Военная мысль 2. 2006 г. (стр.34-47).
«Военная мысль» №2. 2006 г. (стр.34-47).
ПО МНЕНИЮ АВТОРА
Знамя Победы: правда и вымыслы
Полковник в отставке А.Н. ДЕМЕНТЬЕВ, заслуженный работник культуры РФ
ДЕМЕНТЬЕВ Аркадий Николаевич родился 15 марта 1926 года. В ноябре 1943 года призван в ряды Красной Армии. Участник Великой Отечественной войны с января 1944 года по май 1945 года. В Вооруженных Силах прослужил до 1976 года, пройдя путь от красноармейца до полковника, от номера орудийного расчета до лектора политотдела соединения. С 1943 по 1949 годы - на должностях сержантского состава срочной службы. После окончания годичных курсов в 1950 году - офицер-политработник. Служил в зенитно-ракетных частях Московского округа ПВО на должностях заместителя командира учебной роты, секретаря партбюро - пропагандиста батальона, заместителя начальника радиотехнического центра, секретаря парткома полка, пропагандиста политотдела полка, заместителя командира полка, лектора политотдела соединения. Образование высшее, окончил Московский государственный заочный педагогический институт, историк.
Награжден орденом Отечественной войны, орденом Красной Звезды, многими медалями. После увольнения из армии занимался лекторской работой по линии общества «Знание» и ЦДСА.
С 1980 года работает в Центральном музее Вооруженных Сил на должностях секретаря парткома, старшего научного сотрудника. Автор более тридцати публикаций на военно-исторические темы.
ОБ ИСТОРИИ Знамени Победы за минувшие с 1945 года шесть десятилетий было опубликовано множество воспоминаний, журналистских корреспонденции, писательских очерков; водружение Знамени Победы нашло отражение в мемуарах полководцев, в лентах хроникальных и художественных фильмов. Но, к сожалению, на сегодняшний день нет серьезного научного труда, который бы в полном объеме и с позиций исторической правды отразил события героических дней апреля - мая 1945 года. Необходимость такого труда диктуется тем, что в многочисленных материалах о штурме рейхстага, о водружении наших победных стягов, в том числе и Знамени Победы, немало искажений, измышлений и домыслов. Одни авторы намеренно искажали факты, чтобы выделить себя, другие гонялись за сенсацией, третьи заблуждались и заблуждаются даже и по сей день.
По роду своей работы в Центральном музее Вооруженных Сил мне длительное время пришлось заниматься исследованием этой темы и установить ряд ранее неизвестных фактов. Традиция водружения самодельных штурмовых флагов и флажков зародилась в частях Красной армии в ходе наступательных операций при освобождении и взятии городов, населенных пунктов, важных объектов. Так было и при штурме Берлина. В ходе ожесточенных боев, по мере продвижения к центру города, красные стяги водружались советскими воинами на высоких зданиях, на видных местах. История боев сохранила для нас имена героев, водрузивших красные флаги на зданиях городской ратуши, над рейхсканцелярией Гитлера, над Бранденбургскими воротами и другими важными объектами города. И каждый из этих стягов при определенных условиях мог стать символом нашей Победы. Но судьба уготовила войти в историю Великой Отечественной войны в качестве Знамени Победы Красному флагу военного совета 3-й Унарной армии (знамени № 5), водруженному над рейхстагом в ночь на 1 мая 1945 года.
Лозунг о водружении Знамени Победы над Берлином был выдвинут Верховным главнокомандующим Маршалом Советского Союза И.В. Сталиным в докладе на совместном торжественном заседании Моссовета депутатов трудящихся и представителей партийных и общественных организаций Москвы 6 ноября 1944 года, посвященном 27-й годовщине Октября: «Советский народ и Красная Армия успешно осуществляют задачи, вставшие перед ними в ходе Отечественной войны. Красная Армия достойно выполнила свой патриотический долг и освободила нашу отчизну от врага. Отныне и навсегда наша земля свободна от гитлеровской нечисти, теперь за Красной Армией остается ее последняя, заключительная миссия: довершить вместе с армиями наших союзников дело разгрома немецко-фашистской армии, добить фашистского зверя в его собственном логове и водрузить над Берлином Знамя Победы». После этот лозунг неоднократно повторялся в плакатах, листовках, обращениях. Нашел он свое место и в праздничных призывах к 1 мая 1945 года. Имелось в виду не какое-то конкретное знамя: звучал призыв разгромить врага и овладеть столицей фашистской Германии. Поэтому не было определено, какое именно знамя и над каким зданием Берлина следует водрузить в качестве Знамени Победы.
Правда, на фабрике строчно-вышивальных изделий № 7 в Москве из красного знаменного фая и бархата, обрамленного красочным орнаментом, было изготовлено такое знамя. В центре полотнища разместили большой герб СССР, над гербом орден «Победа», внизу герба надпись: «Наше дело правое - мы победили». Однако по неизвестным причинам оно не было доставлено в войска. В настоящее время это знамя экспонируется в зале Победы Центрального музея Вооруженных Сил РФ.
Накануне Берлинской операции вопрос о Знамени Победы приобрел практический характер и потребовал конкретизации: надо было точно указать, где водрузить Знамя Победы. Решало этот вопрос командование 1-го Белорусского фронта (командующий Маршал Советского Союза Г.К. Жуков), войска которого были нацелены на Берлин. 9 апреля 1945 года в районе города Ландсберга состоялось совещание начальников политотделов армий фронта. На этом совещании член военного совета фронта генерал-лейтенант К.Ф. Телегин и начальник политуправления фронта генерал-лейтенант С.С. Галаджев обратились в Москву с вопросом: что считать в Берлине главным объектом, на котором необходимо водрузить Знамя Победы? Через некоторое время Москва ответила однозначно - рейхстаг!
Не вызывает сомнения, что данное решение принял Верховный главнокомандующий Вооруженными Силами СССР Маршал СССР И.В. Сталин. На совещании было дано указание изготовить красные флаги в каждой армии, наступавшей непосредственно на Берлин. Количество знамен и их оформление определялось самостоятельно военными советами армий. Перед началом Берлинской операции политуправление 1-го Белорусского фронта отпечатало массовым тиражом листовку с картой Германии и текстом: «Взгляни товарищ! 70 километров отделяют от Берлина. Это в 8 раз меньше, чем от Вислы до Одера. Сегодня Родина ждет от тебя новых подвигов. Еще один могучий удар - и падет столица гитлеровской Германии... Слава тому, кто первым ворвется в Берлин! Слава тому, кто водрузит наше Знамя Победы над вражеской столицей!» Накануне начала Берлинской операции 15 апреля 1945 года военный совет фронта обратился к воинам с призывом: «Верховный главнокомандующий товарищ Сталин от имени Родины и всего советского народа приказал войскам нашего фронта разбить противника на ближайших подступах к Берлину, захватить столицу фашистской Германии - Берлин и водрузить над ней наше Знамя Победы».
Перед началом Берлинской операции и в ходе ее в частях и соединениях, нацеленных на Берлин, стали изготавливать победные стяги. Так, в 3-й Ударной армии (командующий генерал-полковник В.И. Кузнецов), войска которой оказались в центре Берлина, было изготовлено девять флагов - по количеству стрелковых дивизий, входящих в состав армии.
Изготовлялись флаги по образцу Государственного флага СССР в армейском доме Красной Армии под руководством его начальника майора Г. Голикова. Шили флаги из простого красного материала сотрудницы дома; художник В. Бунтов рисовал эмблемы (звезда, серп и молот) в левом верхнем углу полотнища с двух сторон, на оборотной стороне на нижней кромке, недалеко от древка, ставил номера - с первого по девятый; киномеханик А. Габов изготовлял древки и крепил к ним полотнища. Древки венчали металлические наконечники от оконных гардин. В ночь на 22 апреля флаги были вручены от имени военного совета армии представителям стрелковых дивизий.
Вручая эти флаги, командарм 3-й Ударной армии генерал-полковник В.И. Кузнецов сказал: «Водружение красного знамени над Берлином будет символом нашей великой Победы и гибели нацизма. Имена тех доблестных бойцов, которые сделают это первыми, останутся в памяти народов нашей великой Родины». Флаг под № 5, которому впоследствии суждено было стать Знаменем Победы, был вручен 150-й стрелковой дивизии (командир генерал-майор В. Шатилов), части которой оказались на острие штурма здания рейхстага. Во время штурма 30 апреля произошло событие, которое на долгие годы негативно сказалось на правдивом освещении в средствах массовой информации и мемуарах хода боя за овладение рейхстагом и особенно момента водружения над ним Знамени Победы. Невольным виновником этого стало командование 150-й стрелковой дивизии, которое поторопилось и преждевременно доложило, а потом письменно донесло по команде, что воины дивизии ворвались в рейхстаг и в 14 часов 25 минут водрузили на нем красный флаг.
Кто был виновен в этом? В своих мемуарах Герой Советского Союза Ф.М. Зинченко, бывший командир 756-го стрелкового полка, воины которого водрузили Знамя Победы, вспоминает: «Всему виной поспешные, непроверенные донесения. Возможность их появления была не исключена. Бойцы подразделений, залегших перед рейхстагом, несколько раз поднимались в атаку, пробивались вперед в одиночку и группами, вокруг все ревело и грохотало. Кому-то из командиров и могло показаться, что его бойцы если и не достигли, то вот-вот достигнут заветной цели. Особенно твердым было такое убеждение у каждого из нас в самом начале штурма, когда еще не вполне представлялось, какое сопротивление способен оказать противник. Вот и полетели по команде донесения. Ведь всем так хотелось быть первыми».
Однако Ф.М. Зинченко пишет в мемуарах не всю правду. Это именно его преждевременный доклад командиру дивизии вызвал цепную реакцию, которая привела к тому, что доклад пошел по команде и дошел до Москвы. Последствия доклада были следующие: оперативно издается приказ командующего 1-м Белорусским фронтом Маршала Советского Союза Г. К. Жукова № 06 с объявлением благодарности командирам и бойцам - участникам штурма рейхстага, которые «сломили сопротивление врага, заняли главное здание рейхстага и сегодня, 30 апреля 1945 года, в 14. 25, подняли на нем наш советский флаг».
Сообщение об этом прозвучало по Всесоюзному радио не только в Советском Союзе, но и за рубежом. В нем указывалось о водружении над рейхстагом не флага, а Знамени Победы. Но к этому моменту в рейхстаге еще не было ни одного советского солдата. Правда, воины батальонов под командованием С.А. Неустроева, В.И. Давыдова, К.Я. Самсонова, штурмующих рейхстаг, находились на Королевской площади в какой-то сотне метров от здания. Когда командование 150-й дивизии разобралось в обстановке и уяснило что, рейхстаг не взят и никого победного стяга на нем нет, изменить что-либо уже было невозможно. В своих мемуарах, изданных в 1991 году, Герой Советского Союза С.А. Неустроев вспоминает: «На мой наблюдательный пункт позвонил генерал Шатилов и приказал передать трубку командиру полка. Командир дивизии потребовал от Зинченко: «Если наших людей в рейхстаге нет и знамя не установлено, то прими меры к тому, чтобы любой ценой водрузить флаг или хотя бы флажок на колонне парадного подъезда. Любой ценой!» - повторил генерал и добавил: «Если Жуков узнает, что знамя не водружено, то гнев его обрушится на наши головы».
Выполняя этот приказ, командиры стали направлять к зданию рейхстага с флажками одиночек добровольцев из штурмовых батальонов. Но их попытки не увенчались успехом. По получении информации о взятии рейхстага к нему стали пробиваться работники средств информации, фотокорреспонденты. Но подойти к зданию не было ни малейшей возможности, так как гарнизон прочно удерживал его в своих руках и простреливал все подступы к нему. На рейхстаге не было победного знамени. Надо было это как-то объяснять.
Родилась новая версия, из которой следовало, что якобы небольшая группа советских воинов, ворвавшаяся в рейхстаг, была отсечена от основных сил и вела в здании ожесточенный бой. Состав группы менялся от взвода до роты и даже батальона. Но «группа» всегда оставалась безликой. На самом деле первые группы советских воинов сумели ворваться в рейхстаг после ожесточенных боев в десятом часу вечера по местному времени 30 апреля. В атакующих цепях стрелковых батальонов С.А. Неустроева и К.Я. Самсонова действовали штурмовые группы из воинов-добровольцев артиллерийских частей, сформированные по приказу командира 79-го стрелкового корпуса генерала С. Переверткина. Одну из групп возглавлял офицер штаба корпуса капитан В. Маков, другую - адъютант командира корпуса майор М. Бондарь. В составе батальона В.И. Давыдова действовала группа полковых разведчиков во главе с лейтенантом С. Сорокиным из 674-го стрелкового полка. Задача этих групп состояла в том, чтобы первыми ворваться в рейхстаг и водрузить красный флаг. Сами флаги представляли собой полотнища из красной материи, которые были спрятаны на груди у воинов. Флаг, который несли разведчики группы Сорокина, был с древком. Где же в это время находились полковые разведчики сержант М. Егоров и младший сержант М. Кантария, которым было поручено водрузить красный флаг № 5 военного совета 3-й Ударной армии? Они находились на наблюдательном пункте 756-го стрелкового полка, который располагался в это время в здании МВД («доме Гиммлера»), в распоряжении начальника полковой разведки капитана Кондрашова. Ждали приказа. Этот приказ для них поступил в районе двух часов ночи 1 мая от командира полка полковника Ф. Зинченко, который к этому времени прибыл в рейхстаг.
Первыми на крышу здания рейхстага с боями пробились воины штурмовой группы капитана Макова в составе сержанта М. Минина, старших сержантов Г. Загитова, А. Лисименко, А. Боброва. Все они артиллеристы-разведчики, добровольцы из 136-й армейской пушечной бригады. Они водрузили красное полотнище, прикрепив его к металлической трубе-штанге на скульптурной группе «Богиня победы» на фасаде парадного входа западной части здания в 22 часа 40 минут. Вспоминает М. Минин: «Водружая свое знамя на крыше рейхстага 30 апреля в 22.40 в сплошной темноте, мы сначала обнаружили небольшую башню на западной стороне фасада здания. Не успели мы к ней надежно прикрепить наш флаг, как вдруг на фоне зарева от разорвавшегося на крыше снаряда, Лисименко заметил наш дневной ориентир - «Богиню победы», как ее нарекли наши воины во время просмотра рейхстага из «дома Гиммлера». В корону ее и было закреплено примитивное древко знамени».
В своем выступлении на конференции в Институте марксизма-ленинизма при ЦК КПСС 15 ноября 1961 года Герой Советского союза С. Неустроев так сказал об этом: «Группа артиллеристов, пять человек лучших воинов-коммунистов во главе с капитаном Маковым, шла в первых рядах атакующих бойцов 1-го батальона 756-го стрелкового полка и играла большую мобилизирующую роль в овладении рейхстагом. Им первым принадлежит честь в установлении красного знамени на крыше рейхстага».
Через некоторое время на этой же скульптуре укрепили свой флаг воины штурмовой группы майора М. Бондаря. В 23. 30 на западном фасаде крыши красный флаг установили разведчики 674-го полка во главе с лейтенантом С. Сорокиным. Об этом так рассказывает военный корреспондент В. Субботин, ссылаясь на запись, сделанную им в рейхстаге 2 мая со слов самого С. Сорокина: «Примерно в 3 часа ночи 1 мая на восточной части здания к конной скульптуре немецкого рыцаря М. Егоров и М. Кантария в сопровождении замполита батальона лейтенанта А. Береста установили красный флаг военного совета 3-й Ударной армии за номером 5, которому предстояло войти в историю как Знамя Победы».
Наряду с этим десятки воинов, участвовавших в штурме рейхстага, по приказу своих командиров или по собственной инициативе несли самодельные штурмовые флаги, флажки, просто куски красной материи. От главного подъезда и до крыши рейхстага весь ход боев был отмечен различными по форме и величине штурмовыми флагами. Их установили: лейтенант R Кошкарбаев и рядовой Г. Булатов из 674-го полка, сержант П. Смирнов, рядовые Н. Беленков и Л. Сомов из 545-го стрелкового полка, младший сержант М. Еремин и рядовой Г. Савенко из 380-го стрелкового полка, сержант Б. Япаров из 86-й тяжелой гаубичной артбригады, младший сержант И. Калугин из 1622-го зенитного артполка, старшина Диденко из 40-й отдельной истребительной противотанковой бригады, П. Кагыкин из 1955-го истребительного противотанкового полка. Флаг младшего сержанта Петра Пятницкого из 756-го стрелкового полка, сраженного на ступенях парадного входа, установил на одной из колонн рейхстага его однополчанин - младший сержант П. Щербина. На полотнищах многих штурмовых флажков были написаны фамилии или номера частей. О том, как это было, вспоминает поэт Е. Долматовский: «Флаги были чаще всего по размерам невелики, а то и совсем маленькие. Шелк и бархат знамен полков и дивизий был как бы представлен здесь простыми лоскутками пробитого пулями кумача. Уже тогда было трудно определить, кто и когда в какой час установил свой флажок. Всем хотелось быть первым, но не из-за чувства соперничества, а потому что каждый торопился к победе и жаждал ее мучительно и вдохновенно».
После окончания боев, в первой половине дня 2 мая, рейхстаг стал местом паломничества представителей печати, радио, кино. Каждый из них хотел увидеть наиболее отличившихся при штурме и особенно тех, кто водрузил Знамя Победы. К этому времени в рейхстаге уже не было воинов штурмовых групп капитана В. Макова и майора М. Бондаря. Они после выполнения задания убыли в свои войсковые части. Группу разведчиков во главе с лейтенантом Сорокиным и капитаном Неустроевым кинооператоры использовали для съемок эпизода - воины с красным флагом бегут к парадному подъезду здания рейхстага, поднимаются на крышу, прикрепляют флаг к скульптурной группе «Богиня победы», салютуют из личного оружия.
Эти кадры вошли в документальную хронику битвы за Берлин, момент водружения флага к скульптуре запечатлел в плакате художник Н. Голованов. Плакат этот был растиражирован широко и в большом количестве. Представители средств массовой информации, прибывающие в здание рейхстага, уже были сориентированы, что в рейхстаге победный красный флаг был водружен в 14. 25 30 апреля, другое время уже не воспринималось. Это с самого начала наложило негативный отпечаток на правдивость информации, породило немало домыслов и измышлений. В затруднительном положении оказались и участники штурма рейхстага. Военный корреспондент дивизионной газеты В. Субботин, один из первых прибывший в рейхстаг после окончание боев, в книге «Как кончаются войны» пишет, что он долго выспрашивал у Егорова и Кантария «и как это было, и что они испытали... Но так и не смог занести в записную книжку ничего, кроме имен их да кратких биографий». И далее он признается, что вынужден в своей корреспонденции вместо них «рассказать, как это было», красочно описать, как они с боями пробивались на крышу рейхстага, каких огромных усилий и смелости понадобилось, чтобы установить красный флаг на стеклянном куполе. Заложниками подобных измышлений стали не только М. Егоров и М. Кантария, но и многие участники штурма рейхстага, командный состав 3-й Ударной армии. Эта точка зрения стала на долгие годы официальной, вошла в различные справочники, мемуары, книги. Хуже всего, что под эти злополучные 14. 25 начали подгоняться боевые донесения, представления на присвоение звания Героя за водружение Знамени Победы. Особенно, как показали исследования, грешат неточностями боевые донесения командования 150-й стрелковой дивизии. Так, в донесении командиру 79-го стрелкового корпуса начальник штаба докладывает: «Доношу: в 14. 25 30. 04. 45, сломив сопротивление противника в кварталах северо-западнее здания рейхстага, 1/756 СП и 1/674 СП штурмом овладели зданием рейхстага и водрузили на южной части его красное знамя. Знамя водрузили командиры батальонов капитан Неустроев и майор Давыдов. Очистка здания рейхстага от оставшихся в нем и его подвалах групп противника продолжается. 30. 04. 45. 18. 00. Штадив 150 полковник Дьяков. Верно. Командир 150 СД генерал-майор Шатилов».
В итоговом донесении о штурме здания рейхстага читаем: «Группа смельчаков 756 СП водрузила знамя на первом этаже в юго-восточной части рейхстага в 13. 45 30 апреля (флаг армии № 5), 674 СП в 14. 25 30 апреля в северной части западного фасада (флаг полка). Очистка рейхстага от противника в основном закончилась к 22. 00 30. 04. 45. Герой Советского Союза С. Неустроев в своем очерке «О рейхстаге на склоне лет» пишет: «Василия Митрофановича Шатилова как бывшего командира 150-й стрелковой дивизии я глубоко уважаю. Смел, талантлив. Горжусь, что мне посчастливилось служить под его началом. Но как писатель он вызывает огромное огорчение, скажу более - возмущение. Его донесения и мемуары засорили головы советских читателей». Эти строки в исповеди С. Неустроева были написаны тогда, когда генерал-полковник В. Шатилов был еще жив.
Подобные искажения встречаются и в донесениях других командиров. В докладе о боевых действиях 40-й отдельной истребительно-противотанковой артбригады РВГК указывается: «Штурмовая группа под командованием майора Бондаря с разведчиками от 1955 ИПТАП вырвалась вперед, под оружейно-пулеметным огнем противника разведчик Казанцев, старший сержант Докин, ефрейтор Лященко, сержант Кагыкин и сержант Цуканов стремительным броском пробрались на крышу рейхстага и в 14. 30 30.04.45 водрузили Знамя Победы. Командир 40 ОИПТАБР полковник Никитин. Начальник штаба бригады полковник Скорынин. 3. 5. 45». В наградном листе на лейтенанта С. Сорокина указывается: «В 14. 25 при поддержке орудий прямой наводки тов. Сорокин со своей группой первый пробился в здание рейхстага. Сходу захватил выход одного из подвалов, заперев тем самым более 300 немецких солдат и офицеров. Пробившись на верхний этаж, первым водрузил Знамя Победы над рейхстагом. За проявленные геройство и мужество достоин присвоения звания Героя Советского Союза». Это ходатайство подписал командир 674-го стрелкового полка полковник Плеходанов 10 мая 1945 года. В наградном листе на присвоение звания Героя Советского Союза капитану В. Макову, подписанном командиром 79 СК генерал-майором Переверткиным, указывается, что «тов. Марков одним из первых водрузил над рейхстагом красное знамя - Знамя Победы». В наградном листе на ефрейтора Казанцева командир 1955 ИПТАП подполковник Абиев пишет: «30.4.45 в 14 ч 42 мин гв. ефрейтор Казанцев первый взобрался на скульптурную группу, находящуюся над главным зданием, и водрузил над рейхстагом советский флаг».
Подобных представлений на звание Героя Советского Союза за водружение Знамени Победы на подпись Маршалу Советского Союза Г.К. Жукову оказалось более двух десятков. В сложившейся ситуации он принимает решение - к званию Героя никого не представлять, пока не разберется, кто этого действительно заслуживает, и ограничился тем, что распорядился наградить всех представленных к званию Героя за водружение победных стягов орденом Красного Знамени. Это распоряжение было выполнено.
Спустя год Указом Президиума Верховного Совета от 8 мая 1946 года «за водружение Знамени Победы в Берлине над рейхстагом» удостоены звания Героя Советского Союза командиры батальонов В. Давыдов, С. Неустроев, К. Самсонов, сержант М. Егоров и младший сержант М. Кантария. А15 мая этого высокого звания были удостоены участники штурма рейхстага: старший сержант И. Съянов, члены штурмовой группы майора М. Бондаря - С. Докин, П. Кагыкин, В. Казанцев, В. Канун-ников, А. Стенников, В. Зубарев, А. Будилкин. Трое из них посмертно.
К сожалению, не удостоены были этого высокого звания те, кто с боями пробились на крышу рейхстага и первыми водрузили советский флаг на крыше рейхстага - воины 136-й армейской пушечной артбригады М. Минин, Г. Загитов, А.Бобров, А. Лисименко.
В книгах, вышедших в пятидесятых-шестидесятых годах, преобладали непроверенные сведения. Особенно грешили этим произведения М. Сбойчакова «Они брали рейхстаг», П. Трояновского «Последние дни Берлина», Я. Макаренко «В дни Победы», других авторов; к сожалению, некоторые неточности встречаются даже в мемуарах авторитетных военачальников. Все это убеждало читателей и общественность в том, что, как там написано, так и было на самом деле. Искажению истории штурма рейхстага во многом послужило и то обстоятельство, что в архивных документах частей, которые принимали участие в этом штурме, главенствовали претензии на первенство в штурме рейхстага и водружении Знамени Победы. И это не случайно. Подоплека здесь вот какая. Когда военный совет 3-й Ударной армии учредил девять флагов, один из которых мог стать Знаменем Победы, знали об этом в основном работники политотделов армий и дивизий. В ходе боев за Берлин они должны были провести в войсках соответствующую разъяснительную работу. Однако, по признанию бывшего начальника политотдела армии генерал-лейтенанта Ф. Лисицына, из-за сложности обстановки этого сделать не смогли. В результате не только рядовым бойцам, но и их непосредственным командирам мало что было известно. Так что каждый несущий свой флаг, считал: он-то и будет Знаменем Победы, если его водрузят первым. Так что хоть и не первым был водружен над рейхстагом флаг № 5 военного совета армии, статус «победный», данный ему при рождении, так навсегда за ним и остался. Поэтому в те майские дни внимание было обращено на тех, кто водружал этот флаг, то есть на Егорова и Кантария. В этой обстановке командование полка пошло на приукрашивание их подвига. В наградном листе на звание Героя Советского Союза Егорову и Кантария написано: «Когда пехота находилась в 80-100 метрах от рейхстага, сержант Егоров вместе с младшим сержантом Кантария подползли к рейхстагу и развернули красное знамя. Пехотинцы, видя двух смельчаков, немедленно атаковали рейхстаг, ворвались в него и овладели им... Когда наша пехота из батальонов Неустроева и Давыдова загнала немцев в подвал рейхстага, красное знамя 30 апреля 1945 года в 22. 00 было установлено на куполе рейхстага».
Это представление подписано командиром 756-го стрелкового полка майором Казаковым 31 мая 1945 года. В нем все не соответствует действительности. Но за основу представления взято то, что уже писалось о Егорове и Кантария в средствах массовой информации в то время. Как проходило водружение Знамени Победы на самом деле, поведал нам герой штурма рейхстага С. Неустроев в своих мемуарах «Русский солдат на пути к рейхстагу». Он пишет, что, когда около 12 часов ночи (по местному времени) в рейхстаг прибыл командир полка полковник Ф. Зинченко, он сразу поинтересовался, где находится флаг военного совета армии. Когда выяснил, что флаг находится в «доме Гиммлера», приказал начальнику штаба майору Казакову немедленно организовать его доставку в рейхстаг. Прибывшим с флагом разведчикам сержанту Егорову и младшему сержанту Кантария приказал: «Немедленно на крышу рейхстага! Где-то на высоком месте, чтобы видно было издалека, установите знамя. Да прикрепите его покрепче, чтобы не оторвало ветром».
Минут через двадцать разведчики вернулись, так как в темноте не нашли выхода на крышу. В этих условиях было приказано замполиту батальона А. Бересту сопроводить их на крышу и укрепить знамя на видном месте, что и было исполнено. Прикрепили древко знамени ремнем к ноге коня скульптуры немецкого рыцаря на восточной стороне фасада здания рейхстага. Так было на самом деле. Но сложилась версия, которая стала хрестоматийной на долгие годы. Схематично она выглядела так: «30 апреля 14 ч 25 мин советские воины ворвались в рейхстаг. В боевых порядках штурмовых батальонов с развернутым знаменем, вдохновляя воинов, следовали храбрые разведчики Егоров и Кантария. Действуя огнем и гранатами, сметая все на своем пути, пробились на крышу рейхстага, подвергаясь смертельной опасности, сумели подняться на стеклянный купол рейхстага и водрузили Знамя Победы. Что оставалось делать в сложившихся условиях и Егорову, и Кантария? Они стали, заложниками подобных измышлений и искажений действительности и - как гласит поговорка, «чем дальше в лес, тем больше дров» - в своих выступлениях, интервью добавляли уже от себя различные подробности, не соответствующие действительности. Искаженная история штурма рейхстага и водружения Знамени Победы дает о себе знать и в наши дни в публикациях отдельных авторов со ссылками на архивные документы. С. А. Неустроев в своих мемуарах выдвигает такое предположение: «Пройдут годы, может быть, десятилетия, и историки, возможно, снова обратятся к архивам, найдут в них донесения генерала Шатилова и снова могут исказить историю штурма рейхстага. Чтобы этого не произошло, нужно изъять донесения из архивов или сделать на них надпись: «донесение действительности не соответствует».
Как развивались события в рейхстаге после того, как штурмовые батальоны ворвались в него и сумели загнать немцев в подвал? В течение всего дня 1 мая в рейхстаге шел ожесточенный бой. Противник пытался во что бы то ни стало выбить советских воинов из рейхстага. Здание внутри горело. За стенами рейхстага не умолкала канонада, пространство перед зданием простреливалось плотным огнем. Трудно было пробиться на помощь нашим воинам, ведущим ожесточенный бой в рейхстаге.
1 мая фотокорреспондент газеты «Правда» В. Темин поднимается в воздух на самолете связи, пилотируемом летчиком И. Виштаком, с целью сфотографировать Знамя Победы над рейхстагом. В этот же день в 12 часов были подняты в воздух 24 истребителя ЯК-3 из 115-го гвардейского истребительного полка. Ведомые командиром полка А. Коссом, они в боевом строю пролетели над рейхстагом на высоте 800 метров. Летчиком К. Новоселовым было сброшено на крышу рейхстага шестиметровое красное полотнище с надписью «Победа». К исходу дня воинам батальонов Давыдова и Неустроева удалось загнать обороняющих рейхстаг в подвалы здания. В первой половине дня 2 мая гарнизон рейхстага, численностью примерно в батальон, сдался в плен. Бой в рейхстаге закончился.
Во второй половине дня М. Егоров и М. Кантария перенесли красный флаг военного совета 3-й Ударной армии № 5 уже как Знамя Победы на купол рейхстага и закрепили его. После окончания боя в рейхстаге на его крыше появлялись все новые и новые флаги. Один из них, установленный на угловой башне со стороны депутатского входа в рейхстаг, был сфотографирован В. Теминым. В этот же день эта фотография была отправлена самолетом в Москву. 3 мая снимок был опубликован в газете «Правда» с аннотацией: «Берлин. На здании рейхстага водружено Знамя Победы (снято 2 мая, 3 часа дня)». Но если на фото флаг еле видим на башне, то на снимке в газете он очень больших размеров. Был подрисован, как свидетельствовал Темин, по распоряжению главного редактора газеты. К моменту передачи рейхстага союзникам на его крыше очевидцы насчитывали около четырех десятков различного размера флагов. У здания рейхстага было большое панно: «Слава Красной Армии, водрузившей Знамя Победы над Берлином». Как видим, водружение Знамени нашей Победы было многоликим, поэтому приписывать только Егорову и Кантария, только двум воинам какую-то исключительную и героическую роль в водружении Знамени Победы и считать их (как делали многие годы) единственными знаменосцами - значит грешить перед истиной, предавать память тех, кто были первыми в рейхстаге, кто пал на подступах к нему, в самом рейхстаге, ведя бой более чем в течение суток. Это они обеспечили в конечном счете возможность водружения красного победного стяга, вошедшего в историю Великой Отечественной войны как Знамя Победы.
Однако на этом правда и домыслы об истории Знамени Победы не заканчиваются. Судьба этого знамени волнует людей до настоящего времени. И вот в чем суть. В радостях победных майских дней 1945 года о Знамени Победы как будто забыли. В приказе Верховного главнокомандующего о взятии нашими войсками Берлина и в последующих его приказах о нем не упоминается. В связи с передислокацией соединений 3-й Ударной армии на новое место командир 79-го стрелкового корпуса генерал С. Переверткин приказал снять Знамя Победы и вместо него «поставить большой алый стяг». В донесении военному совету 3-й Ударной армии об этом событии он сообщает: «Знамя, водруженное над рейхстагом 30 апреля 1945 года, я приказал хранить и прошу ходатайства перед Маршалом Советского Союза тов. Жуковым, чтобы делегация 1-го Белорусского фронта, 3-й Ударной армии и 79-го стрелкового корпуса смогла лично вручить это Знамя Победы в Кремле или в другом месте нашему великому вождю, любимому маршалу - Иосифу Виссарионовичу Сталину».
8 мая 1945 года сержант М. Егоров и младший сержант М. Кантария сняли Знамя Победы с купола рейхстага и закрепили на его месте другой красный флаг, на котором серп и молот и звезда располагались в центре полотнища.
Этот флаг в печати не раз представлялся как Знамя Победы, и имела место попытка отправить его в Москву как священную реликвию. Вот что сообщал об этом военный корреспондент газеты «Красная Звезда» подполковник Л. Восокоостровский: «На днях было принято решение перевезти это знамя в Москву как исторический документ нашей военной славы. 20 мая 1945 года у рейхстага выстроились части Красной Армии... На улице напряженная тишина. Воздух оглашает команда: «Под знамя нашей победы, смирно!» Замерли ряды воинов, оркестр играет Гимн Советского Союза. Группа советских офицеров выносят из подъезда рейхстага развернутое полотнище. Знамя Победы было пронесено мимо бойцов, дравшихся за Берлин, и вручено коменданту Берлина генерал-полковнику Берзалину... Мимо священной реликвии проходят войска... Знамя Победы, охраняемое почетным караулом, уносят для того, чтобы доставить его в столицу нашей великой Родины, где оно будет сохранено для наших потомков». Судьба этого флага неизвестна, фотография его снятия с рейхстага последний раз опубликована была в книге-альбоме «Парад парадов» в 2000 году.
После снятия с рейхстага М. Егоровым и М. Кантария Знамени Победы оно находилось в штабе 756-го стрелкового полка, а затем было передано на хранение в политотдел 150-й стрелковой дивизии и находилось там до 19 июня 1945 года. Во второй половине мая по распоряжению начальника политотдела дивизии на полотнище была сделана надпись: «150 стр. ордена Кутузова II ст. Идрицк. див.». Об этом факте в письме в ЦМ ВС М. Артюхов сообщает: «Инициатива о надписи на знамени исходила от нас, политотдела дивизии. За это самоуправство мне крепко досталось от генерала Литвинова, члена военного совета 3 УА».
19 июня 1945 года И.В. Сталин отдал распоряжение о доставке Знамени Победы в Москву на парад Победы. В этот же день на знамени были сделаны добавления к имеющей надписи: «79 Ск.», а потом и «3 У. А. 1 БФ». Так что сегодня на подлиннике знамени можно разглядеть, что нанесли эти надписи три руки. Отправкой Знамени Победы непосредственно занимались начальники политотделов армии - полковник Ф. Лисицын и дивизии - полковник М. Артюхов. Утром 20 июня на берлинском аэродроме Темпельгоф состоялись проводы Знамени Победы в сопровождении участников штурма рейхстага С. Неустроева, К. Самсонова, И. Сьянова, М. Егорова и М. Кантария. Во второй половине дня самолет ЛИ-2, пилотируемый летчиком старшим лейтенантом П. Жилкиным, приземлился в Москве на Центральном аэродроме им. М. Фрунзе. Ответственным за организацию встречи Знамени Победы был назначен помощник коменданта г. Москвы полковник Н. Гребенщиков. Рота почетного караула была сформирована из участников парада сводного полка 1-го Белорусского фронта. Начальником караула по распоряжению Г. К. Жукова был назначен капитан В.И. Варенников, ныне генерал армии, депутат Госдумы. Он вспоминает: «К нам в сводный полк 1-го Белорусского фронта приехал Маршал Советского Союза Г. К. Жуков, командовавший этим фронтом на заключительном этапе войны. В ходе беседы с группой воинов он кроме других вопросов сообщил: «Послезавтра из Берлина должны доставить Знамя Победы. Для его встречи и сопровождения необходим почетный караул». И, указав на меня, сказал командиру полка: «Этого гусара назначить начальником почетного караула и подобрать соответствующий личный состав».
Знаменная группа состояла из трех Героев Советского Союза: знаменосец гвардии старший сержант Ф. Шкирев, ассистенты гвардии старшина И. Папышев и гвардии старший сержант П. Маштаков. Герой Советского Союза С. Неустроев вспоминает: «Самолет немного пробежал по полю, остановился, замолчали его двигатели. Кто-то из членов экипажа сразу открыл дверцу, и я увидел, что перед самолетом стоит строй войск. Я не сразу понял, что это почетный караул встречает Знамя Победы. Церемония встречи для меня лично прошла словно в тумане».
После остановки самолета полковник Н. Гребенщиков и знаменосец Ф. Шкирев заходят в салон самолета и там принимают Знамя Победы. Фотокорреспондент Игнатович (фотохроника ТАСС) запечатлел для истории момент выноса знамени из самолета. Первым выходит Гребенщиков, за ним со знаменем следует Шкирев, далее друг за другом выходят Самсонов и Неустроев. После выхода из самолета к знаменосцу пристраиваются ассистенты, знаменная группа во главе с Н. Гребенщиковым проходит торжественным маршем перед трибуной вдоль строя роты почетного караула во главе с капитаном В.И. Варенниковым и убывает на машинах в расположение полка.
О том, где хранилось Знамя Победы до генеральной репетиции парада Победы, существуют две версии: по одной - оно находилось в Генеральном штабе (по утверждению В.И. Варенникова), по другой - в казарме сводного полка 1 БФ. Вспоминает ассистент при знамени Герой Советского Союза П. Маштаков: «Прибыв в свою часть на улице Матросская тишина, мы внесли знамя в Ленинскую комнату и встали при нем на посту. И тут минут через тридцать пришел дежурный по части, с ним еще один офицер и два солдата. Нам было приказано сдать знамя этим товарищам. Они его приняли, зачехлили и увезли».
По сведениям Героя Советского Союза генерала В. Здунова (участник парада Победы), встреча Знамени Победы проходила следующим образом: «Командир сводного полка 1-го Белорусского фронта, сформированного для парада, Герой Советского Союза генерал-лейтенант И. Рослый принял Знамя Победы в свои руки и понес его по бетонке аэродрома к знаменной группе. В ее составе было 12 Героев Советского Союза. Он остановился возле старшины В. Здунова и сказал: «Прими, старшина, Знамя Победы. Возможно, вам придется нести его на параде». Генерал В. Здунов грешит против правды и вводит людей в заблуждение, потому что ни генерала И. Рослого, ни группы из двенадцати Героев Советского Союза на встрече Знамени Победы 20.06 на аэродроме им. М. Фрунзе не было. Снимок фотокорреспондента газеты «Красный воин» М. Сидельникова, где старшина Здунов держит Знамя Победы, сделан не во время встречи знамени на аэродроме 20 июня, а 22 июня после генеральной репетиции парада. Длительное время в литературе с подачи генерала М. Шатилова, бывшего командира 150-й стрелковой дивизии, и генерала Ф. Лисицына, бывшего начальника политотдела 3-й Ударной армии, утверждалось, что Знамя Победы на параде 24 июня провозилось на специально оборудованном автомобиле впереди сводных полков фронтов. Имела место в литературе и другая версия - что Знамя Победы было провезено на «Виллисе» впереди сводного полка 1-го Белорусского фронта, а в кузове машины находились участники штурма рейхстага, доставившие знамя из Берлина в Москву, Насколько прочно утвердилось мнение среди участников парада Победы в том, что Знамя Победы было на параде на Красной площади 24 июня говорит такой факт. При подготовке статьи о Знамени Победы для третьего тома Военной энциклопедии авторы этой статьи специально подчеркнули, что оно не проносилось на параде. Каково же было наше удивление (а в подготовке статьи участвовали представители Генштаба, Института военной истории, Центрального музея Вооруженных Сил), когда в выпущенном томе в статье появилось добавление: «Знамя Победы на параде Победы не выносилось (использовался дубликат)». В репортаже с парада Победы, наверно, нашло бы место сообщение об этом событии.
Накануне 40-летия Победы в 1990 году по распоряжению Главного политического управления военно-историческими учреждениями была проведена всесторонняя проверка материалов, в которых сообщалось о параде. Просмотрены были газетные материалы июня 1945 года, запись репортажа с Красной площади, документальная кинохроника. Расчет был на то, что если факт появления Знамени Победы на параде имел место, то он обязательно был бы отражен в средствах массовой информации. Ни одной строчки, ни одного сообщения, ни одного кадра кинохроники не было обнаружено в подтверждение версии об участии Знамени Победы в параде 24 июня 1945 года. В документальном кинофильме «Парад Победы» четко зафиксировано начало торжественного марша победителей. Во главе - командующий парадом Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский, за ним следуют юные барабанщики, за ними - сводный полк Карельского фронта. Проверка дала основание со стопроцентной уверенностью утверждать, что Знамя Победы на парад не выносилось и никакого его дубликата не было.
Как развивались события после доставки Знамени Победы в Москву, повествует непосредственный участник тех дней С. А. Неустроев: «После торжественной встречи на Центральном аэродроме нас направили в казарму, где размещались участники парада от 1-го Белорусского фронта. Утром 21 июня стали подбирать для нас парадное обмундирование. По росту точно подогнанного не оказалось. Для нас с Егоровым оно оказалось велико, для Кантария, наоборот, оказалось мало. На следующий день мы прибыли на аэродром на генеральную репетицию. Нам вручили Знамя Победы и объяснили, что мы пойдем первыми, за нами пойдут сводные полки фронтов. Никто из нашей тройки не только не участвовал в парадах, но и не занимался строевой подготовкой. Заиграл духовой оркестр, последовала команда, и мы пошли, совершенно не чувствуя музыки. Знали, что на импровизированной трибуне были Жуков, Рокоссовский и другие военачальники. Видимо, старались показать свою удаль, далеко оторвались от полка Карельского фронта. Не успел я еще осознать происшедшее, как к нам на машине подъехал полковник, взял знамя и сказал, что его на парад выносить не будут. На следующий день нам выдали пригласительные билеты на Красную площадь. Во время парада мы находились на гостевых трибунах».
Наверное, можно объяснить, почему некоторые участники парада утверждали, что они собственными глазами видели Знамя Победы на параде. По всей вероятности, они видели его на генеральной репетиции. Безусловно, никто из них не знал, что было принято решение Знамя Победы на парад не выносить. В наши дни большинство ветеранов войны, да и не только ветеранов, считают, что это было ошибкой.
После генеральной репетиции, то есть 22 июня, последовало распоряжение Главпура Красной Армии, в распоряжении которого находилось Знамя Победы, командованию сводного полка 1-го Белорусского фронта передать, а Центральному музею Красной Армии принять на хранение Знамя Победы. По распоряжению начальника музея от 22 июня 1945 года приемом и доставкой знамени занимался инструктор старший лейтенант И. Прозоров. В знаменном зале музея было подготовлено место для экспонирования знамени. Распоряжением № 85 по Центральному музею Красной Армии от 11 июля 1945 года предписывалось: «Заприходовать в знаменный фонд музея Красной Армии Красное знамя «Победы», принятое по распоряжению Глав. ПУРРККА от командования сводного полка 1-го Белорусского фронта. Начальник Центрального музея Красной Армии полковник Горюшкин». С 12 июля 1945 года начался новый этап в непростой и неоднозначной биографии бывшего флага военного совета 3-й Ударной армии, ставшего национальной реликвией - Знаменем Победы. Первые 20 лет оно было главным экспонатом музея, как правило, участвовало в культурно-массовых мероприятиях, проводимых в Центральном Доме Советской Армии по случаю Дня Победы. В этот период знамя подверглось частичной реставрации с целью его сохранности. Были удалены гвозди, которыми полотнище было прибито к древку, так как они начали ржаветь и портить полотно знамени. К полотнищу был пришит «карман» - для крепления к древку. Реставрации подверглась нижняя часть полотнища: вместо оторванной нижней кромки была вшита сетка.
После 20-летнего периода начался активный период вхождения Знамени Победы в жизнь. 9 мая 1965 года, когда страна праздновала 20-летие Победы, оно было пронесено на военном параде на Красной площади. Нес его Герой Советского Союза полковник К. Самсонов, ассистентами были Герои Советского Союза сержант М. Егоров и младший сержант М. Кантария. После этого Знамя Победы все чаще стало появляться в президиумах торжественных собраний и заседаний. По инициативе комсомола в стране проводилась патриотическая акция «Равнение на Знамя Победы». У алого полотнища знамени фронтовикам вручались ордена и медали, нашедшие своих владельцев через десятки лет после войны, фотографировались победители социалистического соревнования, ударники труда, отличники боевой и политической подготовки армии и флота. Вручались комсомольские билеты и пионерские галстуки. Начиная с 1975 года Знамя Победы принимает участие во всех военных парадах на Красной площади, посвященных Дню Победы.
В 2000 году накануне 55-й годовщины Победы по инициативе Центрального музея Вооруженных Сил с одобрения президентов трех государств: России, Белоруссии и Украины - была проведена международная акция «Нас объединяет Знамя Победы». Впервые за свою музейную историю знамя покинуло пределы Москвы и экспонировалось в музеях Минска и Киева. Впервые в своей жизни тысячи и тысячи жителей Белоруссии и Украины воочию соприкоснулись с символом нашей всеобщей победы. В 2003 году с 22 по 30 июня Знамя Победы находилось в городе-герое Ленинграде. Дважды Герой Советского Союза генерал-полковник авиации Михаил Петрович Одинцов, выражая свои чувства в связи с тем, что ему выпала честь быть знаменосцем Знамени Победы на параде ветеранов на Красной площади по случаю 50-летия Победы, в интервью корреспонденту газеты «Красная Звезда» сказал: «Я смотрю вот на это знамя: оно из самого простого материала. А ведь превратилось в символ эпохи, стало достоянием целого государства, многих поколений. Можно выковать штандарт из золота и усеять его бриллиантами, но он померкнет рядом с этой святыней».
15 апреля 1996 года Президент Российской Федерации подписал Указ «О Знамени Победы». 15 апреля 2000 года в него были внесены дополнения и исправления. Указом определен статус Знамени Победы как национальной реликвии. Указ Президента способствует увековечиванию народного подвига в Великой Отечественной войне, развивает у современников чувство благодарности победителям над фашистскими захватчиками. В нем определено, где и когда, в каких конкретных случаях знамя выносится для участия в мероприятиях, связанных с государственными праздниками и знаменательными датами. Ветераны войны, молодые воины, юные патриоты восприняли Указ с глубоким удовлетворением. Они убеждены: Знамени Победы суждена долгая жизнь! Оно будет радовать сердца и вдохновлять на подвиг не одно поколение защитников Отечества. Ведь миллионы солдат нашей необъятной Родины, дошедшие и не дошедшие до рейхстага, знаменами своих собственных частей и соединений передали ему и свой цвет и свой свет - алый цвет пролитой крови и негасимый свет надежды на трудную, но непременную Победу.
Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. 11-е изд., доп. М., 1992; Конев И.С. Записки командующего фронтом. М. 1991; Рокоссовский К.К. Солдатский долг. 5-е изд. М., 1988.
Правда. 1944. 7 ноября.
Архив МО СССР. Оп. 11318, д. 172.
Телегин К.Ф. Над Берлином - Знамя Победы. М.: Воениздат, 1991.
Инвалид Отечества. 2002. № 5.
Зинченко Ф.М. Герои штурма рейхстага. М., 1983. С. 149.
Неустроев С.А. Русский солдат на пути к рейхстагу. Краснодар, 1997. С. 135.
Личный архив. Письмо Минина Г. Куманеву от 28 мая 1990 г.
Долматовский Е.А. Автографы Победы. М.: ДОСААФ, 1972. С. 9.
Архив МО, ф. 3 УА, оп. 4316, д. 528, л. 44.
Там же. Л. 45.
Октябрь. 1990. № 5.С. 142.
Архив МО, ф. 40 ИПТАБР, оп. 208140, т. 1, л. 70.
Архив МО, Оп.686196, д. 144, л. 51.
Там же. Оп. 4334, д. 227, л. 23.
Там же. Оп. 793754, д. 14, л. 22.
Знамя Победы. Военная энциклопедия. М.: Воениздат, 1995. С. 292-293.
Неустроев С.А. Русский солдат на пути к рейхстагу. С. 172.
Архив фонда знамен и регалий ЦМ ВС РФ.
Красная Звезда. 1945. 21 мая.
Личный архив, письмо полковника М. Артюхова в ЦМ ВС.
Варенников В.И. Неповторимое. М., 2001. С. 499.
Неустроев С.А. Русский солдат на пути к рейхстагу. С. 176.
Военно-исторический архив. 1988. Вып. 3.
Ветеран. 1996. Июль.
Советская энциклопедия. М., 1985. С. 290.
Личный архив. Запись рассказа С. Неустроева, май 1990 г.
Архив ЦМ ВС, опись 3, дело 21-4, 1945 г.
