ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОЕ РУКОВОДСТВО РОССИИ НЕ ДОЛЖНО ЗАБЫВАТЬ ОБ ОШИБКАХ СВОИХ ПРЕДШЕСТВЕННИКОВ

21 декабря исполнилось 125 лет со дня рождения Иосифа Сталина. Начну с того, что мы, люди военного поколения, знали назубок, и то, что мало или совсем не известно теперь большинству наших молодых и юных сограждан. Иосиф Виссарионович Сталин (1879-1953 гг.) - руководитель Коммунистической партии и Советского государства на протяжении почти трех десятилетий.

Военно-промышленный курьер №49. 2004г.

1941-й: ЭКЗАМЕН ИОСИФА СТАЛИНА

ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОЕ РУКОВОДСТВО РОССИИ НЕ ДОЛЖНО ЗАБЫВАТЬ ОБ ОШИБКАХ СВОИХ ПРЕДШЕСТВЕННИКОВ

Махмут ГАРЕЕВ

Участник революции 1905-1907 гг., Октябрьской революции 1917 г., Гражданской войны. С 1922 г. генеральный секретарь ЦК РКП(б) (затем Всесоюзная Коммунистическая партия и КПСС), с мая 1941 г. одновременно председатель Совета народных комиссаров (с 1946 г. - министров) СССР. После начала Великой Отечественной войны, с 30 июня 1941 г., председатель Государственного комитета обороны (до 4 сентября 1945 г.). 23 июня 1941 г. вошел в состав Ставки Главного командования. 10 июля возглавил Ставку Верховного командования. С 19 июля нарком обороны (до марта 1947 г.). С 8 августа 1941 г. - Верховный главнокомандующий Вооруженными Силами СССР (до сентября 1945 г.). Генералиссимус Советского Союза (1945 г.).

В 1943 г. после возвращения с Тегеранской конференции И. В. Сталин говорил: "... Я знаю, что когда меня не будет, не один ушат грязи будет вылит на мою голову. Но я уверен, что ветер истории все это развеет". Действительно, в известном докладе Н.С. Хрущева в 1956 г. и особенно на протяжении последних 15 лет хула и поношения лились на Сталина сплошным мутным потоком, и сказать о нем что-то объективно было не просто. Заведомо лживых "уток" запущено немало, и они продолжают летать, несмотря на неопровержимые исторические факты. Мало пользы принесли и публикации, рассчитанные на идеализацию и искусственное обожествление Сталина, умалчивающие об его просчетах и упущениях.

Кое-кто сегодня ставит под сомнение и пытается даже оправдать жестокие репрессии 1930-х гг., особенно тяжело сказавшиеся на военных кадрах. Но когда-то раз и навсегда всему обществу, всем его представителям, независимо от политических пристрастий, нужно твердо и определенно сказать: ничем не обоснованный террор ни при каких обстоятельствах не может получать индульгенцию. Следует, однако, избегать и перехлестов в обратную сторону, когда в последнее время любой человек, подвергшийся при Сталине аресту, изображается невинной жертвой. Как будто в действительности не было никаких шпионов, вредителей, воров, бандитов. Речь, конечно, не идет о людях, пострадавших ни за что ни про что (о них уже сказано), но каждое государство живет по своим законам и призвано оберегать свою безопасность.

События начала 1990-х гг. опровергли и наивные возгласы: "Разве могло быть до войны столько предателей и врагов народа?" Деяния иных высокопоставленных партийных функционеров показали, что изменников, так называемых "агентов влияния" оказалось еще больше, чем предполагали органы госбезопасности, которые иногда занимались "поиском блох" (причем там, где их не было) и не разглядели многих подлинных наиболее опасных и одиозных противников Советского государства. Вряд ли бы наша армия смогла продолжать сражаться в 1941 г., если бы СМИ и "правозащитники" развернули такую же свистопляску, как в период первой чеченской войны 1994-1996 гг., призывая солдат не воевать.

Ясно одно, что и при освещении роли Сталина в Великой Отечественной войне нужен крайне взвешенный подход с учетом всей неоднозначности и суровости той эпохи, сложности и противоречивости личности советского лидера. Требуется объективный, критический анализ того, в каких условиях он выполнял обязанности Верховного главнокомандующего, какие стояли задачи перед страной и как они были выполнены под его руководством.

УКРЕПЛЕНИЕ ОБОРОНЫ СТРАНЫ

Сталину в качестве первого лица в партии и государстве, Верховного главнокомандующего, прежде всего, было необходимо создать благоприятные внешнеполитические условия для обороны СССР.

Связанные с этим проблемы пришлось решать в невероятно сложной обстановке. Если отвлечься от многих частностей и лукавства, главная их суть состояла в том, что весь капиталистический мир должен был объединиться в борьбе против Советского Союза с тем, чтобы уничтожить первую в мире страну социализма. Именно эту цель преследовало заключенное в 1938 г. Мюнхенское соглашение, рассчитанное на подталкивание Гитлера к нападению на СССР. Если бы эти планы не удалось расстроить политико-дипломатическими средствами, реальных шансов на спасение не было. Большую опасность представляло и возможное выступление против нас Японии, что грозило перспективой ведения одновременной войны на западе и на востоке.

Но Сталину и Молотову путем заключения договоров о ненападении с Германией в 1939 г. и о нейтралитете с Японией в 1941-м удалось расколоть единый антисоветский фронт потенциальных противников и добиться того, что западные страны, толкавшие Гитлера на восток, впоследствии сами вынуждены были выступить на стороне Советского Союза. Наша страна получила возможность разделаться вначале с фашистской Германией, а затем с Японией. Кое-что сделал Сталин и для того, чтобы ускорить вступление США во Вторую мировую войну в декабре 1941 г., чему, кстати, поспособствовал и Черчилль, скрыв от Рузвельта появившиеся у него данные о подготовке к нападению на Перл-Харбор.

Создание антигитлеровской коалиции в годы Второй мировой войны было величайшей дипломатической победой, во многом предопределившей течение и исход вооруженного противоборства, которое до сих пор, к счастью, остается непревзойденным по масштабу и размаху. Конечно, на это оказали существенное влияние и некоторые объективные международные обстоятельства, но факт остается фактом: Советскому Союзу удалось вырваться из кольца капиталистического окружения.

Умело отстаивал Сталин жизненно важные интересы нашей страны и во время войны, в том числе в ходе Тегеранской, Ялтинской, Потсдамской конференций. Он оперативно откликался на просьбы союзников о помощи в тревожные для них дни Арденнского сражения, когда Советская армия в январе 1945 г. на две недели раньше намеченного срока начала Висло-Одерскую наступательную операцию. Выполнил Сталин свои обязательства, данные в отношении вступления СССР в войну против Японии и в ряде других случаев. В целом, советский Верховный главнокомандующий внес огромный вклад в достижение победы во Второй мировой войне, в мобилизацию сил и средств своей страны и союзных государств для разгрома фашизма.

Вторая главнейшая задача руководителя СССР состояла в том, чтобы создать экономические, индустриальные и технические основы для укрепления его обороноспособности. Чтобы по достоинству оценить масштабность свершений в этой области, нужно не забывать о неимоверной разрухе, воцарившейся в стране вследствие Первой мировой и Гражданской войн.

Сталин говорил, что мы отстали от передовых капиталистических стран на 100 лет. Или мы пробежим это расстояние за 10 лет, или нас сомнут.

Советскому Союзу необходимо было противостоять очень сильному и коварному противнику. При оценке степени подготовленности СССР к войне с гитлеровской Германией и ее сателлитами в последнее время получили распространение две версии. Одни авторы полагают, что страна к отражению агрессии серьезно не готовилась и была не способна сражаться. Другие, наоборот, утверждают, что милитаризация пронизывала все сферы жизни советского государства, но осуществлялись военные приготовления плохо, бестолково, ошибки в оборонном строительстве и репрессии свели на нет достигнутое в этой области, в результате не удалось встретить нападение в июне 1941 г. во всеоружии.

Однако исторические факты свидетельствуют о том, что обе приведенные выше точки зрения страдают однобокостью и недостаточно объективно отвечают на главный вопрос: почему, в отличие от Англии и Франции в 1940 г., СССР удалось выстоять. Говорить же о том, что Сталин преступно не подготовил страну к обороне просто не серьезно.

В целом у Сталина имелись обширные планы по коренному преобразованию и повышению боевой мощи РККА и РККФ, рассчитанные на несколько лет. "Когда же все это будет нами сделано, - говорил он, - Гитлер не посмеет напасть на Советский Союз". Но всему этому, к сожалению, не суждено было осуществиться. Война застала нашу страну и ее Вооруженные Силы в стадии многих незавершенных дел. Проводились перевооружение, реорганизация и переподготовка армии и флота, шла перестройка промышленности, создавались государственные резервы и мобзапасы. Многие потенциальные возможности не были рационально использованы. Положение усугубилось неправильной оценкой характера начального периода войны и недооценкой стратегической обороны.

ТРАГИЧЕСКОЕ НАЧАЛО

Как же справился Сталин с обязанностями главы государства и Верховного главнокомандующего накануне и в начале великой Отечественной войны?

Если исходить не из того, нравится кому-то Сталин или нет, а из того, что получилось в реальности, то со всей определенностью можно сказать, что его деятельность в этот период и в данной области была наиболее неудачной и предопределила многие другие просчеты и ошибки.

Взгляды Сталина на вопросы обороны и безопасности страны, основанные, главным образом, на опыте Гражданской войны, были излишне политизированы и идеологизированы. Исходя из правильного в принципе утверждения, что военная стратегия подчинена политике и вытекает из политических целей, он, в конечном счете, превращал политику в самоцель. Но при этом он не до конца учитывал, что политики в чистом виде не существует. Она жизненна тогда, когда в совокупности учитывает многие факторы, в том числе, военно-стратегические соображения. Решив любой ценой оттянуть сроки начала войны, Сталин все подчинил решению этой задачи и полагал, что, когда будет нужно, он приведет РККА в полную боевую готовность. Он просто не представлял себе в реальном виде, что стратегическое развертывание армии такой сложнейший и внутренне взаимосвязанный процесс, когда, например, бессмысленно наращивать силы в глубине, оставляя части первого эшелона небоеготовыми.

В теории, конечно, понималось, но на практике было предано забвению то элементарное положение, что война - явление двустороннее. Нежелание Иосифа Виссарионовича считаться с ней доходило в ту пору до абсурда. Сталин часто упускал из виду, что при остром политическом и военном противоборстве недопустимо исходить только из собственных планов и побуждений, не учитывая того, какие цели преследует и что может предпринять другая сторона. Его особенно подводила абсолютно предвзятая однозначность оценки военно-политической обстановки, не допускавшая какой-либо альтернативности ее развития.

Если, скажем, Сталин задумал отодвинуть сроки начала войны на несколько лет, то, значит, и Гитлер не может предпринять нападение ранее. Поскольку по расчетам советского вождя военная мощь Франции в 1940 г. позволяла ей противостоять Германии сравнительно длительное время, то это уже гарантирует отсрочку агрессии против СССР.

Помимо этого, многие упущения 1941 г. объясняются совершенно неоправданной, неимоверной централизацией руководства всеми сторонами жизни и деятельности государства, обороны страны, строительства и подготовки Вооруженных Сил. Хотя, в принципе, централизация накануне и в ходе войны была нужна (особенно - накануне). Больше того, авторитет государственной власти в народе, жесткая требовательность и воля Сталина, партийная, государственная дисциплина и исполнительность сыграли в 1941-1945 гг. большую роль в организации перестройки всей страны на военный лад, мобилизации усилий всего народа для отпора врагу.

Вместе с тем та же самая чрезмерная централизация руководства и управления, переходящая все разумные пределы, всеобщая подозрительность и недоверие к людям, их придавленность и запуганность чрезвычайно сузили общий фронт работы, лишали систему управления тех живых соков творчества и инициативы, без которых она может функционировать только строго по вертикали сверху вниз, в пределах установленных рамок, будучи не способной охватывать все сложности реальной действительности и реагировать на ее изменения. Такая система управления не могла быть эффективной и тормозила работу по подготовке страны и Вооруженных Сил к отражению агрессии.

Один человек, будь он даже самым выдающимся, не в состоянии охватить все аспекты политических, экономических, дипломатических, идеологических, военных и других проблем, которые надо глубоко анализировать и решать в очень сложной и противоречивой обстановке. Несмотря на огромную работоспособность, Сталин не только не мог объять все эти вопросы, но к тому же монополизировал право на их личное решение и сковывал самостоятельность мышления и действий подчиненных. Другие руководители и органы управления во всех звеньях должны были по всем вопросам ждать указаний и заниматься только их механическим исполнением.

Многие предложения Госплана, Наркомата обороны подолгу не рассматривались, и решение назревших вопросов многократно откладывалось. В результате до начала войны не были приняты решения по переводу промышленности на военное положение и форсированию производства новых видов оружия. Не были утверждены и введены в действие новые оперативные и мобилизационные планы взамен устаревших, не соответствовавших сложившимся условиям. Все это привело к катастрофе 1941 г.

В военно-исторической литературе и в воспоминаниях участников Великой Отечественной войны называется много различных причин наших неудач и поражений в начальный ее период. Все эти причины сыграли негативную роль, но они не были главными, решающими. Например, не столь важной, как изображается, была ошибка с определением главного удара противника, ибо на юге, где мы в отличие от немцев сосредоточили свои основные силы, наши войска также потерпели поражение. Следовательно, дело не только в этом.

Главная причина неудач была в том, что войска приграничных округов не были заблаговременно приведены в боевую готовность и до начала нападения противника не заняли предназначенных оборонительных рубежей, позиций. Они оказались, по существу, на положении мирного времени и не смогли своевременно изготовиться к отражению агрессии. Это обстоятельство и породило многие просчеты, и предопределило трагедию 1941 г.

ЕСЛИ ВЗГЛЯНУТЬ ОБЪЕКТИВНО...

Но для постижения правды истории очень важно не только вскрыть упущения или объявить, кто в них виноват, но и постараться понять, без гнева и пристрастия разобраться: почему и под влиянием каких условий и факторов все это произошло. Только тогда можно сделать обоснованные выводы, извлечь должные уроки.

А если внимательно взглянуть на события, происходившие накануне войны, не растворяясь в частностях, то глубинные истоки самих причин наших неудач коренятся и упираются в один главный вопрос - в раскрытие подлинного замысла Гитлера и, прежде всего, сроков возможного удара вермахта по СССР.

После войны очень много написано о том, что разведка своевременно узнала о планах немецкого командования и точно докладывала о том, когда следует ждать нападения фашистской Германии на Советский Союз. Например, международный фонд "Демократия" опубликовал сборник важнейших документов за 1941 г. В предисловии к первому тому этого издания сказано, что никакой внезапности не было, Сталин имел достоверные данные о готовящейся агрессии, но преступно ими пренебрег. Но для тех, кто все же хочет по-настоящему понять суть прошлых событий и дойти до истины, подобных объяснений недостаточно. Все равно остается вопрос: почему так поступил Сталин? Ведь, несмотря на все свои ошибки, он не был врагом своей страны, не хотел ее поражения, что подтверждается последующей его деятельностью в ходе всей войны.

Это говорится не для оправдания Сталина. Оправдать все это невозможно. Просто обстановка перед войной была значительно сложнее, чем это иногда изображается. Действительно, наши разведчики много сделали для вскрытия приготовлений противника. Однако поступали сведения не только о возможном нападении, но и о том, что это - провокационные слухи. Но о таких документах в упомянутом сборнике фонда "Демократия", как и в ряде других книг (например, "Военные загадки третьего рейха", с.280-290), нет даже упоминаний, как будто их не существовало вовсе. Однобокий подбор только угодных фактов искажает историю.

Посол СССР в Лондоне И. Майский буквально накануне войны сообщал в Москву подробные данные о военных приготовлениях Германии, однако заключал свое донесение выводом о том, что Гитлер сможет напасть на Советский Союз только после того, как покончит с Англией. Начальник РУ НКО Ф. Голиков и нарком внутренних дел СССР Л. Берия также докладывали Сталину о развертывании дивизий вермахта у наших границ, но полагали, что эти сведения носят дезинформационный характер. Назывались даты гитлеровского нападения: 15 апреля, 1, 15, 20 мая, 15 июня. Наступали указанные дни, и:ничего не происходило.

О том, с какой степенью достоверности наша разведка предвидела назревание войны, можно судить по воспоминаниям одного из высших руководителей НКВД П. Судоплатова. "Меня одолевали, - пишет он, - тревожные мысли, но мне и в голову не могло прийти, какая беда вскоре обрушится на всех нас. Конечно, я чувствовал угрозу военной провокации или конфликта, но не в состоянии был представить его масштабы...". "В три часа ночи, - продолжает он, - всех начальников управлений и отделов вызвал Меркулов и официально объявил, что началась война: немецкие войска перешли нашу границу. Он тут же приказал, чтобы весь аппарат был вызван на работу по сигналу тревоги".

Как видим, все "предвидели", "все знали", а с началом войны пришлось собираться по тревоге. Кстати, когда уже после окончания Великой Отечественной маршалу М. Захарову представили на утверждение план подъема по тревоге Генерального штаба, он начертал резолюцию: "Если Генштаб придется собирать по тревоге, то лучше его заранее разогнать".

Но сегодня иногда судят обо всех сложнейших явлениях 1930-1940-х гг. чрезмерно упрощенно и в отрыве от того, что происходило в действительности. Это относится и к существовавшей в то время версии о том, что Гитлер не будет воевать на два фронта и не нападет на СССР, пока не разделается с Англией. Но здесь, по существу, имела место подмена реальной действительности отвлеченными, схематичными положениями, порожденными историческими стереотипами.

Фактически к июню 1941 г. никаких фронтов у Германии не было. После быстрого поражения англо-французских войск в 1940 г., чего Сталин никак не ожидал, Англия, находясь за Ла-Маншем, серьезной угрозы для Гитлера на континенте не представляла. Берлин осуществлял дезинформацию грандиозных масштабов. Разобраться до конца с сутью этих мероприятий противника Сталин и Генштаб в 1941 г., к сожалению, не сумели.

Советское политическое руководство, Наркомат обороны и Генштаб не смогли адекватно оценить сложившуюся обстановку и не приняли своевременных мер для приведения Вооруженных Сил в полную боевую готовность и исключения внезапности. Это была роковая ошибка. Этим все объясняется, отсюда проистекают все другие просчеты.

В исторических трудах справедливо отмечают, например, что соединения и части не были доукомплектованы личным составом и техникой до штатов военного времени, новые образцы танков и самолетов распылены, а не направлены для сформирования хотя бы нескольких боеспособных соединений, полевая и зенитная артиллерия оторвана от своих дивизий и отправлена на полигоны, многие другие упущения. Однако при отвлеченном подходе к этим вопросам, в отрыве от конкретных условий, в которых подобные решения принимались, все это выглядит как сплошная, ничем не объяснимая глупость, безответственность и головотяпство.

Но ведь сознательно, специально заведомо глупых решений никто не искал. Все, как это нередко бывает и сегодня, хотели сделать как лучше.

Стремясь оттянуть начало войны и не спровоцировать ее, не предпринимали мобилизацию, поэтому остались неукомплектованными соединения. Раздали по 10-15 новых танков и самолетов только-только формируемым танковым и авиационным дивизиям, чтобы они хоть как-то могли начинать осваивать новую технику. И артиллерию вывели на полигоны, потому что имелось много новых артиллерийских частей, а с приходом в Западную Белоруссию и Западную Украину они еще ни разу не стреляли. И многое другое делалось исходя из того, что время еще есть и для подготовки войск, и для возвращения орудий...

Но расчет на отсрочку нападения как раз и не оправдался. Ибо Гитлер при всей авантюристичности своей политики понимал, что время работает против него и нужно нападать в середине 1941 г., так как потом будет уже поздно.

ВИНА НЕ ОДНОГО ЧЕЛОВЕКА

Анализируя итоги первого периода Великой Отечественной, часто спрашивают: а что же нарком обороны, Генштаб, командующие войсками военных округов, командиры и штабы других звеньев? С них тоже нельзя снять ответственность за произошедшее. Справедливости ради надо сказать, что накануне войны, особенно в мае - июне 1941 г., нарком обороны и начальник Генштаба неоднократно выходили с предложениями о приведении войск в боевую готовность, но все они отвергались.

Иногда называют главной причиной неудач в 1941 г. истребление лучшей части командиров в 1937-1938 гг. Конечно, репрессии нанесли огромный ущерб РККА. Но если бы вместо Жукова был Тухачевский, а вместо Павлова - Уборевич, мало что изменилось бы. Ибо заранее подготовившийся для нападения противник обрушил удар огромной силы по частям и соединениям, которые оказались на положении мирного времени - в пунктах постоянной дислокации, в военных городках, лагерях. И предотвратить агрессию можно было только на политическом уровне.

В 1970-е гг. группа историков обратилась к маршалу А. Василевскому с вопросами, была ли в действительности внезапность нападения в 1941 г., или как говорили некоторые из них, "Сталин придумал миф о внезапности для оправдания своих просчетов". Не имея возможности ответить всем, кто ему прислал письма, Александр Михайлович прислал в Военно-научное управление Генштаба записку с оценками событий накануне и в начале войны. В частности, по вопросу внезапности он писал: "Главное в том, что мы не смогли определить точно дату нападения врага, привести в полную боевую готовность войска приграничных военных округов. Получилось так, что хотя мы и знали, что гитлеровцы готовятся напасть на нашу Родину, но поскольку просчитались с определением его сроков, война для нас стала неожиданной...".

Так что содержание внезапности нападения составляет не наше незнание о приготовлениях фашистской Германии к войне, угрозы войны, а просчет в определении времени нападения и неготовность советских войск встретить врага отмобилизованными, на заранее подготовленных рубежах в полной боевой готовности.

Еще раз можно повторить: да, были возможности, чтобы внезапности не допустить. Но роковые ошибки в оценке обстановки, и прежде всего со стороны Сталина, позволили ей разразиться. Это свершившийся исторический факт и отменить его невозможно. Таким образом, в самой организации развертывания и оперативном построении войск закладывались предпосылки к поражению. В результате, в первые же часы и дни войска понесли большие потери и не смогли оказать достаточно организованного сопротивления.

Постепенно сама сложившаяся обстановка вынудила советское главнокомандование осознать необходимость полного пересмотра прежнего плана ведения войны и перехода к стратегической обороне. Однако заранее спланированных стратегических оборонительных операций не было. Они складывались в ходе вынужденных боевых действий на основе решений и распоряжений, которые принимались и отдавались под давлением складывающейся неблагоприятной обстановки. Это уже после войны некоторыми историками была придумана версия о заранее задуманном планомерном отступлении с переходом в победоносное контрнаступление.

Вместе с тем, несмотря на глубокое продвижение и захват обширных территорий, противнику не удалось полностью разгромить советские войска и лишить их способности к сопротивлению. Наступление удалось остановить. Враг понес серьезные потери. К моменту окончания Московской битвы только сухопутные войска Германии лишились более 1,5 млн. человек, что почти в 5 раз превышало весь урон в Польше, Северо-Западной и Западной Европе, на Балканах в 1939-1941 гг. К тому же немцы утратили основную массу танков и самолетов.

С конца 1941 г. фашистской Германии предстояло, по существу, начинать совершенно иную, новую фазу войны, которую ее руководство не предусматривало. Красная Армия и Военно-морской флот уже в "первом раунде" ожесточенного противоборства преодолели многие трудности, выпавшие на их долю, развеяли миф о непобедимости вермахта и смогли устоять под его ударами.

В целом, несмотря на то, что политическое руководство во главе со Сталиным своими просчетами поставило государство и Вооруженные Силы в критическое положение, в чрезвычайной обстановке начального, самого трудного периода войны многие руководители на местах, большинство советских людей не дрогнули. Они приложили огромные, поистине героические усилия, чтобы укрепить армию и перестроить экономику на военный лад, эвакуировать большинство промышленных предприятий на восток. РККА удалось задержать продвижение противника как в результате упорного сопротивления продолжающих сражаться войск первого эшелона, так и главным образом за счет срочного формирования и выдвижения новых резервных соединений и объединений.

Сталин сыграл главную роль в мобилизации сил и средств, создании резервов для обороны Москвы. Да и то, что он до конца остался в столице, нашел в себе мужество провести 7 ноября 1941 г. военный парад на Красной площади, имело огромное морально-политическое значение.

Подводя итог сказанному, следует еще раз подчеркнуть, что главной причиной катастроф в 1941 г. было то, что наша армия не смогла, а точнее сказать, была не в состоянии во всеоружии вступить в войну, организованно провести первые приграничные сражения. Ответственность за это ложится на политическое, стратегическое руководство и, прежде всего на Сталина, Молотова, а также на Тимошенко и Жукова. И об этом приходится говорить не для того лишь, чтобы бросить камень в сторону этих людей.

Дело в том, что эти проигранные битвы сказывались затем на всем ходе первой половины войны. В наши дни, когда начинают анализировать Смоленское сражение, оборону Москвы или Ростова-на-Дону, смотрят на положение сторон, соотношение сил так, будто бы ничего до этого не было и две армии только что свеженькими, обученными и сколоченными еще в мирное время сошлись между собой.

Но из-за того, что войска не были боеготовы, мы уже в начальный период войны потеряли основную часть кадровой армии, большую часть самолетов, танков, артиллерии. Противник сразу получил огромное превосходство во всех этих средствах. В битве под Москвой и последующих операциях сражались наскоро пополненные и сформированные, необученные и несколоченные соединения и части. Да, танкисты, артиллеристы и другие специалисты не успевали овладевать оружием и техникой. Многие командиры не умели вести разведку, организовать огневое поражение противника, взаимодействие родов войск, ибо ни по каким книжкам, рассказам, на ускоренных курсах всему этому не научишься - нужно многократно тренироваться, приобретать боевой опыт. Но времени и возможности для этого уже не было. Поэтому не существовало другого выхода, как овладевать боевым мастерством в ходе самих боевых действий, неся порою неоправданно тяжелые потери. А немецкая армия вступила в войну, имея двухлетний боевой опыт и, оказавшись в максимально благоприятном положении в самом начале войны, продолжала наращивать свое преимущество. Его удалось ликвидировать только в последующем, благодаря доблести и героизму наших командиров и солдат.

Но как бы кто ни оценивал события Великой Отечественной, мы, последние оставшиеся в живых фронтовики, вправе сегодня еще раз напомнить современным политикам, неидеологизированным историкам, злобствующим на костях своих дедов и восхищающимся немецко-фашистской военной школой журналистам, что из событий 1941 г. следует один главный и непреложный вывод: ни при каких обстоятельствах нельзя ставить свои Вооруженные Силы в такое ужасное положение, в котором они оказались 22 июня 1941 г. И ни одна другая армия в мире, кроме нашей, не могла бы оправиться после того, что случилось в первые дни войны и переломить ее ход в свою пользу. Это был труднейший процесс, особенно для становления офицерского состава. И об этом никогда нельзя забывать, иначе мы никогда не поймем того, что произошло 60 лет назад.

Махмут ГАРЕЕВ

президент Академии военных наук, генерал армии

Для комментирования необходимо зарегистрироваться на сайте