НАДЕЖДА ТОЛЬКО НА НАС

ВОЕННО-ПРОМЫШЛЕННЫЙ КУРЬЕР № 48

НАДЕЖДА ТОЛЬКО НА НАС

Олег ФАЛИЧЕВ

Сухуми - Москва

ГРУЗИНСКАЯ ОПЕРАЦИЯ В КОДОРАХ МОГЛА ПРИВЕСТИ К НОВОЙ ВОЙНЕ

6 декабря в Сухуми состоялся Сход абхазского народа. По давним традициям именно на таких сходах всегда решались судьбоносные для страны вопросы. Они, можно сказать, стали своеобразной формой всенародного референдума. На этот раз на площади перед Домом правительства собрались, по разным оценкам, от 40 до 50 тыс. человек, чтобы призвать мировое сообщество признать независимость Абхазской Республики, которая де-факто существует самостоятельно с 1992 г. Что же явилось детонатором и толчком к такому сходу? Почему прервался грузино-абхазский диалог? Наконец, как это влияет на выполнение задач российскими миротворцами? В этих вопросах попытался разобраться корреспондент "ВПК".

Обстановка в зоне грузино-абхазского конфликта остается, увы, неоднозначной. С одной стороны, видишь на улицах больше спокойствия и порядка, восстанавливающиеся после войны жилые и административные здания. В летние месяцы сюда приезжает гораздо больше отдыхающих, что благотворно сказывается на наполняемости бюджета. Есть и другие положительные моменты. Но, с другой стороны, не все так просто.

Самопровозглашенная Абхазская Республика не признана ни одним государством мира и находится, по существу, в состоянии экономической блокады. Поэтому ситуация здесь довольно сложная: остановившееся производство, спад сельского хозяйства из-за невозможности ввоза и вывоза продукции. Достаточно сказать, что размер пенсии, например, составляет всего... 100 рублей. Не удивительно, что все надежды абхазской стороны на изменение ситуации к лучшему связываются с открытием границы с Россией, возрождением курортного дела и туризма.

Но серьезные инвесторы опасаются вкладывать большие средства в экономику из-за постоянных окриков из Тбилиси, воинственных заявлений президента Грузии Михаила Саакашвили и его министров, которые грозят силовым решением "абхазской проблемы". А это не что иное, как новая война со всеми вытекающими последствиями. Словом, замкнутый круг, из которого не так просто вырваться.

А ведь еще совсем недавно казалось, что диалог между Тбилиси и Сухуми налаживается. Поэтому вполне резонно, что Россия начала наконец определяться в своем отношении к этой проблеме, действовать в ряде случаев исходя из собственных интересов. Широкое освещение, например, получила в РФ встреча президентов трех непризнанных республик - Абхазии, Южной Осетии и Приднестровья 16-17 ноября в Москве. Впервые все три президента были собраны и показаны вместе на главных каналах ТВ. Это говорит о том, что Россия снова становится самостоятельным игроком на геополитическом поле, формулирует правила игры на нем.

Но может получиться так, что первой признает Абхазию не Россия, а какая-нибудь страна Латинской Америки. Скажем, Венесуэла, о чем недавно заявил депутат Национального собрания Венесуэлы Л. Гутиеррес, посетивший Абхазию и Южную Осетию. Другое дело, что президенту Венесуэлы наплевать на то, что скажет о нем дядя Буш и мировое сообщество, а России нет.

Но дело даже не в этом, а в том, что официальный Тбилиси постоянно инициирует конфликтные ситуации. Причем не только с Абхазией, но и с Россией. Началось это обострение 18 июля, когда парламент Грузии принял резолюцию, призывающую правительство начать процедуры по немедленной приостановке миротворческих операций в Грузии и обратиться с просьбой о немедленном выводе миротворческих сил РФ с грузинской территории. Он также просил правительство немедленно начать работу по изменению формата миротворчества и развертыванию международных полицейских сил в Южной Осетии и Абхазии. Понятно, эта резолюция вызвала негативную реакцию абхазской стороны, которая заявила: вывод Коллективных миротворческих сил СНГ привел бы к усилению напряженности, а затем и возобновлению боевых действий.

НА ГРАНИ ВОЙНЫ

Отношения между Тбилиси и Сухуми окончательно испортились 25 июля, когда в верхней части Кодорского ущелья, контролируемой грузинской стороной, началась крупномасштабная спецоперация под командованием министров внутренних дел и обороны Грузии. Она явилась грубым нарушением Московского соглашения от 1994 г. о прекращении огня и разъединении сил. А ее целью стал захват стратегически важного плацдарма для дальнейшего наращивания грузинского военного присутствия. Именно тогда Абхазия привела свои войска в состояние повышенной готовности, развернула подразделения в непосредственной близости от нижней части Кодорского ущелья и пригрозила принять ответные меры, если грузинские силы вторгнутся в нижнюю часть ущелья.

Правительство Грузии подчеркивало: силы, задействованные в этой операции, принадлежат МВД и используют военную технику, заимствованную этим министерством, которое проводит не военную операцию, а операцию по восстановлению правопорядка. В эти сказки, конечно же, никто не поверил. Абхазская сторона поставила под сомнение искренность намерений грузинского руководства. Да и какая искренность, когда верхняя часть Кодор была фактически оккупирована, а не пожелавший подчиняться оккупации бывший представитель президента Грузии в Сванетии Эмзар Квициани сразу назван врагом грузинского народа, объявлен в розыск. Кроме того, после ввода своих войск в Сванетию Грузия начала не с социальной поддержки населения, как обещала, а с восстановления мостов в верхней части Кодор, через которые могла бы пройти тяжелая военная техника. Казалось бы, зачем это М. Саакашвили? Даже по докладу Миссии ООН по наблюдению в Грузии (МООННГ) в ходе этой операции было допущено 13(!) нарушений Московского соглашения 1994 г. Причем все инциденты связаны с вводом войск, военных автомашин и авиации в зону безопасности, а также с ограничением свободы передвижения наблюдателей МООННГ.

Дальше - больше. В конце июля г-н Саакашвили объявил о завершении спецоперации и переводе базирующегося в Тбилиси "правительства Республики Абхазия в изгнании" в верхнюю часть Кодор. Он охарактеризовал это решение как первый важный шаг на пути к распространению юрисдикции Грузии на этот район. В ответ на это абхазская сторона заявила, что будет противодействовать, даже применяя силу, переводу прогрузинского правительства. Она объявила также о том, что воспользуется поддержкой северокавказских республик Российской Федерации, которые готовы, в частности, предоставить добровольцев. А в случае, если миротворческим силам не дадут вести наблюдение в верхней части Кодорского ущелья, все международные передвижения по направлению к его нижней части будут приостановлены.

Увы, наблюдатели МООННГ не смогли повлиять тогда на грузинскую сторону. Например, получив первые сообщения о предстоящей грузинской спецоперации, МООННГ направила специальный патруль на контрольно-пропускной пункт миротворческих сил СНГ на северной границе зоны безопасности по пути в Кодорское ущелье. Этот патруль заметил в зоне безопасности две грузинские бронированные военные спасательные машины с пятью военнослужащими и уведомил грузинскую сторону о том, что она нарушила Московское соглашение 1994 г. А несколько часов спустя уже российские миротворцы заметили движение грузинской военной автоколонны, состоявшей примерно из 30 грузовиков, 4 джипов и 18 автомобилей, на которых находилось примерно 600-1000 военнослужащих. Эта автоколонна двигалась в сторону верхней части Кодор. Затем были засечены семь грузинских вертолетов, включая три ударных, летевших в Кодорское ущелье. Грузинская сторона была уведомлена и об этих нарушениях. И лишь спустя несколько дней она признала присутствие в этом районе сотрудников МВД, а также примерно 30-40 военных инженеров, участвующих в ремонте мостов. Хотя наличие там военных инженеров, а также использование военных сил и средств, повторим, противоречат Московскому соглашению 1994 г., в котором говорится о выводе войск из Кодор.

И лишь в ответ на грузинскую операцию абхазская сторона развернула свои силы к востоку от Сухуми в направлении нижней части Кодорского ущелья и в зоне конфликта, в том числе перебросила дополнительные подразделения в зону ограничения вооружений. Это было сделано для восстановления ею своих оборонительных позиций вдоль Гальского канала и укрепления их в зоне конфликта.

ПАТРУЛЬ У "СЛОМАННОГО МОСТА"

Какой была реакция на это наших миротворцев? Миротворческие силы СНГ поддерживали повышенную степень готовности и продолжали внимательно следить за обстановкой и обмениваться информацией с МООННГ. Они начали регулярное патрулирование в районе так называемого "сломанного моста", который соединяет верхнюю и нижнюю части Кодорского ущелья, где обнаружили новый грузинский контрольно-пропускной пункт на верхней стороне моста. Наблюдатели МООННГ также подтвердили наличие грузинского КПП примерно в 75 метрах от "сломанного моста".

Восстановленный грузинскими военными мост может использоваться для переброски боевой техники.

Фото Олега ФАЛИЧЕВА

Все это привело к тому, что заседания четырехсторонней комиссии по урегулированию грузино-абхазского конфликта оказались под угрозой срыва, а сегодня этот рабочий механизм перестал функционировать совсем. Таковы последствия той операции в Кодорах. То есть Грузия сама поставила под удар судьбу переговорного процесса. Обострилась ситуация и в Гальском секторе, где были обстреляны бронированные машины одного из патрулей МООННГ (около деревни Набакеви в нижней части Гальского района). В ходе другого инцидента, который произошел 8 августа около деревни Репо-Эцери, три человека были убиты при попытке похищения людей. А всего в тот период было зарегистрировано 4 убийства, 13 обстрелов и 5 грабежей. Подчеркнем: ситуация в Кодорах послужила своеобразным детонатором правонарушений в других местах, имела мультипликационный эффект. В Зугдидском секторе, через который проходил транзит грузинских военных автомашин и авиации в Верхние Кодоры, было зарегистрировано три обстрела, три грабежа.

В этот особо напряженный период российские миротворцы действовали как никогда слаженно и четко. Командование МС поддерживало регулярные контакты с МООННГ. Миротворческие силы и МООННГ провели в Гальском районе совместные учения по отработке спасательных операций в чрезвычайных ситуациях. Кроме того, наши подразделения оказали значительную помощь временным наблюдательным постам миссии и провели в зоне конфликта операции по разминированию и обезвреживанию самодельных взрывных устройств.

Отрадно, что Совет Безопасности ООН осудил действия Грузии. В резолюции от 13 октября 2006 г. №1716 говорится, что СБ "выражает тревогу по поводу действий грузинской стороны в Кодорском ущелье в июле 2006 г. и по отношению ко всем фактам нарушения Московского договора о прекращении огня и разграничении сил от 14 мая 1994 г., а также других грузино-абхазских договоренностей по Кодорскому ущелью... еще раз призывает грузинскую сторону серьезно отнестись к правомочным призывам абхазской стороны к обеспечению безопасности, остерегаться шагов, которые могли бы быть восприняты как угроза и воздержаться от милитаристской риторики и провокационных действий, особенно в верхней части Кодорского ущелья".

Даже кураторы Тбилиси из Вашингтона поморщились от такой грязной работы. Например, помощник заместителя американского госсекретаря М. Брайза отметил, что Соединенные Штаты поддерживали сам факт проведения операции, но критиковали ее методы, когда были замечены факты нарушения Московского соглашения 1994 г. Таким образом, США также попытались разрядить напряженность в зоне конфликта, найти точки соприкосновения двух сторон. Но теперь достичь новых договоренностей в рамках процесса урегулирования будет очень непросто. Грузия считает, что так называемый статус-кво наносит все более значительный ущерб ее жизненно важным интересам. А нынешние механизмы урегулирования конфликта якобы неэффективны. То есть существует опасность того, что и так напряженная ситуация в отношениях между грузинской и абхазской сторонами станет еще более нестабильной. Сегодня трудно урегулировать конфликт путем переговоров, поскольку с течением лет позиции обеих сторон по вопросу о политическом статусе еще больше разошлись. Однако нет альтернативы и диалогу. Угроза применения силы может лишь увеличить существующее недоверие, а возобновление насилия привело бы к самым пагубным последствиям для обеих сторон.

Все это еще раз красноречиво доказывает, что российские миротворцы в Абхазии и Южной Осетии на сегодняшний день являются единственным реальным гарантом поддержания мира и безопасности в Закавказье. Благодаря им удается избегать кровопролития и крупномасштабных вооруженных столкновений на протяжении довольно длительного времени. Миротворцы ясно доказали необходимость своего присутствия в зонах конфликтов. А все заявления грузинской власти, касающиеся требований вывода миротворческих контингентов, визового режима, способов ротации контингентов, противоречат ранее достигнутым договоренностям, дестабилизируют обстановку и являются необоснованными. На присутствии сил по поддержанию мира настаивают власти Абхазии и Южной Осетии. Вывод же миротворцев может повлечь за собой возобновление боевых действий, что взорвет обстановку на Кавказе в целом.

АНТИМИРОТВОРЧЕСКИЙ СПЕЦНАЗ

Руководство Грузии, выступая с обвинениями в адрес России, неоднократно само нарушало принятые договоренности. Какое отношение, например, к миротворческим силам имеет грузинский спецназ, введенный 27 мая с.г. в нарушение всех договоренностей в зону грузино-осетинского конфликта? В ходе операции подразделениями спецназа тогда были блокированы несколько постов Смешанных сил по поддержанию мира (ССПМ), укомплектованных российскими миротворцами. Возникла ситуация, при которой военнослужащие обеих сторон с оружием в руках находились в непосредственном соприкосновении.

Неоднократно предпринимались Грузией и попытки сорвать проведение плановых ротационных мероприятий с заменой миротворческих контингентов в Абхазии, хотя уведомления об этом поступают грузинской стороне заблаговременно. Грузинская сторона эти правила нарушает. А вот ротация грузинских подразделений как раз проводилась без уведомления Специальной контрольной комиссии и гораздо чаще, чем раз в полгода. Очевидно, кому-то очень хотелось "обкатать" в зоне потенциально возможных боевых действий как можно больше своих солдат.

Тем более смешно требовать от миротворцев получать визы для несения службы в соответствии с международными мандатами на территории зоны конфликта, неподконтрольной властям, выдающим визу. Такого никогда не было в международной практике. Надо, конечно, с уважением относиться к принципу территориальной целостности. Но пока эта целостность применительно к Грузии - скорее возможное состояние, чем политико-правовая реальность, и признать ее можно только в результате сложных переговоров.