К вопросу о военной безопасности России в Азиатско-Тихоокеанском регионе
ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 7/1994, стр. 2-6
К вопросу о военной безопасности России в Азиатско-Тихоокеанском регионе
Полковник Н.М.МАСЛЯЕВ
ВОССТАНОВЛЕНИЕ государственности Российской Федерации, ее геополитическое и геостратегическое положение изменили обеспечение военной безопасности России в различных регионах и в мире в целом.
Распад коалиции социалистических стран, дезинтеграция Советского Союза, стремление сопредельных стран обеспечить свою безопасность путем вхождения в НАТО вызвали потребность восстановления существующего ранее геополитического равновесия.
Теория потенциальной опасности (а тем более угрозы непосредственно жизненно важным интересам государства) должна быть положена в основу национальной безопасности Российской Федерации. С этих позиций национальную безопасность можно определить как систему гарантий защиты жизненно важных интересов внутри и вне страны. Та часть системы гарантий, которая обеспечивается с опорой на военную силу, может быть представлена как военная безопасность государства.
Сегодня стало очевидным, что состояние и уровень развития средств вооруженной борьбы создают ситуацию, при которой военный конфликт низкой интенсивности в определенных условиях может перерасти в крупномасштабную войну с катастрофическими последствиями.
Следует отметить и то, что военную безопасность России нельзя обеспечить только национальной обороной. Наиболее надежно и с меньшими Материальными затратами она будет достигнута при стабильности в мире и отдельных регионах, где сталкиваются интересы России и других государств.
В условиях урегулирования основных военно-политических проблем на Западе возрастают удельный вес и значение Восточного региона в вопросах обороны страны. Это вынуждает Российскую Федерацию вести активный поиск мер по обеспечению стабильности и безопасности в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР). Военно-политическая обстановка в нем характеризуется сложным и противоречивым переплетением интересов значительного числа государств и субрегионов.
Особое место в АТР принадлежит Дальнему Востоку. Именно баланс интересов государств этого региона должен в первую очередь находиться в центре внимания российской дипломатии.
Несмотря на развитие и нормализацию экономических отношений между значительной частью государств, в АТР продолжает действовать ряд факторов, дестабилизирующих обстановку и создающих угрозу их мирному развитию. Основными из них являются: наличие и увеличение дисбаланса в уровнях вооруженных сил и вооружений (милитаризация отдельных государств путем внедрения в военное производство новейших технологий, принятие на вооружение совершеннейших видов вооружения и военной техники); сохраняющийся потенциальный очаг напряженности на Корейском полуострове, тайваньская и камбоджийская проблемы; сложный узел противоречий, обусловленный неурегулированностью территориальных проблем, затрагивающий интересы России; неподписание мирного договора между Россией и Японией; значительный экономический рост части стран региона, сопровождающийся высокими темпами милитаризации отдельных государств; отсутствие отлаженной региональной системы международной безопасности.
На первый взгляд перечисленные факторы не затрагивают безопасность России и не создают прямой угрозы ее национальной безопасности. Вместе с тем история имеет массу примеров, когда смена политического руководства или курса страны приводила к коренному изменению обстановки не только в регионе, но и в мире. В этой связи необходимо учитывать, что Вооруженным Силам России на Дальнем Востоке могут реально противостоять две различные группировки: на континентальной части - вооруженные силы Китая, а со стороны Тихого океана - вооруженные силы США, Японии и Южной Кореи. Это вынуждает Россию содержать две взаимосвязанные группировки своих войск и сил флота: первую - для обороны континентальной части вдоль границ с Китаем и вторую - для противодесантной обороны Приморья, островной и полуостровной зоны. Следовательно, обеспечение военной безопасности Российской Федерации в АТР - задача далеко не абстрактная.
Рис. 1. Распределение боевого потенциала Сухопутных войск
по зонам вдоль границ России и Китая
Поэтому, что касается внешнеполитических инициатив России в области укрепления стабильности и безопасности в данном регионе, на наш взгляд, успех может быть обеспечен прежде всего за счет предотвращения региональных конфликтов, ликвидации существующих очагов напряженности и создания в перспективе системы коллективной безопасности на основе расширения экономического, военного и научно-технического сотрудничества.
В собственно военной области основными путями обеспечения безопасности России в регионе могут быть: снижение военного противостояния при сохранении опоры на ядерное сдерживание; ограничение военной деятельности; расширение и укрепление мер доверия, контроля и военного сотрудничества.
Вместе с тем не следует забывать, что сокращение Вооруженных Сил Российской Федерации, осуществляемое в рамках программ их строительства, с одной стороны, может привести к значительному одностороннему снижению боевого потенциала, а с другой - к усилению дестабилизирующей роли некоторых силовых факторов. В этих условиях, на наш взгляд, учитывая интересы укрепления безопасности России в АТР, необходимо осуществить ряд практических мер военно-стратегического характера.
В районе российско-китайской границы. Процесс разоружения целесообразно проводить с учетом обеспечения безопасности государств всего региона и осуществлять его по принципу равного пропорционального сокращения войск и вооружений России и Китая на всю глубину приграничных группировок войск сторон. Для России наиболее приемлемый вариант сокращения в зонах глубиной 800 км и более от государственной границы, поскольку основная группировка Народно-освободительной армии Китая (НОАК) дислоцируется именно на этой глубине, в то время как 80% российских войск в Приморье и Приамурье размещены у границы в полосе до 100 км (рис. 1) и по климатическим, геофизическим и экономическим условиям передислоцировать их в глубь России возможности нет.
Поэтому мы считаем, что договоренность, достигнутая в декабре 1992 года о сокращении войск в 100-километровой приграничной полосе каждой из сторон, на деле означает одностороннее сокращение российских войск. В этой связи представляется целесообразным осуществить следующее: до принятия конкретных решений по сокращениям провести всестороннюю оценку и определить наиболее приемлемый вариант размещения войск, остающихся в 100-километровой приграничной зоне, имея в виду необходимость прикрытия прежде всего наиболее важных объектов и участков границы. С этой целью, видимо, необходимо разработать комплекс мер по сокращению сроков развертывания войск прикрытия госграницы, в том числе размещению запасов вооружения и техники для войск «двойного базирования», а также для соединений и частей Мобильных сил, предназначенных для усиления. Было бы правильным определить порядок использования в этих целях зоны Байкало-Амурской магистрали (БАМ). Что касается прикрытия наиболее опасных направлений в 100-километровой приграничной зоне, то для этого имеет смысл привлекать силы и средства из местных ресурсов (казачьи формирования, отряды народного ополчения, военно-патриотические организации и т.п.). В дальнейшем необходимо согласовать принципы взаимного сокращения войск, особенно сухопутных как наиболее динамичных в плане мобилизационного развертывания.
Вопрос о сокращении авиационных группировок сторон в ходе переговорного процесса с Китаем выносить нецелесообразно, поскольку боевая авиация в данном случае является фактором, сдерживающим потенциальную угрозу.
Надо понять, что при сокращении ядерного оружия в АТР позиция РФ останется прежней. Количество ядерных средств должно обеспечить уровень, необходимый для сдерживания военной угрозы в регионе.
В приморской островной и полуостровной зоне. Приоритетный характер в ходе переговоров с США и Японией будет носить вопрос сокращения авиации, так как она обладает наибольшим потенциалом для осуществления внезапного нападения. Мы считаем, что в первую очередь в процессе переговоров необходимо включить палубную авиацию, многоцелевые тактические истребители и штурмовики с боевым радиусом более 500 км. Это обусловлено тем, что при трехкратном превосходстве США и Японии в ударных самолетах невозможно без радикального их сокращения обеспечить повышение стабильности и безопасности в регионе.
Сокращение группировок сухопутных войск сторон, развернутых в приморской островной и полуостровной зонах, целесообразно также осуществлять путем реорганизации общевойсковых дивизий в бригады, связывая этот процесс со структурной реорганизацией группировки С В Японии, дислоцируемой на о.Хоккайдо.
Необходимо обратить внимание на то, что в случае утраты двух ключевых островов Южно-Курильской гряды (Кунашира и Итурупа) существенно затруднится оперативное развертывание сил ТОФ и управление ими. Это приведет к снижению устойчивости морских стратегических ядерных сил в несколько раз и образованию неконтролируемой береговыми постами ПВО зоны пролета средств воздушного нападения.
В бассейне Тихого океана основным дестабилизирующим фактором является превосходство военно-морских сил США и Японии над силами Тихоокеанского флота в два-три раза. Изменить сложившийся баланс за счет увеличения боевого состава флота Россия не в состоянии. Имея более 60% устаревших кораблей и 70% самолетов морской авиации, она вынуждена будет сокращать их в одностороннем порядке. В этих условиях дипломатия должна стремиться выгоднее использовать шаги по сокращению флота на принципах доброй воли (взаимного примера), чтобы другая сторона прибегла к аналогичным ответным мерам. В качестве подобного шага можно было бы принять один из вариантов сокращения сил флота: к 2000 году в АТР Россия в одностороннем порядке сокращает атомные подводные лодки на 25% (в том числе рпк - на 50%), надводные корабли - на 40%, морскую авиацию - на 15%.
Для закрепления внешнеполитических мирных инициатив Российской Федерации целесообразно активизировать переговорный процесс по ограничению военной деятельности в регионе путем двусторонних и многосторонних переговоров, тем самым заложив основы региональной азиатско-тихоокеанской системы безопасности (АТСБ).
На первом этапе целесообразно договориться об ограничении численности привлекаемых на учения личного состава, вооружения и военной техники (ВВТ), масштабов и их периодичности, а также о контроле над призывом резервистов, развертыванием баз хранения ВВТ, передвижением и сосредоточением войск.
В интересах повышения мер доверия было бы целесообразно уточнить систему взаимного уведомления о военной деятельности в АТР. Особо следует остановиться на обмене между странами - участницами договоренностей планами учений СВ более чем с одной дивизией (при общей численности привлекаемого личного состава более 15 тыс. человек), проводимых самостоятельно или совместно с другими видами ВС (ВВС, ВМФ), а также планами учений дивизионного масштаба в пределах 500-километровой приграничной зоны. При амфибийных высадках и высадках воздушных десантов (возможных персвозках) такой обмен необходимо производить при участии в этих мероприятиях 2000 человек и более. Количество боевых танков, задействованных в одном учении, не должно превышать 200 ед., боевых бронированных машин - 400 ед., артиллерийских систем калибра от 60 до 100 мм - 200 ед., а свыше 100 мм - 100 ед.
Одновременно создать зоны безъядерные и демилитаризованные, а также ограниченной военной деятельности. В частности, наиболее приемлемы: заключение между государствами АТР соглашения об ограничении или запрете военно-морской деятельности (в том числе флотов США и РФ) в 500-километровой или 1000-километровой прибрежной зоне; отказ от действий против рпк и ПЛАРБ в согласованных районах (для ТОФ - Охотское и Берингово моря, для ВМС США - акватория Тихого океана, восточнее меридиана 140° западной долготы, для ВМС Китая - Желтое и северо-восточная часть Южно-Китайского моря); ограничение или запрещение нахождения авианосцев США в некоторых районах (например, в Японском морс и северо-западной части Тихого океана ближе 1000 или 1500 км от нашего побережья) и проведения военных учений вблизи границ других государств АТР (ВМС США с десантированием морской пехоты в западной части Алеутских островов и ВМФ РФ в районе Командорских островов). Необходимо также договориться о предварительном уведомлении заинтересованных государств АТР о прохождении корабельными соединениями или отдельными типами кораблей взаимосогласованных районов (проливы Берингов, Лаперуза, Корейский, а также соединяющие Филиппинское, Южно- и Восточно-Китайское моря).
Целесообразно также в ближайшей перспективе провести консультации со всеми заинтересованными государствами о предотвращении региональной гонки вооружений, об определении потолков роста боевого потенциала сил общего назначения, о запрете на строительство новых военных баз на иностранных территориях. Необходимо урегулировать военное и военно-техническое сотрудничество в АТР и направить его на укрепление безопасности России и стабильности в регионе.
При определении масштабов, объема и направлений военного и военно-технического сотрудничества со странами данного региона целесообразно руководствоваться принципом разумной оборонной достаточности, не допуская создания у государств - покупателей нашего оружия потенциала, подталкивающего их к агрессивным действиям. Приоритет в сотрудничестве целесообразно отдать Китаю, Индии, Вьетнаму, Лаосу, сохранить по возможности военное и военно-техническое сотрудничество с Северной Кореей, обеспечивая баланс сил, исключающий военное решение корейской проблемы.
Надо сказать, что основным гарантом выполнения решений предлагаемой азиатско-тихоокеанской системы безопасности могли бы стать региональные силы безопасности и свобода судоходства в бассейне Тихого океана, созданные по коллективному решению заинтересованных государств АТР, а также органы контроля за соблюдением договоренностей по ограничению военной деятельности (рис. 2).
Наиболее эффективными мерами по контролю за соблюдением соглашений, расширению и укреплению доверия, на наш взгляд, могут быть: создание международных функциональных органов за соблюдением договоренностей по ограничению военной деятельности - постоянной международной консультационной комиссии и национальных центров по уменьшению военной опасности; развертывание системы международных контрольно-наблюдательных пунктов в потенциально опасных районах и определение режима и порядка их работы, а также процедур осуществления контроля; неприменение мер маскировки, затрудняющих соблюдение договоренностей по ограничению военной деятельности; уведомление о предполагаемой военной деятельности войск; установление прямых и постоянных контактов между военными ведомствами - приглашение военных наблюдателей на крупномасштабные учения, маневры, а также проведение совместных семинаров по обсуждению военных доктрин, концепций строительства вооруженных сил и др.
Рис. 2. Органы и способы контроля за соблюдением договоренностей по ограничению военной деятельности в Азиатско-Тихоокеанском регионе
Реализация предложенных военно-политических мер позволит России своевременно принимать адекватные военнной угрозе меры по локализации приграничных и региональных военных конфликтов. Обеспечить безопасность восточных границ России можно будет более мобильной и компактной группировкой вооруженных сил в АТР. В ее составе целесообразно иметь две взаимодополняемые группировки: первую - для противодесантной обороны приморской островной и полуостровной зоны, вторую - на континентальной части, развернутую вдоль границы с Китаем, а в Забайкалье - вдоль границы с Монголией.
При этом, несмотря на общее превосходство боевого потенциала вооруженных сил Китая в этом регионе, значительные возможности коалиционных сил США, Японии и Республики Корея над предлагаемой группировкой Вооруженных Сил России в АТР, военная безопасность России не снизится.
Военная мысль. - 1993. - №4. - С.10.
