На пути к новой военной стратегии
ВОЕННАЯ МЫСЛЬ № 1/1994, стр. 68-73
На пути к новой военной стратегии
Полковник С.Л.ПЕЧУРОВ,
кандидат военных наук
В статье содержится краткий анализ новых по-ложений руководящих документов армии США, опубликованных в 1993 году.
ПРОШЕДШИЙ в Соединенных Штатах Америки 1993 год ознаменовался даль-нейшим развитием военно-теоретической мысли и военной науки в целом. Об этом наглядно свидетельствуют опубликование в сентябре прошлого года доклада министра обороны США «Всеобъемлющий анализ: вооруженные силы для новой эпохи», а также новой редакции основного полевого устава СВ США FM 100-5 («Операции»), разработки нескольких вариантов нового ПУ FM 100-23 («Миро-творческие операции»), выход в свет и корректировка ряда других уставов, на-ставлений, аналитических документов американских вооруженных сил. Эти ма-териалы затрагивают практически все аспекты деятельности ВС, мы же остано-вимся лишь на некоторых положениях, которые, по нашему мнению, могут пред-ставлять интерес для организаций и специалистов, занимающихся разработкой концепции строительства Российских Вооруженных Сил, а также читателей жур-нала.
Необходимость пересмотра многих концептуальных установок, на которые опирались в своей деятельности американские ВС, объясняется руководством Соединенных Штатов тем, что «эпохальные события последнего времени факти-чески сделали действующую до последнего времени и разработанную еще в пери-од «холодной войны» политику Соединенных Штатов в сфере безопасности не соответствующей потребностям будущего». В этой связи исходными моментами для кардинального пересмотра направлений планирования деятельности амери-канских ВС были выбраны реальные и потенциальные угрозы интересам наци-ональной безопасности США. В упомянутом докладе американского министра обороны к ним, в частности, относятся: угрозы, создаваемые ядерным и другими видами оружия массового поражения (включая его распространение); региональ-ные, вызванные в основном опасностью крупномасштабных агрессий «мощных государств» (региональных «центров силы»); угрозы более мелких (часто внутри страны) конфликтов, а также обусловленные поощряемым некоторыми государ-ствами терроризмом; угрозы демократии и реформам в бывшем СССР, странах Восточной Европы и других регионах; экономические угрозы национальной эко-номике США.
В качестве основного инструмента противодействия этим угрозам, по крайней мере первым двум, Вашингтон считает собственные вооруженные силы. Призна-вая факт значительного снижения ядерной угрозы США со стороны их бывшего главного соперника - Советского Союза и образовавшихся на его территории других государств, прежде всего «ядерной» России, а также ликвидации базы военного планирования, основывавшегося на необходимости противостоять чис-ленно превосходящим ВС СССР в Европе, на Дальнем Востоке и в Юго-Восточ-ной Азии, американские стратеги вынуждены теперь концентрировать усилия на оказании силового влияния в регионах, имеющих жизненно важные интересы для Соединенных Штатов, которые практически охватывают весь мир.
Эти положения, в частности, легли в основу новой редакции полевого устава СВ США FM 100-5, который по сути содержит обновленную доктрину американских сухопутных войск. Разработчики его руководствовались фактором преемственно-сти, развития всего того ценного, что было наработано в предыдущей редакции документа (1986 год). В основном это касается подготовки, организации и осуществления так называемых «стандартных» или «конвенциальных» военных дейст-вий (общевойсковых операций, сражений, боев).
В период после «холодной войны», отличающийся повышенным уровнем неста-бильности, возросшей вероятностью возникновения кризисных ситуаций, чрева-тых перерастанием в военные конфликты, устав преднамеренно ориентирует американскую армию на подготовку и ведение военных действий не в условиях ядерного противоборства, а во всем диапазоне ситуаций - от крупных региональ-ных до конфликтов низкой интенсивности, которые включают в себя практически любое задействование войск (от участия в ликвидации последствий стихийных бедствий и миротворческих миссий до операций типа оккупации Панамы или Гренады). При этом в последних аналитических документах ВС США подчерки-вается, что Соединенные Штаты должны развернуть силы, достаточные для сра-жения и победы в двух почти одновременно начавшихся крупных региональных конфликтах с применением обычного оружия.
Под крупными региональными конфликтами американские стратеги подразу-мевают военные действия, аналогичные тем, что велись в зоне Персидского зали-ва (1991 год), а также возможные столкновения в целях разгрома потенциально враждебных региональных держав, таких, например, как Северная Корея. В этом плане представляют интерес этапы (фазы) развития прогнозируемых американ-скими военными специалистами конфликтов по соответствующим сценариям:
Первый - сдерживание сил вторжения (силами союзников при поддержке американского контингента передового базирования).
Второй - наращивание боевой мощи ВС США на театре при одновременном ослаблении боевой мощи противника (главным образом путем нанесения непре-рывных ударов по нему силами авиации).
Третий - решительный разгром противника (путем проведения широкомасш-табной воздушно-наземной контрнаступательной операции).
Четвертый - обеспечение послевоенной стабильности.
Отметим, что американские стратеги, хотя и призывают командные инстанции избегать готовить ВС к ведению уже прошедших войн, однако приведенные выше сценарии явно напоминают развитие конфликта, имевшего место в зоне Персид-ского залива в 1991 году.
При планировании будущей структуры американских ВС Пентагон исходит из анализа характера будущих крупных региональных конфликтов. Военное руко-водство США полагает, что для участия в одном из них целесообразно иметь: 4-5 дивизий сухопутных войск; 4-5 экспедиционных бригад морской пехоты; до 10 авиакрыльев истребительной авиации; около 100 тяжелых бомбардировщиков; 4-5 авианосных ударных групп.
Считается, что если этими силами не удастся сорвать вторжение, то можно нарастить группировку. Для участия в двух крупных региональных конфликтах приведенные выше показатели нужно соответственно удвоить.
Следует отметить, что под предлогом нечеткости границ между конфликтами высокой и средней интенсивности, малой вероятности их возникновения (по срав-нению с конфликтами низкой интенсивности), а также в силу отсутствия ядерно-го (тактического и оперативно-тактического) оружия в СВ США в новых руково-дящих документах американских сухопутных войск данным конфликтам почти не уделяется внимания. В то же время констатируется, что определять требова-ния военно-политического руководства США к будущим сокращенным (страте-гическим) ядерным силам будут по-прежнему две главные установки: обеспече-ние эффективного сдерживания путем устрашения и сохранение способности к воссозданию дополнительных сил в случае угрожающего развития событий:
В связи с этим в американской политологии просматривается тенденция к отка-зу от имевшейся классификации войн и военных конфликтов, в основе которой лежал критерий интенсивности ведения военных действий. Например, в новой редакции устава FM 100-5 его составители оперируют таким критерием, как
степень или количество формирований различных видов вооруженных сил, за-действованных в тех или иных ситуациях через частоту их возникновения (рис. 1). Остались нетронутыми только конфликты низкой интенсивности, но тер-мин «интенсивность» в данном случае используется скорее как дань уважения к предыдущим разработкам военной теории и не более того, ибо до сих пор крите-рии измерения интенсивности точно не определены.
С этим тесно связана дальнейшая проработка такого понятия, как «поле боя (сражения)». В обновленных уставах оно приобрело более четкое звучание - «оперативная (боевая) среда (пространство)» (см.рис.1), что в значительной сте-пени дополняет критерий «глубины» боевых действий за счет обоснования еще одной оси их измерения - по вертикали. Налицо объемная (трехмерная) оценка операции (боя, сражения). И это логично, так как опыт войны в зоне Персидского залива и других акций, проводимых ВС США, демонстрирует факт тесного взаи-модействия их наземных, морских, воздушных и космических компонентов. При-чем предполагаются готовность и обученность личного состава ВС США ко всем возможным действиям как обычным («стандартным»), так и новым («нестандар-тным») , получившим обозначение во вновь появившихся уставах и наставлениях как «действия, не достигающие масштабов войны», в совместных с союзниками (коалиционных) и объединенных (общевойсковых) операциях.
Таким образом, на смену узкой по содержанию (в известном смысле) прежней доктрине сухопутных войск идет новая, получившая предварительное наимено-вание «всеобъемлющие операции» (или «действия во всех сферах» - Full Dimentional Operations). Это, по трактовке американских стратегов, означает «задействование всех средств, приемлемых для выполнения определенной задачи (решительно и любой ценой), как в полномасштабных («стандартных». - Прим. автора) операциях в войне, так и операциях, не достигающих масштабов войны».
Исходя из возможного характера наиболее вероятных военных конфликтов, которые могут возникнуть за границами метрополии (территории США), но с задействованием американских вооруженных сил, в новых документах ВС США в большей мере, чем прежде (в связи с сокращением передового присутствия), нашли отражение вопросы, связанные с уточнением отдельных аспектов переброски
контингентов войск (сил) в любой регион мира в целях усиления передовых группировок либо развертывания вооруженных сил для быстрого и решительного реагирования на «вызовы» безопасности США и их союзников. При этом делается вывод об обязательном подключении союзников к военным акциям США за пре-делами метрополии.
Впервые в основном уставе СВ США FM 100-5 и других документах детально разработаны положения об участии американских вооруженных сил в операциях, не достигающих масштабов войны. К ним относятся: эвакуация гражданского населения из районов опасности в иностранных государствах или в стране пребы-вания; контроль над вооружениями; оказание поддержки (помощи) гражданской администрации (власти); гуманитарная помощь; содействие в ликвидации по-следствий стихийных бедствий и обеспечении безопасности; оказание всесторон-ней помощи стране пребывания; содействие в проведении операций по борьбе с наркобизнесом; борьба с терроризмом; операции по поддержанию и установле-нию мира; демонстрация силы; оказание помощи повстанческим движениям или противоповстанческие акции; интервенция, проведение рейдов и др. Следует отметить, что перечисленным выше операциям в новом уставе FM 100-5 посвяще-на отдельная глава.
Наибольший интерес могут вызвать впервые разработанные в США версии специального полевого устава FM 100-23, посвященного так называемым «миро-творческим операциям», который содержит всеобъемлющий анализ практически всех аспектов, связанных с подобного рода акциями. Причем, как уже указыва-лось, отдельные нюансы «миротворчества» отражены во всех новых и обновлен-ных американских уставах и наставлениях. Остановимся на данных вопросах подробнее.
Военно-политическое руководство США считает, что в условиях усиливающей-ся нестабильности в различных регионах мира вероятность военного вмешатель-ства их страны в события, не достигающие масштабов войны, будет возрастать. Новым является то, что США намерены увязывать его с военными операциями ООН, других международных организаций (прежде всего НАТО, а также ЗЕС и СБСЕ). При этом предполагается участие США в данных операциях и на много-национальной основе.
Миротворческие акции, как было указано, американцы относят к разряду кон-фликтов низкой интенсивности, не достигающих масштабов войны (рис.2). Поэ-тому, с точки зрения военных теоретиков, принципы данных операций в опреде-ленной степени будут отличаться от «стандартных» военных действий (целеустремленность, наступательность, массирование и экономия сил и средств, манев-ренность, единство управления, безопасность, внезапность, простота). К принци-пам «чисто» миротворческих акций они причисляют: зависимость характера вы-полняемых задач от изменений обстановки на политико-дипломатической арене, единство предпринимаемых усилий, легитимность акций, настойчивость и после-довательность в их осуществлении, выдержка и обеспечение собственной без-опасности. Эти операции базируются на принятой в основном в американской армии ооновской классификации и подразделяются на следующие: по поддержа-нию мира, по установлению мира, по восстановлению мира и по принужде-нию к миру. Первые три разновидности операций с некоторыми оговорками можно отнести к небоевым, ибо по своей сути они предполагают относительно пассивные действия, направленные в целом на наблюдение и контроль за переми-рием и воссоздание условий, существовавших до начала военных действий. Чет-вертая уже в своем названии содержит некий элемент наступательности и даже агрессивности. Что, собственно, и было продемонстрировано американцами в «миротворческих» операциях в Ираке, Кувейте и Сомали. К этому постоянно склоняется Вашингтон, планируя свое «миротворчество» в бывшей Югославии.
Определив для своих ВС не совсем свойственную им роль «миротворцев», воен-ное руководство США нацеливает командиров частей и подразделений на подго-товку к ее осуществлению. Принимая во внимание значительные различия ука-занных групп миротворческих операций, предполагается и части, и подразделе-ния готовить к ним по двум направлениям. Первое («небоевое») включает в себя такие аспекты, как приобретение навыков в установлении буферных зон, конт-роль за прекращением огня и перемирием, охрана границ, ведение переговоров, извлечение мин, восстановление разрушенной инфраструктуры, патрулирова-ние, оказание гуманитарной помощи и т.п. Второе направление («боевое» - осуществление насильственных санкций, разоружение враждующих сторон, раз-гон воинственных демонстраций и митингов, восстановление территориальной целостности, защита национальных меньшинств, прокладка безопасных марш-рутов и др.) И если в ходе проведения первой группы операций предполагается использовать только легкое стрелковое оружие в целях самообороны, то в «бое-вых» не возбраняется применение и тяжелого оружия.
Вместе с тем, по мнению американских экспертов, на практике обстоятельства зачастую могут складываться так, что уже в ходе миротворческих операций придется переходить от «небоевых» действий к «боевым», и наоборот. В качестве примера приводится акция в Сомали, когда операция, начавшаяся с оказания гуманитарной помощи населению, переросла по сути в вооруженные столкнове-ния «миротворцев» с местными отрядами сопротивления.
Точно так же американское командование считает весьма вероятным и пере-подчинение выделенных в миротворческие контингенты подразделений и частей одних командных структур другим, например ООН - СБСЕ или НАТО, и наобо-рот. В целом же считается, что в настоящее время управление и руководство миротворческими операциями наиболее качественно могут быть организованы под эгидой ООН либо НАТО - организаций, имеющих богатый опыт в руковод-стве многонациональными контингентами войск.
Американские эксперты убеждены, что специфика миротворчества требует оп-ределенного времени и особой подготовки выделенных для этого частей и под-разделений, на что уйдет как минимум 4-6 недель интенсивных учений и инди-видуальных занятий. Считается, что силы специальных операций США, учиты-вая их высокую выучку, мобильность, языковую подготовку, ориентацию на конкретный регион мира, в наибольшей степени подготовлены для акций такого рода. Их рекомендуется использовать для проведения подобных операций на начальном этапе с последующей передачей другим частям и подразделениям их функций, а также оказания содействия в подготовке армейских формирований к подобным операциям.
В упомянутом докладе министра обороны США о пересмотре структуры ВС
делается заключение о возможности привлечения к миротворческим операциям весьма значительной военной силы: воздушно-десантной и легкой пехотной ди-визий, экспедиционной бригады морской пехоты, 1-2 авианосных ударных групп, 1-2 смешанных авиакрыльев ВВС, подразделений сил специальных операций и тылового обеспечения. Всего численность миротворческого контингента ВС США, по мнению американских стратегов, может составить до 50 тыс. военнослу-жащих. При этом следует отметить, что данный контингент войск одновременно будет являться частью сил, которые предназначены для участия в крупном реги-ональном конфликте (конфликтах). Другими словами, американцы заранее пла-нируют возможность участия своих ВС в крупном региональном конфликте и в миротворческих операциях как параллельно, так и последовательно.
Таким образом, анализ вышедших в свет за последнее время руководящих документов ВС США позволяет сделать вывод о том, что в американской армии взят твердый курс на подготовку к ведению военных действий во всем спектре вооруженного противоборства с любым вероятным противником. Разработан-ная новая военная стратегия, в обновление которой значительный вклад внесла администрация (демократическая) нынешнего президента США Б.Клинтона, по-зволяет вооруженным силам США действовать практически в любых условиях складывающейся нестабильной обстановки самостоятельно и совместно с союзни-ками для решения как конвенциальных, так и «нестандартных» задач.
