АМЕРИКА ТЕРЯЕТ СОЮЗНИКОВ
ВОЕННО-ПРОМЫШЛЕННЫЙ КУРЬЕР № 11/2007
АМЕРИКА ТЕРЯЕТ СОЮЗНИКОВ
Владимир ШЕНК
Бер-Шива, Израиль
КАК ПРЕЗИДЕНТ ВЛАДИМИР ПУТИН СОРВАЛ БЛИЖНЕВОСТОЧНЫЙ АНТИИРАНСКИЙ СГОВОР
В последнее время ряд политических обозревателей отметил активные попытки создания Соединенными Штатами некоего арабо-израильского альянса против Ирана с целью окончательно расколоть арабский мир и подчинить его американским интересам. Именно этим целям, как считают независимые эксперты по Ближнему Востоку, была подчинена и организованная американцами конференция по урегулированию в Ираке, прошедшая полторы недели назад в Багдаде. В ней, как известно, приняли участие представители ряда ведущих региональных держав, в том числе и Ирана. США, как выяснилось, основные претензии по все более углубляющемуся иракскому кризису относят именно к Тегерану. Но конференция подтвердила и другое: Вашингтону не удалось создать широкого антииранского альянса.
После вторжения США в Ирак политический ландшафт в регионе изменился коренным образом. Приход к власти в Багдаде представителей шиитской общины и курдского меньшинства на фоне планов американской администрации раздела Ирака по религиозному признаку обозначил новый конфликт на Ближнем Востоке, куда вовлечены Сирия, Иордания, Турция, Иран, Саудовская Аравия. Война Израиля против Ливана еще больше усилила напряженность в регионе.
ПРОТИВОРЕЧИЯ МЕЖДУ ИРАНОМ И САУДОВСКОЙ АРАВИЕЙ
Серьезные противоречия наблюдаются и между двумя давними региональными соперниками - Саудовской Аравией и Ираном. Исламская Республика Иран (ИРИ) и без ядерного оружия может стать доминирующей державой. Активная политика Тегерана на Ближнем Востоке вызывает обеспокоенность арабских стран с большинством суннитского населения. Это прежде всего касается Саудовской Аравии, которая рассматривает себя в качестве одного из главных игроков в регионе и считает политику Ирана угрозой своему влиянию и стабильности на Ближнем Востоке.
Взаимоотношения ИРИ и Саудовской Аравии во многом определяются развитием внутриполитических событий в двух странах и их политическим устройством. Возникшая в Иране после революции 1979 г. политическая система обозначила поворотный момент в отношениях двух стран.
Стремление лидера иранской революции аятоллы Хомейни распространить свою модель на арабские государства Ближнего Востока надолго сформировало в правящей саудовской элите враждебный образ ИРИ. Особую опасность Саудовская Аравия видит в возможности Тегерана оказать влияние на шиитские движения в других арабских странах. Эр-Рияд настороженно относится к ядерной программе Ирана. В большинстве монархий Персидского залива поддерживают планы замораживания иранской ядерной программы, будь-то в рамках международных усилий или односторонних действий США. В то же время правящая элита королевства саудитов понимает, что американские силовые акции против ИРИ вряд ли будут отвечать интересам арабских государств, особенно с точки зрения сохранения безопасности в зоне Персидского залива.
Для того чтобы добиться взаимного доверия и развития дружеских политических и экономических отношений, Ирану и Саудовской Аравии нужно пойти на определенные изменения своей внешней и внутренней политики. Поэтому особенно важно, чтобы Иран, Саудовская Аравия и другие арабские страны объединили свои усилия посредством компромиссов и постарались разрешить спорные проблемы, чтобы совместно отстаивать региональные интересы.
Эр-Рияд, используя свое влияние, мог бы помочь Тегерану установить более тесные контакты с межарабскими и субрегиональными организациями типа Лиги арабских государств и Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), чего уже длительное время добивается ИРИ. Тегеран заинтересован в развитии экономических и торговых связей с королевством и другими арабскими странами. Приток дополнительных капиталов в иранскую экономику способствовал бы ее развитию и ослабил бы нефтяную зависимость.
НОВАЯ СТРАТЕГИЯ АМЕРИКИ
И главное: используя свои отношения с Вашингтоном, Саудовская Аравия могла бы стать посредником в урегулировании американо-иранского конфликта. Но Соединенные Штаты всячески мешают установлению подобного сотрудничества, ловко используя внутриарабские противоречия, стравливая арабские кланы в Палестине, организовывая разного рода "пропагандистские акции" - типа казни Саддама Хусейна - для стравливания суннитов и шиитов. Теперь предпринята попытка создать новый антииранский альянс, который начал оформляться во время визита Кондолизы Райс на Ближний Восток. Встретившись с королем Иордании Абдаллой II, госсекретарь США сразу коснулась иранской ядерной программы и отношения к ней Иордании. Амман явно не радуется усилению Тегерана. Поэтому, как полагают эксперты, опасения Абдаллы II по поводу ядерной программы ИРИ и вылились в согласие на поддержку американской инициативы по созданию нового ближневосточного альянса. Чтобы как-то подключить главу Палестинской национальной автономии (ПНА) Махмуда Аббаса к этому процессу, Кондолиза Райс предложила Абдалле II посодействовать в решении затянувшегося палестино-израильского конфликта. После чего он дал согласие принять участие в трехстороннем саммите - Иордания, Израиль и ПНА. Целью саммита должно стать признание палестинским правительством Израиля, так как в противном случае оно само не будет признано ни Израилем, ни США. Такого же согласия госсекретарь Соединенных Штатов добилась от премьер-министра Израиля Эхуда Ольмерта, с которым встретилась после поездки в Амман.
Затем Кондолиза Райс посетила Египет и Саудовскую Аравию. В ходе встреч с Хосни Мубараком и королем Абдаллой бен Абдель Азизом она сделала упор на небольшой прорыв, наметившийся в урегулировании палестино-израильских противоречий. Каир и Эр-Рияд заинтересованы в создании независимого палестинского государства. Поэтому американская гостья и преподносила будущий ближневосточный саммит, о котором она договорилась в Иордании и Израиле, как возможный прорыв в реализации плана "Дорожная карта".
16 января Кондолиза Райс отправилась в Кувейт, где "поработала" с министрами иностранных дел арабских государств Персидского залива (Саудовской Аравии, Кувейта, Омана, Объединенных Арабских Эмиратов, Бахрейна и Катара), а также Иордании и Египта. Встреча группы "6+2" с главой внешнеполитического ведомства США была посвящена проблеме Ирака и усилению роли Ирана в регионе. Опасения арабских стран сложившейся ситуацией, и в первую очередь развитием ядерной программы ИРИ, были использованы для создания в будущем возможного альянса между Соединенными Штатами и странами группы "6+2". К этому альянсу может присоединиться и ПНА, поскольку Махмуд Аббас явно не желает доминирования Ирана в регионе (любое усиление Тегерана означает и усиление политических противников главы ПНА из движения ХАМАС). Нельзя исключать, что к этому альянсу может присоединиться и Израиль, если не формально, то уж фактически. Позиции по Ирану у Израиля и арабских стран схожи - их опять же пугает усиление Тегерана. То есть, играя на региональных противоречиях, Кондолиза Райс пыталась (и отчасти сумела) сплотить против Ирана вокруг Америки некоторые арабские государства.
ПРОВЕДЕНИЕ ПОСРЕДНИЧЕСКОЙ МИССИИ
Будем откровенны: попытка создания Америкой нового антииранского альянса с целью окончательно расколоть арабский мир и подчинить его американским интересам является угрозой миру и интересам России. Неслучайно у Москвы появилась новая дипломатическая задача - нейтрализация противоречий в позициях арабских государств, так как только эти страны в настоящее время являются силой, способной активно противостоять Соединенным Штатам, имея для этого необходимые политические и финансовые ресурсы. Добиться единства арабских государств можно, так как общих интересов у них больше, чем противоречий.
На мой взгляд, именно эти цели были заявлены Владимиром Путиным в его мюнхенском выступлении и отчасти достигнуты в ходе последовавшего затем турне на Ближний Восток, в частности при посещении Саудовской Аравии. Выступление российского президента в Мюнхене, в котором была изложена принципиальная позиция Кремля по многим политическим и экономическим проблемам, во многом отвечает коренным интересам арабского мира. Что, кстати, потом не раз подчеркивалось в Эр-Рияде. Поэтому арабскую составляющую речи Владимира Путина надо поставить в ряд с главными целями выступления на Мюнхенской конференции, так как на Ближний Восток это выступление произвело сильное воздействие.
По этой причине Владимир Путин, как представляется, и выполнил роль посредника между саудовским руководством и ИРИ, чтобы сблизить позиции Эр-Рияда и Тегерана. Понятно, что содержание личных бесед главы Российского государства с королем Абдаллой бен Абдель Азизом никогда не будет обнародовано. О том, что эта тема затрагивалась в ходе переговоров, можно судить по внешним факторам, обсуждавшимся в СМИ.
Владимир Путин, как представляется, не сомневался в успехе своей исторической миссии объединения арабского мира против США. Этому, на мой взгляд, способствовала вся предшествующая дипломатическая и политическая деятельность российской дипломатии. Скажем, во время визита Владимира Путина в Израиль, где у него была встреча с руководством ПНА в лице ее председателя Махмуда Аббаса (руководителя движения ФАТХ, напомним), президент РФ заверил Эхуда Ольмерта, что не станет встречаться с руководством ХАМАС, сформировавшим тогда палестинское правительство.
США, страны Евросоюза, Израиль внесли ХАМАС в список террористических организаций. Но Владимир Путин ответил, что ХАМАС пришел к власти демократическим путем. Эта позиция дала РФ возможность установить отношения с обеими ветвями власти в ПНА для создания своего рода стратегического плацдарма для дальнейших действий - встретиться с представителями ФАТХ в Израиле и пригласить лидеров ХАМАС в Москву.
Но вернемся к визиту в Эр-Рияд. Отметим еще раз: в планы Саудовской Аравии не входит усиление Ирана. Но каковы бы ни были отношения ИРА и Саудовской Аравии, Эр-Рияд не поддерживает американские планы ударов по Ирану. И это тоже играет большую роль в политике Саудовской Аравии, чем воспользовалась российская дипломатия. Позиция Москвы по поддержке арабских стран в ООН, поддержка Палестинской автономии (как считается среди ближневосточной элиты, самого обиженного и несправедливо обойденного, жестоко подавляемого арабского клана), а потом и выступление президента РФ в Мюнхене создали в глазах арабского мира соответствующий положительный образ России. Арабский мир на деле убедился в лояльном отношении Москвы к его проблемам, невзирая на то, что это понимание было проявлено к странам, находящимся в непростых отношениях, например к Ирану и Саудовской Аравии. Возможно, что именно ровное отношение ко всем без исключения арабским странам и позволило РФ войти в доверие к ним. Это создало исключительно благоприятные условия для выполнения посреднической миссии Владимира Путина, в результативности которой мы еще убедимся. Но есть уже и первые плоды этой политики.
ПЕРВЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ
Уже 3 марта президент ИРИ Махмуд Ахмади-Нежад прибыл с официальным визитом в Эр-Рияд, где состоялись его переговоры с королем Абдаллой. Сообщая о результатах саудовско-иранских переговоров, официальное заявление Министерства иностранных дел Саудовской Аравии подчеркивало прежде всего их "успешное проведение", определяемое тем, что "обе страны связывают узы единой веры". При этом были отмечены слова Махмуда Ахмади-Нежада, "высоко оценившего роль саудовского руководства и принимаемые им мудрые решения в отношении вопросов, связанных с исламской нацией". Одновременно документ указывал на то, что, по заявлению обеих сторон, "самой большой опасностью, угрожающей сегодня исламской нации, являются попытки разжечь вражду между мусульманами - суннитами и шиитами". А это требует "предпринять усилия по срыву этих попыток и объединению рядов мусульман". Так что попытка создать антииранский альянс ряда арабских стран с американо-израильским союзом провалилась. А именно такой альянс пыталась оформить Кондолиза Райс во время визита на Ближний Восток.
