КРУГЛЫЙ СТОЛ
ВМ_№5_2000
«КРУГЛЫЙ СТОЛ»
Контртеррористическая операция на Северном Кавказе: основные уроки и выводы
Продолжая публикацию материалов «круглого стола»∗, напоминаем вопросы, на которые отвечают руководящий состав ВС РФ, руководители других министерств и ведомств:
1. Каковы главные уроки контртеррористической операции?
2. Каковы первоочередные меры по совершенствованию оснащения и оргштатных структур воинских формирований, а также органов управления ими?
3. Что необходимо уже сегодня пересмотреть в вопросах организации боевой и оперативной подготовки, а также всестороннего обеспечения войск?
Начальник армейской авиации
генерал-полковник В.Е.ПАВЛОВ
1. Опыт боевых действий на Северном Кавказе со всей убедительностью показал, что без применения армейской авиации (АА) в настоящее время немыслимо боевое функционирование любой группировки войск, независимо от масштаба вооруженного конфликта, вида боевых действий, климатических и географических условий.
Части и подразделения АА приняли участие в контртеррористической операции в период с 1994 по 1996 год и с августа 1999-го по настоящее время. Основу группировки армейской авиации составили вертолетные части авиации СКВО, усиленные авиационными подразделениями других округов. Кроме того, в ее состав были включены подразделения авиации МВД. В соответствии с решением командующего ОГВ армейская авиация выполняла следующие задачи:
огневые: авиационное прикрытие и авиационная поддержка войск, нанесение ударов по заранее заданным целям, авиационное сопровождение транспортно-боевых и транспортно-десантных вертолетов;
транспортно-десантные: высадка и эвакуация разведывательных групп, воздушных десантов, перевозка войск, боевой техники и грузов, эвакуация больных и раненых;
разведывательные: визуальная разведка маршрутов выдвижения своих войск, объектов ударов, переднего края обороны противника;
специальные: поисково-спасательное обеспечение полетов, подавление линий УКВ-радиосвязи боевиков и др.
Наиболее эффективным боевым порядком при выполнении огневых задач оказался пеленг вертолетов (дистанция от 300 до 700 м, интервал 50- 100 м). Ведущий осуществлял разведку с нанесением ударов по выявленным целям или по целеуказанию передового авиационного наводчика с высоты 100-150 м (такая высота обеспечивала наилучший просмотр местности и обнаружение замаскированных позиций противника). Ведомый находился с превышением 200-300 м относительно ведущего, что обеспечивало ему возможность постоянного наблюдения за ведущим, просмотра мест вероятного противодействия средств ПВО противника, давало свободу маневра.
На первом этапе операции подход к целям, расположенным на равнинной местности, осуществлялся, как правило, на высотах 100-150 м над наивысшей точкой рельефа по установленным маршрутам. В дальнейшем из-за постоянных обстрелов из стрелкового оружия высота полета была увеличена до 1000-1500 м. Атаки целей выполнялись с горизонтального полета и пологого пикирования с применением ракетного вооружения (УР - с дальности 2-4 км, НАР - с дальности 1,5-2 км).
Положительные результаты достигались в том случае, когда вертолеты наносили удары неожиданно, с выходом в район боевых действий в режиме радиомолчания. Большое значение для точности и эффективности огневого удара имело изучение экипажами фотопланшетов района цели. Так, при ведении боевых действий в районе Карамахи при постановке задачи летному составу были показаны фотоснимки целей, что позволило без проведения доразведки выйти в район боевых действий и с двух заходов пусками УР с максимальной дальности уничтожить объекты противника.
Полеты по поиску и поражению целей, например автоколонн противника, выполнялись также и в ночное время экипажами вертолетов Ми-24 (важно отметить, что бандформирования быстро отреагировали на ночные удары и в последующем сократили число автомобилей в колоннах до трех, причем с включенными фарами шла только первая автомашина). Для исключения шаблонности действий менялись время и район выполнения задания. Несмотря на то что подготовленные экипажи армейской авиации показали свою способность выполнять задачи по ограничению снабжения вооруженных формирований противника в ночное время, для более успешных действий целесообразно оснастить вертолеты современными прицельно-навигационными комплексами и приборами ночного видения.
Одним из важнейших и проблемных вопросов стала организация взаимодействия армейской авиации с общевойсковыми подразделениями, артиллерией, фронтовой авиацией, авиацией пограничных войск и МВД. Ежедневно через их представителей, постоянно находившихся на КП, согласовывались место, время и порядок выполнения боевых задач. По решению штаба ОГВ устанавливалась единая система сигналов управления, целеуказания и взаимного опознавания. К сожалению, при организации взаимодействия общевойсковые командиры, экипажи вертолетов не всегда использовали опыт боевых действий, полученный в Афганистане, других «горячих точках». Для более эффективного применения АА в локальных конфликтах необходимо, чтобы общевойсковые командиры, принимая решение на использование авиации, опирались на предложения авиационных начальников, находящихся в их непосредственном подчинении.
К основным недостаткам аэродромно-технического обеспечения следует отнести нехватку средств запуска и заправки, недостаточное количество должностных лиц по техническому обслуживанию и ремонту наземной техники. В должной мере не была организована поставка ремонтного фонда из довольствующих органов. Систему энергоснабжения площадок следует признать неудовлетворительной из-за отсутствия требуемого количества автономных источников питания, кабельных линий, светотехнического оборудования. Отсутствие аэродромно-эксшгуатационных подразделений на площадках подскока снижало качество обеспечения полетов. Доставка материальных средств в различные точки аэродрома, их погрузка и выгрузка были значительно затруднены из-за отсутствия штатных погрузочно-разгрузочных команд.
Наблюдение за состоянием погоды и орнитологической обстановкой велось с подвижных метеорологических станций, сбор и анализ аэросиноптического материала производился по открытым и закрытым каналам связи при помощи фототелеграфной аппаратуры. Из-за большой загруженности телефонных каналов передача метеорологической информации не всегда осуществлялась своевременно.
При пунктах управления были развернуты узлы связи авиации ОГВ, способные выполнять задачи автономно.
Управление подразделениями АА организовывалось по следующей схеме: КП авиации - КП авиации направления - КП авиационной части. Повсеместно использовалась радиосвязь на разных частотах с применением переговорных таблиц. Осуществлялась периодическая смена частот и позывных в воздушных радиосетях. Для связи с пунктами управления других родов войск и ведомств широко использовались переносные радиостанции. Организацию связи и радиотехнического обеспечения (РТО) затрудняло: расположение вертолетных площадок на ограниченных для развертывания средств связи и РТО участках горной местности и морского побережья; отсутствие стационарной опорной сети связи; использование радиорелейной станции как основного средства привязки к опорным узлам связи; отсутствие маскираторов речи на средствах воздушной радиосвязи; неукомплектованность подразделений связи и РТО личным составом и техникой.
К основным недостаткам в организации боевых действий необходимо отнести следующие.
Во-первых, оказалась слабой техническая и информационная оснащенность системы управления АА в тактическом звене. Организационно-штатные мероприятия по сокращению численности АА вынудили нас пойти на ликвидацию КП авиации армии, в составе которых находились штатные группы боевого управления по числу соединений первого эшелона. Все это привело к нарушению системы управления именно в тактическом звене. Кроме того, отсутствие групп боевого управления в соединениях, а также штатных передовых авиационных наводчиков (при низком уровне подготовки нештатных), отсутствие надежных и криптостойких средств связи, управления и наведения, особенно в начальный период операции, создавали проблемы в организации управления АА, не позволяли использовать элемент внезапности при нанесении ударов.
Во-вторых, в результате подчинения сводного отряда дистанционно пилотируемых летательных аппаратов (ДПЛА) командованию группировки ВДВ потенциал отряда использовался только на 40-50%. В начальный период операции при наивысшей исправности ДПЛА вообще не применялись. Добываемая разведывательная информация использовалась только в интересах ВДВ и другим родам войск (ведомствам) не передавалась. Как результат, вклад ДПЛА в создание единого информационного поля и поставку достоверной оперативной информации о противнике и своих войсках оказался недостаточным.
2. В ходе операции обнаружилось, что существующая организационно-штатная структура вертолетных полков не позволяет осуществлять их боевое применение с двух и более аэродромов (площадок базирования). Чтобы устранить этот недостаток, необходимо при каждом отдельном транспортно-боевом вертолетном полку (боевом и управления) иметь в оперативном подчинении отдельный батальон связи и РТО, а также отдельный батальон аэродромно-технического обеспечения.
Назрела необходимость совершенствования организационно-штатной структуры органов управления и подразделений связи и РТО. Воздушные пункты управления должны быть оборудованы техникой связи, необходимой для выполнения задач в соответствии с современными требованиями.
Опыт боевых действий показал, что начальниками групп боевого управления следует назначать лиц руководящего летного состава, а группы комплектовать из офицеров, прошедших специальную подготовку.
При интенсивной эксплуатации авиатехники, что имело место в Дагестане, межремонтный ресурс вертолеты вырабатывают за 2-3 года. Для решения боевых задач необходимо, чтобы в каждом полку имелось не менее 75% исправных вертолетов, для чего необходимо выделение значительных материальных и финансовых средств.
Целесообразно начать оснащение боевых полков новыми типами вертолетов, продолжить перевооружение частей беспилотных средств разведки новыми видами ДПЛА (для ведения боевых действий в условиях горной местности).
Для управления боевыми действиями АА необходимо начать разработку и внедрение автоматизированных систем управления оперативного и тактического звена, а также более современных средств для связи авианаводчиков с экипажами вертолетов, позволяющих решать задачи в любых условиях современного боя.
3. Опыт проведения контртеррористической операции показал необходимость принятия срочных мер по повышению уровня обученности личного состава частей и подразделений армейской авиации и боеготовности авиационной техники.
Кардинальным решением данной проблемы могло бы стать создание в военных округах вертолетных частей постоянной готовности, укомплектованных авиационной техникой и личным составом до 80%, с выделением достаточного количества материальных средств, необходимых для выполнения плана боевой подготовки.
* * *
Начальник Главного управления
воспитательной работы ВС РФ
генерал-полковник B.M.A3AP0B
1. Как подтвердил опыт контртеррористической операции, исход вооруженного противостояния в немалой степени зависит от умения командиров, штабов, органон воспитательной работы Вооруженных Сил и других войск формировать уличного состава высокое морально-психологическое состояние, внедрять нестандартные формы и методы поддержания морального духа войск. Благодаря этому удалось обеспечить морально-психологическое превосходство личного состава Объединенной группировки войск (сил) над незаконными вооруженными формированиями, поддерживать воинскую дисциплину при выполнении боевых задач, добиться психологической устойчивости военнослужащих, организовать надежную защиту войск от информационно-психологического воздействия террористов.
В ходе КТО использовались все формы и методы информационно-воспитательной, психологической, военно-социальной и культурно-досуговой работы, комплекс мер по защите от информационно-психологического воздействия противника, а также мероприятия по поддержанию дисциплины и правопорядка в частях и соединениях ОГВ(С). В той высокодинамичной обстановке, которая складывалась в Северо-Кавказском регионе, не всегда имелась возможность проводить необходимую подготовку личного состава к предстоящим боевым действиям. И тем не менее раз в неделю в течение часа проходили занятия по общественно-государственной подготовке (ОГП), было организовано ежедневное информирование личного состава (в подразделениях -15-20 минут, на пунктах управления - 10 -15). В ходе боевых действий практиковалось индивидуальное общение, когда информация передавалась «от позиции к позиции». Активно применялись такие формы воспитательной работы, как индивидуальные и групповые беседы, митинги, встречи с ветеранами, духовенством, местным населением. В условиях, когда личный состав зачастую находится в отрыве от своих подразделений и проводить информирование в масштабе подразделений нецелесообразно, а подчас и невозможно, чрезвычайно возрастает роль информационного актива. Поэтому приказом командующего ОГВ в соединениях и частях были развернуты информационные центры, в батальонах и ротах - информационные пункты и уголки.
Однако здесь есть целый ряд нерешенных проблем. Например, перевод и оформление подписки в район боевых действий занимает не меньше месяца, а не получая свежих газет, невозможно быть в курсе последних событий и на должном уровне организовать информирование военнослужащих. Кроме того, не удалось в полной мере использовать возможности военной печати, радио и телевидения, чтобы доводить до войск и общественности боевые успехи, пропагандировать примеры мужества и героизма. Из-за отсутствия электроэнергии и вывода из строя многих телевизионных ретрансляторов возникли трудности с телевизионным обслуживанием войск. На начальном этапе не хватало информационно-справочного материала о регионе, тактике действий НВФ и особенностях выполнения задач в горной местности. Однако оперативно были внесены необходимые коррективы и уже через неделю после начала операции в интересах методического обеспечения занятий по ОГП был налажен выпуск приложения к газете СКВО. Приняты меры к обучению офицеров ротного и взводного звена формам и методам индивидуально-воспитательной работы с личным составом.
Как выяснилось уже на первом этапе операции, многие офицеры-воспитатели ротного звена не посчитали нужным брать с собой в район боевых действий ротные библиотечки. В настоящее время эта проблема решена за счет поставок книг ГУВР ВС РФ и гуманитарной помощи, поступающей из разных регионов страны. Однако в этих библиотечках почти нет литературы, в которой отражалась бы специфика Северо-Кавказского региона, описывались нравы и обычаи народов Кавказа, история их вхождения в состав России, раскрывался героизм российских солдат, история казачества, а также публицистических материалов, обличающих сепаратизм и зверства боевиков.
Надо отметить, что воспитательным структурам группировки удалось наладить взаимодействие и добиться взаимопонимания с представителями практически всех центральных средств массовой информации. Поддержка действий российских войск со стороны СМИ играет важнейшую роль в формировании у военнослужащих устойчивого морально-психологического состояния, укрепляет их боевой дух и веру в справедливость своих действий.
Чрезвычайно важно, чтобы на фоне объективного освещения событий в районе боевых действий на газетных страницах, на экранах телевизоров появлялись не только скупые информационные материалы, но и рассказы о героических подвигах российских солдат. Ведь примеров мужества и героизма множество.
В системе мер по защите войск от информационно-психологического воздействия противника главные усилия сосредоточивались на пресечении его влияния на военнослужащих и население региона. С началом боевых действий принимались меры к нейтрализации и уничтожению чеченских информационных пунктов, был ограничен, а на многих каналах телевидения и в газетных изданиях исключен доступ чеченских полевых командиров к средствам массовой информации. Для сбора и уничтожения информационно-пропагандистских материалов противника в каждом подразделении назначались специальные группы военнослужащих.
Среди мероприятий контрпропагандистского характера важная роль отводилась коллективным читкам и разъяснению личному составу материалов периодической печати. Немаловажным направлением работы являлись встречи командования с мирными жителями освобожденных населенных пунктов, в ходе которых им разъяснялись задачи войск по уничтожению террористов, оказывалась медицинская и гуманитарная помощь.
По мере успехов федеральных сил идеологическое воздействие со стрроны противника усиливалось. Более того, в НВФ был создан «батальон идеологической обработки противника и местного населения», предназначенный для того, чтобы сеять панические настроения среди местного населения, вводить в заблуждение общественность.
Психологическая работа в ходе КТО имела целью формирование у личного состава психологической устойчивости, готовности к ведению боевых действий, снижение психогенных потерь, оказание психологической помощи и проведение мероприятий психологической реабилитации. Для этого в группировке войск были созданы четыре стационарных центра, семь полевых центров и 16 полковых пунктов психологической помощи и реабилитации, в медицинских ротах соединений и частей функционировали группы психологического здоровья, в подразделениях - более 220 групп психологической поддержки.
Работа по оказанию психологической помощи велась в тесном контакте с военными медиками. Значительный упор при этом делался на обучение командиров подразделений методике выявления первичных признаков боевых психологических травм, психологического наблюдения, помощи и релаксации. Очень хорошо зарекомендовали себя подвижные группы психологов - эта своеобразная «скорая психологическая помощь». В течение двух месяцев в войсках группировки действовали две такие группы.
Положительно влияет на морально-психологическое состояние всех без исключения категорий военнослужащих общение с родными и близкими. Однако такие возможности были далеко не у всех, поэтому организовывались запись и отправка звуковых и видеописем.
Боевая практика показала, что крайне невысоким оказался уровень методической подготовки офицеров взводного и ротного звена, сержантов к организации психологической работы в подразделениях. Для оказания помощи этим категориям военнослужащих управлением воспитательной работы СКВО были подготовлены и напечатаны методические рекомендации и памятки по соответствующей тематике, подготовлены три образца листовок доя личного состава и местного населения. Психологи частей своими силами выпустили пособия по методике своевременного выявления боевых психотравм и нейтрализации их последствий. Опыт морально-психологического обеспечения (МПО) в ходе операции еще раз подтвердил необходимость усиления психологической работы непосредственно в боевых порядках на уровне батальонов (дивизионов).
Что касается социальной обстановки в войсках Объединенной группировки, то ситуация осложняется жилищной проблемой (до 35% офицеров и прапорщиков не имеют жилья по месту службы, в настоящее время количество бесквартирных в СКВО составляет 15,1 тыс. человек), а также задержками с социальными и компенсационными выплатами. Вот почему в целях поддержания высокого морально-психологического состояния войск основной упор в военно-социальной работе был сделан на реализацию установленных законодательством Российской Федерации, приказами министра обороны РФ гарантий и льгот военнослужащих и членов их семей.
Достижение целей военно-социальной работы обеспечивалось: оперативной подготовкой и направлением в органы государственной власти предложений по совершенствованию нормативной базы социального обеспечения военнослужащих, участвующих в боевых действиях, и членов их семей; организацией непрерывного изучения и прогнозирования социальной обстановки в войсках, а также в регионах их дислокации; осуществлением совместно со службами тыла, финансовой службой постоянного контроля за полным доведением до военнослужащих установленных законодательством норм денежного и других видов довольствия; организацией работы по разъяснению военнослужащим законодательства о правах и льготах, социальной защите военнослужащих и членов их семей; оперативным рассмотрением жалоб, заявлений и предложений военнослужащих и членов их семей; организацией работы по оказанию социальной помощи семьям погибших военнослужащих.
Так, с августа 1999 года принято десять нормативных правовых актов, устанавливающих дополнительные гарантии и компенсации военнослужащим, участвующим в контртеррористических операциях, и их семьям. Во внеочередном порядке решаются жилищные проблемы семей погибших военнослужащих. Командование военных округов и флотов совместно с местными органами исполнительной власти принимает конкретные меры к их социальному обеспечению, оказанию необходимой помощи, в том числе в трудоустройстве вдов. В отдаленных и закрытых военных гарнизонах командование частей предоставляет им возможность служить по контракту. Оказывается помощь в приобретении льготных санаторно-курортных путевок, медицинском обеспечении.
Одним из последних актов, направленных на усиление социальной защиты военнослужащих, сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации и сотрудников уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, непосредственно участвовавших (участвующих) в КТО на территории Северо-Кавказского региона, стал Указ Президента РФ № 1054 от 7 июня 2000 года «О льготных условиях исчисления срока военной службы (службы) в воинских (специальных) званиях» - один месяц военной службы (службы) за три месяца.
Во многих частях и соединениях стало традицией ежегодно проводить Дни памяти военнослужащих, погибших при исполнении служебного долга на Северном Кавказе, и приглашать на них их семьи и родителей. В гарнизонах, где проживают семьи погибших на Северном Кавказе военнослужащих, создаются мемориалы, аллеи Боевой славы.
Для координации этой работы, придания ей системности и повышения эффективности в ГУВР ВС РФ создана база данных о семьях погибших военнослужащих. Конкретную, адресную помощь таким семьям оказывают многие государственные, муниципальные и коммерческие организации.
Культурно-досуговая работа (КДР) в ходе операции проводилась силами и средствами частей и соединений, входящих в состав ОГВ. Активное участие в ней принимали творческие коллективы видов Вооруженных Сил и родов войск, ансамбли и театры военных округов (флотов), центральных учреждений культуры, а также концертно-художественные бригады ансамблей песни и пляски и самодеятельные коллективы военных учреждений культуры СКВО.
Основные задачи КДР- воспитание у военнослужащих любви к Родине, верности воинскому долгу и боевым традициям, смелости и отваги, утверждение в их сознании оптимизма и уверенности в своих силах, а также убежденности в правильности действий войск на Северном Кавказе и жизненной необходимости уничтожения очага терроризма в Чечне; организация отдыха и досуга личного состава с учетом конкретной боевой обстановки; снятие у военнослужащих отрицательных эмоций; участие в мероприятиях психологической реабилитации военнослужащих, получивших боевые психические травмы. При этом применялись следующие формы и методы КДР: кино-, теле- и радиообслуживание личного состава; обеспечение литературой и периодическими изданиями; организация спектаклей и концертов самодеятельных и профессиональных творческих коллективов.
Кинообслуживание войск было возложено на полевые автомобильные клубы (ПАК), которые работали избирательно, с учетом боевой обстановки.
Телеобслуживание личного состава было возможно только в районах уверенного приема программ телевидения РФ, а поскольку таковых в условиях Северного Кавказа очень немного, представляется целесообразным использовать полевые мобильные телецентры (по одному на группировку), которые могут развертываться на господствующих высотах и обеспечивать вещание на свои войска и население Чеченской Республики.
Наиболее эффективными и доступными техническими средствами стали радиоприемники и видеомагнитофоны, однако количество последних не соответствовало реальным потребностям войск.
Как отдельную необходимо выделить проблему готовности к работе в боевой обстановке офицеров-организаторов КДР и актива. Отсутствие штатных должностей офицеров по организации досуга в звене корпус - дивизия существенно затрудняло управление процессом культурно-досуговой работы, а укомплектование должностей начальников клубов частей офицерами, не имеющими специального образования, снижало ее эффективность, сужало спектр ее возможных форм и методов. Многие офицеры-воспитатели батальонного и ротного звена в силу личной недостаточной подготовленности оказались не способны подобрать и обучить актив, обеспечить работу в боевой обстановке художественной самодеятельности. Опыт показывает, что в частях постоянной готовности целесообразно иметь штатные должности организаторов культурно-досуговой работы и соответствующие походные средства.
2,3. Опыт организации морально-психологического обеспечения ОГВ (С) в ходе контртеррористической операции на территории Северо-Кавказского региона позволяет сделать следующие выводы.
Первый. Основные усилия воспитательных структур следует сосредоточивать непосредственно в ротах, батальонах, на сторожевых заставах и блокпостах. Важно комплексно совершенствовать приемы и способы, материально-техническую базу и содержание всех видов морально-психологического обеспечения.
Особенно плохо обстоит дело с выпуском газет на полиграфической базе походных автотипографий, три четверти которых выслужили установленные сроки эксплуатации, а остальные ограниченно готовы к применению из-за отсутствия специального оборудования, выпуск которого был прекращен отечественной промышленностью в 1990 году. Выход, на наш взгляд, состоит в том, чтобы завершить разработку и принять на снабжение опытный образец подвижного автоматизированного редакционно-издательского полиграфического комплекса «Журналист», а также комплектовать ПАК системами приема телевизионных сигналов со спутников.
Второй. Требует дальнейшего совершенствования единая система МПО Вооруженных Сил и других войск. В рамках этой системы необходимо решить вопрос о едином для Вооруженных Сил и других войск государственном заказе на снабжение и ремонт технических средств обеспечения и воспитания (по номенклатуре ГУВР ВС РФ).
Третий. Нуждаются в проработке вопросы, связанные с защитой войск от информационно-психологического воздействия противника, т.е. с информационным противоборством. Речь идет прежде всего о согласовании усилий ГШ ВС РФ, ГУВР ВС РФ, соответствующих органов управления других войск, войсковых формирований и органов РФ, государственных органов на федеральном и региональном уровне в организации и проведении информационно-пропагандистских акций стратегического и оперативного масштаба.
Четвертый. В настоящее время ни законодательная, ни нормативная база Российской Федерации не обеспечивает в полном объеме правовое регулирование выполнения задач морально-психологического обеспечения. Представляется целесообразным обобщить все принятые нормативно-правовые документы, касающиеся дополнительных льгот и компенсаций военнослужащим при выполнении ими боевых задач, и издать единый нормативно-правовой акт по указанным вопросам. Такой законопроект в Министерстве обороны России разработан, согласован с заинтересованными федеральными органами исполнительной власти и 31 января 2000 года направлен в Правительство Российской Федерации для последующего внесения в Государственную Думу.
* * *
Начальник Тыла ВС РФ -
заместитель министра обороны РФ
генерал-полковник В.И.ИСАКОВ
1. Анализ практической работы органов тыла в контртеррористической операции на Северном Кавказе помог выявить особенности и основные проблемы тылового обеспечения войск и сил в вооруженных конфликтах. Они связаны с решением как общих вопросов тылового обеспечения войск и сил, так и частных задач, касающихся организации видов тылового обеспечения (материального, транспортного, медицинского, технического по службам тыла и др.).
Для тылового обеспечения Объединенной группировки войск (сил) на территории Северо-Кавказского региона была создана группировка тыла на базе заранее организованных районов комплексного тылового обеспечения с соответствующим комплектом сил и средств тыла СКВО, частей и подразделений тыла центрального подчинения, а также тыла частей и подразделений постоянной боевой готовности из других военных округов.
Основные усилия группировки тыла при подготовке и проведении контртеррористической операции были направлены на организацию приема в состав ОГВ соединений, частей и учреждений из других военных округов, их встречу, размещение, постановку на все виды обеспечения и определение задач по тыловому обеспечению; доведение запасов материальных средств до установленных норм; подготовку тыловых соединений, частей и учреждений к действиям в горной местности в осенне-зимний период; совершенствование системы управления тылом.
Для организации тылового обеспечения в начальный период боевых действий на территории Республики Дагестан использовалась существующая стационарная база мирного времени, созданная на территории СКВО. Она готовилась заблаговременно именно в предвидении прогнозируемых вооруженных конфликтов. Состав группировки тыла и транспорта подвоза наращивался за счет соединений, частей и учреждений тыла Северо-Кавказского военного округа. Полевые склады оперативного тыла не разворачивались.
На начальном этапе операции войска СКВО и прибывшие в состав группировки соединения и воинские части других военных округов, ВДВ, ВВ МВД обеспечивались материальными средствами из запасов этих округов, что создавало значительные трудности в организации обеспечения, прежде всего ВДВ и войск других силовых структур.
Среднесуточные нормы расхода горючего на проведение операции были определены директивой по тылу. Дозаправка техники осуществлялась ежедневно, что обеспечивало войскам успешное выполнение поставленных задач. Всего за период боевых действий в Республике Дагестан было перевезено 3054 т горючего.
Для организации питания личного состава использовались полевые средства приготовления пищи. Однако на начальном этапе операции приходилось довольствоваться в основном рационами питания (сухим пайком), запасы которых в округах были ограничены.
В условиях горной местности с жарким климатом и в районах, неблагоприятных в эпидемиологическом отношении, остро стоял вопрос обеспечения личного состава водой. В некоторых случаях ее доставляли вертолетами. Предложение ЦПУ МО РФ о введении в нормы выдачи бутилированной воды было реализовано только к концу сентября 1999 года, когда каждый военнослужащий стал получать 0,75 л воды в сутки (0,5 л на руки и 0,25 л в комплект ИРП).
Значительные трудности возникли с обеспечением военнослужащих вещевым имуществом при подготовке и в ходе первого этапа операции. Ведение активных боевых действий в горной местности, необходимость выполнения большого объема работ по инженерному оборудованию позиций, частая смена районов размещения привели к повышенному износу обмундирования, обуви и палаточного фонда, уменьшению сроков их эксплуатации. Все войсковые запасы вещевого имущества были израсходованы практически в течение первых двух месяцев.
Помывку личного состава первоначально планировалось производить с использованием штатных средств. Но воинские части прибывали с нерасконсервированными дегазационно-душевыми установками, к тому же размещенными, как правило, в последнем эшелоне, поэтому развернуть полевые бани удавалось только через 5-6 дней. Ко всему прочему из-за отсутствия достаточного количества водоисточников не хватало воды. Положение в какой-то степени спасали стационарные войсковые бани и банно-прачечные комбинаты, муниципальные комбинаты бытового обслуживания.
Основные усилия транспортного обеспечения войск (сил) были направлены на решение следующих первоочередных задач: доставка личного состава, вооружения, военной техники и других материальных средств различными видами транспорта (железнодорожным, воздушным и автомобильным); эвакуация раненых и больных, отправка погибших; эвакуация вышедшего из строя вооружения и военной техники. С началом боевых действий в Республике Дагестан материальные средства со складов Центра доставлялись по железной дороге и по воздуху до Махачкалы и Каспийска, а оттуда до места назначения - окружным и войсковым автомобильным транспортом. Так же осуществлялась подача боеприпасов с окружных баз, складов и арсеналов ГРАУ. Всего в период с 11 по 31 августа 1999 года их было перевезено 594 т.
Техническое прикрытие, восстановление железных дорог и сопровождение воинских эшелонов обеспечивалось частями железнодорожного корпуса. Для сопровождения воинских эшелонов выделялись специальные бронепоезда, в состав которых входили бронеплатформы, броневагоны и специальные вагоны с восстановительными материалами и инструментом.
Медицинская помощь оказывалась в медицинских пунктах батальонов (дивизионов), медицинских отрядах специального назначения, развернутых на базе районных больниц и военных госпиталей. Было организовано обеспечение кровью и ее компонентами. Контейнеры со станции переливания крови доставлялись транспортной авиацией на аэродром Махачкала, а оттуда вертолетами в военные госпитали и медицинские отряды специального назначения.
Характерной особенностью организации управления тылом, которая и в дальнейшем сохранила свою актуальность, являлось то, что тыловые пункты управления частей, соединений и группировки войск (сил) в целом были совмещены с командными пунктами и в определенной мере использовали в своих интересах их средства управления.
Оценивая организацию управления тылом на этом этапе, можно отметить два негативных момента: во-первых, недостаточное взаимодействие между органами тыла Вооруженных Сил и других войск; во-вторых, подразделения связи тыла, укомплектованные по штатам мирного времени старым парком радиостанций, в условиях горной местности оказались не в состоянии обеспечить требуемый уровень управления.
Основными задачами подготовки тыла на втором этапе ведения боевых действий были следующие: организация приема в состав ОГВ частей и учреждений тыла, прибывающих из других округов, их встреча, размещение, постановка на все виды обеспечения, определение задач по тыловому обеспечению; доукомплектование подразделений частей и учреждений тыла личным составом и техникой, их подготовка к действиям в горной местности в осенне-зимний период; доведение запасов материальных средств в тыловых частях и учреждениях до установленных норм.
Части и подразделения войскового тыла размещались, как правило, внутри или вблизи районов обеспечиваемых частей и соединений под их прикрытием, так что личному составу почти не приходилось отвлекаться на решение вопросов защиты, обороны, охраны и маскировки.
В целом материальное обеспечение на рассматриваемом этапе осуществлялось в условиях постоянного наращивания группировки войск и сил и изменения темпов наступления. Несомненно, его эффективность была бы значительно выше при механизации погрузочно-разгрузочных работ (97% всего объема погрузочно-разгрузочных работ выполнялось вручную). Приходилось видоизменять и схемы обеспечения.
Сложной проблемой на протяжении всей операции оставалась заправка техники горючим ввиду постоянной угрозы огневого воздействия со стороны боевиков. Поэтому делалось все, чтобы заправка проходила организованно, в сжатые сроки. Принимались также меры маскировки.
Для всей группировки предусматривалось трехразовое питание личного состава с использованием штатных средств приготовления пищи, а при перемещении-двухразовое с выдачей для промежуточного питания сухого пайка.
Обеспечение вещевым имуществом осуществлялось за счет ресурсов Центра, Северо-Кавказского военного округа, а также других округов. С наступлением периода дождей и осенней распутицы возникла необходимость в массовой выдаче военнослужащим резиновых сапог.
Основные задачи транспортного обеспечения с переносом боевых действий на территорию Чеченской Республики не изменились. Для выполнения воинских железнодорожных перевозок было выделено два железнодорожных направления. Основной объем воинских железнодорожных перевозок составили оперативные перевозки. Из-за недостаточной пропускной способности направления Астрахань- Кизляр - Махачкала поезда с эшелонами поступали неравномерно, в отдельных случаях продолжительность их задержки составляла от нескольких часов до одних суток. Воинские воздушные перевозки обслуживали пять аэродромов материального обеспечения (Ростов, Краснодар, Беслан, Каспийск, Моздок). Воздушный транспорт применялся в основном для доставки боеприпасов, эвакуации раненых и больных, а также для отправки погибших. Группировки автомобильных войск создавались в соответствии с боевыми группировками, а в районах размещения автомобильных частей и на маршрутах движения автомобильных колонн тыла были развернуты диспетчерские пункты.
Для решения задач, поставленных перед медицинской службой, были созданы соответствующие группировки сил и средств, в которые вошли военные госпитали, медицинские отряды специального назначения, санитарно-эпидемиологические отряды, медицинские склады с запасами материальных средств специального назначения на 57 тыс. раненых и индивидуальных средств медицинской защиты - на 50 тыс. человек, а также медицинские подразделения соединений и частей группировки. Для усиления военных госпиталей и медицинских отрядов специального назначения в районах боевых действий от ВМедА и ГВКГ им. Н.Н.Бурденко были сформированы соответствующие группы с необходимым медицинским оснащением. Медико-психологическая реабилитация военнослужащих проводилась тремя специально созданными для этой цели группами.
Система лечебно-эвакуационных мероприятий на этом этапе имела следующие принципиальные особенности: максимальное приближение врачебного состава этапов медицинской эвакуации к боевым порядкам войск; практически полное исключение из этапов медицинской эвакуации доврачебной помощи и минимизация первой помощи; широкое использование вертолетов для эвакуации раненых из полковых медицинских пунктов; минимизация сроков оказания всех видов медицинской помощи.
Личному составу ОГВ (С) пришлось действовать в сложной эпизоотической обстановке, обусловленной следующими факторами: были отмечены случаи заболевания животных и птицы эмкаром, чесоткой и чумой; местные органы ветеринарии и МЧС практически самоустранились от проведения профилактических и ограничительных мероприятий; в районах боевых действий получил повсеместное распространение несанкционированный и бесконтрольный убой животных и птицы с последующим употреблением их мяса в пищу; не везде соблюдались правила хранения и транспортировки продовольствия, не был налажен должный контроль за качеством продовольствия, поступающего по линии гуманитарной помощи; на местах допускалось использование ветеринарных специалистов не по назначению.
На всех уровнях по вопросам лечебно-эвакуационного и противоэпидемического обеспечения войск было организовано взаимодействие с медицинскими службами ВВ МВД, ФПС, МЧС и учреждениями Минздрава России. Медицинская помощь раненым и больным оказывалась независимо от их ведомственной принадлежности на развернутых этапах медицинской эвакуации, включая полевые медицинские учреждения и стационарные госпитали на территории Северо-Кавказского региона.
Управление тылом, как и на первом этапе, было организовано в соответствии со схемой управления войсками. Система управления тылом включала в себя:
органы управления- оперативные группы тыла, сформированные в основном из офицеров управлений тыла СКВО, армии и АК этого же округа, а также штатные органы управления соединений, частей и подразделений, участвующих в контртеррористической операции. Для усиления тыла СКВО, организации встречи, приема и размещения прибывающих из других округов (флотов) воинских частей, а также оперативного информирования начальников главных и центральных управлений МО, подчиненных начальнику Тыла ВС РФ - заместителю министра обороны РФ, по вопросам, касающимся обеспеченности материальными средствами, была сформирована оперативная группа Тыла Вооруженных Сил. Кроме того, встречей, приемом и передачей прибывающих из других округов частей занимались представители тыла этих округов;
пункты управления (совмещенные с командными пунктами) - ШУ ОГВ (С), ТПУ оперативных группировок войск зон «Север», «Восток» и «Запад»; ТПУ оперативно-тактической группы на Владикавказском направлении, ТПУ дивизий, бригад и полков. На Ботлихском направлении ГПУ не разворачивался. Управление осуществлялось с рабочего места заместителя командира оперативно-тактической группы по тылу, оборудованного на объединенном складе. Органы управления тылом отдельных батальонов (дивизионов) размещались в районах расположения их взводов обеспечения;
средства управления - штатные средства связи; доставленные из пунктов постоянной дислокации ПЭВМ, а также поступивший в состав Оперативной группировки подвижный комплекс средств автоматизации, который обеспечивал связь со штабом Тыла Вооруженных Сил. Для обеспечения работы органов управления тылом были развернуты полевые узлы связи.
Основные усилия тыла на третьем этапе операции были сосредоточены на обеспечении перегруппировки войск и сил внутри ОГВ (С). При этом наряду с восполнением израсходованных материальных средств органы материального обеспечения решали задачи по доставке в войска зимних сортов горючего и вещевого имущества по зимнему плану. Хотя порядок обеспечения войск и сил существенно не изменился, этот этап характеризовался целым рядом особенностей: снабжение отдельных частей горючим по мере их выхода в горные районы усложнилось из-за увеличения протяженности маршрутов и степени воздействия боевиков по колоннам; опыт подвоза горючего на изолированные участки горной местности показал, что применение прицепов-цистерн в условиях бездорожья практически невозможно; из-за систематического огневого воздействия боевиков возникла необходимость в использовании бронированных заправщиков, а также гусеничных тягачей с полноприводными прицепами; горючее для заправки техники войсковых мобильных групп, действующих в труднодоступных горных местах, доставлялось в бочках вертолетами Ми-8; военнослужащим ОГВ (С) начали выдавать дополнительный продовольственный паек; личному составу, выполняющему задачи непосредственно на передовых позициях, дополнительно выдавались свитер полушерстяной, подшлемник, сапоги резиновые, мешок спальный, вкладыши к мешкам спальным, бронежилет; необходимость регулирования воинского движения на автомобильных дорогах потребовала придания им статуса военно-автомобильных; более остро проявился недостаточный уровень механизации погрузочно-разгрузочных работ, что привело к снижению возможностей автомобильного транспорта практически вдвое.
Все мероприятия технического обеспечения по службам тыла проводились силами личного состава, эксплуатирующего технику, штатными ремонтно-восстановительными и эвакуационными частями и подразделениями, входящими в состав Оперативной группировки.
Торгово-бытовое обеспечение группировки организовывалось силами и средствами отделов торговли и военторгов СКВО по зонам обслуживания, для чего выделялись выездные автолавки. Была в работе органов торговли и своя специфика - вручение раненым и больным индивидуальных подарков.
2, 3. К числу первоочередных мер по совершенствованию тылового обеспечения войск следует отнести:
ремонт существующих и строительство новых складов (баз) горючего общей вместимостью не менее 250,0 тыс.куб. м;
переход к использованию индивидуальных и групповых рационов при организации питания в боевых условиях;
сосредоточение в ГРАУ МО РФ всех функций по обеспечению личного состава бронежилетами;
завершение разработки разгрузочных жилетов;
создание мобильных банно-прачечных отрядов дивизии (бригады) для бесперебойного банно-прачечного обслуживания личного состава;
оснащение частей (подразделений) тылового обеспечения более мощными средствами связи, позволяющими организовать управление подвозом, диспетчерскую службу и взаимодействие с органами ГИБДД, МВД;
внесение ряда дополнений в Боевой устав Сухопутных войск, обязывающих командиров (начальников) всех степеней определять в боевом приказе состав и порядок действий групп выноса с поля боя тел погибших военнослужащих;
корректировку (в плане их упрощения) перечня и форм документов управления тылом как для бригад и полков, так и для дивизий и армий (корпусов);
оснащение автомобильных подразделений системами ЗСУ-23-2 для повышения эффективности их охраны и обороны.
∗ Начало см.: Военная мысль. 2000. № 3, 4.
