КАК НЕ ПОПАСТЬ ПОД ПРЕСС ГЛОБАЛИЗАЦИИ

ВОЕННО-ПРОМЫШЛЕННЫЙ КУРЬЕР № 22/2007

КАК НЕ ПОПАСТЬ ПОД ПРЕСС ГЛОБАЛИЗАЦИИ

Владимир ЛУТОВИНОВ

доктор философских наук, профессор, академик Академии военных наук, полковник

ВОЕННАЯ ДОКТРИНА И НАЦИОНАЛЬНЫЕ ПРИОРИТЕТЫ РОССИИ

В новом варианте Военной доктрины (ВД), которая является научно-концептуальным стержнем военной политики государства, ее соответствующие основы, думается, должны получить более четкое и системное изложение. Ведь военная политика - составная часть общей политики государства, непосредственно связанная с созданием военной организации, подготовкой и применением военных средств. Но в чем же конкретно требуется большая четкость и системность?

Вооруженные Силы РФ должны быть готовы ответить на любую военную угрозу стране.

Фото Леонида ЯКУТИНА

В ВД непременно, на мой взгляд, должны найти отражение процесс глобализации и его воздействие на Россию. Особенно в контексте развала СССР и последовавших за ним негативных изменений, предопределивших значительное ухудшение геополитического, военно-политического и геостратегического положения страны. В этот период произошло ощутимое возрастание военных и иных угроз национальной безопасности России, а с другой стороны - резкое уменьшение возможностей по ее обеспечению, в том числе вследствие существенного снижения дееспособности Вооруженных Сил как главного инструмента военной политики государства.

ВД должна придать особую значимость военной безопасности как компоненту системы национальной безопасности, которая состоит в том, что без ее надежного обеспечения Россия может потерять свой суверенитет. И в этих условиях вся деятельность других элементов данной системы может оказаться бесполезной. Таким образом, военная безопасность является важнейшей составляющей, основой национальной безопасности, а последняя - необходимым звеном международной (глобальной), региональной и коллективной безопасности.

Совершенно иначе, более целенаправленно, системно и конкретно, должны быть изложены угрозы национальной и военной безопасности РФ: по всем основным стратегическим направлениям и с учетом временного фактора (в ближайшей, среднесрочной и долгосрочной перспективе, т.е. прогноз). Кроме того, безусловно, необходимо определить приоритетность угроз военного характера, которые, как представляется, исходят прежде всего от военной политики Соединенных Штатов. В частности, реализуемой ими Стратегии национальной безопасности, представляющей главную опасность безопасности мира и России. Соответствующая аргументация данного тезиса на основе анализа конкретных действий США, особенно на рубеже ХХ-ХХI веков и в начале ХХI века, должна найти полное отражение и получить должную оценку. Ибо военная безопасность РФ, других ведущих стран мира в огромной степени зависит именно от военной политики Соединенных Штатов, определяется их курсом на утверждение мирового господства, в том числе путем достижения абсолютного военного превосходства и всемерного использования военной силы в нарушение принципов и норм международного права.

В новом варианте ВД необходимо дать реальную оценку феномену международного терроризма и определить его место в системе угроз национальной и военной безопасности. При этом важно наконец преодолеть чрезмерное раздувание терроризма, бесчисленные спекуляции в связи с его проявлениями и их всевозможными оценками вследствие отсутствия международно-правового определения данного явления. Совершенно очевидно, что с 2001 г. США и их союзники не только превратили международный терроризм в ширму для достижения своих истинных гегемонистских интересов и целей в мире, но и своими реальными действиями способствуют развитию и распространению этого явления: провоцируя террористические акции (особенно в исламском мире) и порождая их всей своей агрессивной и авантюристической политикой на Ближнем и Среднем Востоке, прежде всего в Ираке. Находиться в фарватере такой политики (даже под видом участия в так называемой "антитеррористической коалиции") совершенно недопустимо. И военно-политическому руководству России необходимо определиться в отношении терроризма через призму своих национальных интересов, тех реальных угроз, которые он действительно представляет для национальной и военной безопасности страны. В соответствии с этим следует определить роль, место и конкретные функции Вооруженных Сил РФ в противодействии данной угрозе как одной из многих других, но ни в коем случае не приоритетной, выделяемой и отрываемой от всех остальных не только многими СМИ, но и различными аналитиками и политиками.

Преодолению абстрактного характера ВД во многом способствовала бы привязка Вооруженных Сил к национальным интересам Российской Федерации в качестве одного из важнейших инструментов их обеспечения. В современном мире в условиях возрастания роли и значения военно-политической экспансии, прежде всего со стороны США, а также ряда других (и не только ведущих) государств, необходимо гораздо более прагматично и целенаправленно использовать фактор военной силы для обеспечения своих национальных интересов. Россия, чья внешняя политика характеризуется в этом отношении пассивностью, выжидательностью, невразумительностью и даже бессилием, отсутствием собственной стратегии, имеет все возможности изменить положение дел к лучшему, гораздо более активно апеллируя к своей военной мощи. Со времени развала СССР этот фактор является, по существу, исключенным из внешней политики РФ, следствием чего стало возрастание проявлений недружественных, а то и провокационных действий в отношении нашего государства даже со стороны ближайших соседей - бывших советских республик. Практика показывает: внешняя политика, лишенная осознанных национальных приоритетов и военной поддержки, не может быть не только сильной, но и сколько-нибудь эффективной.

В новом варианте ВД следует преодолеть так называемый "оборонительный характер". На протяжении всех последних лет такой "характер", безусловно, отрицательно сказывается на внешней и военной политике (уступчивость, нерешительность, безынициативность), на внутренней (принижение, явная недооценка роли и значения Вооруженных Сил как инструмента обеспечения национальных интересов, падение их статуса и престижа, ослабление военной организации в целом). Одновременно "оборонительный характер" нашей ВД создает иллюзию безответности, безнаказанности действий ряда государств в отношении России, провоцирует их на противопоставление ее национальным интересам (Грузия, Польша, прибалтийские республики и др.). Кроме того, упор на "оборонительный характер" нарушает диалектику соотношения двух основных видов военных действий: наступления и обороны, отдавая безусловный приоритет последнему. В этой связи вызывает недоумение упорство ряда военных ученых и исследователей, в том числе достаточно известных, продолжающих придерживаться этой ущербной терминологии при рассмотрении различных проблем военной теории и практики ("оборонная безопасность", "оборонное сознание" и т.д.).

Более четко и конкретно, основываясь на анализе событий последнего десятилетия, следует определить характер и особенности современных военных конфликтов. Это связано не только с необходимостью преодоления дидактичности их описания в действующей ВД, но и с рассмотрением их применительно к РФ. То есть речь должна идти о военных конфликтах с возможным участием в них России, а также сил и средств вероятного противника, причем на каждом из основных стратегических направлений и ТВД.

Готовность к отражению возможной агрессии извне - главное предназначение и основная функция ВС. Поэтому именно в данном вопросе должно быть как можно больше определенности и конкретности, максимально более точного анализа и прогнозирования. Ибо от этого, в свою очередь, зависит направление развития Вооруженных Сил, их основные параметры и реальные возможности. При этом важно учитывать следующие главные моменты, касающиеся военных конфликтов с возможным участием России. Во-первых, приоритетное значение имеет подготовка к внешним (международным) военным конфликтам с участием нескольких государств (их коалиции) на стороне вероятного противника. Во-вторых, необходима готовность к военным конфликтам самых различных типов, диапазон многообразия которых постоянно возрастает. В-третьих, требуется готовность к участию одновременно в двух и более конфликтах, отличающихся между собой по целому ряду социально-политических, этноконфессиональных, собственно военных и иных признаков.

Более полно следует отразить цели, задачи и приоритеты военно-политического сотрудничества России с дружественными государствами, прежде всего с Белоруссией (Военная доктрина Союзного государства РБ-РФ), с государствами ОДКБ, а также большинством стран СНГ, ШОС и другими коалициями на евразийском пространстве и вокруг него. Необходимо показать сущность миротворческой деятельности, определить ее цель и задачи, условия участия в ней ВС с учетом национальных интересов России.

Один из ключевых компонентов ВД - военное строительство. Особое место при определении его основ имеет правильное, соответствующее современным реалиям и важнейшим тенденциям развития понимание нерешенных проблем и приоритетов в этой области. Каких? Следует преодолеть уже утвердившиеся ограничения в развитии и планировании ВС, определяемые принципом "оборонной достаточности" - фактического обоснования их систематического недофинансирования. Данный принцип должен быть заменен другим - обеспечением готовности ВС к отражению любых военных угроз, от кого бы они ни исходили. Введению и реализации этого принципа способствует и благоприятная ситуация в финансово-экономической сфере российского общества.

Доктрина должна закрепить безусловную необходимость соблюдения паритета в СЯС, которые являются основой стратегического сдерживания. Их форсированное сокращение, осуществляемое в последние годы и в настоящее время, уже привело к значительному дисбалансу с США в этой сфере и, соответственно, к возрастанию угрозы военной безопасности России. Не менее важным требованием ВД является преодоление возрастающего отставания целого ряда видов российских ВВТ от средств вооруженной борьбы и технологий США и ведущих стран мира.

Значительную конкретизацию должны получить вопросы стратегии применения Вооруженных Сил в изменившихся условиях. Известно, что в настоящее время завершено формирование регионального командования "Восток". На очереди "Юг" и "Север". Между тем, как известно, самый мощный военно-политический блок находится на западном стратегическом направлении. Руководство восточноевропейских государств, входящих или рвущихся в НАТО, исходит из преимущественной защиты своей безопасности от угрозы с востока. Новая доктрина должна преодолеть это очевидное несоответствие, определить и обосновать приоритеты военной стратегии России.

Более глубокого осмысления требует контрактный принцип комплектования армии и флота, который чрезмерно абсолютизируется. Форсированная реализация этого принципа на практике уже породила немало проблем. Другая группа проблем появилась в результате резкого возрастания процента контрактников (к 2008 г. их должно быть около 70%) и соответственного уменьшения количества военнослужащих, направляемых в войска по призыву. Насколько оправданным и приемлемым является новый принцип, отбрасывающий глубокие традиции русской и российской армии, особенно с точки зрения духовно-нравственного служения контрактника своему Отечеству? К чему приведет дальнейшее сокращение мобилизационных ресурсов Вооруженных Сил? Без анализа этих и других очень непростых вопросов новую систему комплектования нельзя считать утвердившейся и окончательно установленной, тем более в вышеназванных пропорциях. Новая ВД должна дать решение этой проблемы.

Значительно большее отражение в доктрине должны найти невоенные меры обеспечения военной безопасности. Особого внимания заслуживает проблема комплексного использования как военных, так и невоенных мер. А также гораздо более активное и широкое применение последних с учетом целенаправленной реализации огромных возможностей современных технологий, прежде всего информационных, деятельности целого ряда социальных и политических институтов. Их системное применение может дать колоссальный эффект. Достаточно вспомнить развал мировой системы социализма и СССР в результате применения США и их западными союзниками стратегии непрямых действий в годы холодной войны.

В действующей доктрине крайне незначительное внимание уделено человеческому фактору, который, как известно, играет решающую роль в войне. Положение людей в погонах со времени разрушения советских Вооруженных Сил резко ухудшилось. Военнослужащие как особая категория граждан должны иметь гораздо более высокий статус в российском обществе, получать несравненно большую государственную поддержку за свой самоотверженный труд служения Родине.

Разработка сложнейших вопросов, связанных с определением основ, направлений и приоритетов военного строительства, особенно на долговременную перспективу, предполагает всемерное развитие и укрепление потенциала военной науки. К сожалению, со времени развала советских ВС этот потенциал заметно снизился. Положение дел в военно-научной сфере продолжает ухудшаться и в настоящее время. Основных причин здесь несколько: в частности, несовместимость деятельности в этой сфере с законами и механизмами рыночных отношений; бездарная, если не сказать больше, кадровая политика, особенно по подбору и назначению руководящего состава (ее негативными последствиями является, в частности, резкое снижение эффективности военно-научной деятельности таких важнейших научных учреждений, как Военная академия ГШ, ЦВСИ Генерального штаба, Институт военной истории, а также ряда НИИ Министерства обороны). Известное изречение о том, что без науки современную армию построить нельзя, высказанное еще в годы Гражданской войны, имеет сегодня особый смысл и огромную актуальность. Положения, определяющие неизмеримое возрастание роли и значения военной науки, основные задачи и направления ее деятельности по обеспечению военной безопасности, также должны стать весомыми элементами содержания новой ВД.