'МЫ ПРОТИВ ПРИСУТСТВИЯ В РЕГИОНЕ ВОЙСК НАТО' ПРЕЗИДЕНТ АБХАЗИИ СЕРГЕЙ БАГАПШ ВЫСТУПАЕТ ЗА ВСЕСТОРОННЕЕ РАЗВИТИЕ ОТНОШЕНИЙ С РОССИЕЙ
«ВОЕННО-ПРОМЫШЛЕННЫЙ КУРЬЕР» № 25.2005
"МЫ ПРОТИВ ПРИСУТСТВИЯ В РЕГИОНЕ ВОЙСК НАТО"
Алексей ГЕОРГИЕВ
Сухуми-Москва
ПРЕЗИДЕНТ АБХАЗИИ СЕРГЕЙ БАГАПШ ВЫСТУПАЕТ ЗА ВСЕСТОРОННЕЕ РАЗВИТИЕ ОТНОШЕНИЙ С РОССИЕЙ
Республика Абхазия - один из реальных союзников России на постсоветском пространстве. Ее геополитическое значение для нашей страны особенно возрастает в свете недавно подписанных договоренностей между Москвой и Тбилиси, предусматривающих прекращение российского военного присутствия в Грузии и вывод с ее территории частей ГРВЗ. Как будут развиваться последующие событие в регионе? Останутся ли здесь российские миротворцы? Что ждет российских инвесторов в Абхазии? На эти и другие вопросы в интервью "ВПК" отвечает президент Республики Абхазия Сергей БАГАПШ.
ЛИЧНОЕ ДЕЛО
БАГАПШ Сергей Васильевич
Родился 4 апреля 1949 г. в г. Сухуми. Окончил Грузинский институт субтропического хозяйства по специальности агроном. Во время учебы в вузе работал рабочим на винзаводе, инкассатором в Госбанке. В 1972 г. работал начальником агрономического отдела Московского эфиромасличного совхоза, далее проходил службу в армии, затем стал инструктором Абхазского обкома комсомола. В 1978 г. становится зав. сектором информации ЦК ЛКСМ Грузии, заведующим отделом рабочей и сельской молодежи ЦК ЛКСМ Грузии. С 1980 г. - первый секретарь Абхазского обкома ЛКСМ Грузии, с 1982 г. - 1-й секретарь Очамчирского РК КП Грузии, с 1992 г. - 1-й заместитель председателя Совмина Абхазской АССР. с 1993 г. - 1-й зам. председателя Совмина Республики Абхазия, с 1995 г. - 1-й вице-премьер Республики Абхазия. В 1997-1999 гг. - премьер-министр Республики Абхазия. В августе 2004 г. выдвинут кандидатом в президенты Республики Абхазия общественно-политическим движением "Единая Абхазия". Его кандидатуру поддерживает общественно-политическое движение "Амцахара". 12 февраля 2005 г. избран президентом Республики Абхазия. Женат, имеет сына и дочь.
- Сергей Васильевич, как складывается обстановка в республике в связи с непростыми событиями, которые вызваны выборами главы Абхазии?
- Да, выборы были непростые, прошли они, как известно, в два этапа. Но главное, нам удалось найти компромисс, удержать ситуацию под контролем. Поверьте, что это было не просто. Но, думаю, мудрость людей - и политиков, и их окружения - и сама позиция РФ помогли нам выйти из той критической ситуации, в которой мы находились.
Сегодня обстановка стабильна, не все, правда, решается сразу. Я всегда повторяю, что сразу можно легко построить мосты. Мы начали дороги делать, дома ремонтировать, вносить какие-то корректировки в нашу экономическую программу, сейчас готовится серьезная концепция, своеобразная модель развития нашего государства.
Что главное для нас? Это, конечно, экономический подъем республики. В то же время основной акцент мы сделаем и на общеобразовательной сфере - школе, вузах и подготовке кадров. У нас есть и бюджетообразующие сферы: курортная отрасль, энергетика. Сейчас наши специалисты работают по железной дороге. Существуют макроэкономические вопросы, над которыми, естественно, работает правительство. Но я еще раз хочу подчеркнуть, что главное на сегодняшний день - это школы, вузы, подготовка специалистов.
- Но ведь без определения политического статуса Абхазии инвестиционный климат не улучшится. Саакашвили пришел к власти, заявив, что он сделает все, чтобы Абхазия вошла в состав Грузии. Как вы собираетесь решать самый важный вопрос для вашего государства - обрести де-юре самостоятельный политический статус республики.
- Я хочу сразу сказать, что наша позиция одна - мы строим свое демократическое независимое абхазское государство. Здесь вопрос понятен, он снят, во всяком случае для нас, раз и навсегда.
Что касается позиции Саакашвили, то мы ее знаем, мы отслеживаем ситуацию. В течение года практически не было контактов и переговоров с грузинской стороной, но мы сочли возможным начать такой переговорный процесс, взяв за основу сочинские соглашения. Тбилиси почему-то политический диалог постоянно переводит на так называемые женевские рельсы. Если вы помните, там есть программа Бодена, которая нас не устраивает. Мы вышли с другим предложением - взять за основу сочинские соглашения, не уходя от политических вопросов. Почему?
Если сесть за стол переговоров и начать разговаривать по политическим проблемам, то переговорный процесс прервется, еще не начавшись. Грузия скажет - "нет", мы скажем - "да" независимости нашей страны. Поэтому для того чтобы он имел какое-то продвижение и движение, мы сказали: давайте начнем с экономических отношений, чтобы мы что-то могли решить совместно, чтобы наладить элементарные меры доверия. И мы предлагаем программу, как это сделать: открытие железнодорожного сообщения, совместная эксплуатация энергообъектов. Это то, без чего и им, и нам будет существовать очень сложно. Есть посредники, которые занимаются этими вопросами. Скажем, в строительстве, а точнее - восстановлении железной дороги заинтересованы Россия и Армения. И это реальный проект.
А что касается политического будущего, то вы знаете, что независимость еще никогда не достигалась быстро. Да, это сложный процесс, это тяжелый процесс, и мы понимаем, что инвестиции требуют тишины и стабильности. Но мы начинаем некоторые вопросы, касающиеся инвестиций, переносить на будущий год.
Если раньше мы просили инвестора приехать, то сегодня мы будем объявлять тендеры на тот или иной проект, касающейся связи, курортной сферы, перерабатывающей отрасли и строительства. При этом по каждому факту, любому достижению в Абхазии моментально поступает протест со стороны Грузии. Но мы не работаем с государственными структурами России, мы имеем дело с коммерческими структурами. Это не запрещено ни законом, ни решением глав государств СНГ. Поэтому здесь мы видим свою перспективу.
Соглашусь с тем, что большого бума в развитии хозяйства страны не будет, но мы будем постепенно экономическую ситуацию выправлять к лучшему. И за 2-3 года мы ее выправим. Сегодня у нас показатели, если сравнивать с той же Грузией, по пенсиям, заработной плате почти такие же, как в Тбилиси. Мы от них ненамного отстаем.
У нас сегодня бюджет - при населении в 220 тыс. человек - такой же, как был в Сочи 4 года назад, хотя там население - 400 тыс. человек. И мы будем его подтягивать. Задача такая, чтобы через 2 года он был равен 1-1,2 млрд. рублей. Этого, уверен, мы добьемся.
- Каким вы видите развитие ситуации в Гальском районе, каково ваше отношение к пребыванию российских миротворцев?
- Скажу однозначно, Гальский район - это территория Абхазии. Поэтому все законы, которые действуют в Абхазии, распространяются на жителей Гальского района.
В свое время мы в одностороннем порядке начали прием беженцев, когда Грузия не хотела их возвращать. Сегодня стоит вопрос таким образом, чтоб хотя бы взять на учет тех, кто уже вернулся. Для нас это очень важный стратегический район, который находится на границе с Грузией. И сегодня правительство республики делает все, чтобы ситуацию в Гальском районе (с преступностью, с контролем границы и т. д.) привести в соответствие с международными нормами. За 12 лет в Гали мы упустили очень много, к сожалению. И нам необходимо ситуацию там в корне менять.
Я уже дважды был в Гали, послал туда силовых министров и министров экономики для того, чтобы решать там внутригальские проблемы чисто экономическими методами. Остро стоит вопрос паспортизации. Мы начнем там где-то с августа месяца выдавать наши внутренние абхазские паспорта. В Гали было сказано очень четко: если вы являетесь гражданами Абхазии, то получаете паспорт. Кто не хочет получать этот паспорт, он может с паспортом Грузии находиться на территории Грузии. Это право каждого человека - выбирать место, где ему жить.
Что касается российских миротворцев, то я заявляю об этом постоянно - они нам нужны. И мы глубоко благодарны им за их нелегкий труд. Пока они в Абхазии - мы спокойны. Другие солдаты из других стран здесь нам не нужны. За годы своей деятельности Россия здесь потеряла 99 военнослужащих. Мы всегда будем помнить о них. Это люди, которые самыми первыми пришли в непростое для нас время поддерживать мир в Абхазии. Миротворческие силы должны были быть коллективные, но никаких коллективов из других стран, как вы знаете, не было. Кроме России, на себя эту миссию никто не взял. Российские солдаты были здесь и, я думаю, должны оставаться до полного урегулирования этого конфликта.
- Но у кого-то есть очень большое желание, чтобы здесь стояли войска НАТО.
- Мы - против. Вот недавно Украина изъявила желание принять участие в миротворческой операции. Мы всем говорим большое спасибо, но мы определились раз и навсегда - нам нужны российские "голубые каски". И с другими миротворцами дело иметь здесь не будем. Мы категорически против схемы международных полицейских в зоне конфликта. Хотя эту схему нам почему-то постоянно навязывают. Нам навязывают, чтобы мы открыли в Гали офис по правам человека. Мы сказали: "В Сухуми есть такой офис". Между Гали и Сухуми 60 километров - ездите, кто мешает? Я не думаю, что нужно в каждом селе открывать офис по правам человека. Тем более, что там свое, абхазское, представительство по правам человека мы открыли, и оно занимается теми же вопросами.
- Сейчас очень много разговоров вокруг железной дороги, которую предполагается строить из Грузии через территорию Абхазии до России. Каково ваше отношение к этому проекту? Что может получить Абхазия в случае восстановления этой железной дороги?
- Планы по строительству железной дороги зафиксированы в Сочинских документах, и мы поддержали этот проект. Потому что прохождение грузов - это тариф, это бюджет. Когда дорога заработает - инфраструктура будет развиваться, железнодорожное хозяйство. Это рабочие места, это опять-таки деньги.
Поэтому мы готовы обсуждать вопросы о строительстве железнодорожной магистрали, но без всяких предварительных условий. Вы помните, в свое время Тбилиси ставил вопрос так: мы будем говорить о восстановлении железнодорожного сообщения, только если параллельно будет решаться вопрос о возврате беженцев. Мы говорим - пожалуйста - в Гальский район. Мы их возвращали и готовы возвращать и в будущем.
У нас в этом плане позиция очень четкая. Поэтому мы готовы подписать предварительный договор по обследованию специалистами участка железной дороги от Псоу до Ингури. Это будет трехсторонняя комиссия (Абхазия, Грузия и Россия). Если захочет Армения подключиться - пожалуйста.
- То есть сейчас еще рано говорить о конкретных сроках начала восстановительных работ?
- Да. Пока пойдет обследование рельсового полотна, потом еще необходимо будет решить много других вопросов. Наверняка Грузия начнет ставить вопрос: если въезжают поезда, таможня должна быть грузинская в Псоу. Мы однозначно заявили: на своей территории мы будем встречать вагоны, мы с российской стороной будем проводить таможенный досмотр, мы будем сопровождать до Ингурского моста, а дальше, пожалуйста, на всем пути следования все в ваших руках. И смотрите, и обследуйте, и таможенников подключайте.
- А на каком уровне сейчас находится боеспособность Вооруженных Сил Абхазии?
- Хороший вопрос, спасибо. К нам кое-кто приезжает и говорит, Грузия такая миролюбивая, "революцию роз" проводит и не хочет воевать ни с кем. В ответ я сразу задаю им вопрос: скажите, пожалуйста, каким тогда образом военный бюджет Грузии за 3 года поднялся до 300 млн. долларов? В Грузии что, другие социальные проблемы, экономические проблемы решены? Наверное, нет. Мы знаем, что нет.
И второй вопрос я им задаю: скажите, а против кого так вооружается Грузия? Неужели против США? Нет. Против России? Наверняка нет. Турции? Тоже нет. Значит, против Абхазии и Южной Осетии.
Поэтому мы тоже проводим реформу своей армии, приводим ее, как говорится, в порядок и будем пополнять. Мы вынуждены наращивать свой военный потенциал. Я понимаю, что это отвлечение денег от самых насущных проблем, которые есть в Абхазии. Но мы вынуждены это делать, и мы будем это делать. Потуже затянем ремни, но мы программу модернизации своих Вооруженных Сил не остановим.
Нам было предложено со стороны ООН рассмотреть возможность подписания мирного соглашения с Грузией. Мы сказали: пожалуйста, давайте текст. Посмотрим, что за соглашение. Мы готовы его рассматривать и подписывать, но только после того, как мы с ним ознакомимся и ознакомятся наши друзья.
Вообще я не понимаю людей, которые говорят, что мы якобы не будем подписывать мирного соглашения. Мы живем, чтобы мир был. Если такое соглашение приемлемо для нас, то мы будем его рассматривать и подписывать. Но одновременно и порох будем держать, как говорится, сухим. Мы будем наращивать военный потенциал и на суше, и в воздухе, и на море. И уже начали.
- А какие конкретные шаги вы намерены предпринять для улучшения социально-политической обстановки в стране?
- По всей республике у нас начала работать программа "Районные больницы", потому что наше здравоохранение находится в тяжелом состоянии. Тут есть и объективные, и субъективные причины. И вот мы начали сейчас восстанавливать больницу в Гудауте, скоро начнем ремонт сухумских больниц, восстановление детского сада в Очамчире, ремонт детских учреждений в других районах.
Мы закрываем до сентября 2006 года оба наших интерната и будем своими силами приводить их в порядок, чтобы было место, где дети могут в нормальных условиях жить и учиться. То, что мы сегодня имеем, конечно, нормальным назвать очень сложно. Когда нет горячей воды, когда тяжелая ситуация с питанием, когда сложности с учебным процессом, когда на оба наших интерната 4 компьютера - так невозможно работать. На ремонт интернатов будет потрачено 17-18 млн. рублей.
То же самое касается сельских школ. Городское хозяйство, вы видите, в каком состоянии. Сейчас по всему городу восстанавливаются дороги, затем будем ремонтировать трассу на Очамчиру, а с середины июля мы начинаем ремонтировать трассу Псоу-Сухуми. В этом проекте будет участвовать российская организация "Росавтодор", которая будет приводить в порядок всю трассу.
Мы много работаем по перерабатывающей промышленности, по цитрусам, по фундуку. Для того чтобы облегчить труд наших крестьян, которые возят эти цитрусы в Россию, в каждом районе мы организуем пункты приема. И мы будем забирать не только стандартные плоды, а все, которые выращивают наши крестьяне. Стандарт пойдет на реализацию в Россию и другие республики, а нестандарт - на переработку. В этот проект планируется вложить 6 млн. долларов.
Также мы продолжаем работать по овощам и птице. Абхазия должна стать поставщиком хотя бы в Краснодарский край ранних овощей и птицы. Это реально хорошие деньги. Будет развиваться курортная сфера, которая, как локомотив, должна потянуть за собой другие отрасли.
Один из приоритетов на сегодня - развитие среднего бизнеса. Для этого создан приватизационный фонд, из которого мы будем его финансировать. Решаются вопросы ипотечного кредитования и лизинга.
Конечно, нам сложно с границей, сложно с решением каких-то вопросов. Но мы находим формы и по лизингу, через коммерческие структуры. Если до конца следующего года мы не завезем в Абхазию порядка 100-150 тракторов, то ни о каком развитии сельского хозяйства речи идти не может.
- Как идет развитие отношений в рамках совета непризнанных государств - с Приднестровской республикой, Нагорным Карабахом, Южной Осетией?
- У нас были и остаются хорошие контакты. Нам часто говорят: вот вы обещали встретиться, почему этого не случилось? Мы ждали, когда закончатся переговоры ГУУАМ. Когда посмотрели на их результаты, то поняли, что форсировать вопрос о встрече нет необходимости. Я думаю, что в конце этого месяца - в начале следующего такая встреча может состояться. В принципе, наши позиции всем известны, но есть необходимость повстречаться и сделать совместное заявление.
Некоторые журналисты обыгрывают, что создано СНГ-2. Мы на это не претендуем. Это обычная борьба непризнанных республик за свое существование и за право быть свободными, такими же, как и все остальные.
- И последний вопрос. Какие перспективы вы видите в отношении водного сообщения с Россией? Как решается вопрос выхода абхазских судов в море?
- Это тяжелая проблема, и не только для нас. Вы знаете, что действует запрет стран СНГ на пропуск судов в нашу морскую акваторию. Этот запрет устарел, и его, я считаю, надо снять. Скажем, мы ведем эффективную морскую торговлю с Турцией. Ей можно, оказывается, с нами торговать, она не боится, не стесняется никого, а России - нельзя. Только из-за какого-то необдуманного решения в рамках СНГ наносится, я считаю, ущерб не только нам, но и России. Не понятно, для чего, скажем, запрещать российским коммерсантам брать лес, бук, другие ценные породы, металл и работать с нами на взаимовыгодных условиях?
Поэтому блокада - это проблема не столько Абхазии, сколько тех, кто хочет с нами сотрудничать. Почему? Объясняю, приоритет в дальнейшем будет у тех инвесторов, которые вошли в Абхазию первыми, которые первыми инвестировали сюда какие-то средства. За их вклад - им великая благодарность. Мы постараемся сделать так, чтобы их инвестиции были защищены. Мы готовим наши законы так, чтобы они были состыкованы с законами РФ. Привлекательность налоговой политики, мягкие таможенные пошлины и необременительная налоговая политика для инвесторов, которые на первые три года должны вообще освобождаться от уплаты налогов, если они инвестируют в производство более 1 млн. рублей.
