Перспективы развития характера стратегического сдерживания и его роль в обеспечении безопасности России
«Военная мысль» №6. 2005г. (стр. 9-15)
Перспективы развития характера стратегического сдерживания и его роль в обеспечении безопасности России
Первый вице-президент АВН
генерал-полковник В. В. КОРОБУШИН,
доктор военных наук
ГОНКА ядерных вооружений началась не сегодня и не вчера, а более шестидесяти пяти лет назад. Ее инициатором стала гитлеровская Германия. Еще в 1938 году германский радиохимик Отто Ган установил, что ядро урана может делиться при определенных внешних условиях. С этого времени для получения ядерной бомбы началась работа по созданию «уранового котла» с тяжелой водой. Но гитлеровская Германия не успела завершить эту работу, так как единственный в то время завод по производству тяжелой воды в Норвегии был в 1944 году уничтожен авиацией союзников. Вторая мировая война закончилась в 1945 году применением ядерного оружия по японским городам, но не Германией, которая первой начала работы по созданию уранового заряда, а США. С этого времени началась гонка по созданию ядерного оружия. Появилось пять государств - обладателей ядерного оружия. Именно оно - ядерное оружие, созданное в Советском Союзе после окончания Второй мировой войны, не допустило развязывания новой мировой войны.
Достижение в 70-80-е годы количественного и качественного паритета с США по ракетно-ядерному оружию подтвердило роль СССР как второй сверхдержавы. В этот период советско-американские отношения всегда отличало расхождение между конфликтной официальной политикой и относительно стабильным состоянием отношений.
В начале 90-х годов новые российские лидеры питали нереальные надежды на то, что добрые намерения России являются достаточным основанием для коренной перестройки отношений между бывшими противниками (Россия вступит в НАТО в качестве полноправного члена, присоединится к американской ПРО как полноправный американский союзник и т. д.). Но на практике оказалось по-другому.
Ядерный потенциал России до сих пор не дает покоя США. Начиная с предвыборной кампании в США, т. е. с осени прошлого года, проводится идея (особенно в демократической партии США) постепенного лишения России «ядерного жала» путем «интернационального» контроля за российскими ядерными объектами.
Появление новой угрозы со стороны международных террористических организаций привело к провозглашению президентами России В.В. Путиным и США Джорджем Бушем стратегического партнерства. На встрече в Братиславе 24 февраля 2005 года было подписано заявление «О сотрудничестве по вопросам безопасности в ядерной сфере», в котором говорится о двух новых вещах. Во-первых, об оказании помощи третьим странам в обеспечении ядерной безопасности и, во-вторых, о сотрудничестве в применении любых необходимых мер в случае попадания ОМП в руки террористов.
По проблемам стратегической стабильности между Россией и США за последние годы заключен ряд двусторонних договоров о сокращении стратегических наступательных вооружений; в их числе - последний Договор 2002 года о сокращении СНП к 2012 году до уровня 1700- 2200 ед. Стратегическое сдерживание, мы полагаем, еще длительное время останется политическим обоснованием сохранения ядерного оружия.
Одновременно с подписанием Договора о СНП в 2002 году в США появляется «Новая ядерная доктрина». В ней изложен новый взгляд на состав и задачи триады стратегических сил (рис.).
При рассмотрении состава триады и особенно ударных наступательных сил и средств можно сделать вывод, что новая триада стратегических сил США включает ударные наступательные силы и средства как ядерные, так и неядерные, средства активной (ПРО и ПВО) и пассивной обороны и обновленную оборонительную структуру средств быстрого реагирования. Принятие «Новой ядерной доктрины» говорит о том, что США продолжают придерживаться выработанной ранее доктринальной установки на достижение и удерживание военно-стратегического превосходства; СССР (Россия) придерживался и продолжает придерживаться цели обеспечения сдерживания агрессии. И в настоящее время Россия не стремится к конфронтации с США.
Так, в Военной доктрине РФ (ст. 8) указывается, что ядерное оружие рассматривается как фактор сдерживания агрессии и обеспечения военной безопасности. Оно может применяться в ответ на использование против РФ и (или) ее союзников ядерного и других видов оружия массового поражения, а также в ответ на крупномасштабную агрессию с применением обычного оружия в критических для национальной безопасности Российской Федерации ситуациях. Таким образом, имеется явная противоположность в военно-политических целях сторон.
Ясно, что при наличии различных военно-политических целей у сторон и с учетом наличия в США стратегических наступательных ударных неядерных сил достижение и поддержание в мирных условиях стратегического сдерживания на основе баланса количественных составов стратегических систем вооружений становится для России труднореализуемой мерой. В этих условиях следует постоянно ожидать со стороны США появления новых прорывов в оперативно-стратегической и (или) военно-технической областях, реализация которых будет обеспечивать их военно-стратегическое превосходство путем развития новых стратегических систем вооружений в выгодных для США направлениях.
Отсюда актуальность приобретает не проблема поддержания баланса количественных составов стратегических сил сторон, а проблема поддержания баланса боевых возможностей стратегических систем вооружений. Без высококачественного стратегического ракетно-ядерного оружия Россия баланс боевых возможностей поддерживать не сможет.
Необходимо также отметить особенность настоящего времени, которая заключается в том, что ядерное оружие, являющееся основой нашей безопасности и стратегической стабильности, в перспективе может стать фактором угрозы нашей же безопасности, но уже не в двухсторонних отношениях, а со стороны третьих стран. Такое положение может создать новый прецедент во взаимоотношениях России и США.
Следовательно, уточнение концепции сдерживания агрессии и сохранения стратегической стабильности, мы полагаем, целесообразно проводить как минимум в следующих двух направлениях: уточнение основных положений системы ядерного сдерживания с учетом создания и развертывания в США оборонительной стратегической системы и с учетом появления в третьих странах стратегического наступательного ядерного оружия; разработка и создание необходимых средств для неядерного сдерживания с учетом возможного распространения в мире стратегического наступательного неядерного оружия.
Первое. О концепции ядерного сдерживания.
По данным зарубежной печати, в США по плану СИОП-2000 содержится 65 вариантов ограниченных ядерных ударов по России, предусматривающих применение от 2 до 120 боезарядов. В нескольких вариантах массированных ударов предусматривается применить до 1000 боезарядов по объектам ядерного комплекса РФ.
Главным принципом в достижении цели сдерживания ядерной агрессии при строительстве СЯС в СССР и в РФ является поддержание примерного баланса (паритета) стратегических ядерных вооружений с США по боевому составу и боевым возможностям в рамках договоров по стратегическим наступательным потенциалам (СНП). В условиях наличия для РФ жестких бюджетных ограничений необходимо более четко определить понятие паритета в стратегических ядерных вооружениях.
Сдерживающая возможность стороны по ядерному оружию характеризуется ее способностью доставить на территорию противостоящей стороны требуемое количество боевых зарядов с заданной эффективностью воздействия в любых условиях обстановки.
Известно, что массированный ракетно-ядерный удар в ответных действиях может проводиться в формах ответно-встречного удара, ответного удара во время воздействия и ответного удара после воздействия. Для выполнения задач в ответно-встречном ударе необходимо совершенствование системы предупреждения о ракетном нападении, и в первую очередь ее главного элемента - космического эшелона.
Величина ущерба, наносимого противостоящей стороне, определяется количеством боевых блоков (ББ), гарантированно доставляемых на ее территорию. По мнению ученых Академии военных наук, за величину критического уровня сдерживающего ущерба противника можно принять уничтожение на его территории до 30-35 % производственных мощностей и до 20-25 % населения. Такой условный уровень ущерба противнику можно получить при доставке в ответном ударе на его территорию 400-500 эквивалентных боевых блоков. Указанное значение количества ББ, доставляемое на территорию вероятного противника, можно принять в качестве верхнего значения сдерживающего уровня ущерба.
В условиях развертывания США системы ПРО и дальнейших договорных сокращений СЯС в соответствии с Договором по СНП доставка такого количества ББ на территорию противостоящей стороны в ответном ударе после воздействия становится практически нереальной. Реально в ответных действиях доставить на территорию противника необходимое количество ББ можно в лучшем случае в ответно-встречном, в худшем - в ответном ударе во время воздействия.
Нижнее значение минимального сдерживающего ущерба можно устанавливать по расчетному значению боевых возможностей системы ПРО США. Оценки показывают, что в зависимости от боевого состава огневых средств системы ПРО ее боевые возможности по перехвату атакующих ББ будут изменяться от 30-35 ед. до практически полной нейтрализации ответных действий СЯС РФ. Основываясь на этом, можно утверждать, что порогом уязвимости территории вероятного противника является способность СЯС при любых вариантах развития системы ПРО доставить на ее территорию 40-50 ББ в самой тяжелой (нежелательной) форме ракетно-ядерного удара, что будет соответствовать неприемлемому для США уровню ущерба.
На основе изложенного концепцию стратегического ядерного сдерживания можно сформулировать следующим образом: если боевые возможности СЯС будут обеспечивать доставку на территорию противника во время воздействия хотя бы 10 % от максимального уровня 400-500 ББ, то вероятный противник вряд ли решится нанести упреждающий удар по РФ даже в условиях наличия у него системы ПРО.
Следует ожидать, что с повышением боевых возможностей системы ПРО вероятность осуществления разоружающего удара будет увеличиваться. Следовательно, необходимы в дополнение к военно-политическим мероприятиям и меры дипломатического характера, направленные на значительное усиление договорного процесса, подготовку и заключение на первом этапе хотя бы двухстороннего Договора с США не только о сбалансированном ограничении стратегических наступательных ядерных вооружений, но и неядерных высокоточных средств поражения и оборонительных систем.
Мы полагаем, что для эффективного парирования системы ПРО противника дополнительно потребуется:
оснащение ракет разделяющимися головными частями индивидуального наведения (РГЧ ИН) с эффективными средствами преодоления систем ПРО;
отработка запуска МБР по траекториям, отличающимся от баллистических, т. е. с управлением не только по тангажу, но и по азимуту, внедрение настильных, продолжительно настильных и изменяющихся по азимуту траекторий, подготовка к проведению уже осуществлявшихся ранее пусков МБР через Южный полюс;
включение в состав группировки МБР ракет с боевыми блоками, оснащенными усовершенствованными средствами РЭБ.
Мы считаем, что в настоящее время главной военно-политической целью мирового сообщества является сохранение уже сложившейся трехполюсной ядерной модели (страны блока НАТО - Россия - Китай) и недопущение ее трансформации в многополюсную ядерную модель. Образование новых ядерных геополюсов приведет не только к срыву договоренностей между Россией и США в области ядерных вооружений, но и к еще большей эскалации всеобщей ядерной гонки.
Что касается новых ядерных государств (Индия, Пакистан и Израиль), а также ядерных государств второй и последующих очередей, не подписавших Договор о нераспространении ядерного оружия, то здесь главные усилия со стороны мирового сообщества должны быть сосредоточены на том, чтобы не допустить наличия у военно-политического руководства этих стран глобальных целей. Объективным показателем отсутствия у них подобных целей является отказ этих стран от обладания межконтинентальными (глобальными) средствами доставки ядерного оружия (МБР, БРЛП, С Б), а также от программ их создания и развертывания. Максимальная дальность действия средств доставки ядерного оружия с учетом его дислокации для новых ядерных государств не должна создавать угрозу жизненно важным центрам любого государства существующей трехполюсной ядерной модели.
Это условие может быть реализовано при соблюдении следующих требований:
установление странами ядерного клуба и мировым сообществом количественных составов и качественных параметров ядерного оружия, обеспечивающих региональную стабильность;
обеспечение странами ядерного клуба и мировым сообществом согласованного мониторинга за количественным составом и качественными параметрами развертываемого новыми государствами ядерного оружия регионального уровня;
установление странами ядерного клуба и мировым сообществом эффективных мер дипломатического (мирного) и силового (военного) характера в целях принуждения новых ядерных государств к соблюдению установленных количественных составов и качественных параметров ядерного оружия регионального уровня и региональной стабильности.
Второе. О концепции неядерного сдерживания.
По данным зарубежной печати, высшим политическим руководством США принято решение о создании и развертывании в составе стратегической триады новой суперсистемы (разведки, планирования, связи и управления), включающей:
наступательную неядерную стратегическую систему;
единую глобальную интегрированную разведывательно-информационную систему в составе космической, авиационной и наземной составляющих;
глобальную систему радиоэлектронной борьбы.
Анализ возможности достижения высоких тактико-технических характеристик в указанных системах, перспектив их развития и объединения (комплексирования) в единую суперсистему показывает, что этой суперсистеме США придаются оперативно-стратегические свойства, которые в перспективе могут позволить значительно облегчить достижение военно-стратегических целей войны:
осуществление разоружающего удара по стратегическим силам противостоящей стороны;
нарушение функционирования высшего государственного и военного управления;
нанесение существенных ударов в целом по вооруженным силам противостоящей стороны;
дезорганизация работы военно-экономического потенциала страны.
Ясно, что создание США такой суперсистемы может существенно нарушить военно-стратегическую стабильность в мире. С возрастанием боевых возможностей этой суперсистемы будет обеспечиваться нанесение разоружающего удара высокоточным оружием в обычном оснащении по СЯС противостоящей стороны и снижение сдерживающей роли стратегического ядерного оружия.
Министр обороны России СБ. Иванов, совершая мини-турне по Европе 2 марта 2005 года, заявил, что «в нынешней ситуации не ядерное, а химическое оружие представляет наибольшую реальную опасность для цивилизованного мира». В этих условиях появляется необходимость разработки концепции неядерного сдерживания. Она приобретает актуальность и практическую значимость.
В основу концепции неядерного сдерживания должен быть по-
ложен тот же принцип, что и концепции ядерного сдерживания - способность стратегических сил страны обеспечить гарантированное наказание агрессора за развязывание военных действий. Принимая во внимание, что инфраструктура любого современного государства содержит экологически опасные объекты, можно утверждать, что задача гарантированного нанесения противнику заданного ущерба или катастрофического ущерба на региональном уровне может быть решена группировкой с ограниченным составом высокоточных боевых средств в обычном снаряжении.
Для разработки концепции неядерного сдерживания потребуется дополнительно изучить возможность создания и развертывания высокоточных МБР в обычном снаряжении на базе жидкостной стратегической ракеты 100-тонного класса шахтного базирования.
В целом же военно-политические цели неядерного сдерживания могут быть сформулированы следующим образом:
удержать противостоящую сторону от развертывания системы ПРО с боевыми возможностями, угрожающими сдерживающему ядерному потенциалу России, и на первом этапе дипломатическим путем создать условия для ведения переговоров о сбалансированном ограничении стратегических наступательных и оборонительных потенциалов;
удержать ведущие ядерные державы от перевода вооруженных конфликтов (локальных войн) в региональные (крупномасштабные) военные действия с применением обычного оружия;
удержать другие ядерные державы от ядерной агрессии.
Таким образом, можно сделать вывод: ядерное оружие еще длительное время останется основой стратегического сдерживания и обеспечения безопасности России. Поддержание его в постоянной боевой готовности исключает внезапную агрессию против России и ее союзников вследствие гарантированной возможности СЯС нанести неприемлемый (заданный) ущерб агрессору.
Вместе с тем появление высокоточных стратегических неядерных средств поражения может привести к снижению сдерживающей роли стратегического ядерного оружия. Следовательно, уже сейчас необходимо дипломатическими мерами договариваться об ограничении стратегических неядерных средств поражения. При невозможности договориться дипломатическим путем, видимо, потребуется для поддержания стратегического сдерживания разработка Россией высокоточных ракет с обычным снаряжением.
