Милитаризация науки в США
ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 11/1987, стр. 71-80
В ИНОСТРАННЫХ АРМИЯХ
Милитаризация науки в США
Б. И. КОМЗИН,
кандидат технических наук
ДОСТИЖЕНИЯ научно-технического прогресса дают возможность обеспечить на Земле изобилие благ, создать условия для процветания человечества. И эти же творения ума и рук человека - в силу классового антагонизма, ради обогащения правящей элиты капиталистического мира - обращаются против него самого. Но угрозу миру представляет, естественно, не научно-технический прогресс, ее несут международная реакция, американский империализм, использующие достижения науки и техники в агрессивных целях. Усилиями капитализма 80-х годов самая передовая научно-техническая мысль переплавляется в оружие массового уничтожения.
Империалистические государства во главе с США на протяжении всего послевоенного периода выступают инициаторами раскручивания все новых витков гонки вооружений. Ядерное оружие создал американский империализм. США -первая и единственная в мире страна, которая без какой-либо военной необходимости применила в августе 1945 года атомное оружие против населения Хиросимы и Нагасаки. Осуществляя такую варварскую акцию, Вашингтон рассчитывал запугать народы мира своей военной мощью и с помощью ядерного оружия утвердить мировое господство. Только имперская идеология и политика, желание поставить социализм, СССР в максимально неблагоприятные условия вызывали все новые витки гонки ядерных и иных вооружений, развязанной США после 1945 года. Поэтому не случайно темпы научно-технического прогресса в военной области у них наиболее высокие и научные исследования направлены прежде всего на качественные преобразования практически всех компонентов оружия, включая боеприпасы и средства их доставки, системы связи и боевого управления, в целях достижения военного превосходства над СССР и странами Варшавского Договора.
В генерировании новых направлений гонки вооружений непосредственное участие принимают различные социальные и политические группировки современного государственно-монополистического капитализма. В Программе КПСС указывается: «Монополии, производящие оружие, генералитет, государственная бюрократия, идеологический аппарат, милитаризованная наука, слившись в военно-промышленный комплекс, стали наиболее рьяными проводниками и организаторами политики авантюризма и агрессии». Учитывая постоянно возрастающее влияние достижений научно-технического прогресса в условиях капитализма на совершенствование военной техники, усиливающиеся акценты на качественные аспекты гонки вооружений, в статье рассматриваются целевые установки, механизм обеспечения и масштабы военных исследований, их характерные особенности применительно к современному этапу милитаризации науки в США.
Целевые установки. Империализм, претендуя на мировое господство, всегда делал ставку на силу. В этих целях постоянно совершенствовались вооруженные силы, оружие и технология его изготовления. Многие научные открытия, как известно, получали применение прежде всего в военном деле. Как свидетельствуют факты, в прошлом нововведения в сферу вооружений в США поступали от отдельных ученых или являлись результатом эволюционного накопления эмпирического производственного опыта промышленных предприятий, их финансовая поддержка была относительно скромной. Так, среднегодовой уровень федеральных расходов на военные изыскания и разработки составлял в начале 30-х годов всего около 4 млн. долларов, а в 1940-м достиг 30 млн. В настоящее время ассигнования министерству обороны на НИОКР возросли по сравнению с 1980 годом, достигнув в 1987 финансовом году почти 37,6 млрд. долларов.
К середине 80-х годов научные исследования и разработки военного профиля в Соединенных Штатах приобрели особое значение как для военно-политического руководства страны, так и для военно-промышленных корпораций. Это вызвано тем, что нынешняя американская администрация с первых дней ее правления взяла курс на достижение военного превосходства над СССР, в основу внешней политики положила имперские амбиции на «руководство миром». Для реализации агрессивных целей империализм США делает ставку на использование достижений научно-технической революции. Сочетание военных исследований с интенсивной индустриализацией и автоматизацией поискового процесса, расширение корпуса высококвалифицированных профессиональных исследователей составляют сегодня материальную основу агрессивной политики американского империализма. Военно-политическое руководство США уже на стадии первого крупного витка спирали гонки вооружений-при разработке атомной бомбы - высоко оценило возможности использования науки в качестве мощного инструмента своей внешнеполитической деятельности. Однако оно оказалось неспособным трезво оценить глобальный характер современной научно-технической революции и научный потенциал других стран и потому довольно быстро лишилось монополии на обладание «сверхоружием».
Начиная с организации «Манхэттенского проекта», значительная часть усилий американских исследователей сосредоточивается на поиске путей приобретения преимуществ в создании все новых видов оружия и военной техники. В результате к середине 80-х годов в США сформировалась довольно устойчивая система взглядов, разделяемая основными промышленными корпорациями, на научно-технические аспекты строительства вооруженных сил в ближайшей и отдаленной перспективе. Анализ послевоенного этапа их развития показывает высокую преемственность главных направлений политики в области создания новой военной техники. Эти взгляды и комплекс мер по их практической реализации можно без преувеличения определить как стратегию военного научно-технического превосходства, ориентированную на всестороннее и форсированное использование достижений научно-технической революции в целях постоянного опережения потенциального противника по качеству систем стратегического и обычного оружия, средств связи, разведки и боевого управления.
В условиях глобальной научно-технической революции, когда появляются новые конструкционные материалы, двигательные установки, высокоэффективные средства обработки информации, упомянутая американская стратегия ориентирована прежде всего на захват и удержание превосходства в качестве военной техники, т. е. на одностороннее приобретение тех преимуществ, роль и значение которых могут в дальнейшем повышаться. Ее основные положения являются неотъемлемым компонентом директивных установок министерства обороны США, начиная с середины 60-х годов. Это видно на примере ежегодных докладов заместителя министра обороны по науке и закупкам вооружений (должность учреждена в середине 70-х годов) американскому конгрессу. В одном из них подчеркивалось, что краеугольным камнем всей американской стратегии в военных НИОКР является достижение военного научно-технического превосходства, которое обеспечивает качественное превосходство разрабатываемых, а затем развертываемых систем оружия и нейтрализует попытки оппонента сбалансировать это качество с помощью своих «количественных» усилий, сводит к минимуму возможность противостоящей стороны к заблаговременному принятию контрмер. Таким образом, упомянутое превосходство ориентировано на попутное «экономическое удушение» противостоящей стороны, пытающейся как-то компенсировать более высокое качество военной техники противника.
В другом докладе направленность и «эффективность» стратегии военного научно-технического превосходства выражены, пожалуй, еще более четко и откровенно: «У военно-политического руководства США, у вооруженных сил в принципе имеется определенный «набор» вариантов альтернатив при проведении переговоров с потенциальным противником о путях достижения паритета по количеству тех или иных систем оружия. Однако для США совершенно недопустим паритет в том, что называют качеством военной техники. Опережение потенциального противника в создании научно-технического задела для будущих систем оружия, а также в достигнутых показателях военной техники является абсолютным императивом сохранения национальной безопасности страны и наших союзников в настоящее время, а тем более в перспективе». Так понимают проблемы гонки вооружений ее американские апологеты.
Дело не сводится лишь к амбиционным установкам военно-политического руководства США, стремящегося добиться преимуществ буквально по всем направлениям развития современной военной техники. Не менее важным представляется анализ того реального механизма, который создан американским империализмом в интересах их обеспечения. Таким образом, предельная милитаризация мышления военно-политического руководства США, курс на слом в свою пользу военного равновесия воплощаются в широком комплексе целевых прикладных исследований, объединенных под вывеской широкомасштабной обороны. Реально это ведет к раскручиванию гонки вооружений, усилению военной опасности.
Механизм обеспечения. Наряду с организационными мероприятиями особое значение имеют экономические рычаги, позволяющие тесно увязывать между собой интересы представителей профессиональных военных кругов с непосредственным извлечением преимуществ участниками военно ориентированных исследований, проводимых частными фирмами. В мероприятиях по форсированному развитию работ, нацеленных на захват и удержание военного научно-технического превосходства, участвует большое число государственных ведомств и частных организаций США. Заказы Пентагона выполняют 30 тыс. основных подрядчиков и более 50 тыс. субподрядчиков. Как показывает анализ официальных документов, поиск наиболее радикальных идей качественного совершенствования существующей и создание новой военной техники осуществляются так называемыми штатными лабораториями министерства обороны и министерств видов вооруженных сил. Особое положение в этой области принадлежит Управлению военных перспективных исследовательских проектов (ДАРПА), созданному в 1958 году с ориентацией на наиболее кардинальные преобразования в технических средствах ведения вооруженной борьбы. Оно осуществляет широкий поиск идей практически по всем направлениям современной науки, стремясь к повышению основных тактико-технических характеристик вооружения как минимум на один-два порядка в сравнении с данными существующих видов и систем оружия.
Министерство обороны США на стадии фундаментальных исследований ведет работы по 20 тыс. отдельных (небольших по своим масштабам) проектов. Затем эксперты выбирают из них самые перспективные, концентрируют на них свои усилия в целях укрупнения проектов. На завершающем этапе создания новой разновидности военной техники большая часть ресурсов выделяется на основные программы (в середине 80-х годов это были разработки МБР «MX», БРПЛ «Трайдент-2» и др.). Таким образом военно-политическое руководство США стремится вести широким фронтом поиск идей на самых начальных стадиях исследовательского процесса, осуществляя при завершении детализированную «доводку» конкретного прототипа нового образца в ходе полномасштабных разработок.
Интенсивная научно-исследовательская деятельность позволяет совершенствовать военную технику высокими темпами. Если улучшение основных параметров продукции общего назначения возрастает на несколько процентов ежегодно, то в военном производстве, ориентированном на преимущественное использование новейших научно-технических достижений, наблюдается многократное повышение тактико-технических характеристик (точности и дальности стрельбы, разрешающей способности разведывательной аппаратуры, быстродействия и емкости памяти средств автоматизированной обработки информации и др.).
Анализ официальных данных показывает, что министерство обороны США вкладывает в исследовательские работы 10-12 проц. своего бюджета. Поэтому военные ведомства США наряду с многомиллиардными закупками техники «сегодняшнего дня» интенсивно накапливают научный потенциал для создания в перспективе всех компонентов боевого оружия на более высоком качественном уровне.
Несомненно, что политика военных ведомств Соединенных Штатов в области закупок вооружений и проведения военных исследований имеет свои особенности. Так, несмотря на резкие колебания уровней затрат на закупку и разработку различных видов военной техники, наблюдавшиеся в последние десятилетия, следует отметить исключительно высокий относительный объем расходов на военные исследования и разработки, значительно превышающие ассигнования в отраслях, связанных с выпуском продукции общего назначения. Именно необычайно высокая «наукоемкость» военной техники наряду с другими факторами является материальной основой в осуществлении США их стратегии военного научно-технического превосходства, обеспечивающей постоянный рост тактико-технических характеристик вооружения.
Общность классовых - интересов руководства военно-бюрократического аппарата и промышленных корпораций в области военных исследований и разработок реализуется в экономической сфере с помощью разветвленного государственно-монополистического механизма финансирования. Главным источником финансирования военных исследований и разработок являются средства американских налогоплательщиков, аккумулируемые в федеральном бюджете (точнее, в бюджетах министерства обороны, министерства энергетики и некоторых других федеральных ведомств), а основными исполнителями работ и, соответственно, потребителями финансовых ресурсов - частные организации: промышленные компании, университеты, «нефинансовые учреждения». Как этот механизм «работает» в интересах военных монополий, показывает анализ тех экономических привилегий, которые создаются американским федеральным правительством. Среди преимуществ, извлекаемых промышленными корпорациями США от участия в «военном научно-исследовательском бизнесе», следует выделить следующие.
Во-первых, промышленные корпорации, участвующие в выполнении военных проектов, в отличие от других компаний, производящих продукцию общего назначения, проводят исследовательские работы за счет средств федерального бюджета, а не собственных фондов. Это позволяет им разрабатывать наиболее сложную и рискованную «наукоемкую» технику, высокими темпами накапливать научный потенциал. В 1984 финансовом году Пентагон заключил контракты на поставку вооружения и другого военного имущества на сумму около 150 млрд. долларов. Почти половина этой суммы приходится 25 наиболее крупным поставщикам оружия и боевой техники. Четыре корпорации получили контракты на сумму более 5 млрд. долларов каждая. Это - «Мак-доннелл Дуглас», «Рокуэл интернэшнл», «Локхид» и «Дженерал дайнэ-микс», специализирующиеся на производстве прежде всего наступательных систем - ракетно-ядерного и авиационного вооружения, атомных кораблей.
Во-вторых, военно-промышленные корпорации находятся в чрезвычайно привилегированных условиях в отношении фондов, выделяемых на проведение исследовательских работ. Компании, занятые разработкой продукции общего назначения, вкладывая собственные средства в исследовательские проекты, идут на значительный риск и могут рас считывать на компенсацию таких затрат лишь в случае успешного выхода новой продукции на рынок. Период «ожидания» отдачи ранее сделанных инвестиций может занимать многие годы. Совершенно отличные условия создаются американским правительством для промышленных компаний - участников военных проектов. Это не только «беспроигрышная лотерея», но и высокоприбыльная, так как министерство обороны оплачивает расходы по исследованиям сразу же по мере их выполнения, при этом в стоимость контрактов включается и прибыль фирмы-подрядчика. Таким образом, оборот военно-промышленных корпораций и доля прибыли определяются как размерами сбыта готовой военной техники, так и объемами «отгрузок научной продукции». Например, ежегодные ассигнования на закупки оружия и военной техники за период 1980-1987 финансовых годов увеличились с 35 до 85,8 млрд. долларов, или почти в 2,5 раза. Кроме того, за тот же период объем расходов на научные исследования, проводимые в интересах министерства обороны США промышленными корпорациями и другими подрядчиками Пентагона, поднялся в 2,7 раза.
В-третьих, военно-промышленные корпорации получают скрытую поддержку министерства обороны и других федеральных ведомств за счет так называемых «федеральных контрактных исследовательских центров», сеть которых была создана на средства федерального бюджета. Формально они являются собственностью федерального правительства, а военно-промышленные корпорации осуществляют оперативное руководство ими и безвозмездно используют эту материальную базу для проведения исследовательских и экспериментальных работ. Так, одна из старейших компаний в составе американского военно-промышленного комплекса «Дюпон де Немур», по существу, распоряжается федеральным исследовательским центром «Саванна ривер лаборатори»; другие традиционные подрядчики Пентагона - «Рокуэл интернэшнл» - «Ликид метал инджиниринг сентр»; «Юнион кар-байд» - «Окридж нэшнл лаборатори»; «Дженерал электрик» - федеральным центром «Ноллс атомик пауэр лаборатори». Министерство обороны США создало, кроме того, сеть центров по различным областям военных исследований в целях улучшения информационного обеспечения своих подрядчиков.
В-четвертых, военно-промышленные корпорации, накапливая за счет федеральных ассигнований передовой научно-технический опыт, приобретают и используют возможности его практического применения е производстве невоенной продукции. Это имеет большое значение для крупных военно-промышленных корпораций с сильной диверсификацией производства (один из крупных подрядчиков министерства обороны США «Дженерал электрик» выпускает продукцию с номенклатурой в десятки тысяч наименований, включая реакторы для подводных лодок, двигатели для истребителей и бомбардировщиков, спутниковую аппаратуру).
Анализ статистических данных свидетельствует, что степень концентрации финансовых ресурсов, выделяемых США на содействие в первую очередь военным исследованиям и разработкам в промышленности, существенно выше, чем уровень их концентрации в целом. Подсчеты показывают, что во второй половине 70-х годов на первые 20 крупнейших (по объемам годовых научно-исследовательских программ) корпораций приходилось около 18 проц. объема ассигнований всех компаний, занимающихся исследованиями, и около 43 проц. собственных финансовых ресурсов, вкладываемых ими в научно-исследовательские работы. В этот же период на долю 20 крупнейших подрядчиков приходилось около 72 проц. всех федеральных ассигнований, предназначенных на проведение военных исследований. Высокий уровень концентрации финансовых ресурсов, .выделяемых военным министерствам и ведомствам, с одной стороны, а также концентрация этих средств в лабораториях и центрах немногочисленной группы могущественных промышленных монополий - с другой, несомненно, способствуют укреплению отношений и их «персонификации» между партнерами военно-промышленного комплекса в сфере исследований и разработок.
Ориентация военно-промышленного комплекса на захват и перманентное удержание военного научно-технического превосходства, а также массированное финансовое обеспечение такого курса создают для многочисленных исследовательских центров и лабораторий поистине уникальные возможности для совершенствования военной техники. Анализ строительства вооруженных сил США на протяжении послевоенных десятилетий совершенно недвусмысленно показывает, что большинство крупных сдвигов в развитии средств вооруженной борьбы отнюдь не было обусловлено реальным или потенциально ожидаемым «техническим» сюрпризом со стороны противника. Известный американский дипломат Дж. Кеннан со знанием дела отмечает: «Давайте не будем наводить тень на ясный день, сваливая всю ответственность на наших противников. Мы должны помнить, что именно мы, американцы, на каждом повороте пути были инициаторами дальнейшей разработки ядерного оружия. Мы первые создали и провели испытание такого устройства, мы повысили степень его разрушительности, создав водородную бомбу, мы первые создали многозарядную боеголовку, мы отклоняли всякие предложения отказаться в принципе от применения ядерного оружия первыми, и мы одни - да простит нам бог - употребили это оружие против других людей, против десятков тысяч беззащитных мирных граждан».
Особенно рельефно милитаризация научных исследований и разработок в настоящее время проявляется в структуре работ, осуществляемых в рамках программы «звездных войн». На работы в области СОИ уже израсходовано 7,5 млрд. долларов, начаты более 50 научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, 400 фирм и научных организаций США получили 1200 контрактов. По одному из шести официально объявленных программных элементов по СОИ с самого начала предусматриваются исследования возможностей преодоления самой «оборонительной» широкомасштабной ПРО, включая необходимые для этого новые типы МБР, мероприятия по повышению живучести носителей и боеголовок в отношении различных поражающих факторов и т. д.
Курс Вашингтона на наращивание военной мощи и достижение военного превосходства над СССР приводит к тесному переплетению интересов военно-промышленных монополий, военного и государственного аппарата, к небывалому расширению производства вооружений. Военные монополии в соединении с военно-государственным механизмом образовали могущественный военно-промышленный комплекс, который приобрел такую силу в США, что его всерьез называют «государством в государстве».
Масштабы. Сфера научных исследований и разработок в настоящее время превратилась в наиболее милитаризованный сектор хозяйства США. Это следует из данных официальной статистики о структуре феде ральных затрат, по которым расходы на обеспечение «национальной безопасности» составляют в последние годы 5 - 7 проц. стоимости валового национального продукта. В то же время доля военных исследований и разработок в общенациональных расходах на науку достигает 25 -30 проц., т. е. в несколько раз выше. Аналогичные выводы могут быть получены и из других сопоставлений элементов структуры федерального бюджета. Вместе с тем, анализируя данные официальной статистики затрат на военные исследования и разработки, следует учитывать ряд ограничений, имеющих своей главной целью занизить реальные объемы затрат общественных ресурсов на военные исследования и разработки. Отсюда и преуменьшение органами буржуазной статистики фактических масштабов усилий военно-промышленного комплекса США в эскалации гонки вооружений. Это подтверждается рядом причин.
Во-первых, органами официальной статистики США учитывается только часть общенациональных затрат на военные исследования и разработки (лишь госбюджетные ассигнования и далеко не полностью). Значительные по своим относительным и абсолютным размерам расходы частного сектора в этой области учету не подлежат.
Во-вторых, публикуемая информация содержит оценку госбюджетных расходов в денежной форме. Сопоставимые затраты трудовых и других ресурсов, вовлекаемых в военные исследования и разработки, как правило, не приводятся. Не указываются и данные о стоимости основных фондов научно-исследовательских учреждений военно-промышленных корпораций, хотя в условиях современной научно-технической революции ЭВМ, ускорители элементарных частиц, аэродинамические трубы, гиперзвуковые туннели и многие другие средства оказывают непосредственное влияние на результаты исследований.
В-третьих, представляемые органами американской статистики материалы включают лишь информацию о текущих затратах на военные исследования и разработки чисто военных министерств и ведомств. В связи с этим значительная часть госбюджетных средств, выделяемых на проведение военных исследований и разработок другим ведомствам, ке учитывается и «растворяется» в бюджетах министерства энергетики, учреждений, ведающих исследованиями космического пространства, Мирового океана, геофизических, метеорологических и других проблем, имеющих в сущности прямое отношение к тем или иным аспектам военных приготовлений. "
В-четвертых, буржуазная статистика не «замечает» затраты на закупки на коммерческо-лицензионной основе результатов военных научно-исследовательских работ, проводимых другими империалистическими странами.
В-пятых, следует иметь в виду, что сама по себе информация о направленности военных исследований, в особенности относительно новых перспективных разработок, тщательно засекречивается. Результатом такой жесткой конспирации явилось укрытие от широкой общественности не только небезызвестного проекта «Манхэттен», но и создание водородной бомбы, атомных подводных лодок-ракетоносцев, баллистических ракет с разделяющимися головными частями, нейтронных и бинарных боеприпасов. Не меньшей секретностью окружены современные разработки США по созданию «невидимого» для средств ПВО стратегического бомбардировщика, лазерного боевого оружия различного назначения, новейших средств ведения войн в космическом пространстве.
Таким образом, публикуемые органами буржуазной статистики сведения о затратах на военные исследования и разработки следует рассматривать как минимальную оценку реальных объемов финансовых ресурсов, используемых Пентагоном для продолжения гонки вооружений. Однако даже эти далеко не полные данные свидетельствуют о небывалых масштабах милитаризации современной американской науки.
Особую интенсивность приобрел процесс милитаризации сферы военных исследований и разработок с приходом в Белый дом администрации Рейгана. Несмотря на то, что его предшественник Картер предусмотрел в федеральном бюджете колоссальную сумму на проведение исследований по дальнейшему совершенствованию оружия (около 16 млрд. долларов на 1981 г.), Рейган буквально в первые же дни пребывания у власти потребовал у конгресса увеличения этих ассигнований на 700 млн. долларов, а в заявке на 1982 год - уже до 20,1 млрд. долларов.
Форсированное создание администрацией США научно-технических заделов под будущие витки гонки вооружений привело к тому, что в середине 80-х годов масштабы затрат на содержание милитаризованной американской науки стали превышать общие расходы по содержанию военной машины таких стран, как Великобритания, ФРГ, Франция, Япония.
Не менее примечательной является установка нынешней администрации на перераспределение федеральных ассигнований на военные исследования и разработки по исполнителям. Военно-промышленные корпорации всегда были важнейшими подрядчиками военных министерств и ведомств в проведении исследовательских работ, а в последние годы их положение еще более упрочилось. Федеральные ассигнования на военные исследования и разработки, проводимые промышленными компаниями, росли всегда опережающими темпами. В результате произошло увеличение доли промышленных компаний среди всех исполнителей заказов министерства обороны соответственно с 66,9 проц. в 1979 году до 73,2 проц. в 1985-м. Не менее внушительны и абсолютные показатели самого «довеска» к «федеральному пирогу», который традиционно получали компании, специализирующиеся на разработках оружия и военной техники.
Наглядным примером проявления процесса прогрессирующей милитаризации американской науки стала пресловутая рейгановская «инициатива» в создании широкомасштабной ПРО с элементами космического базирования. В этой псевдооборонительной программе в наиболее концентрированном виде отражается милитаризм современной научно-технической революции, происходящей в условиях капитализма. Мечты о мировой гегемонии гипнотизируют правящие круги США, и программа СОИ стала главной идеей президента Р. Рейгана. С программой «звездных войн», ассигнования на которую в ближайшие пять лет планируется удвоить, военно-промышленные фирмы связывают большие надежды. По оценке американских специалистов, только на стадии НИОКР в рамках СОИ военно-промышленные корпорации за ближайшие 10 лет получат заказов почти на 70 млрд. долларов. Здесь, как и в прошлом, средства американских налогоплательщиков перераспределяются в пользу могущественных подрядчиков Пентагона, в основном в интересах ведущих военно-промышленных корпораций США, создаются дополнительные стимулы для укрепления их экономического положения и, соответственно, повышения их влияния в решении военно-политических и военно-стратегических вопросов.
В чем же особенность современного этапа милитаризации американской науки? На наш взгляд, можно выделить следующие моменты. В о-первых, по масштабам расходуемых в настоящее время средств, а тем более в перспективе, комплекс исследований и разработок не имеет аналогов в прошлом. Особенно наглядно это видно на примере работ, проводимых в рамках программы СОИ. Столь же беспрецедентными по своей широте являются спектр естественно-научных направлений, исследуемый в рамках СОИ, и диапазон видов военной техники и ее отдельных компонентов. В о-в т о р ы х, фаза исследований и разработок ориентирована на необычно большую временную глубину. Так, по экспертным оценкам, период исследований и разработок по всему комплексу программы СОИ может составить 20 - 30 лет, т. е. охватить несколько четырехлетних циклов смены военно-политического руководства страны. Поэтому военно-промышленные корпорации так рьяно поддерживают усилия рейгановской администрации придать СОИ возможно более мощный импульс с тем, чтобы при новом военно-политическом руководстве страны ее было сложнее затормозить. Не случайно директор агентства по контролю над вооружениями и разоружению США К. Эделман заявил, что отказ от СОИ был бы равносилен «убийству гусыни, которая несет золотые яйца». Многие оппоненты СОИ резонно опасаются, что при таком ходе событий американским налогоплательщикам придется еще долгие, годы расплачиваться за инициативы Рейгана даже после его ухода со сцены. Наконец, само создание широкомасштабной ПРО чрезвычайно опасно для дела мира и поддержания стабильности военно-стратегического паритета. Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев в своем выступлении в г. Ленинске отметил, что «СОИ - это не только грабеж налогоплательщиков, это бессмысленная затея с точки зрения обороны. Какая самая главная опасность СОИ, о которой мы должны знать? Она разрушает стратегическую стабильность, гонка вооружений переходит в космос, что еще больше подстегнет гонку вооружений на Земле... Мы категорически против переноса гонки вооружений в космос. Мы видим свой долг в том, чтобы показать серьезную опасность СОИ всему миру».
В своих официальных заявлениях нынешнее военно-политическое руководство США стремится уверить общественность страны и своих союзников в том, что СССР «испугался» рейгановской инициативы и прогнозирует возможность «выжимания» из нашей страны различных односторонних уступок. Несомненно, Советский Союз стоит за соблюдение и укрепление режима бессрочного Договора по ПРО 1972 года, предпринимает настойчивые усилия по прекращению качественной гонки вооружений, руководствуясь императивом обеспечения международной безопасности, а отнюдь не «боязнью» рейгановской СОИ. В случае необходимости СССР примет все меры по нейтрализации агрессивных намерений США. Советский Союз обладает крупнейшим научным потенциалом, корпус его профессиональных научных работников существенно превышает американский. Опыт второй мировой войны наглядно показал огромные возможности отечественной науки- в мобилизации ее потенциала для разработки в кратчайшие сроки лучших по тому времени артиллерийских систем, танков, штурмовиков. СССР - могущественная во всех отношениях держава, которая располагает колоссальным научным потенциалом и, как это не раз случалось в прошлом, способна принять эффективные меры для того, чтобы надежно гарантировать свою безопасность и безопасность своих союзников.
Материалы XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза.- М.: Политиздат, 1986.-С. 133.
Откуда исходит угроза миру.- М.: Воениздат и Изд-во АПН, 1987.- С. 71.
The FY 1976 Department of Defense. Program for Research, Development and Acquisition, DOD. - Washington, 1975. - P. 44-45.
The FY 1981 Department of Defense. Program for Research, Development and Acquisition. DOD. - Washington, 1980. - P. 1-6, 1-7.
Statistical Abstract of the United States. Department of Commerce.- 1986. - P. 591.
Откуда исходит угроза миру.- С. 71.
Там же.
Funds for Research and Development, N.S.F., Washington.
Откуда исходит угроза миру.- С. 12.
Там же.-С. 47.
Statistical Abstract of the United States 1986, National Data Book and Guide to Sources, (J. S. Department of Commerce Bureau of the Census. - Washington, 1986.- P. 331, 332, 578.
Откуда исходит угроза миру. - С. 75.
Правда,- 1987.- 14 мая.
