видно, практически каждая из приведенных дефиниций содержит одни и те же ключевые слова, а именно: объединение, сотрудничество, конкуренция, специализация, географическая концентрация, предприятия, научные учреждения и т. д. Поэтому есть основания резюмировать, что главной идеей концепции кластеринга является создание кооперационных связей между предприятиями-производителями, подрядчиками, поставщиками ресурсов и технологий, а также между научно-исследовательскими и финансово-кредитными учреждениями. Такая кооперация и специализация позволяют участникам кластера повышать эффективность своей деятельности, быстрее внедрять новые технологии и продукты и т. д. Предприятия - участники кластера, с одной стороны, конкурируют между собой, а с другой - совместно работают над поиском новых путей решения разнообразных проблем (среди них - поставка ресурсов, доступ к новым рынкам сбыта и т. д.). Таким образом, в границах кластера своеобразно сочетаются конкуренция и кооперация. С учетом этого авторы предлагают следующую дефиницию: кластер представляет собой добровольное объединение географически сконцентрированных, не зависящих друг от друга субъектов хозяйствования (предприятий, учебно-научных учреждений, банков, страховых компаний и т. д.) и органов государственной власти без создания отдельного юридического лица для совместной деятельности в сфере предпринимательства, для более эффективного использования ресурсов, стимулирования инновационности, а также получения синергического эффекта.
Такая система является открытой, ибо ее отдельные элементы взаимодействуют не только между собой, но и с внешней средой. Назначение системы - трансформация ресурсов в готовые продукты. В состав управляющей подсистемы, призванной обеспечить в пределах кластера указанную трансформацию, входят соответствующие органы, созданные всеми участниками кластерного образования, административные помещения, технологии управления, коммуникационные средства и др. В состав управляемой подсистемы входят исполнители (работники предприятий - участников кластера, финансово-кредитных учреждений, социальных служб, проектных организаций, научно-исследовательских институтов и т. д.), а также необходимые им для работы технические, организационные, коммуникационные средства, помещения и пр.
Литературные источники приводят разнообразные классификации кластеров. В частности, по признаку инновационности выделяют такие виды кластеров:
- построенные на знаниях и характерные для предприятий, которые принадлежат к секторам с высокой интенсивностью исследований и разработок, Образуются обычно вокруг ведущих научно-исследовательских учреждений региона или государства, чаще всего - в фармацевтической, химической промышленности, а также в самолетостроении;
- зависимые от поставщиков. Имеют форму предприятий, инновационная деятельность которых зависит прежде всего от способности сотрудничать с разработчиками инновационных товаров или технологий. Встречаются в сельском и лесном хозяйстве;
- построенные на информации. Характерны для предприятий, оперирующих сложными системами преобразования информации с целью предоставить специализированные услуги своим клиентам. Действуют в финансовой, издательской сферах, а также в туристической отрасли;
- специализированные на поставках. Образуются предприятиями с большими расходами на исследования и разработки, когда внимание уделяется продуктовым инновациям и взаимосвязям с потребителями. Характерны для предприятий, которые производят специфические товары (например, программное обеспечение);
- построенные на создании инновационных технологий. Хозяйствующие субъекты, которые входят в них, занимаются разработкой и внедрением, заинтересованы в инновационных технологиях. Такие кластеры встречаются чаще всего в машино- и приборостроении.
Одним из самых экономически мощных кластеров мира является Силиконовая долина (в шт. Калифорния), где имеют свои штабы тысячи компаний, которые занимаются компьютерами, их комплектующими, программным обеспечением, мобильной связью, биотехнологиями и др. Это такие известные компании, как Eastman Kodak, General Electric, Shockley Transistor, Lockheed, Hewlett-Packard. В кластере работает свыше 1 млн. человек.
Самый известный европейский кластер - Пластиковая долина. Функционирует он в Восточной Франции, неподалеку от границы с Швейцарией. Предприятия, входящие в его состав, осуществляют превращение полимеров в готовую продукцию, занимаются также проектированием изделий, разработкой новых форм, внедрением машин и т. д.
Общим признаком для обоих названных кластеров, благодаря которому они добились существенного технологического прогресса, является то, что все участники работают как элементы сети, а не поодиночке.
Согласно исследованиям, свыше 28% предприятий на территории ЕС признали свою принадлежность к кластерам. В тех десяти странах, которые были приняты в ЕС последними, доля таких предприятий составляет в среднем всего 9,0%. Интересные факты: свыше 67% литовских предприятий работают в среде кластеров; наивысший уровень кластеризации зафиксирован в Великобритании, где в среднем восемь из десяти предприятий классифицированы как принадлежащие к кластеру По утверждениям специалистов, самым ощутимым преимуществом кластерного предприятия является то, что оно имеет возможность пригласить высококвалифицированных работников и обмениваться рыночной информацией с партнерами. Считается, что пребывание в кластере стимулирует дух предпринимательства, облегчает налаживание связей для осуществления тех или иных проектов и т. д. Кластерные предприятия отличаются высокой инновационностыо.
Возникают кластеры, как правило, по инициативе самих предприятий ввиду таких выгод от сотрудничества, как лучшая эффективность, получение новых знаний, кооперирование и т. п. Установление кластерных связей выступает приоритетной задачей многих инновационных стратегий, поэтому органы государственной власти часто прибегают к построению деловых отношений через распространение идеи мастеринга, поддержку проектов, обеспечивающих налаживание сотрудничества между секторами промышленности и наукой. Но, несмотря на бесспорные преимущества кластерной ориентации экономики для отдельной территории и для государства в целом, существуют разнообразные препятствия на этом пути.
Роль кластеров в инновационном развитии предприятий и территориальных образований четко очерчена в документах Европейского союза. Одной из важных инициатив Европейской комиссии является образование «территорий знаний и инноваций» в качестве элементов инновационной стратегии. Эта идея опирается на концепцию «обучающихся территорий». Согласно этой концепции, те факторы инновационности и конкурентоспособности предприятий, которые дают возможность эффективно функционировать на мировых рынках, - инновации, предпринимательство, эластичность, стратегия и т. д., - возникают в условиях территориального развития. Однако для того чтобы предприниматели могли использовать новые идеи, иметь быстрый доступ к знаниям и инновациям, необходимо функционирование научно-исследовательского кластера. В данном аспекте важно, что последний представляет собой совокупность научных учреждений, предприятий, региональных органов власти, а также центров содействия инновационности и предпринимательству, которые совместно работают для определенного сектора науки, техники или экономики.
Необходимость поддерживать и обеспечивать развитие научно-исследовательских кластеров доказывается рядом аргументов, например следующими:
- инновационность экономики зависит не только от эффективности деятельности предприятий и научно-исследовательских учреждений, но прежде всего от того, как они сотрудничают между собой и с органами государственной власти;
- инновации являются эффектом продолжительных связей между специалистами, предприятиями и организациями, в результате которых создаются новые знания, товары или услуги;
- территориальная близость субъектов инновационной деятельности способствует образованию, восприятию и использованию знаний, а также формированию эффективной инновационной системы.
В качестве примера научно-исследовательского кластера можно назвать созданный недавно на базе Национального университета «Львовская политехника» и Западного научного центра НАН Украины и министерства просвещения и науки Украины научно-учебный комплекс, объединивший кафедры, учебно-научные институты и учреждения НАН Украины, которые работают по родственным направлениям в сфере естественных, технических и общественных наук. Главными задачами комплекса являются подготовка специалистов с повышенным трудовым потенциалом, применение инновационных моделей организации учебного процесса и исследований, совместное проведение НИОКР, наиболее полная реализация потенциала научно-педагогических кадров, использование учебно-лабораторной и производственной базы, социальной инфраструктуры и т. д. Комплекс, о котором идет речь, можно квалифицировать как кластерное образование ввиду того, что ему присущи основные признаки кластера, а именно: налаживание кооперационных связей между участниками, поиск общих путей решения актуальных проблем экономики и науки, географическая концентрация, использование общих объектов инфраструктуры и ресурсов. И наконец, одним из важнейших признаков любого кластера является его нормативно-правовое регламентирование, в качестве которого выступает в данном случае утвержденное «Примерное положение комплекса», хотя в этом документе термин «кластер» непосредственно не употребляется, поскольку действующее законодательство не дает правовой дефиниции кластеров и не предусматривает процедуры их создания. Комплекс уже наладил тесные связи с предприятиями, организациями, учреждениями для возможного сотрудничества в различных сферах науки и производства.
Чтобы ответить на вопрос, может ли территориальное образование стать пространством знаний и инноваций на основе формирования кластерных структур, нужно путем детального анализа выяснить, каковы перспективы и инновационный потенциал такого образования. Утверждению статуса уже существующих кластеров, а также определению возможности и целесообразности создания новых должны быть посвящены усилия специалистов по данным вопросам. Изучить потенциал отдельного территориального образования на Украине с точки зрения возможности создать кластеры в определенных отраслях промышленности чрезвычайно важно для выработки стратегии развития отечественной экономики. Информация, которая касается только фактического состояния инновационности территориального образования, не полностью отражает проблематику, связанную с внедренческими процессами. Поэтому следует использовать известный инструмент стратегического планирования - SWOT-анализ, в соответствии с которым возможно оценить инновационный потенциал кластерной структуры, выяснить, имеет ли определенное образование основания для того, чтобы стать территорией развития инноваций и новых технологий как на локальном, так и на международном уровне, увидеть угрозы и слабые стороны, конкретизировать неотложные проблемы. Кроме того, сильные стороны и возможности SWOT-анализа будут выступать информационной базой налаживания кооперационных связей между предприятиями территориального образования. Быстро развивающиеся секторы и предприятия, наличие научно-исследовательских учреждений, а также институты предпринимательской среды можно считать платформой возникновения кластеров.
На Украине проблематика кластеров стремительно актуализируется, становясь темой многих конференций и публикаций. К сожалению, пока еще приходится говорить о большом отставании в этом отношении от развитых стран. Главные причины его -отсутствие концепции кластеризации регионов Украины и непонимание государственной властью роли кластерных образований в обеспечении экономического прогресса. Хотя законом в целом и определены организационно-правовые формы объединений предприятий и предпосылки для создания инновационных кластеров в различных сферах хозяйственной деятельности, однако многие вопросы еще не освещены.
В условиях украинской экономики можно ожидать возникновения новых кластеров, главным образом, по инициативе органов государственной власти. В ближайшей перспективе вряд ли следует надеяться на возникновение кластеров «снизу», когда инициатива идет от самих предприятий или научно-исследовательских учреждений, ибо этому препятствует дефицит взаимного доверия между хозяйствующими субъектами, которые могли бы стать участниками инновационного образования.
Министерство экономики Украины подготовило проект, предусматривающий создание замкнутых производственных цепочек - от разработки технологии до продажи готовой продукции; в этом документе речь идет об организации кластеров четырех типов - производственных (объединения авто-, судо- и авиастроителей), инновационно-технологических (географически локализированные компании, связанные производством инновационной продукции), туристических, транспортно-логистических.
Можно в ближайшие годы ожидать возникновения так называемых трансграничных инновационных кластеров, которые объединят различные институты пограничных областей Западной Украины и Польши. Первым толчком для этого стало проведение летом 2008 г. во Львовской области международной научно-практической конференции «Кластеры и конкурентоспособность пограничных территорий» с участием ученых из Украины, Польши, Литвы и Германии. Инновационные кластеры в Западном регионе Украины могут возникнуть также и в туризме, ремесленничестве, художественных промыслах, в машиностроении и т. д. Одним из самых перспективных был бы инновационный кластер в сфере приборостроения, созданный на территории Львова и Львовской области, где работают около 30 предприятий, есть учебные заведения и научно-исследовательские институты соответствующего профиля; выгодное географическое положение, обновленная инфраструктура в связи с проведением Евро 2012 - это также благоприятные факторы. Консолидация усилий предприятий, банковских учреждений, консалтинговых агентств, аудиторских, страховых и лизинговых компаний, органов государственной исполнительной власти на местах, органов местного самоуправления, учебно-научных институтов в организационных рамках кластера даст возможность определить общие направления разработки, изготовления и продажи продукции приборостроения, с полным циклом производства - от маркетинга, подготовки специалистов, инвестирования средств в инновационные проекты и до сбыта.
Практически каждое приборостроительное предприятие выпускает собственную продукцию, которая не дублируется другими предприятиями отрасли, но все они пользуются схожими технологиями. С учетом этого возникает потребность в осуществлении совместных научно-исследовательских работ, научно-технической подготовки производства, обмена специалистами, в проведении тренингов, семинаров и т. п. Многие приборостроительные предприятия активно занимаются инновационными разработками, среди них - «Спаринг-вист центр», «Электроприбор», Львовский завод радиоэлектронной медицинской аппаратуры и др. Научно-исследовательское предприятие «Конекс» принимало участие в проекте по созданию первого египетского спутника. Поэтому можно говорить о существовании мощной научно-исследовательской составляющей инновационного приборостроительного кластера.
Вполне реальным представляется возникновение в ближайшей перспективе на территории Западной Украины нефтеперерабатывающего кластера, центром которого должен стать современный завод в г. Бродах Львовской области. Этот кластер охватит производственников, дистрибьюторов, консалтинговые фирмы, финансово-кредитные учреждения, сертификационные органы и другие структурные элементы, которые будут полностью обслуживать технологический и экономический циклы переработки нефтепродуктов. Он может включать также машиностроительные и приборостроительные предприятия региона, которые будут поставлять необходимые машины, оборудование и т. п. Так, например, Дрогобычский машиностроительный завод может поставлять участникам кластера разнообразное оборудование для добычи, транспортировки, переработки нефти и газа, а объединение «Термоприбор» -разнообразные приборы для контроля технологических процессов.
В любом случае очевидна необходимость искать пути создания и поддержки кооперационных связей между разными субъектами инновационной деятельности, ибо именно кластерные структуры, где происходит обмен знаниями и трансфер инноваций, детерминируют, наряду с другими факторами, экономический прогресс государства в целом и отдельного территориального образования в частности.
Продекларировав инновационно-инвестиционную модель экономического развития, Украина должна ускорить внедрение кластерной концепции на общегосударственном и локальном уровнях. Возникновение новых и поддержка существующих кластерных структур может быть залогом поступательного движения каждого территориального образования. Для этого нужно, в первую очередь на законодательном уровне, очертить правовые основы создания и функционирования кластеров; в соответствующих нормативно-правовых актах должны быть определены основные термины, которые касаются кластеринга; важно также конкретизировать количество хозяйствующих субъектов, требуемое для того, чтобы кластер возник, статус его участников, условия его создания, состав комплекта документов для юридического оформления и функционирова-ния, процедуру юридического закрепления названия кластера, перечень нормативно-правовых актов, регламентирующих его деятельность. Следует оговорить, каким образом строятся взаимоотношения между участниками кластера (в том числе и по финансовым вопросам), какие органы управляют кластерным образованием, каковы их полномочия, какие виды ответственности могут быть применены к участникам кластера и за какие нарушения и пр. Поскольку кластеры образуются на продолжительное время, правовая регламентация перечисленных моментов обеспечит стабильные условия для возникновения и функционирования таких объединений, независимо от того, какое правительство руководит государством и какую политику оно проводит.
Дальнейшие исследования по затронутой проблематике могут заключаться в выявлении уже существующих объединений, в рамках которых идут обмен знаниями и трансфер инноваций, в оценке эффективности их работы, поиске путей поддержки, поощрения и стимулирования участников кластера, а также в выяснении целесообразности формирования новых кластеров.
«Экономика Украины».- 2010.- № 2.- С. 14-23.
ФИНАНСЫ
Кредитно-финансовые инструменты стимулирования экспорта на Украине
В журнале «Экономика Украины» помещен материал, подготовленный В.Курищук и посвященный кредитно-финансовым инструментам стимулирования украинского экспорта.
Одним из весомых факторов развития экономики является эффективный экспорт, стратегическая роль которого состоит в том, что он на основе реализации конкурентных преимуществ расширяет границы торговли, благодаря дополнительным рынкам сбыта стимулирует расширенное воспроизводство, обеспечивает получение дополнительной прибыли и увеличение национального дохода.
Как подтверждает практика хозяйствования развитых стран, чрезвычайно важное значение для выхода предприятий на международные рынки имеет их финансовая поддержка со стороны государства путем формирования системы стимулирования экспорта, включающей определенный набор инструментов, в частности кредитно-финансовых.
Актуальность исследования кредитно-финансовых инструментов стимулирования экспорта обусловлена необходимостью повысить конкурентоспособность отечественных товаров в условиях обретения Украиной полноправного членства в ВТО и дальнейшей интеграции в мировую экономику.
Разным аспектам внешней торговли посвящены труды таких известных ученых, как А.Кредисов, И.Бураковский, И.Тивончук, Н.Шалашкова, В.Рогов, К.Клеутин, Л.Колинец и др., однако проблемы кредитно-финансовых инструментов и формирование системы финансовой поддержки экспорта еще не решены.
В каждой стране есть собственная система государственного стимулирования экспорта, включающая определенный набор инструментов.
Среди инструментов государственного стимулирования экспорта, по мнению специалистов, самое важное место занимают именно кредитно-финансовые. Они представляют собой совокупность мер органов государственной власти, направленных на укрепление позиций субъектов экспортной деятельности. С помощью этих мер государство финансово стимулирует экспорт, компенсируя предприятиям повышенные риски и расходы в процессе реализации товаров и услуг за границей по сравнению с рисками и расходами предприятий, работающих на внутреннем рынке. В результате повышается заинтересованность предприятий в экспортной деятельности, которая дает возможность эффективно использовать производственные ресурсы страны.
финансовое стимулирование экспорта некоторые государства начали внедрять еще в 20-30 годы XX в.; эта практика очень распространилась после Второй мировой войны, а в наше время стала одним из приоритетных направлений экономической политики большинства стран. Это связано с ростом выгод от международной торговли, с достижениями научно-технического прогресса, а также с обострением конкуренции на мировом рынке, соперничеством между государствами в сфере стимулирования деятельности экспортеров.
К основным кредитно-финансовым инструментам стимулирования экспорта относятся предоставление кредитов экспортерам, страхование и гарантирование экспортных кредитов.
Кредитовать экспорт государство может двумя путями. Первый путь - за счет создания бюджета фондов, средства из которых через специализированные государственные или полугосударственные учреждения - так называемые экспортные кредитные агентства (ЭКА) - передаются отечественным экспортерам. На ЭКА возложена также задача осуществлять страхование и гарантирование экспортных кредитов, чтобы обеспечить успешное продвижение продукции предприятий на международные рынки и поддержку инвестиций за границей. Такими учреждениями являются, например, американский Export-Import Bank и австрийский Kontrollbank. Второй путь такой: из госбюджета выделяются определенные суммы для рефинансирования банкам-кредиторам разницы между рыночными и льготными процентными ставками по экспортным кредитам (так делают, например, во Франции и Польше). Таким образом, экспортеры получают кредитные ресурсы на более выгодных условиях, чем коммерческие кредиты на внутреннем рынке, поэтому могут предоставлять импортерам кредиты в виде отсрочек платежей, что является весомой поддержкой в конкурентной борьбе за международные рынки сбыта.
Страхование экспортных кредитов призвано защищать имущественные интересы экспортеров от разных рисков, как коммерческих (неспособность или банкротство импортера, длительная просрочка или отказ от платежа, неуплата долга в установленный договором срок и др.), так и политических (невозможность платежа или его длительные задержки вследствие изменения валютного регулирования, невозобновление или отзыв лицензии иностранного покупателя, война, нарушение общественного порядка, действия или решения правительства страны - иностранного партнера, которые препятствуют выполнению контракта). В одних развитых странах функции страхования экспортных кредитов закреплены за ЭКА, в других - возложены на специальные государственные или полугосударственные учреждения, такие, например, как Французская компания страхования внешней торговли (КАФАСЕ), Управление страхования экспорта (Япония), Департамент гарантий экспортных кредитов (Великобритания), Hermes (Германия).
Государственные гарантии защищают коммерческие банки, принимающие непосредственное участие в процессе кредитования экспорта, от убытков и облегчают доступ экспортеров к финансовым ресурсам.
Кредитно-финансовые инструменты стимулирования экспорта предназначены для расширения круга экспортеров и географии поставок с помощью освоения новых рынков, усиления ценовой конкурентоспособности товаров (услуг), реализуемых за рубежом, снижения производственных расходов (в частности, благодаря увеличению серийности продукции).
Финансовое стимулирование экспорта достигло высокого уровня во многих странах мира, Отставание какой-либо страны в этой сфере ослабляет международную конкурентоспособность, тормозит развитие экспорта, уменьшает его эффективность, ограничивает возможности использования национальных ресурсов для роста экономики и повышения уровня благосостояния населения.
На Украине первым шагом в направлении введения системы государственного финансового стимулирования экспорта стало послание президента к Верховной Раде «Украина: Шаги в XXI век. Стратегия экономической и социальной политики на 2000-2004 гг.», в котором первоочередная роль отводилась поддержке экспорта продукции высокой степени переработки путем разработки и осуществления программы стимулирования экспорта с учетом комплекса государственных мер содействия, предусматривающих использование механизмов кредитования экспорта, страхование экспортных кредитов, предоставление государственных гарантий. Распоряжением кабинета министров Украины от 26 октября 2001 г. была одобрена программа стимулирования экспорта продукции, в которой определено, в частности, следующее:
- важное место в стимулировании экспорта должны занять разные формы кредитования, что будет обеспечиваться предоставлением экспортеру средне- и долгосрочных кредитов через кредитные учреждения;
- для защиты от внешнеэкономических рисков государство будет принимать меры к страхованию экспортных кредитов коммерческими банками и финансовыми учреждениями и осуществлять развитие прежде всего страхования экспортных кредитов от риска неплатежа иностранного покупателя.
В 1992 г. с целью обслуживания внешнеэкономической деятельности государства был создан Государственный экспортно-импортный банк Украины (на основе отделения Внешэкономбанка бывшего СССР на Украине). В 2000 г. он изменил организационно-правовую форму на открытое АО «Государственный экспортно-импортный банк Украины» («Укрэксимбанк»), На банк возлагались функции, аналогичные функциям западных банков, специализирующихся на финансировании внешней торговли, включая кредитование экспортеров. В соответствии с выбранной стратегией, «Укрэксимбанк» должен был способствовать росту экокомического потенциала Украины, повышению конкурентоспособности экономики, участию страны в международных интеграционных процессах. Но на практике круг функций этого учреждения постепенно расширялся до пределов, присущих, скорее, универсальному банку. В том же году министерство экономики Украины совместно с министерством финансов, министерством юстиции, министерством иностранных дел, НБУ и Государственный экспортно-импортный банк Украины разработали проект закона «О государственной поддержке страхования и кредитования экспорта».
Законопроект, в частности, предусматривал ввести механизм государственного стимулирования экспорта на Украине за счет средств госбюджета, а именно:
- частично компенсировать украинским экспортерам процентную ставку по предоставленным кредитам;
- предоставлять гарантии во время участия украинских экспортеров в тендерах за рубежом;
- страховать экспортные кредиты, предоставленные украинским экспортерам банками-кредиторами.
Государственную политику в деле стимулирования экспорта должна реализовывать вновь созданная Украинская корпорация развития экспорта.
Но из-за того, что законопроект и объяснительная записка к нему не содержали четкого доказательства приоритетности предоставления государственной поддержки кредитованию экспорта, информации и экономического обоснования механизма компенсации процентной ставки по кредитам, не конкретизировали условия предоставления таких льготных кредитов и гарантий, не определили роль и место банков Украины в реализации государственной политики поддержки страхования и кредитования экспорта, не устанавливали практический механизм предоставления гарантий украинским экспортерам, после первого чтения было принято решение указанный проект только взять за основу будущего закона. Затем проект, представлений на рассмотрение повторно, согласно заключению Главного научно-экспертного управления от 28 ноября 2005 г., был отправлен на доработку,
В начале августа 2008 г. министерство экономики Украины обнародовало проект закона «Об экспортном страховании и кредитовании», в котором предусматривалось создать государственную акционерную компанию (предлагаемое название - «Украинская компания страхования экспорта») и определить Государственный экспортно-импортный банк уполномоченным банком в отношении реализации государственной политики по поддержке кредитования экспорта. Авторы проекта рассчитывали, что убытки из-за невыполнения зарубежными покупателями контрактных обязательств будут компенсироваться на основе государственной или банковской гарантии. Таким образом, бюджетные средства будут использоваться только для формирования резервных фондов для государственного гарантирования экспорта. В проекте планировалось увеличить ежегодные объемы экспорта украинских товаров в среднем на 3,0%, или на 500 млн. долл., но не уточнялось, как именно будут функционировать и взаимодействовать уполномоченные учреждения; не был определен и механизм оценки кредитоспособности зарубежных покупателей украинских товаров, не была конкретизирована процедура подачи и отбора заявок, порядок утверждения и функционирования наблюдательного совета и др.
В начале марта 2009 г был обнародован законопроект «О системе государственной поддержки экспорта товаров (работ, услуг) украинского происхождения», в котором предлагалось создать государственную акционерную компанию (под названием «Украинская компания страхования экспорта»), а также уполномоченное государственное учреждение по реализации государственной поддержки национального экспорта. Последнее должно осуществлять кредитование экспортеров и их клиентов страхование и перестрахование экспортных кредитов, гарантирование неизменности тендерных предложений украинских экспортеров, а также частично компенсировать процентную ставку по экспортным кредитам. Данный проект предусматривает резервирование средств в госбюджете для обеспечения операций страхования по экспортным контрактам и кредитам в объеме 700 млн. гривен (что на 350 млн. гривен больше, чем в предыдущем законопроекте) на создание и обеспечение текущей деятельности компании предлагается выделить 50 млн. гривен. Кроме того, авторы предложили определить расходы, необходимые для компенсации процентных ставок, в размере 200 млн. гривен (т.е. на 100 млн. гривен больше чем в предыдущем законопроекте). Предлагается расходы, необходимые для финансового обеспечения участия украинских предприятий в тендерах за рубежом устанавливать в размере 150 млн. гривен. В целом осуществление мер системы государственной финансовой поддержки экспортной деятельности требовало 1100 млн. гривен (на 450 млн. гривен больше, чем в предыдущем законопроекте). За счет реализации норм проекта ежегодные объемы экспорта украинских товаров увеличивались в среднем на 1,0%, или на 670 млн. долл. По результатам рассмотрения в первом чтении и этот проект принят не был.
Ни в одном из четырех вариантов изложенных законопроектов не конкретизирован механизм отбора предложений и направлений, по которым будет осуществляться государственная поддержка национального экспорта, не выяснено, каким образом и кем именно будет устанавливаться плата за страхование и кредитование экспортной деятельности, не обоснованы размеры необходимых средств, не определена величина ежегодного увеличения в госбюджете сумм для финансирования мер по реализации государственной поддержки экспорта.
Одно из главных отличий законопроектов касается формирования инфраструктуры для обеспечения реализации государственной политики по поддержке экспортной деятельности. Как уже упоминалось, проектом от 2005 г. предусматривалось создание Украинской корпорации развития экспорта, в составе которой действовал бы уполномоченный страховщик, проектом от 2008 г. - создание Украинской компании страхования экспорта и назначение ОАО «Государственный экспортно-импортный банк Украины» уполномоченным банком по реализации государственной поддержки кредитования и гарантированию национального экспорта (кроме предоставления экспортных кредитов закреплялись следующие функции: долгосрочное кредитование украинских производителей, частичная компенсация процентной ставки по экспортным кредитам, гарантирование возврата авансовых платежей иностранным покупателям, гарантирование неизменности предложений украинских производителей во время участия в тендерах за рубежом). Но в нем не были определены роль и место украинских банков при кредитовании экспорта, не разработан механизм рефинансирования украинским банкам экспортных кредитов, непонятно, каким образом банк будет гарантировать участие в тендерах за рубежом предприятий негосударственной формы собственности.
Наконец, четвертый проект - от 2009 г. - также предусматривал создание государственной акционерной «Украинской компании страхования экспорта» и предлагал организовать отдельное учреждение со статусом уполномоченного государственного, которое должно было реализовать государственную поддержку национального экспорта. На взгляд автора, создавать финансовое учреждение, которое будет предоставлять экспортные кредиты и рефинансировать украинские банки, нецелесообразно, ведь такие функции может выполнять Государственный экспортно-импортный банк Украины.
Таким образом, сегодня Украина остается чуть ли не единственной страной в Восточной Европе, которая не имеет надлежащей системы государственной финансовой поддержки экспортной деятельности, и это обстоятельство отрицательно влияет на продвижение товаров и услуг украинских предприятий на международные рынки. Иностранные конкуренты имеют неоспоримые преимущества перед украинскими экспортерами с учетом более дешевых кредитов, компенсированных государствами, а также защиту от политических и частично коммерческих рисков.
Чтобы сформировать систему государственной финансовой поддержки экспортной деятельности на Украине, в первую очередь необходимо разработать и внедрить нормативно-правовую базу, которая зафиксирует приоритеты такой поддержки. В частности, следует сосредоточить внимание на кредитовании высокотехнологичной продукции, производство и реализация которой является главным фактором экономического роста. Следует обратить внимание, что в текстах рассмотренных законопроектов отсутствуют положения о стимулировании высокотехнологичного экспорта; соответствующие положения содержатся лишь в объяснительных записках.
Нужно создать государственную акционерную структуру для страхования экспорта, организовать работу Государственного экспортно-импортного банка Украины и коммерческих банков в направлении реализации национальной политики кредитования, гарантирования и страхования экспорта, с четкой регламентацией бизнес-процессов и порядка отбора экспортеров, которым будет предоставляться финансовая поддержка. Отбирать экспортеров, например, можно на основе ранжирования, присваивая определенное количество баллов (от 0 до 10) по таким критериям, как степень технологического совершенства товаров, насыщенность внутреннего рынка, финансовое состояние экспортера и др.
Необходимо определить возможные источники формирования фондов для финансирования национальных экспортеров. В рассмотренных законопроектах предусмотренные направления государственной поддержки экспорта предлагается финансировать из госбюджета, однако необходимо искать источники для покрытия этих расходов, например, за счет создания специального фонда, сформированного коммерческими банками, или таможенных сборов.
«Экономика Украины».- 2010.- № 2.- С. 84-89.
КОСМОС
Вывод на орбиту спутников «ГЛОНАСС-М»
По сообщению GPS World, 14 декабря 2009 г. Федеральное космическое агентство «Роскосмос» с помощью РН «Протон» вывело на космические орбиты три спутника «ГЛОНАСС-М». Спутники массой около 1360 кг каждый конструировались с расчетом работы в космосе в течение семи лет. Они пополнили группировку системы ГЛОНАСС, состоящую из 19 космических аппаратов, из которых только 16 находятся в исправном состоянии.
Российские политики и менеджеры спутниковой навигационной системы планировали в сентябре и декабре 2009 г. отправить на орбиту шесть спутников с тем, чтобы получить возможность предоставлять услуги системы глобального позиционирования, для чего необходимо иметь 24 космических аппарата, по восемь в каждой из трех орбитальных плоскостей.
Однако неисправность в полезной нагрузке одного спутника, уже находящегося в космосе, привела к тому, что на предприятие-изготовитель были возвращены три аппарата, которые планировалось вывести в космос в сентябре. Три спутника, выведенные в космос в январе 2010 г., обеспечат непрерывное покрытие системой ГЛОНАСС лишь суверенной территории России, а всего для этого необходимо иметь 18 работающих аппаратов.
Следующий пуск для системы ГЛОНАСС планировался на период 11-20 февраля 2010 г,
Спутники «ГЛОНАСС-М» блока №41 (номера 30, 33 и 34) выведены в рабочей точке 1, в которой в настоящее время имеется только четыре исправных аппарата. По данным «Роскосмоса», со всеми спутниками установлена связь и все они используются по целевому назначению.
Руководитель НПО прикладной механики им. М. Решетнева Н.Тестоедов сообщил, что до 2013 г. предприятие планирует изготовить еще 17 космических аппаратов типа «ГЛОНАСС-М».
Как указал заместитель директора Института космического приборостроения А.Буравин, в 2011 г. начнутся предпроизводственные летные испытания новой серии навигационных спутников «ГЛОНАСС-К». Эти испытания будут проводиться совместно с НПО им. М.Решетнева.
Пока не ясно, будут ли спутники нового поколения системы ГЛОНАСС запускаться по три одновременно с использованием ракет-носителей «Протон» с космодрома Байконур или по два спутника с помощью ракет-носителей «Союз» с космодрома Плесецк.
В.И.Вершинин
GPS World. - 2010. - January. - P. 21.
О пристыковке к МКС модуля «Поиск»
Как информирует еженедельник Flight International, 12 ноября 2009 г. четвертый российский малый исследовательский модуль МИМ-2, известный также как «Поиск», был пристыкован к Международной космической станции через зенитный стыковочный узел «Звезда».
МИМ-2, выведенный на орбиту с космодрома Байконур ракетой-носителем «Союз-У» Самарского космического центра 10 ноября 2009 г., будет использоваться в качестве дополнительного стыковочного узла для космических кораблей «Союз» и «Прогресс», а также шлюзовой камеры при выходах в открытый космос.
Модуль обеспечит дополнительное пространство для научных экспериментов, розеток электропитания, интерфейсов передачи данных для двух внешних научных полезных нагрузок, которые будут разработаны Российской академией наук.
Малый модуль «Поиск», масса которого составляет 4000 кг, диаметр - 2,6 м, длина -4,6 м, внутренний объем - 12,5 м3, доставил на МКС груз массой более 750 кг, включая продукты питания, оборудование для российского сегмента станции, медикаменты, летную документацию и посылки для шести членов экипажа МКС.
МИМ-2был пристыкован к МКС с помощью двигательного модуля «Прогресс» компании РКК «Энергия». В «Роскосмосе» рассказали, что двигательный модуль будет отделен с тем, чтобы освободить пассивный стыковочный узел модуля «Поиск». В январе 2010 г. в ходе работ в открытом космосе экипаж станции должен проложить кабельные линии между модулем и станцией.
Другими модулями российского сегмента МКС являются функционально-грузовой блок «Заря», служебный модуль «Звезда» и стыковочный отсек-модуль «Пирс».
В мае 2010 г. к МИМ-2 предполагается присоединить МИМ-1, который будет доставлен на МКС американским ККМИ «Atlantis» в ходе выполнения своего последнего, завершающего полета.
Россия планирует доставку на МКС еще нескольких модулей, и после 2015 г. их количество будет доведено до 9 ед.
В.И.Вершинин
Flight International. - 2009. - 24-30 November. - P. 25.
РЫНКИ
Рынок безрецептурных фармацевтических препаратов в России
Исследовательская компания Datamonitor опубликовала обзор состояния российского рынка безрецептурных фармацевтических продуктов.
Обзор рынка
К безрецептурным лекарственным средствам в России относятся традиционные лекарственные препараты, средства от кашля и простуды (таблетки, микстуры, леденцы, местные анестезирующие средства, ингаляторы), витамины и минералы (поливитамины, минералы, витамины, тонизирующие средства), гастроэнтерологические препараты (таблетки, порошки, микстуры), анальгетики (парацетамол и другие обезболивающие средства, ибупрофен, аспирин), а также другие безрецептурные медицинские препараты, в том числе дерматологические средства (антибактериальные, для лечения акне, противогрибковые и др., дезинфицирующие средства), популярные продукты (обезболивающие средства, противозудные препараты, кремы/гели, содержащие антибиотики), пластыри и перевязочные материалы (пластыри, марлевые тампоны, бинты, жидкие повязки), аптечки первой помощи и другие изделия медицинского назначения (средства против курения, ректальные лекарства, глазные/ушные капли, снотворные, средства против укачивания), отпускаемые без рецепта врача по розничным ценам, включая налоги. Все стоимостные показатели приведены в валютном эквиваленте, рассчитанном по среднегодовым курсам обмена валют.
Для целей данного обзора в Европу включены следующие страны: Бельгия, Чешская Республика, Дания, Франция, Германия, Венгрия, Италия, Нидерланды, Норвегия, Польша, Румыния, Россия, Испания, Швеция, Украина и Великобритания.
Рыночный анализ
В течение 2004-2008 гг. темпы роста российского рынка безрецептурных фармацевтических препаратов были значительными, однако ожидается, что в ближайшие пять лет рост замедлится. В 2008 г. этот рынок обеспечил совокупные доходы в размере 5,1 млрд. долл., отображающие среднегодовой темп роста в сложных процентах (CAGR) в 7% за период 2004-2008 гг. Для сравнения, рынки Польши и Венгрии за тот же период выросли с CAGR 5,2% и 3,9% соответственно и в 2008 г. достигли значений 2,6 млрд. долл. и 515,9 млн. долл. соответственно.
Наиболее прибыльными на российском фармацевтическом рынке в 2008 г. оказались продажи гастроэнтерологических препаратов, которые обеспечили совокупные доходы в размере 1,2 млрд. долл., что эквивалентно 24,5% общей стоимости рынка. Для сравнения, сегмент лекарств от кашля и простуды в 2008 г. принес доходы в размере 940,7 млн. долл., что эквивалентно 18,4% от общих доходов этого рынка; доля болеутоляющих средств составила 11% доходов, а витаминов и минералов - 5,0%.
Прогнозируется увеличение темпов роста рынка при ожидаемом CAGR 7,8% за пятилетний период 2008-2013 гг., в результате чего общая стоимость рынка к концу 2013 г. достигнет 7,4 млрд. долл. Для сравнения, в тот же период рынки Польши и Венгрии будут расти с CAGR 4,3% и 4,2% соответственно и в 2013 г. их стоимость, как ожидается, будет оцениваться в 3,2 млрд. долл. и 633,1 млн. долл. соответственно.
Динамика роста стоимости российского рынка безрецептурных фармацевтических препаратов в период 2004-2008 гг. была следующей (стоимость в млрд. долл./рост): 2004 г. -3,9/-; 2005 г. - 4,2/6,4%; 2006 г. - 4,4/5,8%; 2007 г. - 4,7/7,2%; 2008 г.-5,1/8,5%.
С точки зрения рыночной сегментации, на долю России в 2008 г. приходилось 13,2% стоимости европейского рынка безрецептурных лекарственных средств. Для сравнения, доля Польши в этот период составляла 6,7%, Венгрии - 1,3%, остальных европейских стран - 78,8%.
Конкурентная среда
Рынок безрецептурных фармацевтических препаратов проанализирован с учетом того, что в качестве участников рынка выступают производители лекарственных средств. Ключевыми покупателями являются аптеки, универсальные магазины и супермаркеты, а ключевыми поставщиками - производители активных фармацевтических ингредиентов (АФИ).
Российский рынок безрецептурных фармацевтических препаратов сильно фрагментирован: доля трех главных участников составляет 28,2% его общего объема в стоимостном выражении. На рынке действуют производители в качестве игроков и дистрибьюторы, таких как аптеки и супермаркеты, в качестве покупателей. Из-за своих меньших размеров эти дистрибьюторы обладают меньшей рыночной силой покупателей, чем крупные супермаркеты. Однако некоторые покупатели «интегрируются назад» в этот рынок, что увеличивает давление на участников рынка, тем самым одновременно они повышают свою рыночную силу. При этом крупные фармацевтические компании с признанными брендами обладают значительной рыночной властью над небольшими аптеками, тем самым уменьшая их рыночную силу. Поставщики - производители АФИ -чаще всего обеспечивают поставки товаров фармацевтическим компаниям по контрактным соглашениям, что увеличивает расходы на переключение и повышает рыночную силу поставщиков.
Вход на этот рынок становится более сложным из-за затрат на разработку продуктов, когда дело касается новых лекарственных препаратов и необходимости получать разрешение на производство со стороны регулирующих органов. Основными заменителями безрецептурных фармацевтических препаратов являются лекарства, отпускаемые по рецепту, но угроза, которую они представляют с точки зрения рыночного замещения, не является серьезной: такие лекарства чаще применяются только в тех случаях, когда отсутствуют соответствующие безрецептурные средства.
Конкуренция на рынке сильная, с увеличивающейся консолидацией участников рынка, которая ведет к укрупнению компаний и еще большей конкуренции. Тем не менее, рост на российском рынке безрецептурных лекарственных средств до определенной степени смягчает конкуренцию, которая оценивается как умеренная.
Дистрибьюторы лекарств, включая аптеки, универсальные магазины и супермаркеты, рассматриваются как покупатели. Основными каналами распределения безрецептурных препаратов на этом рынке служат аптеки. В 2008 г. на их долю приходилось 68,3% общей стоимости рынка. На долю универсальных магазинов и супермаркетов - 15,6%, доля стоимости продуктов розничных продавцов составила 8,9%, всех остальных - 7,1%.
Ритейлеры зачастую обладают существенной властью в цепочках поставок, однако желание потребителей иметь широкий выбор средств для самолечения заставляет покупателей этого рынка иметь в наличии безрецептурные фармацевтические препараты. Тем не менее, безрецептурные лекарства для аптечного бизнеса гораздо важнее, чем для супермаркетов и, как результат, расходы на переключение покупателей на этом рынке могут слегка отличаться. Покупатели, как правило, «интегрируются назад» на этом рынке, но это не является общим правилом.
Участники рынка нуждаются в широком спектре специализированных ингредиентов, которые поддерживают рыночную силу поставщиков. Вместе с тем, многие крупные фармацевтические компании имеют свои производства в химической промышленности. Например, Teva Pharmaceuticals производит ряд активных фармацевтических ингредиентов. Merck & Co также имеет собственное химическое подразделение. Более мелкие фармацевтические компании не обладают достаточной инфраструктурой, чтобы самим производить химические ингредиенты, так как им не хватает опыта и поэтому они часто всецело зависят от производителей АФИ.
Хотя некоторые производителя химической продукции снабжают только фармацевтические компании, многие их них также поставляют свои продукты многим отраслям промышленности и разрабатывают химические компоненты для пищевых продуктов и кормов для животных, а также для производителей керамики, что уменьшает их зависимость от доходов, полученных за счет продажи фармацевтических продуктов.
АФИ чаще всего поставляются фармацевтическим компаниям на контрактной основе, это повышает затраты на переключение и увеличивает рыночную силу поставщиков. В целом, рыночная сила поставщиков оценивается как достаточно серьезная.
Рынок безрецептурных лекарственных средств характеризуется высоким уровнем специализации и компетенции, а также высокими предварительными инвестиционными расходами, что затрудняет вход на него. Основные затраты связаны с необходимостью проведения всесторонних клинических испытаний.
Некоторые производители безрецептурных лекарств инвестируют в разработку новых продуктов, что влечет высокие затраты на обширные клинические испытания. Несмотря на это на рынке превалируют небольшие фирмы и они все еще могут достичь эффективности посредством сотрудничества с более крупными фирмами, что позволяет им получать преимущества за счет увеличенных фондов (в форме совместных доходов), создавая больше инновационных и исследовательских возможностей.
Самый прагматичный способ входа на рынок - в качестве небольшой компании непатентованных лекарственных препаратов (дженериков); это гораздо менее затратная бизнес-модель, чем разработка патентованных фармацевтических продуктов. Существуют возможности для создания новых компаний в сегменте безрецептурных препаратов с активным ростом рынка.
На российском рынке имеется также сильный потенциал роста благодаря либерализации каналов дистрибуции и повышению информированности в сфере здоровья в регионе. В фармацевтическом секторе возврат лекарства может нанести ущерб имиджу бренда и вопросы безопасности лекарственных средств могут повлиять на решение конечного пользователя о покупке безрецептурного медицинского препарата, что снижает затраты на переключение.
Даже на этом рынке, где некоторые продукты крайне важны для конечного пользователя, потребительские предпочтения могут оказывать сильное воздействие на производителей. Тем не менее, отзыв с рынка безрецептурных лекарственных препаратов из-за вопросов безопасности нетипичен, хотя несколько подобных случаев имели место.
Лекарства часто становятся безрецептурными за счет их выхода из категории продуктов, отпускаемых по рецепту, что может повысить доверие потребителя к такому препарату. В целом, угроза появления новых участников рынка оценивается как умеренная.
Лекарственные средства, продаваемые по рецепту, служат очевидной альтернативой безрецептурным препаратам, но обычно они предназначены для лечения более серьезных заболеваний и поэтому в большинстве случаев не могут проникнуть на рынок безрецептурных фармацевтических товаров.
Более того, большинство фармацевтических компаний производят лекарства, отпускаемые как по рецепту, так и безрецептурные, что устраняет любую угрозу такого замещения. Многие потребители сейчас используют альтернативные медицинские препараты, например гомеопатические, но часто в сочетании с традиционными медицинскими средствами, тем самым они становятся менее опасными и дополняют друг друга.
Постоянное применение средств альтернативной медицины вместо разработанных на научной основе фармацевтических препаратов часто связано с приверженностью альтернативному образу жизни, философии или политическим воззрениям, наподобие теории о решающей роли влияния окружающей среды на жизнь и деятельность человека. Таким образом, пока существует потребность в таких продуктах, большинство населения вряд ли будет рассматривать альтернативные медицинские препараты как реальную замену безрецептурным лекарствам. В целом, угроза заменителей оценивается как слабая.
На рынке безрецептурных фармацевтических препаратов наблюдается усиливающаяся консолидация, что приводит к созданию более крупных компаний и к обострению конкуренции. Большинство ведущих компаний - это крупные транснациональные корпорации, и их широкое географическое распространение уменьшает конкуренцию.
Вместе с тем, эти компании, как правило, имеют высокие фиксированные расходы, поскольку фармакологические исследования и разработки лекарственных средств требуют постоянных инвестиций. Барьеры для выхода достаточно высоки, так как большинство компаний, производящих безрецептурные препараты, сосредоточены на фармацевтическом рынке и похожи друг на друга.
Однако некоторые компании, производящие средства личной гигиены, функционируют на рынке безрецептурных лекарств или даже фармацевтических товаров, отпускаемых по рецептам, что свидетельствует о снижении барьеров для выхода для таких компаний. Например, Reckitt Benckiser владеет брендами Nurofen и Strepsils после приобретения Boot Healthcare International, а также занимается производством и распространением бытовых моющих средств и товаров личной гигиены.
На этом рынке производители могут отличаться друг от друга, демонстрируя препараты, имеющие большие клинические преимущества, а также благодаря созданию более сильной торговой марки. Так, Iboprufen является популярным обезболивающим, однако Nurofen - самый известный бренд, который имеет наибольший объем продаж. Рост продаж был устойчивым благодаря инновациям и расширению ассортимента, например, появился Nurofen fast relief.
Ведущие компании
Ranbaxy Laboratories Ltd. (Ranbaxy), крупнейшая фармацевтическая компания Индии, занимается производством и продажей лекарственных форм, АФИ и промежуточных продуктов, дженериков и товаров для здоровья человека, а также разработкой лекарств. Компания осуществляет деятельность в Индии, Европе, Северной Америке и в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Ее штаб-квартира находится в г. Гургаон, Индия. Ranbaxy - интегрированная международная компания, производящая целый ряд непатентованных лекарственных средств. Компания продает свою продукцию более чем в 125 странах, имеет производственные мощности в 11 странах.
Деятельность Ranbaxy делится на два бизнес-сегмента - фармацевтический и другие области деловой активности. Фармацевтический сегмент включает производство лекарственных форм и торговлю ими. Имеются два основных вида продуктов компании -лекарственные формы и АФИ.
Лекарственные формы, выпускаемые компанией, включают ряд рецептурных и безрецептурных лекарств. Особое внимание уделяется противоинфекционным и антибактериальным средствам. Другие продукты включают поливитамины и терапевтические средства, применяемые в ортопедии, для обезболивания, при желудочно-кишечных расстройствах, в диетологии, при нарушении деятельности сердечно-сосудистой системы, кожных заболеваниях и расстройствах центральной нервной системы.
Подразделение АФИ имеет в портфеле более 50 продуктов, охватывающих широкий терапевтический диапазон, в том числе для сердечно-сосудистой системы, антибактериальные, противоязвенные, противодиабетические, антидепрессанты, противовирусные и др.
Компания имеет три многопрофильных исследовательских предприятия в г. Гургаон. Центры исследований и разработок основное внимание уделяют созданию дженериков и разработке новых систем доставки лекарств, в то время как центр III занимается созданием новых лекарств.
Еще одно подразделение предоставляет финансовые услуги.
Johnson & Johnson (JSJ) занимается производством потребительской продукции, продукции для больниц (медицинские приборы, диагностическое оборудование) и фармацевтических препаратов. Это холдинговая компания, включающая более 250 компаний-операторов, которые осуществляют деятельность по всему миру.
Потребительский сегмент компании разрабатывает и продает товары по уходу за детьми, средства по уходу за кожей, полостью рта, ранами, а также товары личной гигиены для женщин. Кроме того, данный сегмент предлагает диетологические и безрецептурные фармацевтические продукты. Эти продукты поставляются индивидуальным потребителям, оптовикам и независимым или сетевым магазинам. Компания предлагает товары ухода за детской кожей линии JOHNSON'S baby, гели для душа и добавки для ванны под торговой маркой AVEENO, дезодоранты под торговой маркой Bebe. Она также предлагает фирменное мыло под торговым наименованием Purpose, Vendome и Ambi. Основные бренды J&J для ухода за кожей включают Aveeno, Clear&Clear, Johnson's adult, Neutrogena, Roc, Lubriderm, Beijing Dabao Cosmetics и линию продуктов Vendome. Продукты ухода за полостью рта предлагаются под торговыми марками LJsterine и Reach. Главные бренды для личной гигиены женщин - Carefree Pantiliners и Stayfree.
Линии диетологических и безрецептурных товаров включают сахарозаменители Splenda, No Calorie; продукты Tylenol acetaminophen; и Pepcid AC Acid Controller от J&J Merck Consumer Pharmaceuticals.
Фармацевтический сегмент производит и продает на рынке продукты в следующих терапевтических областях: антибактериальной, антипсихотической, сердечно-сосудистой, контрацептивной, дерматологической, желудочно-кишечной, гематологической, иммунологической, неврологической, онкологической, обезболивания, урологической и вирусологической. Эти продукты распределяются непосредственно через розничную и оптовую торговлю, а также через профессиональных медицинских работников. Главные бренды, продаваемые этим сегментом, включают Remicade (infiximab) для лечения: болезни Крона, анкилозирующиего спондилоартрита, псориаза, псориатического артрита, неспецифического язвенного колита и ревматоидного артрита; Topamax (topiramate), одобренный для дополнительных лечебных мероприятий и монотерапии при эпилепсии, а также для профилактики мигреней; Procrit (Epoetinalfa, за пределами США продается как Ергех), для стимулирования образования эритроцитов. Компания также выпускает Risperdal oral (risperidone) для лечения симптомов шизофрении, биполярной мании и раздражительности, Risperdal Consta (risperidone), инъекционный препарат длительного действия, и Invega TM (paliperdone), таблетки с пролонгированным действием для лечения шизофрении; Levaquin (levofloxadn) и Floxin (ofloxacin), оба используются в антиинфекционной области. Кроме того, компания предлагает Concerta (methylphenidate HCI), для лечения синдрома дефицита внимания и гиперактивности; Aciphex/Pariet, ингибитор протонового насоса, продаваемый вместе с Eisa; и Duragesic/Fentanyl Transdermal (fentanyl transdermal system, за пределами США продается как Durogesic) для лечения от хронической боли, которое предлагает новую конфигурацию системы доставки. Сегмент медицинских и диагностических приборов выпускает широкий круг продуктов, преимущественно для профессионального использования терапевтами, средним медицинским персоналом, врачами узкой специальности, в больницах, диагностических лабораториях и клиниках. Продукты поставляются оптовикам, больницам и розничным торговцам. Сегмент предлагает продукты линии Cordis для лечения расстройств кровообращения; ортопедическую реконструкцию сочленений DePuy; продукты для использования при повреждениях позвоночника и товары спортивной медицины; хирургические материалы Ethicon и товары для женского здоровья, а также инструменты для малоинвазивной хирургии; глюкометры LifeScan и устройства для введения инсулина; профессиональные диагностические системы Ortho-Clinical Diagnostics' и контактные линзы Vistakon. Поставки на рынки производятся как напрямую, так и через снабжение хирургических отделений и дилеров. Международный бизнес осуществляется дочерними предприятиями компании J&J, находящимися в 56 странах за пределами США.
Исследовательские организации компании расположены в США, Бельгии, Бразилии, Канаде, Китае, Франции, Германии, Индии, Японии, Нидерландах, Сингапуре и Великобритании. J8J и ее дочерние компании управляют 147 производственными предприятиями, из которых 61 находится в США, 35 - в Европе, 16 - в Западном полушарии (исключая США) и 35 - в Африке, Азии и районе Тихого океана. В США восемь компаний используются потребительским сегментом, 12 - фармацевтическим сегментом и 41 - сегментом медицинских и диагностических приборов.
В 2008 фин.г. общий годовой доход компании достиг 63,7 млрд. долл., по сравнению с
2007 г. рост составил 4,3%. Фармацевтический сегмент зарегистрировал доход в сумме 24,6 млрд. долл., что оказалось на 1,2% ниже, чем годом ранее. Сегмент медицинских и диагностических приборов в 2008 г. получил годовой доход в сумме 23,1 млрд. долл., по сравнению с 2007 фин.г. увеличение составило 6,4%. В Европе (включая Россию) зарегистрирован доход в сумме 16,8 млрд. долл., что на 7,3% больше, чем в 2007 г.
KRKA - одна из ведущих фармацевтических и химических компаний Европы. Компания предлагает рецептурные лекарственные препараты, продукты для самолечения, средства для лечения животных и косметические продукты. Осуществляет деятельность в Европе и США. Штаб-квартира KRKA находится в Ново Место, Словения. Производственные мощности компании расположены в Словении, Польше, России, Хорватии и Германии.
Компания разрабатывает рецептурные фармацевтические препараты для лечения сердечно-сосудистых, инфекционных, желудочно-кишечных болезней, заболеваний центральной нервной системы и нарушения обмена веществ. Компания предлагает препараты для лечения сердечно-сосудистых болезней целым рядом брендов, включая Enap, Ampril, Lorista, Tenox, Coryol, Rawel, Amiokordin, Holetar, Vasilip и Atoris. Для лечения инфекций предлагаются бренды Fromilid, Azibiot, Ciprinol, Nolicin, Diflazon и Atifan. Для лечения желудочно-кишечных заболеваний и нарушения обмена веществ -Ultop и Lanzul. Для лечения центральной нервной системы - Asentra, Mirzaten, Yasnal и Triginet. Кроме того, компания предлагает бренды аналгетиков - Naklofen и Tadol, и антигистаминный препарат Letizen.
Компания KRKA предлагает безрецептурные препараты для самолечения при аллергии, боли и лихорадке, мигрени, зубной боли, растяжении мышц и суставов, ревматизме, менструальных болях, ангине, кашле, общих симптомах простуды, болях в ногах, изжоге, педикулезе, несварении желудка, болезнях мочевыводящих путей, нарушении сна, для улучшения памяти и умственных способностей, улучшения состояния кожи и волос, сердца и сосудистой системы, усиления иммунитета, а также тесты на беременность, витаминно-минеральные добавки. Препараты для самолечения поставляются под брендами Bilobil, Pikovit, Duovit и Panzynorm.
Компания производит продукты для лечения животных, которые действуют против возбудителей инфекционных и паразитарных заболеваний, витаминно-минеральные препараты и продукты в рамках программы биологической безопасности (инсектициды и дезинфицирующие средства). Эти продукты предлагаются для защиты здоровья домашней птицы и свиней.
Кроме того, предлагаются косметические продукты для ухода за волосами и кожей, солнцезащитные средства и средства для гигиены полости рта для мужчин и женщин, а также инсектициды и репелленты.
Компания через свое дочернее предприятие Тепле Krka участвует в управлении отелями и оздоровительным™ центрами. Объекты туристического и курортного бизнеса расположены в городах Доленьска, Шмарьешке, Оточец, Ново Место и Струньян.
В 2008 фин. г. годовой доход компании составил 1,4 млрд. долл., что на 21,6% больше, чем годом ранее. Чистая прибыль составила 228,2 млн. долл., увеличившись на 17,7% по сравнению с 2007 г. На долю сегмента товаров медицинского назначения в
2008 г. пришлось 93,8% общих доходов компании, а в денежном выражении они составили 1,3 млрд. долл., увеличившись на 23% по сравнению с предыдущим годом. В 2008 фин. г. Европейский союз (включая Россию) обеспечил 63,7% общего годового дохода KRKA, который равнялся 885,3 млн. долл., рост по сравнению с 2007 г. на 23,7%.
Рыночный прогноз
Прогнозируется, что в 2013 г. стоимость российского рынка безрецептурных фармацевтических препаратов достигнет 7,4 млрд. долл., т.е. с 2008 г. рост составит 45,4%.
В период 2008-2013 гг. прогнозируемая стоимость рынка (млрд. долл./рост) составит: в 2008 г. 5,1/8,5%; в 2009 г. 5,5/8,2%; в 2010 г. 6,0/8,0%; в 2011 г. 6,4/7,8%; в 2012 г. 6,9/7,5%; в 2013 г. 7,4/7,3%. Составной среднегодовой темп роста в сложных процентах (CAGR) составит 7,8%.
О.С Шуров
Datamonitor - ОТС Pharmaceuticals in Russia - 2009. - December, - P. 1-32.
Состояние российского рынка информационных технологий
В издании РМ Network организации Project Management Institute опубликована статья с оценкой России как члена БРИК и с кратким обзором российского рынка информационных технологий.
В статье отмечается, что, когда речь идет о новых активно развивающихся рынках, то уже давно имеют в виду четыре государства - Бразилию, Россию, Индию и Китай, -для которых даже придумали броскую аббревиатуру БРИК. Однако одно из них, по мнению аналитиков, движется в неправильном направлении. Россия была единственной из этих стран, в которой снижение ВВП в 2009 г. было значительным и составило 7,9%. Если при этом принять во внимание безработицу на уровне 9,2%, то можно сделать вывод, что прежде благополучная ситуация быстро ухудшается.
По мнению Ch.Movit, директора по исследованиям формирующихся рынков Европы американского агентства IHS Global Insight, на самом деле не ясно, принадлежала ли когда-нибудь российская экономика к этой группе. Ее сильная зависимость от экспорта сырьевых товаров для обеспечения роста, слабый банковский сектор и зависимость от внешних заимствований привели к более глубокому экономическому спаду, чем можно было наблюдать у коллег по БРИК. Коррупция также может служить одной из причин того, что Россия привлекла менее одной пятой иностранных инвестиций по сравнению с Китаем и Бразилией и половину того, что было вложено в экономику Индии, как явствует из анализа данных за трехлетний период, выполненного EPFR Global, следящей за движением капиталов. Некоторое развитие получили в России строительство и проекты ГТ-аутсорсинга, но не настолько заметное, как в Бразилии, Индии и Китае. Это заставило некоторых наблюдателей задаться вопросом, восстановит ли Россия свой прежний статус члена этой группы,
После вызывавшего энтузиазм среднегодового роста на уровне 6,9% в период 2005-2008 гг. России пришлось столкнуться с неприятными последствиями своих крупных заимствований на международных рынках капитала. В сочетании с сильной зависимостью от нефтяных доходов это привело к потере равновесного состояния российской экономики, когда наступил кризис.
Тем не менее, имеются и признаки для оптимизма. Первый заместитель председателя Банка России А.Улюкаев оценивает рост ВВП в 2010 г. в 5,0%, в то время как Всемирный банк прогнозирует более скромное повышение на 3,2%. Аналитики управляющей компании «УралСиб» считают, что, если цены на нефть и природный газ продолжат расти, страну в ближайшие пару лет ждет устойчивое восстановление.
Это может означать большое число новых проектов, поскольку правительство России ставит задачу модернизации экономики, включая реконструкцию стареющей инфраструктуры страны, считает Я Лисоволик, главный экономист Deutsche Bank в Москве. По его словам, Министерство финансов подготовило список программ, финансируемых за счет средств федерального бюджета с 2011 по 2013 гг., причем большая их часть предназначена для ремонта изношенной дорожной сети. «В цепом мы ожидаем, что развитие инфраструктуры и переориентация бюджетных средств от текущих расходов на капитальные затраты, вероятно, станут одной из ключевых тем в текущем году», - отметил Я.Лисоволик.
Поскольку Россия пытается освободиться от постоянной жесткой зависимости от нефти, потенциальные области проектных инвестиций включают электроэнергетическую систему, железные дороги и трубопроводы, а также модернизацию производственных мощностей в обрабатывающей промышленности, считает Ch.Movit. Чтобы иметь инфраструктуру, необходимую для проведения зимних Олимпийских игр 2014 г. в Сочи, безусловно, будут предприняты определенные действия, но это не сможет существенно изменить ситуацию, учитывая общие масштабы экономики России. Строительные проекты для зимней Олимпиады, если сравнивать их с летними Олимпийскими играми, оказывают меньшее влияние на экономику, так как нет необходимости строить легкоатлетические арены или бассейны для соревнований и инвестировать средства, как это было сделано в Пекине на Олимпийских играх 2008 г. Проекты добычи и транспортировки нефти и природного газа должны представить некоторые возможности для России, однако опора только на такую модель роста может осложнить положение России в БРИК. Около 75% российского экспорта все еще составляют топливо, энергетика и металлы, поэтому падение спроса и низкие мировые цены на эти товары могут очень серьезно повлиять на экономику страны. Кроме того, Ch.Movit полагает, что России также необходимо обратить серьезное внимание на ее чрезмерную зависимость от внешних заимствований. Из-за сокращения проектного финансирования в период экономического спада производственный и строительный секторы испытали тяжелый удар, хотя в последнее время эти секторы демонстрировали признаки оживления.
Проекты ГТ-аутсорсинга стали истинным благом для Индии, а также для Китая и Бразилии, которые активно работают в этой индустрии. Однако и на данном направлении Россия отстает. Квалифицированные трудовые ресурсы и высокий уровень системы образования привлекли прикладные проекты, но высокая стоимость услуг разработчиков в таких городах, как Москва и Санкт-Петербург, возможно, уже вытеснили Россию с этого рынка. Как заметил вице-президент по исследованиям английской компании Gartner Inc I.Marriott, хотя российские поставщики услуг предприняли серьезные усилия, чтобы получить проекты из США и Европы, это не идет ни в какое сравнение со скоростью разработки, которую можно было увидеть в Индии. По мнению I.Marriott, одно из отличий состоит в том, что, молодой российский сектор информационных технологий не имеет достаточной поддержки своего правительства. В России есть много очень умных людей, блестяще выполняющих свою работу, но правительственная поддержка им не оказывается, как это можно увидеть в других странах БРИК. Поэтому, чтобы постепенно выйти на международный рынок, они должны бороться с волокитой, бюрократизмом и местными проблемами. Кроме того, России также мешает ограниченный практический опыт проектных групп. Нехватка и в результате высокие цены на услуги специалистов со знанием английского и других европейских языков наряду с недостаточной безопасностью информационных технологий вынудили компанию Gartner в докладе за 2009 г. дать удовлетворительную оценку возможностям страны по аутсорсингу. По мнению I.Marriott, недостатки российского сектора информационных технологий - это еще один красноречивый признак того, что страна должна пройти длинный путь, чтобы идти в ногу со своими коллегами по БРИК. Все еще существует потребность в совершенствовании проектного менеджмента в России, поскольку рынок продолжает развиваться. Прогнозируется, что к 2012 г. для удовлетворения потребностей сектора информационных технологий России необходимо будет иметь 234-550 тыс. специалистов, а стоимость российского рынка информационных технологий к 2013 г. составит 29,2 млрд. долл.
О.С.Шуров
РМ Network. - 2010. - April. - P. 10-11.
ВНЕШНИЕ ТОРГОВО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ И НАУЧНЫЕ СВЯЗИ
Торгово-экономическое сотрудничество России и Китая
В издании Survival подробно рассмотрена история межгосударственных отношений Российской Федерации (ранее Советского Союза) и Китайской Народной Республики. Ниже изложено основное содержание публикации, касающееся торгово-экономических аспектов российско-китайских отношений.
Как указывает автор статьи R.Menon, начиная с 1996 г. Россия и Китай объединились в так называемом «стратегическом партнерстве».
Наиболее примечательным изменением в российско-китайских отношениях было возобновление продаж Китаю вооружений в период президентства Б.Ельцина. К моменту его отставки в конце 1999 г. Россия стала главным поставщиком оружия Китаю, включая подводные лодки класса «Кило» и эсминцы типа «Современный», танки Т-72 и Т-80, зенитные управляемые ракеты С-300, истребители Су-27, Су-ЗО и Су-35, военно-транспортные самолеты Ил-76, вошедшие в арсенал Китая, что привлекло существенное внимание Запада. В период 1992-1994 гг. Россия продала Китаю вооружений на 2,0 млрд. долл., и реакция США и Японии была нервной. Б.Ельцин начал этот процесс, а В.Путин ускорил его темпы.
Дальнейшие продажи оружия Китаю были существенными: на сумму около 8,0 млрд. долл. за период 1996-2000 гг. и на 27 млрд. долл. начиная с 2000 г. Эти поставки на Западе рассматривались в качестве основы стратегического партнерства. Данный аспект объединения является особенно важным, поскольку кроме энергоносителей, сырьевых товаров и оружия Россия мало что может предложить, а Китай нуждается во всем этом и готов довольно щедро платить. Китайские, индийские и иранские закупки помогли сохраниться российской оборонной индустрии, которая серьезно пострадала от экономического краха 90-х годов. Критики российского экспорта в Китай, по-видимому, игнорируют то, что другие торговцы оружием, возглавляемые США, зарабатывают огромные деньги и не выказывают признаков прекращения этой торговли, одновременно сетуя на опасность, которую несет свободная торговля оружием.
Российское оружие помогло Китаю модернизировать свои ВС, что расценивалось Пекином как существенный фактор уменьшения абсолютного превосходства США в северной Тихоокеанской зоне. Дискуссии с российскими стратегами четко показывают, что у них нет единого мнения относительно вооружения Китая. Некоторые защищают вооружение КНР как прагматическую черту общих отношений с Китаем и используют дискуссии по этому вопросу с представителями Запада для того, чтобы критиковать политику США в отношении России, заявляя: «Вам следовало ожидать этого, если вы проявляете отсутствие уважения к нашим интересам». Другие не скрывают своей озабоченности тем, что, если Китай будет обладать такой силой, то не только посчитает партнерство ненужным, а превратится из союзника в противника, вооруженного российским оружием. Существует озабоченность тем, что Россия, увлекшаяся возможностью получения больших денег, позволяет тактике превалировать над стратегией.
Руководители России пока, по-видимому, не разделяют последних опасений, вероятно, рассчитывая, что, когда дело дойдет до применения военной силы, Россия будет сохранять над Китаем превосходство в течение длительного времени. Но они не являются неудержимыми оптимистами и не склонны обеспечивать Пекин конструкциями и производственными возможностями, связанными с изготовлением наиболее сложного российского оружия. С их точки зрения, благополучие и безопасность России будут лучше обеспечены, если Китаю будет продаваться готовая продукция. Может показаться, что КНР обладает переговорной силой, главным образом в виде наличных денег, для получения того, что хочет, но у России есть и другие заказчики, прежде всего Индия и Иран, кроме того, она регулярно находит новых клиентов, например Венесуэлу. И хотя на долю Индии и Китая приходится преобладающая доля от общего объема продажи вооружений, достигшего в 2007 г. 7,4 млрд. долл., Россия экспортирует оружие и сопутствующее оборудование в 72 страны. Запрет Запада на продажи Китаю оружия после пекинских событий 1989 г. сделал Россию единственным поставщиком в эту страну современных видов ВВТ. Для России же финансовые выгоды от продаж Китаю, будучи важными, не являются остро необходимыми, поскольку на их долю обычно приходится лишь 10% от общего объема экспортных годовых доходов. Если цены на энергоносители повысятся и Россия преуспеет в диверсификации своей экономики, продажи оружия Китаю будут иметь еще меньшее значение.
С 2005 г. происходило заметное сокращение российского экспорта вооружений Китаю. Причины этого трудно определить, но, наряду с проблемами с ценами и осторожной политикой России в отношении передачи конструктивных разработок и производственных технологий, Москва, возможно, дозирует продажи Китаю для поддержания своих тесных связей с государствами, которые обеспечивают контрбаланс в отношении КНР, если стратегическое партнерство начнет разрушаться. Наиболее важным из них является Индия, традиционный противник Китая. Наблюдается напряженность между сохранением давних отношений с Индией и продвижением к политике продажи любого оружия Китаю. Кроме того, в течение последних 50 лет Россия имела значительно более предсказуемые и дружественные отношения с Индией, чем с Китаем. Эти соображения могут объяснить причины большей уступчивости Москвы по отношению к Индии как по лицензионным соглашениям, связанным с изготовлением передового российского вооружения, так и по продажам такого вооружения. Например, в 2008 г. Россия заключила договор с Индией о совместной разработке истребителя пятого поколения, чего она не пожелала сделать совместно с Китаем. Россия продала Индии 180 ед. одного из самых современных истребителей Су-ЗОМКИ и готова поставить ей новые истребители МиГ-35. Оба вида самолетов не были предложены Китаю.
Осуществление Китаем инженерного анализа российских вооружений поднимает вопросы соблюдения прав на интеллектуальную собственность. Ценообразование и изменение порядка платежей также создают проблемы. Китай жестко торгуется, а Россия иногда требует полной предоплаты по крупным сделкам, опасаясь, что Пекин может отказаться от них на середине этапа исполнения. Несмотря на имеющиеся проблемы, стороны планируют новые сделки. Китай получит транспортные самолеты большой дальности Ил-76 и самолеты-заправщики Ил-78, что увеличит его возможности по развертыванию вооруженных сил; КНР хочет приобрести российские атомные подводные лодки, современные перехватчики МиГ-31, бомбардировщики средней дальности Ту-22М Backfire-C, оборудованные системами дозаправки топливом в воздухе, и сверхзвуковые противокорабельные ракеты средней дальности. Что из перечисленного получит Китай, в каких количествах и при каких условиях, определит выбор Кремля между стратегической осторожностью и желанием заработать деньги.
Аналогичное сочетание сотрудничества и хеджирования рисков проявляется в двух регионах, имеющих критически важное значение для Москвы и Пекина, - в Центральной Азии и на российском Дальнем Востоке. В целом, Россия и Китай работали в Центральной Азии согласованно. Хотя Шанхайская организация сотрудничества (ШОС) вряд ли является «восточным НАТО», она позволила России и Китаю действовать совместно в этом чрезвычайно важном для обеих сторон регионе, нестабильном по ряду причин.
Хотя Москва рассматривает ШОС как организацию, имеющую в Центральной Азии интересы, совпадающие с интересами Китая, она следит за усиливающимся китайским присутствием в этом регионе с некоторой тревогой. Торговля КНР с государствами Центральной Азии резко возросла - с 500 млн. долл. в 1992 г. до 10 млрд. долл. в 2006 г. после открытия границы и соединения железных и шоссейных дорог. Китайские нефтяные компании систематически осуществляют в регионе значительные инвестиции, особенно в Казахстане. В декабре 2005 г. Китай завершил строительство нефтепровода протяженностью 3 тыс. км, идущего от Атасу, на западе Казахстана, до Алашанькоу в Синьцзяне, Реализация таких проектов привела к увеличению числа китайских работников в регионе, обеспечивая Пекину еще одно преимущество. Результатом стало то, что после распада Советского Союза Китай утвердился в регионе, в котором Россия главенствовала с XIX в. Запад также вошел в эти бывшие русские владения, и это не устраивает Москву. Но география вносит различия: Китай граничит с Центральной Азией и методично осваивает то, что России кажется новой сферой влияния; близость содействует постоянству, а в сочетании с растущей мощью Китая дает ему преимущество, которым не обладают другие соперники России.
Россия решила также не полагаться только на многосторонние соглашения (ШОС, ОДКБ) и подписала с центральноазиатскими республиками двусторонние договоры по безопасности. Москва высказалась против присутствия всех иностранных военных баз в Центральной Азии (но не против своих в Киргизии и Таджикистане). Это направлено против США, но Россия не так категорична в отношении военного объекта Индии в Таджикистане (Фархор, Айни); ее комплексная декларация охватывает Китай, который в конечном итоге может захотеть иметь базу в этом регионе.
Кроме того, Россия приняла меры, направленные на расширение своего влияния в энергетическом секторе стран Центральной Азии. Российские компании, в настоящее время фактически служащие оружием в руках государства, вложили в него значительные средства, и Москва стремится посредством политического влияния, трубопроводной сети советского периода и долгосрочных закупочных соглашений увеличить объемы транспортируемых на север, в Россию, нефти и природного газа. Россия без колебаний выступила против Китая, которого она считает особенно грозным конкурентом. В 2005 г. российский нефтяной гигант «Лукойл», пытаясь предотвратить покупку Китайской национальной нефтяной компанией CNPC компании Petro Kazakhstan, базирующейся в Канаде, обжаловал сделку стоимостью 4,32 млрд. долл. в суде и предложил повысить цену для CNPC. HK «Лукойл» проиграла, но не оставила сомнений в своей решимости остановить китайскую компанию от узурпации позиции основного партнера компании Petro Kazakhstan.
Россия негативно относится к реализуемым проектам трубопроводов, соединяющих Китай с государствами Центральной Азии. В 2007 г. Китай и Туркмения подписали рамочное соглашение о ежегодной транспортировке 30 млрд. м3 газа в течение 30 лет, начиная с 2009 г., через трубопровод протяженностью 4,0 тыс. км, идущий через Узбекистан и Казахстан в западную часть Китая. Хотя финансирование, планирование по срокам и осуществимость проекта остаются неопределенными, соглашение все же создает проблемы для Москвы. Туркмения, полностью зависящая от трубопроводов «Газпрома» при экспорте своего природного газа, по существу ограничена российским рынком, что дает преимущество «Газпрому» при ведении переговоров о ценах. Туркмения настаивала на условиях, отражающих мировые цены, и, имея Китай в качестве альтернативного рынка, она усиливает свои переговорные позиции. Даже если производство газа в Туркмении существенно увеличится, это позволит ей осуществлять дополнительный экспорт, у «Газпрома» же объемы добычи падают, и его планы по удовлетворению внутреннего спроса и росту экспортных поставок зависят от масштабных закупок у Туркмении. Но в настоящее время на сцене появился Китай, имеющий много денег и большую потребность в энергоносителях; он пришел в Центральную Азию и намерен здесь остаться.
Аналогичная напряженность очевидна и на российском Дальнем Востоке. С одной стороны, в период президентства В.Путина Россия и Китай приняли значительные меры по укреплению мира и стабильности вдоль границы; ранее начатый процесс с мая 2008 г. продолжал президент Д.Медведев.
С другой стороны, русские, особенно проживающие на Дальнем Востоке, по-прежнему с подозрением относятся к Китаю. Давние опасения, часто питаемые расовыми стереотипами о нелегальных китайских иммигрантах на российском Дальнем Востоке, сохраняются. Профсоюзы и местные чиновники жалуются на то, что российские трубопроводные и энергетические компании нанимают китайских рабочих для реализации проекта по поставке нефти в Китай, несмотря на то, что многие россияне нуждаются в работе, и даже на то, что Федеральная миграционная служба России планирует открыть в Китае офис найма работников. Более сильные опасения по поводу демографического вторжения вызваны сообщениями о том, что на российском Дальнем Востоке обосновалось более 2,0 млн. китайцев. Такая оценка очень преувеличена: в реальности их численность может колебаться от 10 тыс. до 100 тыс. человек, включая торговцев и рабочих, но точность имеет меньшее значение, чем общее впечатление, когда речь идет о национальной идентичности и территории.
Страх перед китайским вторжением сохраняется, несмотря на договор о границе 2008 г. Частично это происходит из-за того, что баланс сил, по-видимому, неумолимо сдвигается в пользу Китая и раньше или позже Китай может вновь поднять территориальный вопрос. Но фантазии подкрепляются факторами географическими и демографическими. Китай слишком близок и слишком огромен. Площадь российского Дальнего Востока превышает 6,0 млн. км2, это треть территории страны, а его население составляет около 7,0 млн. человек, т.е. менее 5,0% от общей численности населения России. В трех приграничных провинциях Китая численность населения достигает 110 млн. человек. Российский Дальний Восток находится в пределах досягаемости северо-восточных центров власти Китая, но в 5,0 тыс. км от Москвы. По одному поводу В.Путин заметил, что, если экономическая разруха в регионе не будет ликвидирована, его жители в один прекрасный день могут заговорить по-китайски. И все же, несмотря на неоднократные заверения со стороны центрального правительства о том, что сотни миллиардов долларов будут инвестированы в развитие и заселение Дальнего Востока, регион остается незащищенным аванпостом, отстающим от остальной страны по обеспечению основными услугами. Его экономика по-прежнему привязана к сырью, и, как отметил губернатор В.Ишаев, лишь 4,0% его экспорта направляется в другие части России.
После распада СССР торговля между Россией и Китаем резко возросла. К концу 2007 г. объем двусторонней торговли достиг 35 млрд. долл., увеличившись на 17% по сравнению с 2006 г., и в пять раз превысил уровень 1990 г., а трансграничная торговля, которая, по существу, была дозированной в течение 25 лет, к концу 2006 г. достигла почти 6,0 млрд. долл. КНР является четвертым по величине торговым партнером России, а Россия для Китая восьмым.
Однако эти показатели по международным стандартам являются весьма скромными. В 2006 г. глобальная торговля Китая достигла 1,7 трлн. долл., из которых 342 млрд. долл. приходилось на США, 207 млрд. на Японию, 166 млрд. на Гонконг, 134 млрд. долл. на Южную Корею. Объем китайской торговли с Россией в стоимостном выражении был меньше, чем с Сингапуром, и примерно был равен объему торговли с Малайзией и Нидерландами. На долю России приходится 2,0% общего объема китайской торговли, а на долю Китая в российской - 6,0%. В то время как Китай продает России разнообразную продукцию, значительная часть которой представлена промышленными товарами, почти весь российский экспорт приходится на вооружения, энергоносители и сырье. В целях предотвращения такой колониальной структуры торговли недавние соглашения предусматривали строительство российских АЭС в Китае и сотрудничество, простирающееся от нанотехнологий до гражданских вертолетов. Но такие перспективы не являются обещающими, учитывая, что с целью получения большей части необходимых ему технологий и оборудования Китай обращается к Западу и Японии.
Россия мало что может предложить в этой связи, она и впредь будет представлять интерес для Китая лишь в отдельных сферах, таких как вооружения, энергоносители и лесоматериалы, и трудно представить, каким образом Москва могла бы резко нарастить объем торговли или существенно изменить ее структуру. Планы повышения объема торговли до 60 млрд. долл. к 2012 г. кажутся нереалистичными. Ситуация с торговлей воспроизводится и в сфере прямых иностранных инвестиций. На долю Китая приходится лишь 5,0% от общего объема ПИИ в России, хотя для КНР она занимает восьмое место среди стран, в которые направляются китайские инвестиции. Амбиционная цель увеличения китайских ПИИ в России до 20 млрд. долл. вряд ли будет достигнута.
В российской торговле с Китаем главное место занимают энергоносители, на долю которых приходится около 40% всего российского экспорта. Его стоимость возросла с 500 млн. в 2001 г. до 6,7 млрд. долл. в 2007 г. Частично это отражает резкий рост цен на нефть в указанный период; в действительности объем экспорта в 2007 г. снизился на 9,0% из-за уменьшения производства и разногласий по ценам. Хотя имеются планы перекачки из России дополнительных объемов нефти и газа в Китай, несмотря на текущий глобальный экономический кризис, быстрорастущие долги российских энергетических компаний, снижающееся производство энергоносителей из-за недостаточного инвестирования и устаревающей инфраструктуры, могут создать разрыв между ожиданиями и результатами. Тем не менее, большая потребность в нефти Китая и зависимость России от доходов от экспорта энергоносителей, стремление компенсировать резкий спад мирового спроса, начавшегося в 2008 г., и потребность в капитале для освоения новых нефтяных месторождений обеспечивают дальнейшее двустороннее сотрудничество в области энергетики. Примером является подписанное в феврале 2009 г. соглашение, в соответствии с которым в обмен на поставку 300 тыс. баррелей в сутки (против поставки 233 тыс. баррелей/сут на китайский рынок в 2007 г.) две российские компании, нефтяной гигант «Роснефть» и трубопроводная компания «Транснефть», получат от Банка развития Китая 25 млрд. долл. Компания «Транснефть» использует свою долю для финансирования прокладки трубопровода в Китай.
Несмотря на всю важность китайского энергетического рынка, Кремль осторожен в отношении долгосрочных эксклюзивных соглашений с Пекином. Например, первоначально предполагалось, что нефтепровод из Восточной Сибири к Тихому океану протяженностью 2300 км будет построен от месторождений в Ангарске (Сибирь) и подсоединен к китайской трубопроводной сети в Дацине; его первоначальная пропускная способность должна составить 400 тыс. баррелей/сут. Переговоры НК «Юкос» и CNPC начались в 2002 г. на фоне развернувшейся в России полемики об опасности полагаться исключительно на Китай в качестве заказчика и транзитера. Япония, изыскивающая дополнительные источники энергии для снижения своей зависимости от поставок из района Персидского залива и проявляющая нервозность по поводу дружественных отношений Китая и России, выдвинула предложение, в соответствии с которым трубопровод протяженностью 4,0 тыс. км пройдет в обход территории Китая к российскому тихоокеанскому порту Находка. Москва сможет получить рынок, включающий Японию, Южную Корею и других покупателей из Азиатско-Тихоокеанского региона (в том числе Китай). Экономическая и стратегическая логика диверсификации победила, и в 2004 г. был одобрен маршрут Ангарск - Находка; решение по отводному трубопроводу длиной 70 км от Сковородино до Дацина было согласовано только в октябре 2008 г. Соглашение на высоком уровне по отводному нефтепроводу предусматривает: экспорт 300 тыс. баррелей/сут, что составляет приблизительно 4,0% китайского потребления; партнерство компаний CNPC и «Транснефть»; 25 млрд. долл. в виде китайских кредитов. Однако при реализации данного проекта возникли трудности. Завершение строительства перенесено с 2011 г. на 2015 г., но даже этот срок может оказаться слишком оптимистичным, учитывая задержки, которые часто случаются с такими проектами в России, не говоря уже о глобальном экономическом кризисе.
Другой смелый проект, выдвинутый В.Путиным в 2004 г., также может потерять свою амбициозность. Он предполагает прокачку 30-40 млрд, м3 природного газа с тюменских месторождений в Китай и доведение ее объемов к 2020 г. до 68 млрд. м3. В.Путин обещал ассигновать на строительство газопровода 10 млрд. долл. Хотя меморандум о взаимопонимании был подписан в 2006 г., некоторые барьеры остаются и могут возникнуть новые. Утечка капитала и использование заемных средств для поддержания рубля в условиях мирового финансового кризиса сократили российские золотовалютные резервы; в течение 2008 г. цены на нефть упали со 145 долл./баррель до менее чем 40 долл./баррель; замедление темпов экономического роста в Китае, вероятно, снизит его планируемые потребности в природном газе. И перед Россией по-прежнему стоит выбор между соблазном богатства и императивами стратегии. Кремль уже продемонстрировал неуверенность в отношении как крупных сделок по природному газу с Китаем, так и выбора маршрута нефтепровода (в случае прибрежных нефтяных и газовых месторождений о-ва Сахалин). Группа международных компаний из Америки, Европы и Азии были включены в соглашения о разделе продукции с компаниями «Газпром» и «Роснефть» по трем главным предприятиям. Отдельно стоит китайская компания Sinopec, которая имеет 25,1% акций в проекте «Сахалин III», но не участвует ни в одном из других предприятий. Притом что имеются планы экспорта газа в США, Японию и Южную Корею, наряду с другими рынками, ни один из них не предусматривает продажи Китаю. Компания Exxon Mobil, партнер в проекте «Сахалин I», высказалась в пользу прокладки трубопровода в Китай, но «Газпром», имея решающий голос, обеспечивает, что решения будут приниматься с учетом их геополитических последствий. Экспорт газа проекта «Сахалин II» в Японию планировалось начать в 2009 г. и «Газпром» предусматривал строительство трубопровода Сахалин - Япония. Стратегическое партнерство с Китаем, с точки зрения Кремля, не является приоритетным.
Таким образом, в то время как Пекин ценит стратегическое партнерство с Россией, особенно в качестве инструмента получения вооружений и энергии, у него нет иллюзий в отношении того, что Россия и Китай могут создать эффективный противовес США. Пекин все еще считает США ведущей державой, хотя некоторые действия Вашингтона вызывают его возражения. Партнерство позволяет Китаю и России совместно противостоять политике США, которая наносит ущерб их интересам, сотрудничать в Совете Безопасности ООН и в рамках ШОС, а также использовать возможности для полезной кооперации. Но ни Москва, ни Пекин не хочет, чтобы их партнерство наносило ущерб отношениям с США, и их альянс не является ни эксклюзивным, ни обязывающим. Для Китая потери от партнерства с Россией будут значительно весомее, чем выигрыш. Для России любые хитроумные союзы с Китаем требуют наличия других альтернатив, чтобы Россия как более слабая сторона сохраняла рычаги влияния и чтобы партнерство не считалось само собой разумеющимся. Российско-китайское стратегическое партнерство продолжается и даже расширяется, но не следует отождествлять его с альянсом и панически реагировать. Стабильность и мир между Россией и Китаем в интересах США; они делают мир в целом и Восточную Азию в частности более безопасными.
В.И.Вершинин
Survival. - 2009. - 51, № 3. - June-July. - P. 99-130.
Российская политика Германии
В журнале Survival опубликована статья Chr.Chiwis и Th.Rid, в которой анализируются отношения России и Германии на современном этапе. Ниже представлено изложение тех разделов, в которых затрагиваются в основном экономические проблемы.
В публикации, в частности, отмечается, что в Германии достигнут консенсус по поводу отношений с Россией, и трудно найти существенные разногласия по данному вопросу не только между политическими партиями, но и между группами социальных и экономических интересов.
Для полного понимания характера и логики политики Германии в отношении России необходимо выйти за устоявшееся представление о зависимости Германии от российских энергоносителей и рассматривать более глубокие исторические, политические, экономические и культурные факторы, которые формировали отношения между Берлином и Москвой.
Контуры новой политики Германии в отношении России стали возникать после воссоединения Германии и после прихода к власти социал-демократов в конце 90-х годов.
Конечно, никто из немецких руководителей не отрицает ведущее значение для Германии тесных экономических связей с США. И многие германские политики и лидеры остаются критиками общего направления российской внутренней политики, проводившейся в последние годы. И тем не менее, они рассматривают германо-российские отношения во всех их аспектах в качестве высоко приоритетных. С другой стороны, для многих наблюдателей в США окончание «холодной» войны означало и потерю Россией статуса великой державы, начало эры американского главенства, или, по крайней мере, эры превосходства Запада. Однако для большинства немцев окончание «холодной» войны лишь вернуло России ее досоветский статус великой державы, по крайней мере, в европейской системе, и, следовательно, ее приоритет в германской внешней политике.
Фактором, считающимся движущей силой современных российско-германских отношений, являются энергоносители, в первую очередь природный газ. Когда речь идет о российском газе, широкий спектр германских политиков высказывает два основных опасения. Во-первых, что Москва будет продолжать угрозы в отношении поставок газа Украине, а, следовательно, поставок некоторым странам-членам ЕС, а во-вторых, что Россия не сможет удовлетворять потребности Европы в газе в среднесрочной перспективе. Второе опасение имеет, по крайней мере, такую же значимость (если не большую), как и первое, хотя накал российско-украинского конфликта в январе 2010 г. был сильным и он нанес ущерб имиджу России в глазах всего германского политического спектра.
Значимость России как надежного поставщика энергии для Германии и Европы в целом не ставится под сомнение. Германия является крупнейшим импортером газа в Европе и крупнейшим рынком сбыта российского природного газа; за ней следуют Италия и Украина. 20% экспорта российского природного газа и 10% нефти поступает в германские домохозяйства и индустриальные центры. В кратко- и среднесрочной перспективе невозможно будет удовлетворить растущий спрос Германии на природный газ без российских поставок. Хотя импорт газа из других частей мира, например, из Северной Африки, вероятно, возрастет, а российская доля, по-видимому, сократится, Германия все еще будет нуждаться в российском газе для удовлетворения свои основных энергетических потребностей. Учитывая, что около 37% газа, сжигаемого немецкими потребителями, российского происхождения, чувство уязвимости германского общества в отношении российских манипуляций, скорее всего, останется достаточно острым.
Надежность будущих российских поставок остается под вопросом и это усиливает озабоченность Германии. Россия уже давно является ведущим мировым производителем природного газа, согласно текущим оценкам, она обладает самыми большими запасами природного газа в мире - около 47 трлн. м3. Но в России растут и собственные потребности в энергии. По потреблению природного газа Россия занимает второе место после США; в 2005 г. потребление в России составило около 0,5 трлн. м3. Более половины электроэнергии в России вырабатывается за счет природного газа, это высокий показатель для современной индустриальной страны; в Германии он равен 10%. По значительно более низким ценам Россия поставляет природный газ на внутренний рынок, а также в некоторые бывшие советские республики, например на Украину и в Белоруссию. Это поощряет более высокие уровни внутреннего потребления энергии, не стимулирует эффективность ее использования и повышает нагрузку на российские резервы. В исключительно суровый зимний период 2006 г. российские промышленные центры испытывали трудности с удовлетворением своих энергетических потребностей. Тем временем финансовый кризис и падение цен на природный газ сильно ударили по российскому энергопроизводителю, ОАО «Газпром». Есть основания сомневаться, что разработка компанией новых газовых месторождений, например, на п-ве Ямал или на «Штокмановском» в Баренцевом море, не превысит смету и будет проводиться в запланированные сроки. Рыночная капитализация компании «Газпром» упала на три четверти, а ее внешний долг увеличился до более чем 49 млрд. долл. Все это существенно затруднит остро необходимые инвестиции в инфраструктуру.
В сложившихся обстоятельствах для исполнения своих контрактов в Европе «Газпром» вынужден полагаться на природный газ из Каспийского региона. Но производство газа в Туркмении само по себе может упасть, а другие поставщики, как Казахстан, могут испытывать трудности с компенсацией дефицита. Если продолжится рост российской экономики, даже более умеренными темпами, чем в недавние годы, внутренний спрос на газ будет расти и в этом случае риск дефицита его производства будет реальным. Непрерывное поддержание высокого давления в газопроводах в будущие зимы будет непростой задачей. Это создаст реальную проблему для Германии и других европейских потребителей российского природного газа. Поэтому озабоченность Германии в среднесрочном плане будет состоять не столько в том, что Россия будет стремиться временно сократить поставки газа в Европу, как это было в январе 2009 г., а скорее в том, что у России может не быть производственных мощностей для поставки газа в Европу в долгосрочной перспективе. Эта озабоченность лишает актуальности мнение о потенциальной злонамеренности российской стороны. Российские поставки газа находятся в опасности, как полагают, не по политическим причинам, а из-за неэффективности и нехватки инвестиций в энергетический сектор. Учитывая, что в последующие 20 лет европейский спрос возрастет, как ожидается, примерно на 40%, с точки зрения Германии, представляется необходимым укрепление связей с Россией, хотя бы только для поощрения инвестиций в энергетический сектор, получения рычагов влияния для либерализации российских энергетических рынков и оказания помощи в повышении эффективности внутреннего потребления в России. Другими словами, целью Германии является не просто установление более тесных дипломатических отношений, направленных на умиротворение России и защиту германских домохозяйств от «энергетического оружия», Германия стремится к реальному усилению своего влияния на развитие российского энергетического сектора.
Энергетический вопрос должен рассматриваться в более широком контексте развития германо-российских отношений и, в частности, в свете поиска Германией новых выгодных экспортных рынков. Давняя экономическая стратегия Германии по поддержанию относительно высокого уровня заработной платы за счет экспорта высококачественных, с высокой добавленной стоимостью промышленных товаров и опыта требует от немецкого бизнеса постоянного поиска новых рынков. В период «холодной» войны эта стратегия частично поддерживалась европейской интеграцией и ростом мировой торговли в рамках Генерального соглашения по таможенным тарифам и торговле (ГАТТ). В период после окончания «холодной» войны вовлечение в сферу европейской интеграции растущих экономик Центральной и Восточной Европы наряду с новой волной глобализации позволило Германии продолжать придерживаться этой модели, несмотря на сложности задачи интеграции менее эффективных восточногерманских фирм в западногерманскую экономику при завышенном обменном курсе.
Рост российской экономики в последние восемь лет обещает новые возможности для германского экспорта. Рост реального ВВП в России в 2006 г. составил более 7,0%, в 2007 г. - более 8,0%. Одновременно быстрыми темпами развивались немецко-российские торговые отношения, в период 2005-2007 гг. российский импорт из Германии увеличился более чем в два раза, с 99 млрд. до 200 млрд. долл. Хотя разнообразие немецкого экспорта в Россию увеличилось, продукция машиностроения все еще составляет самый крупный его сегмент, на ее долю приходится более 40% немецкого экспорта (доля автомобилей составляет 14%). Доля немецкого экспорта превышает 13% от общего объема мирового экспорта в Россию, что делает Германию крупнейшим экспортером в Россию. В то время как немецкий экспорт в Россию увеличивался, германский бизнес получил ценный опыт и завязал связи внутри России, которые немецкие бизнес - лидеры предпочитают не терять.
Что касается инвестиций, ситуация более сложная. В 2007 г. Россия стала крупным получателем и крупным источником прямых иностранных инвестиций. До финансового кризиса Россия получала лишь 4,0% от общего объема внешних ПИИ, но все же опережала Китай. С точки зрения российских перспектив инвестиции Евросоюза имеют критически важное значение; объем немецких инвестиций в России превышает объем американских. К крупным инвесторам относятся такие мощные корпорации Германии, как E.ON, Volkswagen, Bosch и Siemens.
Торговые и инвестиционные потоки Германии в Россию являются небольшими по сравнению с объемом товаров и капитала, которым обмениваются Германия и США, но именно растущий потенциал отношений с Россией привлекает многие германские предприятия. Российская промышленная инфраструктура после десятилетий отсутствия к ней внимания остро нуждается в новых капиталовложениях и машинном парке. В богатеющей России крупные и средние компании экспортно-ориентированной Германии оказываются в хорошем положении с точки зрения удовлетворения такого растущего спроса, даже если он временно подавлен текущим экономическим кризисом.
Эти экономические интересы способствуют признанию двумя странами взаимной зависимости. Более важно то, что они поощряют немецкую индустрию выступать за поддержание хороших отношений с Россией. Этот фактор почти полностью отсутствовал в период «холодной» войны, когда германский бизнес был почти полностью сосредоточен на европейском и особенно на американском рынке. В настоящее время партии христианских демократов и либералов эволюционируют от антикоммунистических скептиков периода «холодной» войны к прагматикам-русофилам, которые рассматривают бывший Советский Союз в качестве перспективной цели для капиталистической экспансии.
Хотя экономические факторы являются существенными, было бы упрощенно полагать, что новая немецкая российская политика определяется только политической экономией. Энергоносители и экспорт не более важны, чем геополитика и ряд исторических факторов, которые формировали не только подход Германии к России, но и всю внешнеполитическую культуру Германии после окончания «холодной» войны.
Географическая близость имеет политические последствия. Из Берлина Россия видится не только близкой (до Москвы всего лишь 1600 км, страны не разделены океаном), но и огромной страной. Обширность России является вторым геополитическим фактором, с которым Германия и другие европейские государства были вынуждены считаться еще с давних времен. Неофициально большинство немецких политиков согласятся с тем, что Россия имеет более важное значение, чем небольшие государства в бывшей сфере влияния Советского Союза, которые уже являются «безопасными» и поэтому не требуют такого особого отношения, как Россия.
Геополитика также определяет сложные исторические отношения двух стран, которые в настоящее время продолжают оказывать сильное влияние на политику. В ходе Второй мировой войны погибло более 10,6 млн. советских солдат, треть из них - в германском плену. Число погибших советских гражданских жертв еще больше - от 11,4 млн. до 15 млн. человек. Только за время блокады Ленинграда от голода умерло более 1,2 млн. человек.
Прошлое не позволяет руководителям Германии занимать позиции, которые кажутся агрессивными по отношению к России. Они склонны демонстрировать, как и другие в Европе, хотя и в меньшей степени, явное предпочтение взаимодействию и сотрудничеству.
Многие немецкие руководители усвоили иные уроки окончания «холодной» войны, чем их коллеги в Вашингтоне. Хотя многие немцы решительно поддержали первые два раунда расширения НАТО, которые сопровождались параллельным расширением ЕС, предложения о дальнейшем увеличении альянса за рамками ЕС рассматривались с большим подозрением.
Эти исторические взаимосвязи создали Германию, которая глубоко озабочена происходящим в России в экономическом и социальном плане. Консенсус заключается в том, что Россия нуждается в постепенной и последовательной политической и экономической модернизации. Германия (и ее союзники) может либо помочь, либо помешать этому процессу, но она не может оставаться амбивалентной или позволить России экспериментировать над своей собственной судьбой.
Как сказал представитель социал-демократов G.Weisskirchen, Россия не действует с позиции силы, она действует с позиции слабости. Мрачная демографическая перспектива, сокращение продолжительности жизни, ухудшающиеся системы здравоохранения и образования, высокий уровень алкоголизма, ВИЧ-инфекция, домашнее насилие и нарушение общественного порядка, загрязнение окружающей среды, - все это говорит об одном: Россия остро нуждается в «революции в пользу эффективности», чтобы обратить вспять социальное разложение, укоренившееся в находящейся в тяжелом положении экономической и промышленной базе страны. Многие немцы считают, что их страна может стать катализатором такой революции, что она несет историческую ответственность для исполнения такой роли с тем, чтобы помочь предотвратить российский вариант развития национализма и милитаризма, которое произошло в Германии в начале XX в.
Культурные связи между Россией и Германией также имеют значение и уходят в глубь веков. В XIX в. немецкие писатели и мыслители с чувством восхищения относились к России и к «мифической» русской душе. По словам Ф.Ницше, Россия была противоположностью европейского практицизма и нервозности. Популярность российской культуры и музыки сохраняется и в настоящее время. Недавний опрос показал, что 64% немцев согласны с тем, что Россия обладает великой культурной традицией.
Не все жители восточных земель Германии положительно оценивают советскую «оккупацию», но эта «оккупация», длившаяся 40 лет, выработала у них более пророссийскую позицию, чем у населения многих других стран советского блока; страх российской агрессии, характерный для политической культуры многих восточноевропейских государств, отсутствует в бывшей ГДР.
В настоящее время в Германии проживает более 1,0 млн. человек российского происхождения, хотя большинство из них не организовано политически. Поэтому неудивительно, что многие немцы выступают за тесные связи с Россией и наоборот. Недавний опрос, проведенный Institut fur Demoskopie, выявил, что только 5,0% немцев считают Россию «враждебной», такое же количество видят «враждебными» США. Вероятно, менее удивительно, что только 2,0% россиян считают Германию «враждебной», 65% видят таковыми США. 56% немцев выступают за более тесное сотрудничество с США, а 45% - за более тесное сотрудничество с Россией.
Объединенная Германия в настоящее время стремится играть более заметную роль в международных делах, ее внешняя политика отходит от жесткого атлантизма, преобладавшего во времена «холодной» войны. В настоящее время Германия рассматривает США как, безусловно, важнейшего союзника, а Россию видит в качестве неизбежного партнера по поддержанию европейской стабильности.
Для большинства немецких руководителей изоляция России неприемлема и не должна допускаться любой ценой. Изоляция страны лишила бы Запад немногих оставшихся рычагов экономического влияния на политику России и оставила бы Европе и США только более грубые методы воздействия на поведение России. Экономически сильная Россия лучший партнер, чем слабая, и в конечном итоге она может превратиться в угрозу безопасности в Европе именно из-за своих недостатков. Незаконный оборот наркотиков и современная работорговля являются лишь двумя из многих проблем, которые уже оказывают влияние на страны за пределами России. С этой точки зрения, единственным вариантом является спасение России. Понимание, что она стала последним прочным звеном связи России с Западом, только усиливает озабоченность Германии, подвигая германских руководителей к удвоению усилий, направленных на поддержание хороших отношений с Россией.
Хотя в германо-российских отношениях неизбежно будут взлеты и падения, фундаментальные основы российской политики Германии вряд ли изменятся в ближайшее время. Тот, кто стремится к укреплению трансатлантического сотрудничества, будет вынужден принимать это во внимание. Когда администрация Б.Обамы «нажимает кнопку перезагрузки» отношений с Россией и демонстрирует немецким союзникам, что она признает интересы Германии в отношении России, Германии проще занять более жесткую линию в отношении своего восточного соседа. Серьезные трансатлантические дискуссии по вопросам, представляющим общий интерес (поставки российских энергоносителей, отношения Россия - НАТО, и, прежде всего, возможное влияние текущего экономического кризиса на будущее России) являются сильными императивами для более скоординированного трансатлантического подхода.
Решение российской проблемы будет зависеть как от Москвы, так и от Вашингтона и Берлина, заключают авторы статьи.
В.И.Вершинин
Survival. - 2009. - 51, № 2. - April-May. - P. 105-122.
Поставки бельгийских котлов-утилизаторов в Россию, Азербайджан и Казахстан
Журнал Modern Power Systems сообщает о поставках бельгийской компанией CMI котлов-утилизаторов для парогазовых установок (ПГУ) вертикального и горизонтального типа в Россию, Азербайджан и Казахстан.
В опубликованной статье говорится, что, хотя Россия и республики бывшего Советского Союза лишь сравнительно недавно используют большие электростанции комбинированного цикла, в настоящее время в СНГ имеется несколько парогазовых установок, работающих на природном газе, которые находятся на разных этапах завершения строительства. Однако текущие финансовые проблемы делают перспективы продаж неопределенными.
Компания CMI поставила котлы-утилизаторы для нескольких проектов, реализуемых в России, Азербайджане и Казахстане, как вертикального, так и горизонтального профиля, и проекты являются хорошей иллюстрацией того, какие факторы определяют выбор конфигурации.
В Россию компания поставила или поставит котлы-утилизаторы на пять электростанций комбинированного цикла в Санкт-Петербурге, Невинномысске, Яйве и Сургуте, всего к настоящему времени 9 ед.
Строительство ТЭЦ комбинированного цикла в Санкт-Петербурге с установленной мощностью 900 МВт началось в конце 90-х годов. CMI поставила для нее четыре котла-утилизатора вертикального типа.
По оценкам, степень завершенности строительства ПГУ в Шатуре составляет около 98%, и ожидалось, что ее полная коммерческая эксплуатация начнется весной 2010 г. Парогазовая установка принадлежит ОГК-4, в которой концерн Е.Оп имеет 78,3% акций. Строительство ведется на территории существующей электростанции, в 150 км к востоку от Москвы. Котлы-утилизаторы с тремя контурами давления конструировались и изготавливались в соответствии с сертификацией ASME и ГОСТ; они имеют горизонтальный профиль и входят в состав ЛГУ наряду с газовой турбиной GE 9FA; сконструированы для работы в автоматическом режиме. Контракт с компанией CMI, подписанный в июне 2007 г., предусматривает поставку всех элементов установки. Температура отработанного газа на входе ПГУ равна 591° С, на выходе - 136° С.
CMI поставляет еще два горизонтальных котла-утилизатора, идентичных шатурскому, для другого проекта ОГК-4, электростанции комбинированного цикла в Сургуте, в состав которой входят два блока шатурского типа с газовыми турбинами GE 9FA. По словам представителя компании CMI D.Levstek, сходство проектов дает преимущество, поскольку можно удовлетворять потребность заказчика без привлечения дополнительных ресурсов, заказывать оборудование заранее и по лучшим ценам. Ожидалось, что Сургутская ГРЭС будет введена в коммерческую эксплуатацию летом 2010 г.
Третий котел-утилизатор вертикального профиля мощностью 450 МВт компания CMI поставит ОГК-4 для электростанции комбинированного цикла в Яйве, на юге Урала. В состав энергоблока входит также газовая турбина Siemens SGT-5-4000F (ранее V94.3A), поставщик компания «Силовые машины». Конструкция этого котла-утилизатора близка к конструкции котлов, которые были поставлены компанией CMI на две египетские электростанции.
В районе Яйвы температура в зимний период может падать до -48°С. Экстремальные погодные условия, несомненно, представляют собой одну из самых серьезных проблем для поставщика котлов-утилизаторов. Реки здесь не скованы льдом только два месяца в году и лишь в течение этих месяцев имеется возможность транспортировки модулей и барабанов высокого давления, которые слишком громоздки для доставки по суше. Оборудование должно быть поставлено в «летнее окно», в противном случае придется ждать десять месяцев.
Другим следствием экстремальных климатических условий является то, что при проведении монтажа нет возможности использовать кран, а монтаж необходимо вести в закрытом строении. Таким образом, низкие температуры диктуют использование в Яйве вертикальной технологии котла-утилизатора, позволяющей поднимать основные элементы в нужное положение внутри закрытого помещения.
В случае котла-утилизатора с вертикальным прохождением горячего газа сами модули находятся в горизонтальном положении и поднимаются в нужное положение с помощью домкратов. Модули при изготовлении и монтаже находятся в горизонтальном положении и поэтому нет необходимости поднимать их краном.
Для монтажа котлов-утилизаторов с горизонтальным прохождением газа необходимо использовать один кран, однако по большей части для подъема металлоконструкций требуются два (на 600 т и 150 т).
Кроме погодных условий, выбор профиля котла-утилизатора в значительной степени определяется доступной территорией на месте строительства. Для возведения вертикального котла-утилизатора требуется меньшая площадь, поскольку нет необходимости установки подъемного крана, имеющего большие габариты.
Подрядчиком, выполняющим работы «под ключ» по строительству ПГУ на Яйвинской ГРЭС, является турецкая строительная компания Епка, которая с начала 90-х годов развивает активную деятельность в энергетических секторах республик бывшего Советского Союза.
Компании CMI и Епка работают вместе уже в третий раз. Первый крупный контракт с компанией CMI Enka подписала 20 лет назад; в соответствии с ним предусматривалась поставка восьми котлов установленной мощностью 1200 МВт для компании Trakya A&B в Турции, а всего их было поставлено десять, последний введен в эксплуатацию в 2002 г.
Реализация проекта строительства ПГУ на Яйвинской ГРЭС началась в марте 2009 г., первые поставки планировались на январь 2010 г., начало строительства - на март 2010 г., ввод в эксплуатацию - на июнь 2012 г., однако график пересматривается. В настоящее время проектно-конструкторские работы выполнены примерно на 50%.
Вертикальные котлы-утилизаторы, размещенные в строении, будут использоваться на энергоблоках комбинированного цикла ОГК-5 в Невинномысске, в 300 км северо-западнее Сочи, на территории существующей ГРЭС и войдут в ее блок №14. ОГК-5, контрольный пакет которой (55,78%) принадлежит ENEL, заключила контракт на выполнение работ «под ключ» по Невинномысской ГРЭС в 2008 г. с консорциумом ENEL Produzione и компанией «Атомстройэкспорт». Газовые и паровые турбины будут поставлены компанией «Силовые машины».
В Азербайджан компания CMI уже поставила три котла-утилизатора. В 2000 г. она выиграла заказ на поставку котлов вертикального профиля для электростанции комбинированного цикла «Северная» мощностью 400 МВт, которая была введена в эксплуатацию в 2002 г. Котел-утилизатор с тремя контурами давления входит в состав энергоблока с газовой турбиной M701F компании Mitsubishi.
В августе 2005 г. CMI выиграла у компании Siemens контракт на поставку двух горизонтальных котлов-утилизаторов для электростанции комбинированного цикла мощностью 400 МВт в Сумгаите, недалеко от Баку. На ней задействованы две газовые турбины Siemens SGT5-2000E (ранее V94.2), котлы-утилизаторы и одна паровая турбина. Котлы-утилизаторы сконструированы для работы при полной нагрузке в автоматическом режиме.
Характерной чертой данного проекта является то, что из-за местных транспортных ограничений модули котла-утилизатора пришлось монтировать на месте. Электростанция была введена в эксплуатацию в сентябре 2007 г.
Компания CMI поставила также горизонтальный котел-утилизатор небольшой мощности для электростанции мощностью 25 МВт в Уральске (Казахстан), работающий с газовой турбиной Н25 компании Hitachi.
В.И. Вершинин
Modern Power Systems. - 2009. - October. - P. 27-28.
