Новое оружие и развитие принципов общевойскового боя
ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 6/1986, стр. 35-45
ТАКТИКА СОЕДИНЕНИЙ
Новое оружие и развитие принципов общевойскового боя
Генерал-майор И. Н. ВОРОБЬЕВ,
доктор военных наук, профессор
ОПЫТ войн показывает, что практическая деятельность командиров и штабов тем успешнее, чем глубже они знают и творчески применяют принципы общевойскового боя, представляющие собой руководящие положения, важнейшие рекомендации по подготовке и ведению боевых действий подразделениями, частями и соединениями. Выработанные на основе обобщения богатейшего практического опыта войск и изложенные в уставах и наставлениях, они служат своего рода ориентирами, придерживаясь которых офицеры находят верный путь к победе.
Умелое руководство войсками в ходе боевых действий представляет собой подлинное искусство, в котором, как известно, нет рецептов, годных на все случаи жизни. Но это не означает, что в нем нет правил. Они есть и отражены в принципах военного искусства, пренебрежение которыми приводит к просчетам и даже поражению, а их воплощение в практику обеспечивает успех. Их сила и жизненность состоят в том, что они объективно отражают природу и характер вооруженной борьбы, ее закономерности и потому позволяют командирам и штабам в самых сложных условиях обстановки добиваться разгрома противника равными и даже меньшими силами.
Говоря о значении принципов военного искусства, Маршал Советского Союза Г. К. Жуков отмечал, что он «лично руководствовался ими при подготовке всех операций. Одновременно видел, что, когда к этим вопросам относятся формально, успеха в бою, в сражении и операции не было».
Практическое применение принципов при решении 'сложных тактических задач - это всегда творческий поиск. Здесь важно глубоко понимать механизм зависимости их содержания от развития оружия и боевой техники, характера военных действий и других факторов.
По мере совершенствования средств вооруженной борьбы, оргструктуры войск, повышения морально-боевых качеств и подготовленности личного состава принципы меняют свое содержание, а на определенных этапах (обычно в период коренных качественных сдвигов в военном искусстве) появляются и новые.
Сейчас, в пору глубоких перемен, происходящих в военном деле в связи с интенсивным обновлением материально-технической базы войск, поступлением на их оснащение более эффективных средств поражения, управления, разведки, технического и тылового обеспечения, пересматриваются некоторые сложившиеся тактические каноны, ширится активный поиск более совершенных способов подготовки и ведения боевых действий, а также защиты частей (подразделений) от высокоточного оружия противника и борьбы с ним. Это касается и принципов боя. В статье ставится цель - показать, какое влияние на их содержание и развитие оказывает современное оружие и в связи с этим какие требования предъявляются к практической деятельности командиров и штабов.
Одним из основополагающих принципов боя является поддержание постоянной высокой боевой готовности войск. Его сущность заключается в способности соединений, частей, подразделений в любых условиях начать боевые действия в установленные сроки и успешно выполнять поставленные задачи. Появление этого принципа обусловлено резким возрастанием мощи средств поражения и, как следствие этого, увеличением роли фактора внезапности в бою, что в свою очередь вызывает необходимость иметь в постоянной готовности к боевому применению оружие, технику и, безусловно, личный состав.
Содержание принципа боевой готовности изменяется прежде всего под влиянием военно-политической обстановки, развития средств и способов вооруженной борьбы. Это глубоко и всесторонне раскрыто в статье генерал-полковника И. А. Гашкова. В ней убедительно показано, что роль боевой готовности как фактора, гарантирующего организованные действия войск в случае развязывания войны агрессором, постоянно возрастает. В современных условиях при наличии у противника высокоточного оружия одна из главных ее задач состоит в том, чтобы ни при каких обстоятельствах подразделения, части, соединения не были застигнуты врасплох.
Неспособность некоторых армий предотвратить внезапные удары врага, как показал опыт минувших войн, объяснялась главным образом тем, что в них слабо велась разведка, применялась громоздкая многоступенчатая система приведения войск в боевую готовность в угрожаемый период и с началом военных действий. Длительный сбор данных об обстановке, медленная обработка их, как правило, вручную, нерасторопность в принятии решений, отдача нечетких, зачастую запоздалых, а то и противоречивых распоряжений частям и огневым средствам являлись обычно причиной того, что агрессору удавалось нанести неожиданный удар и уже в первые часы причинить большой ущерб войскам (силам) другой стороны.
В современном бою исключительно важно, чтобы командиры и штабы бдительно следили за противником, знали не только, что и какими силами он делает, но и с какими целями, какими новейшими средствами поражения располагает. Важно уметь организовывать активную разведку, четкое боевое дежурство, постоянно поддерживать оружие в готовности к бою. При нарастании угрозы нападения следует своевременно реагировать на предпринимаемые врагом меры по подготовке удара, заблаговременно предупреждать о грозящей опасности свои войска, ставя перед ними конкретные задачи.
Командиры и штабы должны в ходе повседневной боевой учебы добиваться тщательной отработки соответствующих нормативов, всего комплекса вопросов, связанных с развертыванием частей и подразделений, готовить их к решению внезапно возникающих задач по отражению ударов противника в самых сложных условиях обстановки. Создание в армиях стран НАТО РУК (РОК) и других дальнобойных боевых комплексов, обеспечивающих поражение глубинных объектов, вызывает необходимость при подготовке и ведении любого вида боя обеспечивать высокую степень боеготовности войск не только первых, но и вторых эшелонов, резервов, средств ПВО, разведки, РЭБ, а также элементов тыла, принимать меры по их маскировке и защите.
Отметим, что реализация в повседневной деятельности войск требования поддержания высокой боевой готовности, как, впрочем, и других принципов боя, дело непростое. Для этого офицеры обязаны обладать высокими организаторскими качествами. Мало знать теорию, надо уметь применять ее на практике. «...Теоретические знания, будучи хорошими ориентирами, - отмечает кандидат в члены Политбюро ЦК, КПСС, Министр обороны СССР Маршал Советского Союза С. Л. Соколов, - не всегда могут дать ответ, как надо действовать в той или иной конкретной обстановке. Между усвоением теоретических знаний и овладением искусством их практического применения немалая дистанция». Поэтому важно в ходе боевой учебы всемерно развивать инициативу и активность офицеров, их умение творчески применять принципы с учетом многообразия условий современных боевых действий, появления нового оружия.
Наиболее полно и отчетливо изменение содержания принципов боя можно проследить на примере эволюции принципа массирования сил и средств, который нередко называют принципом победы. Уже на ранней стадии развития тактики он нашел свое материальное выражение первоначально в сосредоточении крупных масс пехоты, кавалерии, а затем и артиллерии на избранном направлении в целях создания необходимого перевеса в силах в наиболее уязвимом для противника пункте. По мере развития оружия и боевой техники использование принципа массирования принимало все более гибкие, разнообразные и сложные формы.
В годы Великой Отечественной войны советские командиры и штабы проявили исключительно высокое искусство в применении данного принципа в бою. При подготовке наступления, не обладая подчас общим превосходством в силах и средствах над противником, они тем не менее добивались многократного перевеса на участках прорыва. Решающую роль в этом играла умелая концентрация ударных средств - артиллерии и танков. Обеспечивалось их 3-5-кратное превосходство над противником на направлении главного удара. В сочетании с сосредоточением крупных масс пехоты и ударов авиации это обеспечивало в конечном итоге успех боя.
Оснащение войск ракетно-ядерным оружием внесло коренные изменения в содержание принципа массирования. Традиционный метод создания высоких плотностей сил и средств (200-260 орудий и минометов, 20-30 и более танков и САУ на 1 км фронта), применявшийся в наступлении во второй мировой войне, оказался неприемлемым в новых условиях по двум причинам. Во-первых, возникла опасность поражения войск ядерным и высокоточным обычным оружием противника. Во-вторых, отпала необходимость в создании крупных группировок на участках прорыва, поскольку путем нанесения ядерных и огневых ударов наступающий получил возможность создавать бреши в обороне противника, резко и быстро менять соотношение сил в свою пользу, а следовательно, решать задачи меньшим, чем прежде, боевым составом.
В связи с этим принцип массирования, сохраняя свое значение, как бы изменил форму и содержание. Сегодня он. выступает как принцип решительного сосредоточения основных усилий войск в нужный момент на важнейших направлениях для выполнения главных задач.
Такое наименование стало более точно и емко выражать его новое содержание. Суть изменений в формулировке состоит в том, что на первый план выдвигается не столько количественная, сколько качественная сторона - стремление добиться превосходства над противником в первую очередь за счет максимального использования поражающей мощи оружия. Это не означает, однако, что вообще отпала необходимость нанесения концентрированного удара войсками на важнейшем направлении. Потребность в этом сохраняется и при действиях с применением ядерного оружия. Например, на учениях армий стран НАТО сейчас создаются следующие плотности сил и средств на участках прорыва: до 30 танков, 40-50 орудий,, около 50 противотанковых средств и 15-20 вертолетов на 1 км фронта.
В настоящее время происходят дальнейшие изменения в содержании этого принципа. Резко возросшая поражающая мощь современного оружия в сочетании с мобильностью войск создает условия для решения боевых задач значительно меньшими силами и средствами и в более короткие сроки. Следовательно, при всех обстоятельствах на первый план выступают теперь качественные характеристики войск. Но при этом важно учитывать и возросшие возможности обороняющихся по поражению готовящихся к наступлению частей высокоточным и дальнобойным оружием, что вызывает необходимость, как и при угрозе применения ядерного оружия, гибко сочетать действия частей и подразделений в сосредоточенных и рассредоточенных боевых и предбоевых порядках.
Все это свидетельствует о том, что сегодня следует по-новому решать вопрос о создании необходимых плотностей сил и средств на главном направлении как при прорыве подготовленных рубежей, так и при сосредоточении основных усилий войск в обороне. Надо по-иному подходить и к определению критериев рассредоточения боевых порядков подразделений с тем, чтобы обеспечить их высокую живучесть и защищенность от высокоточного оружия (не в ущерб, разумеется, боевым возможностям).
В современных условиях предъявляются повышенные требования к искусству командиров и штабов в практическом использовании принципа решительного сосредоточения основных усилий войск. В частности, одно из новых требований - умелый выбор объектов поражения на главном направлении. Первоочередное уничтожение наиболее важных из них должно стать неразрывным составным элементом сосредоточения усилий, поскольку без быстрого подрыва боевой устойчивости противника действия главной группировки могут не дать должного результата. Речь идет не столько о массировании войск на избранных направлениях, сколько об изменении соотношения сил и средств с помощью сосредоточения мощи огня. По существу, это новое явление в военном искусстве. Конечно, такая цель ставилась и в минувших войнах, но тогда для ее осуществления не было возможностей. Сейчас они налицо. Возросшие дальнобойность и мобильность средств поражения позволяют концентрировать огневые удары по противнику, не стягивая их предварительно на ограниченные участки местности.
Видимо, в современном наступательном бою следует больше внимания, чем раньше, уделять умелому выбору направления главного удара, определению уязвимых мест в боевом построении противника, правильному учету фактора времени при создании ударных группировок, искусному использованию защитных и маскирующих свойств местности в целях обеспечения наименьшей уязвимости своих войск от РУК (РОК), выбору момента нанесения удара по врагу, чтобы упредить его в огневом поражении, а также рациональному распределению сил и средств по направлениям.
Что касается обороны, то здесь командиры и штабы должны проявить высокое мастерство в ее построении, особенно при выборе районов сосредоточения основных усилий, чтобы, определив вероятный характер действий противника, создать заблаговременно или в ходе начавшегося боя такую группировку своих войск на направлении наступления его главных сил, которая оказалась бы способна отразить глубокий комбинированный воздушно-наземный удар превосходящих сил врага.
Подчеркивая возрастающее значение для достижения успеха в бою умелой реализации принципа решительного сосредоточения основных усилий войск на главном направлении, следует отметить, что сейчас нельзя ограничиваться лишь одноразовой концентрацией боевых усилий частей (подразделений) перед началом выполнения той или иной задачи, особенно в наступлении. Командирам и штабам надо непременно добиваться того, чтобы поддерживать количественное, а главное качественное превосходство над противником на важнейшем направлении и в ходе всего боя. Для этого потребуется гибко маневрировать огнем, ударами ракет, авиации и войсками, своевременно наращивать усилия за счет ввода в бой вторых эшелонов и резервов, переброски сил и средств с других направлений и т. п. Все это является важнейшим условием достижения в короткие сроки превосходства над врагом.
Принципиально новое требование к решительному сосредоточению основных усилий войск состоит еще и в том, что оно должно непременно обеспечивать нанесение одновременного удара на всю глубину построения противника. Необходимость осуществления глубокого удара вызывается тем, что его наиболее мощные быстродействующие средства поражения располагаются чаще всего на значительном удалении от линии фронта. Так, по опыту учений армий стран НАТО в глубине обороны нередко сосредоточивается до двух третей боевого состава войск, в том числе средства ядерного нападения соединений и большая часть дальнобойной артиллерии, средств ПВО, РЭБ (на удалении до 6-12 км от линии фронта), наземные элементы РУК, боевые вертолеты, аэродромы тактической авиации, а также пункты управления объединений, крупные резервы (на удалении от 10-15 до 30-40 км и более от переднего края обороны). Ясно, что без постоянного, практически непрерывного воздействия на эти важнейшие объекты огнем и войсками наступающий не может добиться решительного разгрома обороняющегося.
Следует заметить, что сама по себе идея нанесения глубокого удара по противнику не является новой. Как известно, она была положена в основу теории глубокого боя и операции, разработанной советской военной наукой в 30-е годы. Во время Великой Отечественной войны наши войска показали образцы ведения таких операций. Однако в тактическом масштабе общевойсковые соединения вследствие ограниченных ударных и огневых возможностей не могли самостоятельно наносить удары одновременно по всей глубине обороны соединений вермахта. Так, проведение артиллерийской подготовки ограничивавалось, как правило, пределами главной полосы обороны, да и то третья позиция подавлялась огнем лишь частично. Основным же способом решения наступательных задач являлось последовательное «перемалывание» сил и средств обороняющегося в ходе прорыва. И только с выходом на оперативный простор войска могли вести маневренные действия.
Теперь положение значительно изменилось. Мощь, дальнобойность и количество средств глубокого воздействия по противнику существенно увеличились не только в оперативном, но и тактическом звене. Способность высокоточного оружия успешно поражать цели независимо от их удаления от линии фронта расширяет возможности по одновременному огневому воздействию практически на все элементы боевого построения другой стороны и в то же время решает проблему уменьшения потребности сил для достижения цели боя. На учениях в армиях стран НАТО в общевойсковых соединениях огневое поражение планировалось практически на всю тактическую зону обороняющихся, а нередко и по важнейшим объектам в ближайшей оперативной глубине. При этом в интересах быстрого использования результатов ядерных и огневых ударов широко применялись тактические воздушные десанты, а также аэромобильные части и подразделения, которые высаживались (выбрасывались) на удалении до 30-50 км от линии боевого соприкосновения войск сторон. Гибкому и быстрому массированию огневых усилий по важнейшим объектам способствует и широкое применение самолетов-штурмовиков, боевых вертолетов, беспилотных летательных аппаратов.
Следовательно, сейчас имеются необходимые материальные предпосылки для реализации глубокого удара в тактическом масштабе. Все это, на наш взгляд, позволяет сделать вывод, что одновременное нанесение удара по противнику на всю его глубину приобретает в современных условиях значение самостоятельного принципа общевойскового боя. Он дополняет и развивает принцип решительного сосредоточения основных усилий войск на главном направлении.
Практическая важность реализации принципа одновременного нанесения глубокого удара, как показал опыт многих учений, проявляется в следующем. Во-первых, в том что соединения в наступательном бою добиваются не последовательного вытеснения противника с занимаемых позиций, а одновременного и решительного его разгрома на всю глубину боевого построения. С этой целью осуществляется расчленение и уничтожение его войск по частям. Непрерывное мощное огневое воздействие на обороняющегося сочетается с широким охватом по воздуху, а на приморских направлениях - и с моря. В обороне этот принцип находит свое выражение в том, что главные огневые усилия сосредоточиваются для поражения наступающего не только тогда, когда он изготовился для перехода в атаку, но и на дальних подступах к обороне в ходе выдвижения его войск из глубины, при развертывании их в боевой порядок, преодолении ими заграждений и препятствий.
Во-вторых, данный принцип вызывает необходимость овладения личным составом тактикой ведения глубинного боя, чтобы все подразделения были обучены умело применять высокоманевренные способы боевых действий, длительное время самостоятельно действовать в тылу противника в отрыве от главных сил, громить резервы, уничтожать огневые средства, совершать дерзкие налеты на его пункты управления, блокировать объекты, быстро выходить из боя.
В-третьих, исходя из принципа одновременного нанесения глубокого удара, соединения должны уметь вести разведку противника не только в его тактической, но и оперативной зоне обороны, осуществлять непрерывные наземно-воздушные удары по его войскам. С этой целью, например, по опыту армии США назначаются зоны ответственности: для бригады - на глубину до 15 км, дивизии - 70 км, армейского корпуса-150 км, что обязывает командиров и штабы постоянно держать под контролем эти зоны.
К нанесению глубокого удара будет стремиться и другая сторона. Основная направленность американской концепции «воздушно-наземная операция (сражение)» и ее натовской разновидности - «борьбы со вторыми эшелонами» состоит в сосредоточении главных усилий на одновременном поражении не только первых, но и вторых эшелонов (резервов) еще до ввода их в бой. Следовательно, глубинный бой будет характеризоваться обоюдным вклинением подразделений и частей, образованием множества изолированных очагов борьбы. Это повышает требования к оперативности руководства войсками, умению противодействовать воздушному (наземному) маневру врага, его охватам и обходам.
В настоящее время повышается значение принципа активности, решительности и непрерывности ведения боевых действий. Успеха в бою добивается прежде всего тот, кто действует более изобретательно, смело, напористо. При наличии исключительно мощных и мобильных средств вооруженной борьбы особенно важно проявлять активность, своевременно захватывать и прочно удерживать инициативу, лишать противника возможности нанесения эффективных огневых ударов, всемерно срывать его планы, навязывать ему свою волю.
По опыту локальных войн одна из новых форм проявления боевой активности войск - непрерывная борьба с РУК (РОК), другими системами высокоточного оружия, а также разведкой, средствами ПВО и РЭБ противника. Главным здесь является точное и быстрое выявление элементов разведывательно-ударных (огневых) комплексов и незамедлительный вывод их из строя. Активность в борьбе с системами самоуправляемого оружия должна проявляться также в непрерывном ведении РЭБ, широком применении ложных целей и ловушек, искусном осуществлении различных защитных и маскировочных мероприятий в целях снижения эффективности технических средств разведки, ударов боевых комплексов, вертолетов, самолетов, ПТРК и прочих видов оружия другой стороны.
Показателем высокой боевой активности войск в современном бою является быстрое преодоление заграждений, завалов и разрушений, непрерывное ведение боевых действий днем и ночью в любых погодных условиях, достижение высоких темпов. «Стремительность, - отмечал Маршал Советского Союза Г. К. Жуков, - главное средство быстрейшего разгрома врага. Надо действовать настолько быстро, чтобы противник везде и всюду опаздывал. Этому нужно учиться, на этом нужно воспитывать наши войска».
Первостепенную роль принцип активности играет в достижении устойчивости обороны. Это находит свое выражение в своевременном нанесении глубоких ударов по огневым средствам, особенно РУК (РОК) и другим системам высокоточного оружия, создании огневых и противотанковых заслонов на путях выдвижения войск наступающего, устройстве на направлениях его маневра «динамичных зон заграждений» средствами дистанционного минирования, нанесении по вклинившимся подразделениям решительных контратак с одновременной высадкой в его тыл тактических воздушных десантов, быстром восстановлении боеспособности войск и переходе от обороны к наступлению.
В тесной взаимосвязи с боевой активностью находится и такой важнейший принцип, как внезапность действий. В годы Великой Отечественной войны наши войска всегда стремились к тому, чтобы в каждом бою преподнести противнику какой-нибудь сюрприз. И когда это удавалось, то успех, как правило, был обеспечен.
Опыт локальных войн свидетельствует, что появление новых, более эффективных видов оружия, развитие авиации, средств РЭБ, с одной стороны, открывают более широкие перспективы для обеспечения внезапности действий, а с другой - создают определенные трудности ее достижения в связи с возрастанием возможностей разведки. От командиров и штабов требуется в настоящее время проявление особого творчества в практическом осуществлении этого принципа при подготовке и ведении боя.
Если в прошлом внезапность достигалась в основном пассивными методами - проведением разнообразных маскировочных мероприятий, созданием ложных объектов, дымовых завес, то теперь на первый план выдвигаются мероприятия активного характера - применение оригинальных, неожиданных для противника способов действий, нешаблонное построение боевых порядков, системы огневого поражения, способов перехода в наступление и т. п. Одним из путей ее решения, как показывает опыт локальных войн, является быстрая дезорганизация управления войсками и оружием противника. Это достигается массированным воздействием огнем и средствами РЭП по его пунктам управления и РЭС в системах управления, разведки и РЭБ для вывода их из строя и обеспечения внезапности удара своих войск (сил).
Принцип внезапности широко сочетается в современном бою с применением приемов военной хитрости. Искусное осуществление обманных действий позволяет ввести противника в заблуждение относительно своих намерений, направить его по заведомо неправильному и невыгодному пути. Весьма обстоятельно и интересно эта тема раскрыта в статье генерал-полковника В. Н. Лобова «Роль и место военной хитрости в военном искусстве». Автор убедительно показал, что выдающиеся полководцы часто побеждали потому, что превосходили врага в гибкости ума, более творчески, умело использовали те принципы военного искусства, которые способствовали успеху.
В высокоманевренном бою при применении сторонами эффективных средств глубокого и точного удара роль военной хитрости как одного из важных путей достижения победы малой кровью особенно возрастает. Обманные действия должны стать неотъемлемым элементом любого решения командира, многих тактических мероприятий, проводимых для обеспечения боевых действий. Исходя из этого, на наш взгляд, правомерно сделать вывод, что военная хитрость приобретает теперь значение важного самостоятельного принципа военного искусства, и в частности общевойскового боя.
Речь идет о дальнейшем развитии теории и практики тактики на основе полного использования достижений научно-технического прогресса. Признание военной хитрости в качестве одного из принципов боя будет способствовать дальнейшему развитию творчества офицеров, их умения на высоком профессиональном уровне организовывать и вести боевые действия, перехитрить врага, решительно проводить в жизнь смелый маневр, находить рациональные пути выхода из критической обстановки, принимать в любой ситуации правильные и оригинальные решения, активными действиями срывать планы противника, смело идти при необходимости на обоснованный риск, избегать шаблона при выполнении боевых задач.
Высокого искусства требует от командиров и штабов практическое применение принципа взаимодействия. В современном общевойсковом бою неуклонно увеличивается количество участвующих в нем сил и средств, до предела возрастает накал борьбы, повышается вероятность быстрого и резкого изменения обстановки, неожиданного возникновения кризисных ситуаций. В таких условиях важно четко согласовывать усилия частей и подразделений различных родов войск и специальных войск между собой, а также с ударами ракетных войск, артиллерии и авиации. Это возможно лишь на основе предусмотрительности, тщательного расчета и всестороннего знания оружия и боевой техники, а также тактики противника, прежде всего способов применения новейших средств разведки и огневого поражения.
Особые трудности могут возникнуть в наступлении при согласовании усилий войск первого эшелона с тактическими воздушными десантами и передовыми подразделениями.
Следует учитывать, что при применении противником ядерного и высокоточного обычного оружия взаимодействие может внезапно нарушаться. Это обязывает командиров и штабы постоянно следить за развитием боя, предвидеть возможные осложнения обстановки и принимать своевременные меры, не допускать возникновения кризисной ситуации. Надо вовремя уточнять частям и подразделениям боевые задачи, восстанавливать израсходованные резервы, взаимодействие сил и средств, обеспечивать устойчивое управление и бесперебойную работу тыла.
Показателем тактической зрелости командиров всегда было овладение искусством маневрирования. Успех в современном общевойсковом бою во многом определяется тем, насколько быстро удастся при резких изменениях обстановки перенацелить войска на другие направления, создать новую группировку сил и средств, выявить уязвимые места в боевом построении противника для его расчленения, совершения обходов и охватов, быстрого использования результатов ядерного и огневого поражения.
Сейчас надо считаться с тем, что проведение маневра будет сопряжено с возрастающими трудностями. Это потребует высокого творчества от командиров и штабов при его организации, а также всестороннего обеспечения. Весьма важно своевременно вскрыть готовящийся ядерный (огневой) удар противника, нанести упреждающее поражение высокоточным боевым системам, принять меры по введению его в заблуждение, умело используя для обеспечения скрытного передвижения своих войск условия ограниченной видимости (ночь, туман), защитные и маскирующие свойства местности и т. п.
В свою очередь надо стремиться сорвать или максимально затруднить маневр войскам противника по воздуху и на земле. Такой маневр, как известно, лежит в основе концепции армии США «воздушно-наземная операция (сражение)».
В целях контрманевра необходимо умело вести дуэльную огневую борьбу с быстродействующими боевыми комплексами, бронеобъектами противника, поражать их с первого пуска, захода, выстрела на пре-'1 дельных дальностях, противодействовать его охватам и обходам, блокировать действия высадившихся воздушных десантов и диверсионно-разведывательных групп. Важно вовремя срывать вражеский маневр, осуществлять ложные перегруппировки на второстепенных направлениях, гибко сочетать действия в сосредоточенных и рассредоточенных построениях, совершать стремительные марши в условиях интенсивного огневого воздействия, а также применения массовых заграждений и разрушений.
Опыт войн показывает, что, чем динамичнее и сложнее боевые действия, тем большую роль в достижении успеха приобретает принцип всестороннего учета и умелого использования морально-политического и психологического факторов в интересах выполнения боевой задачи. В современных условиях его значение особенно велико. Чтобы добиться разгрома противника, командирам, штабам и политорганам нужно наряду с обеспечением высокого политико-морального состояния своего личного состава всегда знать морально-боевые качества войск врага, выявлять его сильные и слабые стороны. Надо всеми формами и методами воздействовать на моральное состояние противника, повышать его «психогенные потери» нанесением внезапных ошеломляющих ударов, применением неожиданных тактических приемов вызывать панику и растерянность.
В целях обеспечения постоянного превосходства своих войск над вражескими в морально-психологическом отношении необходимо активным проведением партийно-политической работы повышать идейную закалку воинов, развивать у них твердую волю, устойчивую психику, самообладание, добиваться поддержания в частях и подразделениях твердой дисциплины, организованности и порядка, своевременного и точного выполнения поставленных боевых задач, приказов и распоряжений командиров.
Высокая эффективность современных средств поражения обусловливает необходимость выделить в качестве самостоятельного принципа обеспечение высокой живучести и боевой устойчивости войск. Это диктуется тем, что с появлением в армиях стран НАТО высокоточного оружия резко повысилась вероятность возрастания потерь живой силы, оружия и боевой техники. В этих условиях нужно проводить более действенные меры по повышению живучести и боевой устойчивости частей и подразделений, в частности такие, которые позволяли бы не только обеспечивать боевые действия войск, но и активно на всех этапах боя воздействовать на противника, снижать эффективность его разведки, ударно-огневой потенциал, своевременно наносить по нему удары, вводить в заблуждение. Только так можно сохранить боеспособность своих войск и создать благоприятные условия для успешного и своевременного выполнения ими поставленных задач.
Важнейшую роль в этом играет разведка, эффективность которой зависит от дальнейшего повышения ее активности, действенности и оперативности, особенно по выявлению ядерных средств и высокоточного обычного оружия противника. Сейчас возрастают требования к быстроте и точности определения координат целей, вскрытию вражеских объектов, расположенных в глубоком тылу. Успешно решать эти и другие задачи можно лишь при условии, если командиры, штабы и войска в совершенстве владеют искусством организации и ведения разведки.
На современный общевойсковой бой все большее влияние оказывает радиоэлектронная борьба, умелое ведение которой в значительной степени снижает боевые возможности противника. В полевом уставе армии США указывается, что применение методов радиоэлектронного противодействия можно представить как противоречие между выживанием и уничтожением. Основная тенденция в использовании средств РЭБ по опыту учений армий стран НАТО идет по линии увеличения интенсивности радиоэлектронного воздействия на средства радиоэлектронной разведки и систем управления войсками и оружием другой стороны.
Особое место в борьбе за живучесть войск занимают мероприятия по маскировке. От командиров и штабов требуется, чтобы, как и в годы Великой Отечественной войны, они умели искусно скрывать положение своих войск при подготовке боя, вводить противника в заблуждение относительно своего замысла, заставлять сосредоточивать его усилия против ложных объектов и целей, затруднять ведение им разведки и т. п. Конечно, осуществлять маскировку теперь приходится в более сложных условиях, при резко возросших возможностях разведки. Поэтому надо разнообразить средства и приемы маскировки, всемерно активизировать ее, применять неожиданные способы действий, обеспечивать убедительность и непрерывность мероприятий, практиковать имитацию ложного сосредоточения войск и максимально использовать маскирующие и защитные свойства местности.
В определенной мере изменилось содержание и такого принципа боя, как твердое и непрерывное управление войсками. Это обусловлено значительным ростом объема перерабатываемой информации и сокращением времени для принятия решений, а также внедрением ЭВТ в систему управления. Исключительно важно, чтобы офицеры в совершенстве владели практическими навыками работы с применением средств АСУВ и были мастерами организации боевых действий войск непосредственно на местности, обладали способностью не только быстро принимать целесообразные решения, но и во что бы то ни стало добиваться неуклонного их выполнения.
Бой неповторим и многообразен в своих конкретных проявлениях. Только командиры, офицеры штабов, политработники, обладающие творческим чутьем, дерзновенным тактическим мышлением, воспитанные в духе высочайшей активности, новаторства, способны вести противоборство с самым сильным врагом, противопоставлять его коварству высочайшее искусство, идти, если необходимо, на обоснованный риск, проявлять предусмотрительность, мудрость в смелых решениях.
Таким образом, современное оружие во многом изменяет содержание всех принципов боя и порождает новые. Это обстоятельство с особой силой подчеркивает важность творческого их применения на практике. Конечно, принципы сами по себе пассивны. Но их умелая реализация приводит к победе, а забвение - к поражению. Противник тоже будет руководствоваться определенными тактическими правилами, стремиться перехитрить, обмануть наши войска. Поэтому все зависит от того, с каким искусством та или иная сторона сумеет использовать принципы в своей практической работе. Именно в реальном преломлении их в сфере боевой деятельности и заключается главная трудность. И этим непростым искусством важно овладевать со всей настойчивостью и упорством на основе глубокого познания марксистско-ленинской теории, изучения опыта выдающихся советских военачальников. На всех занятиях и учениях надо и дальше развивать и совершенствовать свободное от штампов, стандартных схем и предвзятостей гибкое командирское мышление, присущее советским офицерам.
Тактика. - М.: Воениздат, 1984, с. 51.
Военная Мысль. Специальный выпуск, 1985, февраль, с. 26.
Военная Мысль, 1984, № 2, 6, 11; 1985, № 12; 1986, № 1, 2 и др.
Тактика, с. 52.
Военная /Мысль, 1986, № ), с. 3-18.
Военная Мысль. Специальный выпуск, с. 14.
Советская Военная Энциклопедия, т. 5. - М: Воениздат, 1978, с. 180.
Советская Военная Энциклопедия, т. 6, с. 542.
Военная Мысль, 1984, № 2, с. 73.
Военная Мысль, 1985, № 7, с. 18-24.
Военная Мысль, 1985, № 7, с. 21.
Военная Мысль. Специальный выпуск, с. 29.
Военная Мысль, 1985, № 9.
Полевой устав армии США FM 100-5, 1982.
