МЫ НЕ ВПРАВЕ ИСКАЖАТЬ ПРАВДУ О ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ

№28 (244)   16 - 22 июля 2008 года

МЫ НЕ ВПРАВЕ ИСКАЖАТЬ ПРАВДУ О ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ

Владимир ЛУТОВИНОВ

профессор кафедры национальной безопасности РАГС при президенте Российской Федерации, доктор философских наук

ЭТО ВО МНОГОМ ЗАВИСИТ ОТ ПОЗИЦИИ ВОЕННЫХ ИСТОРИКОВ

Бывают события, даже весьма значительные для своего времени, которые по прошествии десятилетий стираются из памяти людей и становятся достоянием архивных хранилищ. Но есть события, значение которых не тускнеет от неумолимого бега времени. Более того, каждое прошедшее десятилетие с возрастающей силой подчеркивает их величие, их определяющую роль в мировой истории. Именно к таким событиям относится победа советского народа в Великой Отечественной войне, 63-летие которой отмечалось в этом году. Историческая память не нейтральна и не пассивна. Она учит и призывает, убеждает и предостерегает, дает силы для новых свершений. Долг памяти связан еще и с тем, что на Западе и, к сожалению, среди россиян есть немало людей, которые пытаются принизить и извратить значение Великой Победы.

Конечно, сейчас совсем другое время. И большинство людей волнуют совсем другие события и проблемы. В новых условиях, когда колоссальное воздействие на общественное сознание оказывают СМИ, Интернет и другие инструменты глобализма, когда сильное развитие в России получил космополитизм, теснящий патриотизм, уже не для всех имеет значение, кто примеряет сегодня на себя лавры Великой Победы, приписывает себе главную роль в освобождении Европы. На эту высокую миссию претендуют определенные политические силы и в США, и в Великобритании, и во Франции, ставя под сомнение непреложный факт, что решающую роль в разгроме фашизма все же сыграла Красная Армия.

Крайне важно отметить, что цели, которых добиваются фальсификаторы, вполне очевидны и более чем масштабны - это ревизия итогов Второй мировой войны и лишение России статуса великой державы. В достижении этих целей крайне заинтересован Запад, стремящийся навсегда оставить в прошлом силу и мощь нашей страны, беспримерный подвиг народа, одержавшего величайшую Победу.

Позиция Запада, при всей ее нелицеприятности, вполне естественна. Таковы не только современные реалии, но и уроки истории, которые свидетельствуют о несовпадении интересов России и Европы и постоянном стремлении целого ряда государств достигать их в ущерб и за счет нашей страны, в том числе путем военного насилия.

Что происходит сейчас, много десятилетий спустя после величайшего события XX века? Что видим мы, наследники Великой Победы, что делаем, чтобы быть достойными ее в сегодняшних наших реалиях?

В связи с этим нельзя не обратить внимание на статью "Великая Отечественная война Советского Союза 1941-1945" в выпущенном "Воениздатом" в прошлом году "Военно-энциклопедическом словаре", подготовленную авторским и редакционным коллективом Института военной истории Министерства обороны России (ИВИ). Прочитав ее, нынешний читатель не сможет понять, почему Великая Отечественная война 1941-1945 гг. была действительно великой, освободительной, справедливой, победоносной. Не говоря уже о том, чем она отличается от всех остальных войн, которые вела не только Русь, Россия, но и какая-либо другая страна или народ в истории человечества. Ибо ничего подобного в человеческой истории действительно не было. Поэтому коренное отличие Великой Отечественной войны от всех других войн должно быть предметом глубокого научного анализа. Но этого, к огромному сожалению, в этой статье нет. Поэтому на том, чего ей явно не хватает, чтобы действительно соответствовать своему названию - "Великая Отечественная война Советского Союза 1941-1945", имеет смысл остановиться подробнее.

На взгляд многих военных историков, следовало бы прежде всего дать общую характеристику Великой Отечественной войны по социально-политическому, военно-стратегическому, международно-правовому и другим основаниям. Нельзя было оставить без внимания и хотя бы главные характеристики Великой Отечественной войны, отличающие ее от всех предыдущих и последующих войн и вооруженных конфликтов: по масштабу, по количеству и качеству применявшихся сил и средств, по напряженности и продолжительности военных действий, по числу участвующих в них государств, по последствиям (жертвы, разрушения и т.д.)... Эти параметры объективно свидетельствуют о том, что Великая Отечественная война явилась беспрецедентным в истории человечества столкновением воюющих сторон и не имеет в этом отношении аналогов. Поэтому при подготовке любых материалов о Великой Отечественной войне, тем более энциклопедического характера, необходимо исходить именно из этого. Что, безусловно, предполагает повышенные требования и к содержанию, и к характеру излагаемого материала. Рассматриваемая статья этим требованиям, к сожалению, не соответствует.

Цели Великой Отечественной войны - политические, идеологические, социальные, исторические и даже военные не только не раскрыты, но даже не названы. А без этого не понять, как и почему было обеспечено единство фронта и тыла. Как и почему Красная Армия в неблагоприятных условиях начала войны устояла, сумела остановить врага, добилась коренного перелома, а затем разгромила агрессора. Невозможно понять, почему в борьбе против фашизма Советский Союз не оказался в одиночестве, почему стало возможным образование антигитлеровской коалиции. Не сказать о политических и иных целях Великой Отечественной войны - это все равно, что представить Знамя Победы без серпа и молота, что еще недавно пытались сделать некоторые депутаты Государственной Думы.

В статье нет анализа и оценки хода войны по трем качественно различным периодам, логически и органически взаимосвязанным между собой, как принято в нашей историографии. Вместо этого читателю предлагается схематическое описание хода военных действий по кампаниям. Причем описание бесцветное, оторванное от социально-политического и духовного содержания войны. Практически ничего не говорится о самом сложном и драматическом начальном периоде. В искаженном виде трактуется коренной перелом, совершенный Красной Армией. Победа над фашистскими войсками под Сталинградом как будто никакого отношения к нему не имеет, зато утверждается, что Курская битва и битва за Днепр ознаменовали собой коренной перелом в войне. Подобное толкование коренного перелома противоречит положениям, сформировавшимся в послевоенной исторической науке, не говоря уже об истинном ходе событий в 1942-1943 гг.

В статье говорится об освобождении десяти европейских государств, о военных действиях на территории зарубежных государств. Все так. Но совершенно не упоминается об освободительной миссии Советского Союза, который внес решающий вклад в разгром сил вермахта и в уничтожение фашизма уже за пределами своей страны. Очевидно потому, что авторы и редакторы статьи полагают, что освободительная миссия - это ":название боевой деятельности ВС СССР в годы Второй мировой войны, связанной с оказанием военной помощи народам зарубежных стран в их освободительной борьбе против иностранных оккупантов".

Но боевая деятельность - это лишь один аспект освободительной миссии. И его нельзя отрывать от других сторон - политической, моральной, дипломатической, правовой, материальной и т.д. А на этих аспектах как раз и спекулируют разного рода фальсификаторы истории.

Игнорирование авторами и редакторами статьи целей Великой Отечественной войны негативно отразилось и на характеристике вклада советского народа, политического и военного руководства, общественных организаций, морально-политического фактора в борьбу с фашизмом и победу над ним. Ничего не говорится о партизанском движении, о роли литературы и искусства, молодежных организаций и т.д. Вообще об источниках и факторах победы Советского Союза над фашистской Германией сказано очень скупо. Между тем именно они и определили ход и особенно исход всей войны.

Естественно, в первую очередь речь идет о духовном превосходстве над фашистскими захватчиками и их сателлитами. Силу духа и воли воина-защитника, всего народа не могли недооценивать ни Александр Невский, ни Дмитрий Донской, ни Петр Первый, ни Александр Суворов, ни полководцы Великой Отечественной. Какая может быть тактика, а тем более стратегия, если нет людей, способных выполнить все цели и задачи на поле боя, в ходе решающих сражений? Это прекрасно понимал и Наполеон, об этом писал Клаузевиц, известные русские военные мыслители начала ХХ века. Но почему это невдомек современным военным историкам? Ведь это же истина, проверенная веками, в ходе многих войн, оплаченная множеством жизней, отданных во имя Отечества.

Ничего не сказано в статье и об итогах войны, о всемирно-историческом значении Победы. Важнейшим ее итогом стали разгром фашизма и милитаризма, восстановление суверенитета государств, захваченных агрессором. Была не только сокрушена военная мощь стран фашистского блока, но и ликвидирована их государственная машина нацизма и милитаризма. Ялтинско-Потсдамские соглашения фактически признали военную мощь СССР, его международное значение как великой мировой державы и преемственность Советского Союза по отношению к границам и геополитическим интересам прежней России.

Одним из важнейших результатов войны явилось кардинальное изменение послевоенного устройства мира, особенно Европы. Огромное влияние в мире приобрел Советский Союз, на всех континентах развернулась борьба против империалистического и колониального господства. Благодаря этому многие народы и государства, в том числе крупнейшие на планете - Китай и Индия, добились независимости. Невзирая на огромные разрушения и невосполнимые утраты, советский народ совершил еще один подвиг - в кратчайшие сроки восстановил народное хозяйство и вернулся к нормальной мирной жизни.

Нельзя было не отметить и того, что США и Великобритания почти сразу же после окончания войны из вчерашних союзников превратились в потенциальных противников. Именно они инициировали холодную войну (известная речь г-на Черчилля в Фултоне в том же 1945 г.), встали на путь атомного шантажа СССР, а после срыва планов его уничтожения в ядерной войне развернули беспрецедентную гонку вооружений, которая, кстати, приобрела "второе дыхание" с началом пересмотра итогов Великой Победы вследствие развала советской супердержавы. Тем не менее созданная по итогам Второй мировой войны система послевоенного устройства, наряду с другими мерами политического и военно-стратегического характера, способствовала предотвращению крупномасштабных войн в течение полувека.

Проигнорировали авторы статьи и уроки Великой Отечественной. Между тем, несмотря на то что со времени окончания войны минуло уже более 63 лет, уроки истории по-прежнему дают очень многое для понимания того, как избежать трагических просчетов, ведущих к военным и политическим катастрофам. Цена Победы была исключительно велика. В связи с этим некоторые историки, политологи в 90-х годах высказывали кощунственное мнение о том, что лучше бы СССР потерпел поражение в той войне. Дескать, в этом случае нам сегодня жилось бы лучше, хотя и похуже, чем немцам.

Такие убогие, циничные и изменнические расчеты, присущие определенной части современного российского общества, не могли и в голову прийти тем, кто мужественно и стойко в течение многих лет, в том числе послевоенных, преодолевал тяжелейшие испытания, утраты, тяготы и лишения. Все ради Победы - таково было героическое сознание того поколения.

Как известно, в годы Великой Отечественной войны высшее советское руководство сохранило преданность Родине, ведя беспощадную борьбу против капитулянтства. Совсем иначе выглядела советская руководящая элита в последнем десятилетии холодной войны. Самые различные ее представители, определявшие развитие идеологии, политики, науки, культуры и даже национальной безопасности, все больше игнорировали высшие интересы страны, сдавая одну позицию за другой. Со временем в этот процесс оказалась вовлеченной значительная часть активного и дееспособного населения страны, особенно интеллигенции. В результате сложилась настолько мощная "пятая колонна" Запада, что, по мнению целого ряда политических деятелей, политологов и различных исследователей, в том числе зарубежных, иностранная интервенция и оккупация оказались излишними.

Это привело к кардинальному изменению геополитического и геостратегического положения России и, соответственно, к резкому снижению уровня ее национальной и военной безопасности. В настоящее время это положение, особенно если оценивать его в глобальном масштабе, характеризуется как крайне сложное и, безусловно, худшее по сравнению с тем, в котором находился СССР накануне вторжения гитлеровских полчищ 22 июня 1941 года.

С одной стороны, это результат целенаправленной и тотальной экспансии стран Запада во главе с США на Восток, непрекращающееся расширение НАТО. С другой - следствие забвения уроков истории, причем не только Великой Отечественной войны. Ведь еще Александр Невский во времена нашествия Батыя отразил агрессию шведско-немецких рыцарей. С тех древних времен захватнические войны со стороны Запада сопровождали всю нашу отечественную историю. То, что происходит сейчас на западном стратегическом направлении Российской Федерации, - очередное подтверждение этой закономерности уже в начале XXI века. Изменились лишь формы и методы экспансии, они стали более "демократичными", "цивилизованными", то есть гораздо более изощренными, завуалированными, избегающими прямого и открытого применения военной силы. Но суть их осталась прежней. Не изменились и цели извечных противников России - максимально ослабить ее, сделать зависимой, полностью управляемой.

События и факты, в том числе самого последнего времени, не оставляют сомнений в том, что эти цели активнейшим образом реализуются. В связи с этим некоторые аналитики неспроста проводят определенные параллели между событиями, предшествовавшими началу Второй мировой войны, и современной военно-политической обстановкой вокруг России. Сценарий, по которому в целом развиваются эти события, безусловно, отличается от того, что происходило и происходит со времени развала СССР, но его направленность в рамках общей антироссийской стратегии осталась прежней. А это значит, что уроки Великой Отечественной войны не только нельзя забывать, но и, более того, они должны максимально и непременно учитываться в отношениях с ведущими странами Запада, реализовываться в виде соответствующей стратегии, обеспечивающей национальные интересы и надежную безопасность современной России.

Что же касается профессионального отношения к этой проблеме военных историков, то они должны способствовать формированию у военно-политического руководства научно-обоснованного понимания сущности войны. Особенно в том случае, если они берутся за решение такого рода проблем. В том же издании "Военного энциклопедического словаря" опубликована статья "Война". Но статьей она может быть названа лишь очень условно, поскольку включает лишь двенадцать строк, отведенных для общей формулировки понятия "война". Столь мизерный объем, который ранее всегда измерялся гораздо большим масштабом, просто поражает.

Может быть, авторы полагают, что война - это анахронизм, безвозвратное прошлое и потому уже утратила всякую актуальность? Но современные реалии свидетельствуют об обратном: количество военных конфликтов за последнее десятилетие возросло и ничто не говорит о том, что эта тенденция изменится к лучшему. Скорее, наоборот. Причем по многим прогнозам достаточно высокой является вероятность вовлечения в военный конфликт самой России, равно как и ее союзников.

Можно предположить, что пренебрежение к современному осмыслению войны происходит по причине приверженности авторов и редакторов статьи к новой терминологии, в которой центральной категорией является "военный конфликт", соотносимый с "вооруженным конфликтом". Но этой терминологии, заимствованной у американцев в начале 90-х годов, придерживаются далеко не все ученые и исследователи, занимающиеся проблемами военной науки. Да и в самих США от нее все более отходят, о чем свидетельствует, например, анализ последних вариантов Стратегии национальной безопасности этой страны. В них вовсю используется термин "война". Кроме того, этот термин очень прочно закрепился не только в военной, исторической, но и во всех гуманитарных науках, в литературе, общественном сознании, языке и ментальности наших соотечественников. С этим не могут не считаться и сами авторы и редакторы статьи "Великая Отечественная война Советского Союза 1941-1945", которые при всем желании не могут не использовать в ее названии понятия "война".

Так в чем же дело? Может быть, в ИВИ не осталось военных ученых соответствующего уровня, способных в должном объеме раскрыть "войну" как важнейшую категорию всей военной науки? Но они есть, имеются и специалисты в этой области, не являющиеся сотрудниками ИВИ, которые легко могли бы быть привлечены к полноценному решению этой задачи. Почему же такая возможность им не была предоставлена?

В итоге военная организация общества лишается возможности иметь достаточное представление о войне вообще, о современной войне, о характере и особенностях военных действий, к которым необходимо быть готовыми.

Какой должна быть боевая подготовка? Каким требованиям должны соответствовать военнослужащие, новые образцы вооружения и военной техники, в каком количестве они должны производиться? Каковы особенности и изменения в оперативном управлении, в военной стратегии? Вспомним, что именно эти вопросы вызывали большие проблемы у советского военно-политического руководства и накануне, и в начальный период Великой Отечественной войны. И такого рода вопросов очень много, они очень непросты, и решать их необходимо постоянно и с полной отдачей сил.

Таким образом, от состояния и уровня развития военной теории зависит очень многое. Но, чтобы она действительно определяла военную практику и развивала ее, надо этой теорией заниматься "настоящим образом", а не так, как это делается в ИВИ. С большим возмущением и негодованием говорил о резком снижении уровня научной работы, о "ревизионистском" характере военно-исторических изысканий ИВИ на научно-практической конференции "Армия как инструмент войны и мира в эпоху глобализации" в октябре 2007 г. маршал Советского Союза Д.Т. Язов. Большая часть его выступления была посвящена именно проблемам современной военно-исторической науки. И это оценка не только бывшего министра обороны СССР, но и участника Великой Отечественной войны. Он, конечно, прежде всего практик, причем огромного масштаба, но вынужден был говорить не о своем богатейшем опыте, а о деградации и "ревизионизме" военно-исторической науки, поскольку в отличие от многих глубоко понимает ее роль не только для Вооруженных Сил, современного российского общества в целом, но и для будущего нашей страны.

Нельзя не отметить, что всемерное принижение теории, методологии осуществляется в военном учреждении, имеющем большие научные достижения, причем не только в области истории. Но вместо того чтобы отталкиваться от достигнутого, обогащать уже имеющиеся научные результаты новым содержанием, все делается с точностью наоборот. Неизбежным следствием такого отношения стала не только профанация, но и постепенная ликвидация военно-исторической науки как таковой.

Из всего сказанного возникает как минимум два вопроса. Первый: сколько еще будет продолжаться такая, с позволения сказать, "научная" деятельность ИВИ, осуществляемая под очень энергичным, решительным и напористым руководством его начальника - А.А. Кольтюкова - кандидата военных, но не исторических наук? Именно "генеральная" линия этого начальника, утверждающая и абсолютизирующая своего рода "позитивизм", рационализм, прагматизм, дисциплину военного мышления в исторической науке, сводящая при этом к нулю фундаментальность, методологию, творчество, и является главной причиной получения "научных результатов", лишенных не только теории, но и, пожалуй, самого смысла. На мой взгляд - специалиста, занимающегося проблемами безопасности Российской Федерации в течение последних десяти лет, продолжение такой линии будет представлять собой угрозу не только военной науке, но и военной безопасности, одним из компонентов которой она является.

Второй вопрос связан с предстоящей реализацией решения о подготовке и издании двенадцатитомной Истории Великой Отечественной войны, которое принято на высшем уровне. В осуществлении этой большой и очень важной работы, несомненно, примут участие и представители ИВИ. Очень хотелось бы, чтобы предстоящая работа была избавлена от проблем, недостатков, любых негативных моментов, о которых шла речь и о которых невозможно сказать в полной мере на страницах одной статьи.

В завершение нельзя не обратить внимания на еще один важный вопрос. Это проявление толерантности, причем не только в ИВИ, но и в ряде других военно-научных и военно-образовательных учреждений и печатных органов Министерства обороны к фальсификаторам военной истории, которых много и которые по-прежнему весьма активны. Они поливали и продолжают поливать грязью наше прошлое, переворачивают и извращают военную историю, изгаляются над нашими победами, подвигами, героями, над современными Вооруженными Силами. Кто же будет разгребать всю эту грязь?

Это всегда было прежде всего делом военно-исторической науки, которая сегодня крайне инфантильна к происходящему. Может быть, по той причине, что от "ревизионизма" до фальсификации не столь большая дистанция? Но в современных условиях, когда историческая наука, в том числе военная, переживает огромные трудности, когда ее фальсификация приобрела такой масштаб, долг каждого ученого состоит в том, чтобы давать ей жесткий и беспощадный отпор. Идет ожесточенная борьба за сознание наших соотечественников, особенно молодежи, которых стремятся лишить исторической памяти и исторической правды. Этот процесс, в котором участвует значительная часть российской интеллигенции, не может восприниматься иначе как угроза духовной и национальной безопасности Российской Федерации. И этому необходимо противостоять всеми силами. Пресловутая толерантность в такой ситуации - попустительство данной угрозе. Мы должны быть достойными не только памяти Великой Отечественной войны, всех тех, кто отдал жизни в других войнах ради нас, живущих сегодня, но и достойными гражданами России, которая не сможет возродиться без проявления подлинного патриотизма не только к героическим поколениям, но и к самим себе.